14 февраля

— Убийца! — Ты должен понести наказание! — Ты должен умереть! Он посмотрел на свои руки. На них были следы крови, тех кого он нещадно убивал. Тех гнилых людей, которых он ненавидел. — Умереть!!,— завопил кто-то из толпы. Уильям вскрикнул и резко проснулся, подскакивая на постели. Он надрывно и очень шумно дышал, сжимая ночную рубашку в том месте, где сильно билось испуганное сердце. — Что такое?,— Шерлок проснулся и был очень обеспокоен таким поведением Лиама,— всё нормально? — Меня мучают кошмары... Уже на протяжении нескольких дней,— он не стал бы тревожить Шерлока в обычное время, но сейчас... — Все хорошо, я с тобой, мы теперь вместе,— детектив приобнял Лиама, чмокнув его в щёку,— хочешь я принесу воды? — Да...наверное, спасибо,— голос математика предательски дрожал. Шерлок обеспокоенно встал с кровати, перешёл в свою комнату из неё уже побрёл на кухню, он сделал что бы никто ничего не заподозрил, увидев, как детектив выходит не из своей комнаты. И да, это было сделано не зря, ведь как только он закрыл за собой дверь, выйдя в коридор, за его спиной появился Льюис... Видимо тоже вышел водички попить... — Шерлок? Ты почему не спишь? — Мистер Мориарти, к вам такой же вопрос,— детектив съязвил, чем разозлил младшего Мориарти. — Я услышал вскрик Уилла, вышел его проверить,— раздражённо пояснил Луи,— не ваших ли рук это дело? И всё-таки объясните, что вы делаете здесь посреди ночи. — Нет, не моих, Лиаму приснился кошмар, а я вышел налить ему воды. — Шерлок! А как ты собственно узнал, что ему приснился дурной сон?,— Шерлок блеснул глазами, но ничего не ответил, Льюис и сам всё понял,— Вы спали в одной кровати, я прав, да?,— ух как же Льюису хотелось взять что-нибудь потяжелее и огреть Шерлока по голове, за его наглость... Но Уилл такого жеста не оценит...— ладно, иди скорее за водой, я пока с ним посижу. — Слушаюсь, ваше сиятельство,— Холмс немного поклонился, он хотел раздраконить Льюиса ещё сильнее, ведь это так интересно, наблюдать за его реакцией. Луи закатил глаза и ничего не сказав зашёл в комнату к Уильяму. — Уилл? Опять кошмары, да? Всё хорошо, я с тобой. Сейчас этот принесёт тебе воды,— младший Мориарти приоткрыл дверь и немедля подошёл к кровати, присев на неё. — Луи? Это ты... Всё уже хорошо, спасибо, что вы рядом... — Ты не говорил ему ничего? — Нет, ещё не время... — Лиам, а вот и я, вот возьми пожалуйста,— зашедший в комнату Шерлок протянул ему стакан воды. И тоже присев на кровать нежно приобнял. Льюис был мягко говоря недоволен... — Мистер Холмс, вы можете идти к себе, я позабочусь о брате,— отчеканил Луи и посмотрел на детектива исподлобья, сердито так. Брюнет, ничего не сделав, перевёл взгляд на Лиама, который кивнул, как бы намекая, что сейчас ему лучше будет молча уйти к себе в комнату. Шерлок поцеловав своего профессора в щеку, встал и ушёл в свою комнату. — Луи... Прошу... Я знаю, что я делаю, всё хорошо. Пожалуйста, можете хотя бы не при мне? Мне очень больно это видеть,— Уильям взял его за руку и посмотрел в глаза. —Уилл, пожалуйста, не наделай глупостей, я тебя прошу,— Льюис очень переживал за брата, он аккуратно начал укладывать его, — не говори ему пока ничего, ладно? Всё хорошо, засыпай,— он укрыл Уильяма, и поцеловав в лоб, встал и вышел. Минут через десять, как только шаги в коридоре стихли Шерлок опять шмыгнув в комнату к Лиаму. Тот не спал. — Ты почему не засыпаешь? — Я...не хочу.... Опять кошмары будут мучать, можешь всё-таки поспать сегодня со мной? — Конечно,— сказав это, Холмс опять прилёг к Лиаму обняв его и нежно поцеловал в губы. Математик провёл своей ладонью по шее детектива. Будто проверяя границы дозволенного. Он запустил руку в тёмные волосы, массируя, почувствовав мурашки, которые побежали по Шерлоку Уильям отстранился. — Что-то не так?,— Холмс не понял почему Лиам разорвал поцелуй, поэтому обеспокоился. — Нет, всё хорошо,— теперь он поцеловал Шерли, но не так как это делал он. Страстно, властно и даже немного грубо. Резко Уилл перевернул возлюбленного на спину, как бы оседлав его. Холмс опешил и простонав в поцелуй оторвался от губ гения математики. —Ого, мистер Мориарти, в ваших глазах есть какая-то искра. Что вы задумали?,— этот чертёнок ухмыльнулся. Ему явно нравился этот напор. — Шерли, я так хочу забыться, помоги мне в этом,— Уилл прогнулся в спине, и прошептал это в самое ухо детектива. Одна рука Шерлока легла на талию профессора, нежно оглаживая, а вторая осторожно опустилась на затылок, притягивая ближе, так, чтобы они смогли поцеловаться. Пальцы Лиама впились в плечо возлюбленного, уже не спрашивая, а требуя. Поцелуй стал глубже, горячее, требовательнее. Дыхание участилось, сливаясь в единый ритм. Мир вокруг растворился — остались только ощущения: жар кожи, сбивчивые прикосновения, неутолимая жажда быть ещё ближе. Каждый новый миг усиливал накал: лёгкие касания сменились настойчивыми объятиями, тихий вздох — прерывистым дыханием. Уильям оторвался от губ, между ними протянулась тоненькая ниточка слюны. Дыхание было тяжёлое, сбивчивое и такое горячее. Он выпрямился и начал стягивать с себя ночную рубашку. Холмс был очарован этим зрелищем, и когда Уилл наконец её стянул, оставшись только в нижнем белье, потянул свои ручки к груди. Он хотел убедиться, что всё это не сон. Но тут ему резко прилетел несильный удар по тыльной стороне ладони. — Шерли~,— позвал его Лиам строгим, но нежным голосом,— ты можешь смотреть, но не трогай!),— и пригрозил своим длинным, изящным пальчиком. Шерлок напряжённо выдохнул, когда профессор прильнул к нему и оставил пару засосов на ключице и шее. Он так хотел прикоснуться к это прекрасному телу, а ему запрещали. Детектив был вынужден сидеть и смотреть, как его любимый опускался всё ниже и ниже. Холмс опустил руки на спину, несмотря на все запреты, и вздрогнул, ощутив поцелуй возле пупка. Он с негодованием понял, что этот паршивец задумал. —Лиам! Что...ты...делаешь?,— но он ничего не ответил, лишь аккуратно приспустив нижнее бельё Шерлока. Брюнет положил руку на плечо, но оттолкнуть своего любимого не решился. Его голова начала забиваться грязными фантазиями. Судорожный стон вырвался из груди, как только он почувствовал прикосновение влажных и горячих губ. Лиам посмотрел прямо в глаза, будто заглянув в самую душу, и, оторвавшись на мгновение, улыбнулся, высунув язык, лизнул головку, вбирая её в рот. Без смущения. Без слов. Шерлок застонал. Он был на грани того, что бы просто не взять Лиама прямо здесь, прямо сейчас. А этот самый Лиам лишь нежно прикоснулся своими ладонями к бедрам, как бы оглаживая их. О да, как же ему нравилось брать всё под контроль. И вот его руки уже гуляют по мускулистому телу мастера рукопашных боёв иногда еле прикасаясь, а иногда давя с сильным нажимом. Уилл прикрыл глаза, попытался расслабиться. Не возбуждённый до этого мягкий орган, явно стал увеличиваться и твердеть, а прошла всего пара минут. Ох, этот детектив такой развратник). Юркий язык скользил по половому органу. Прижав губы к головке, он лизал её словно конфету, слегка сжимая основание члена пальцами. Закрыв дырочку языком, активно провёл по органу руками и, сжав у основания, вобрал головку в рот, пропуская глубже и резко выпустил, вызывая разочарованный стон детектива. Холмс стонал. Ему было очень хорошо. Но он боялся опустить глаза, ведь была вероятность, встретившись взглядами, сорваться и сделать Лиаму больно и плохо. Уилл поднял глаза, посмотрев исподлобья на Шерлока, это выглядело очень сексуально и очень вызывающе. Они встретились взглядами, и брюнету совсем сорвало крышу. Он громко застонал, когда его член взяли в рот полностью до самого основания. Холмс не смог сдержаться. Резко взяв блондина за голову, начал вбиваться, тот немного напрягся, но попытался расслабить горло, и немного мыча, даже сам попробовал насаживаться. Шерлок совсем переставая осознавать ситуацию сорвался на бешенный темп и не отпуская голову кончил прямо в рот своему профессору. Отходя от такого красочного оргазма, он понял, что произошло тут же отпустил, испугавшись, что сделал больно, но побоялся что-либо сделать. Мориарти медленно выпустил его орган из своего рта, тяжело дыша и сплёвывая семя. — Лиам... Я...не хотел, правда.. Извини... Если хочешь я сейчас же уйду,— затараторил Холмс. Он сделал больно возлюбленному. Он боялся, что Уильяму сейчас будет очень плохо от его действий. Он переживал. Шерлок сразу же подскочил и положил ладони на щёки любимого, опять и опять извиняясь,— прости, Лиам, я сделал тебе больно. — Шерли,— Уильям расплылся в нежной улыбке, ему было хорошо. Ему было хорошо от мысли, что он сделал своему детективу приятно. Ему было хорошо от их близости. Ему было чертовски хорошо,— всё нормально. Ты не сделал ничего, за что тебе нужно было бы извиняться. Тебе было приятно? Я не делал этого так давно, я мог растерять свои навыки,— он очаровательно улыбнулся. —Мне было так хорошо, спасибо Лиам,— в голове появились зёрна ревности, мысли о человеке, которому Уильям, его Уильям, делал приятно своим ртом. Кто это мог быть? Когда? И при каких обстоятельствах? Ох эти мысли так злили. Он был ужасным собственником. Ревность заполонила душу. Он понимал, что до него Лиам был свободным человеком и мог делать всё что и с кем хочет, но это так раздражало. Ревность захватила детектива, он решительно и стремительно схватил своего Лиама, резко перевернув его на спину. Молча. Быстро. Властно. Уильям опешил от этого действия. Хотел было что-то сказать, но его заткнули грубым, требовательным поцелуем. Шерлок хотел показать всему миру, что Лиам теперь его и никто не может на него претендовать! — Шерлок!,— они разорвали поцелуй от недостатка воздуха, дыхание было прерывистым, они жадно глотали кислород,— что-то случилось?,— он откровенно не понимал, почему Холмс, стал таким...настойчивым.. — Ничего,— рыкнул детектив, но сразу же понял, что необоснованные собственнические мысли захватили его, и снова смягчился,— извините, просто вы такой красивый, мистер Мориарти, у меня снесло крышу,— он ухмыльнулся, решив не делиться мыслями, чтобы не  расстраивать Уильяма. — Хах.. Ну тогда мы можем продолжать,— ему нравятся комплименты от Шерлока, и его напористость граничащая с грубостью тоже нравится. Немного привтстав детектив аккуратно стянул с себя нижнее бельё. Холмс устроился меж бёдер Уильяма. Он прильнул к груди Лиама оставляя дорожку влажных, страстных поцелуев и засосов, будто хотел оставить на нём метки, что бы никто больше не смог претендовать на его математика. Руки гуляли по всему телу возлюбленного. Нежно гладили по позвоночнику, грубо сжимались на бёдрах, закапывались в блондинистые волосы. Уильям извивался под всеми этими ласками. Ему хотелось больше. Ещё больше. Хотелось быть ещё ближе, стать одним целым и забыть обо всём на свете. Отпустить ситуацию. Довериться любимому. Хотелось стонать во весь голос от этих ласк. Шерлок наконец снял оставшееся бельё с Мориарти. И остановившись оглядел своё творение. —Ох, я смотрел бы на тебя вечность. Ведь ты такой красивый, Лиам,— он ухмыльнулся. Но картина была действительно прекрасна. Лежащий на спине Уильям, весь раскрасневшийся, но по-аристократически бледный, его прекрасные светлые волосы были раскинуты по всей подушке, некоторые пряди прилипли ко лбу, руки раскинуты в стороны. Он тяжело дышал. Разомлевший под нежными, но властными прикосновениями, хотел большего. — Лиам, если ты готов, я могу начать?,— Холмс был нежен и нетороплив, хоть был на пределе. — Даа...я готов,— это единственное что он мог вымолвить. Его переполняли чувства. Он развёл ноги ещё сильнее. Холмс огладил бёдра. Потянулся к тумбочке. Он явно знал, где можно взять масло, и когда в тумбочке действительно оказалась небольшая стеклянная бутылочка с ароматной жидкостью, ухмыльнулся. Откупорив эту маленькую склянку, детектив вылил жидкость себе на пальцы, немного растерев, наотмаш шлёпнул ладонью по молочно-белому бедру и приставил один палец к колечку мышц. Шерлок не торопился. — Всё хорошо? Я могу продолжить?,— он беспокоился. Не хотел делать больно или неприятно. Хотел убедиться, что с Лиамом всё нормально. —Продолжай,— математик уже ничего не соображал. Он полностью доверился и отпустил ситуацию. Это было очень нехарактерно Уильяму, он привык всё держать под контролем. Гений слушается. Продолжает. Немного надавив, погружает палец в горячее нутро, всего на одну фалангу. Лиам изгибается и издаёт сладостный стон. Он льётся прямо в уши Шерлоку, для которого этот звук лучше всякой похвалы. — Ты лучше любого наркотика, Лиам! —Что...ты?...Мхм...Продолжай уже!,— такое сравнение явно не понравилось профессору Мориарти, но после засоса в ключицу, всё это было уже неважно... — Ваше желание, для меня закон, сэр,— всё не унимался детектив. И он продолжил. Больно не было. Было приятно. И когда палец проник глубже, и когда начал двигаться. Затем пальцев стало два. И внезапно при очередном движении они задели что-то такое, от чего все тело выгнулось, и по позвоночнику прошёлся как будто заряд тока. Лиам вскрикнул и изогнулся. Шерлоку очень понравилась эта реакция, он с восторгом прошипел куда-то в шею математику: "нашшшёл". Пальцы на ногах сжались, руки смяли простыни от этого голоса, от этих ощущений, хотелось большего. — Я... Всё в порядке... Продолжай пожалуйста... Холмс не мог не отреагировать на эту фразу, ведь он тоже уже был на грани. Он терпел из последних сил, что бы не взять Мориарти резко, грубо, страстно. Но терпение кончилось, он вытащил пальцы из горячего тела, развёл бедра ещё сильнее, налил душистого масла на себя и растёр. Обхватив член, направил, и убедившись, что с Лиамом всё хорошо, нежно вошёл. Мориарти изогнулся дугой, а на его губах застыл немой стон. Нежно. Чувственно. Сладостно. Но при этом всём он выглядел очень сексуально. Глаза помутнели, Уилл совсем перестал понимать что происходит. Было только одно слово в голове: "Шерлок". — Лиам, всё нормально?,— спросил детектив, изнемогая от желания наконец вбиться в тело любимого. Уильям был где-то не тут, где-то далеко. Ему было очень хорошо от их близости. Но он хотел большего. Профессор что-то промычал, не смог ответить внятно, просто продолжил постанывать. Холмсу стало ясно, что его возлюбленному очень, очень хорошо, поэтому не дожидаясь внятного ответа, он стал двигаться. Движения были плавные, глубокие иногда сменялись на резкие и даже грубые, но такие чтобы не сделать больно. Математик стонал, громко так, до хрипости, ему уже было всё равно на отношение Льюиса к Шерлоку, ему было плевать, что весь дом сейчас услышит чем они тут занимаются, ему было хорошо, и это главное. Шерлок вжимает его в кровать. Срывается на дикий темп. В ушах звенит, стоны и пошлые звуки заполнили комнату и разум Холмса. Он целует Лиама, везде. Под коленкой. В щеку. В ключицу. В грудь. Подхватывая руку, выцеловывает неизвестные узоры. В губы, ненадолго затыкая. Шлёпает наотмаш бедра. Ещё и ещё. Прикасается к члену возлюбленного, отчего тот стонет ещё громче. Уильям в его руках извивается, подмахивает бедрами, стараясь сильнее насадиться, пытается подставиться под ласки ещё больше. Оргазм настигает Лиама первым, заставляя содрогнуться в сладком спазме, сжимая Холмса внутри себя и пачкая их животы. Стон беззвучно замирает у него на губах. Тело изгибается. Уильям падает на кровать без сил, издавая громкий выдох перемешанный со стоном. После нескольких, особенно глубоких толчков Шерлок медленно, будто лениво, отстраняется, кончая следом. В ушах шумит кровь, дыхание сбито — он чувствует, как тело медленно отпускает напряжение. — Лиам,—полухрип, полурык вырывается из груди,— я тебя так люблю. Все будет хорошо. Мы ведь теперь вместе. — Шерли... я тебя тоже люблю,— он еле дышит, Шерлок выбил из него всё. Желание продолжать деятельность лорда. Желание куда-либо уходить. Желание умереть. И эти ужасные мысли о ночном кошмаре. Осталось только одно. Желание жить и строить отношения вместе с Шерлоком. Было душно. Было невыносимо жарко. — Шеееерли, открой окно,— донеслось от Уильяма, который лежал на груди Холмса. — Ты мокрый, тебя продует и заболеешь,— волнуется,— я не буду открывать окно, ты же знаешь какой ветер гуляет по Лондону в феврале. — Ну Шерлииии,— ох этот голос. Властный, но до безумия нежный. Шерлок не мог отказать. — Если ты заболеешь, я заставлю тебя.....,— он прошептал это в самое ухо, так что бы услышал только Лиам. Математик покрылся красными пятнами от смущения, скорчил недовольную гримасу и возразил: — Не заболею, не переживай, особенно после такого...!— он сидел толи в шоке, толи в ужасе, толи в приятном предвкушении. — Как знаешь,— Шерлок выпутался из нежных объятий, подошёл к окну, и немного его приоткрыв, вдохнул приятный, прохладный ночной воздух и вернулся в постель к любимому. Обессиленные они обнялись и погрузились в темную негу сна.