Прости

— Хули сидеть. Пошли работать, — отозвался в голове знакомый голос Толика. Влад вытащил сумку из багажника и направился вглубь кладбища. Тишина здесь была особенной — густой, почти осязаемой. Она не пугала, а наоборот, давала странное ощущение покоя. Работа отвлекала. Руки делали привычные движения, а мысли постепенно становились тише. Боль уходила не сразу, но становилась терпимой — как будто её можно было разложить по полкам. Когда Влад закончил, уже начинало смеркаться. Небо потемнело, воздух стал холоднее. Он шёл к машине усталый, выжатый до последней капли. Ноги гудели, в голове шумело.Сев за руль, Влад на мгновение закрыл глаза. — Сил совсем нет… — пробормотал он. — А завтра ещё испытание. Он завёл двигатель и посмотрел на тёмную дорогу впереди. Сегодняшний день будто вытянул из него всё — злость, страх, усталость. Но где-то глубоко внутри теплилась мысль: Надо просто дожить до вечера. До дома. Влад выехал с кладбища, когда небо уже окончательно потемнело. Фары выхватывали из темноты куски дороги, а за окнами тянулись пустые улицы. В салоне было слишком тихо. Даже музыка не спасала — он выключил её почти сразу. Мысли возвращались к утру. К спальне. К Илье, который остался спать, не зная, что Влад ушёл. Надо было поговорить… Но что говорить, если внутри только усталость и вина? Он крепче сжал руль. — Сам всё усложняю, — тихо сказал Влад в пустоту машины. — Всегда.Фонари проносились мимо, как чужие звёзды. Дорога казалась бесконечной. Он вспомнил, как Илья вчера стоял у плиты, как говорил про мясо, как улыбался. Тепло в груди смешалось с болью. Дом… это всё ещё дом? Машина остановилась у знакомого подъезда. Влад не сразу вышел. Ещё минуту сидел, глядя на тёмные окна. — Ладно… — выдохнул он. — Просто пережить этот вечер. Он взял сумку, захлопнул дверь машины и медленно пошёл к подъезду. Каждый шаг отдавался усталостью. Завтра испытание. А сегодня — тишина, одиночество и слишком много мыслей.И где-то глубоко внутри жила надежда, что, открыв дверь квартиры, он всё-таки услышит: — Ты вернулся?.. Влад медленно открыл дверь квартиры. Внутри горел свет. Он замер на пороге, не сразу поверив глазам. На кухне сидел Илья. Перед ним стояла уже остывшая кружка чая, а телефон лежал экраном вниз. — Ты вернулся… — сказал он тихо, поднимая глаза. Влад поставил сумку у стены и неуверенно кивнул: — Да. Я… просто уезжал по делам. Повисла пауза. Не тяжёлая, а осторожная — будто оба боялись сделать неверное движение. Илья встал и подошёл ближе. — Ты ушёл утром, не сказав ни слова. Я проснулся — а тебя нет.Он выдохнул: — Я подумал, что ты больше не захочешь возвращаться. Влад опустил взгляд. — Я не знал, что сказать. Боялся снова всё испортить. Илья покачал головой: — Ты не испортил. Ты просто устал. А я… я тоже был не прав. Он сделал шаг вперёд и осторожно коснулся плеча Влада. — Мне не нужен никакой кофе с Линой. Мне нужен ты. Здесь. Живой. Рядом. Влад медленно поднял глаза. В них была усталость, но и что-то ещё — надежда. — Я сегодня был на кладбище… работал, чтобы не думать, — признался он. — А всё равно думал только о тебе.Илья усмехнулся грустно: — Значит, мы оба провели день неправильно. Он обнял Влада первым. Не крепко, не резко — просто так, как обнимают, когда боятся потерять. Влад сначала стоял неподвижно, а потом всё-таки прижал его к себе. — Прости, что ушёл, — прошептал он. — Прости, что заставил тебя чувствовать себя лишним, — ответил Илья. В квартире снова стало тепло. Не от света и не от плиты — от того, что они снова были рядом. — Пойдём чай пить? — тихо предложил Илья. — А завтра… завтра у тебя испытание. Ты не должен быть один. Влад кивнул. — Спасибо, что дождался.