Американо без сахара и одна улыбка

Мегуми Фушигуро ненавидел шумных людей. Это была не просто неприязнь, а фундаментальная жизненная позиция, выкованная годами тренировок, ночных дежурств и необходимостью постоянно находиться в компании Итадори Юджи, который вообще не замолкал ни на секунду. Шумные люди отвлекали, раздражали. Мешали сосредоточиться на главном — на проклятиях, на защите Цумики, на бесконечной войне, которую обычные люди даже не замечали. Поэтому, когда Мегуми впервые увидел ее, он недовольно подумал: "Еще одна". Кофейня называлась "Капля". Маленькое заведение на углу, мимо которого Фушигуро проходил каждый день по пути из обычной школы в магический колледж. У него было ровно семнадцать минут, чтобы добраться от одной двери до другой, и кофейня стояла ровно посередине маршрута. Ну просто идеальный тайминг, чтобы схватить стаканчик американо и не опоздать на вечерние тренировки. Раньше там работала женщина. Молчаливая, спокойная, идеальная. Она просто кивала, принимала деньги, отдавала кофе. Никаких лишних слов. Просто мечта интроверта, которым являлся Фушигуро. А потом появилась она. Девчонка лет семнадцати, с вечно растрепанными каштановыми волосами, собранными в неаккуратный хвост, и улыбкой, которая, казалось, была приклеена к лицу намертво. Она носила фартук цвета карамели и болтала с каждым посетителем так, будто знала каждого сто лет. — Доброе утро! Сегодня отличный день для капучино! — говорила она одному. —Привет! Как твои дела? Выспался? — спрашивала у другого. —О, у тебя новая стрижка! Классно выглядишь! — третьему делала комплименты. Мегуми скрипел зубами. Он специально приходил в разные дни, надеясь попасть в смену "мечты интроверта". Но судьба, как назло, подсовывала ему эту болтушку снова и снова. — Американо, без сахара, — бросил он, глядя в сторону. — О, привет! — щебетала девушка, словно они были старыми друзьями. — Ты каждый день мимо ходишь, да? Вон туда, да? — она махнула рукой в сторону, где за углом находился вход в колледж. — Я заметила! Почему ты всегда такой серьезный? У тебя все хорошо? Мегуми молча протянул деньги. — Ладно-ладно, молчун, — она пожала плечами и продолжила улыбаться. — Держи свой кофе. Хорошего вечера! Девушка не обижалась на его молчание. И это бесило Мегуми больше всего. Он пытался ее игнорировать. Правда пытался. Но она была везде. Утром, когда он шел в обычную школу, она могла выскочить из-за угла с телефоном в руках, чуть не врезавшись в него, и просто сказать: "Ой, прости!" — и бежать дальше, даже не обернувшись. Потом выяснилось, что она учится в параллельном классе. Днем, на большой перемене, Фушигуро видел ее в школьном дворе — она сидела на скамейке с подружками, ела онигири и громко смеялась над чем-то. Ее смех был слышен даже через весь двор. Вечером в кофейне встреча с ней была неизбежна, как смерть и налоги. — Американо, без сахара! — кричала она в пустоту, хотя Мегуми стоял прямо перед ней. — Твой обычный заказ, да? Ты знаешь, я даже имя тебе не дала. В смысле, не знаю твоего имени. Поэтому буду называть тебя Мистер Американо. — Фушигуро, — буркнул он однажды, чтобы она наконец-то заткнулась. — Фушигуро? — девушка склонила голову. — Красиво. А я Хана. Очень приятно, Фушигуро! Он кивнул и быстро вышел, чувствуя себя так, будто только что проиграл важную битву. Прошло две недели. Мегуми уже знал, что Хана хочет поступить в художественный колледж, хорошо рисует, а подрабатывает здесь "для вдохновения". И для него оставалось загадкой, как можно вдохновляться, поливая людей словесным потоком каждые пять минут. Он почти смирился с неизбежными вечерними мини-диалогоми, когда случилось следующее. Мегуми зашел в "Каплю" после особенно дерьмового дня. Годжо-сенсей снова умотал по своим делам, свалив на него и Итадори отчет по результатам патрулирования, а Кугисаки в очередной раз подорвала половину тренировочного поля. Мегуми чувствовал себя словно выжатый лимон. — Американо, без сахара, — устало произнес он, глядя в столешницу. Хана, вопреки обыкновению, молчала. Мегуми это удивило, он поднял глаза. Она стояла, прислонившись к кофемашине, и смотрела на него странным и задумчивым выражением лица. — Что? — настороженно спросил он, готовясь к очередной порции болтовни. — У тебя тени под глазами, как у старого таксиста, — спокойно сказала она. — И, кажется, ты сейчас упадешь. Садись вон там, у окна, — она указала пальцем на уединенный столик. — Мне просто нужен кофе, — возразил Мегуми. — Ага, конечно. Садись, я сказала. Он послушался и сел. Все таки усталость сказывалась на нем. Или просто манера ее голоса вдруг перестала быть похожей на щебетание канарейки, и стала больше напоминать командирский приказ. Через минуту Хана поставила перед ним большую кружку с молоком и медом. — Это не то, что я заказывал, — нахмурился Фушигуро, заглядывая в кружку. Но все же взял, потому что у него замерзли руки. — Ты заказывал то, что всегда пьешь. А тебе сейчас нужно это. Ты продрог. Кофе подождет, — она тепло улыбнулась. — Пей давай. Я не кусаюсь. Мегуми сделал глоток. Молоко было идеальной температуры, мед приятно согревал горло. Он вдруг понял, что не помнит, когда в последний раз пил что-то, кроме черного кофе и протеиновых коктейлей Годжо. — Спасибо, — буркнул он, глядя в окно. — Ого! — Хана театрально схватилась за сердце. — Да он вежливые слова знает! Это срочно нужно записать! Мегуми бросил уничтожающий взгляд в ее сторону, но девушка лишь рассмеялась. И, к своему ужасу, он почувствовал, как уголки его губ дрогнули в ответной усмешке. Пришлось срочно сделать серьезное лицо и уткнуться обратно в кружку. С того дня все изменилось. Хана больше не пыталась засыпать его вопросами. Иногда она просто кивала, иногда коротко комментировала погоду, а однажды, увидев его разбитые костяшки пальцев рук, молча сунула ему пакетик со льдом, замотанный в чистое полотенце. — Явно не ушиб, — сказала она будничным тоном. — Приложи по дороге. — Откуда ты знаешь, что это не ушиб? — удивился Мегуми. Хана пожала плечами. — Ушибленные не пахнут железом. И выглядят иначе. А ты выглядишь так, будто подрался с бетонной стеной. Мегуми моргнул. Она оказывается еще и наблюдательная. Он забрал лед и быстро вышел, чувствуя, что его раскусили. Неделю спустя в кофейню ворвался Итадори. — Ме-гу-миии! А я тебя везде ищу! Годжо сказал, что ты тут прячешься от отчетов! О, круто, кофе! — завопил он на весь зал. — Эй, девушка! Двойной эспрессо и самый сладкий пончик! "Только не это, — подумал Мегуми и закрыл глаза. — Она точно испугается громкого парня с розовыми волосами." Но Хана лишь дружелюбно улыбнулась Итадори. — Привет, ураган! Двойной эспрессо и пончик с клубничной глазурью будут через минуту. Присаживайся к своему молчуну, а то он без тебя совсем закиснет. Юджи расхохотался и плюхнулся напротив Мегуми. — Слушай, Фушигуро, она крутая! — заявил он, ничуть не понижая голоса. — Откуда ее знаешь? — Я тут кофе беру, — нейтрально ответил Мегуми, глядя в окно. — Это бариста. — А меня Хана зовут, — представилась девушка, ставя перед Итадори эспрессо и тарелку с пончиком. — А ты, видимо, друг Фушигуро? Похож на человека, который способен даже его разговорить. — Это я! Итадори Юджи! — представился тот с набитым ртом. — О, пончик обалденный! Слушай, Хана, а ты надолго здесь? А в какой школе учишься? А ты видела, как Мегуми умеет собак призывать? — выпалил он и тут же осекся, поймав испепеляющий взгляд Фушигуро. — Собак? — удивилась Хана, переводя взгляд с одного на другого. — В смысле, настоящих? — В переносном, — быстро нашелся Мегуми, сверля Итадори взглядом. — Он шутит. У него плоское чувство юмора. — Ага, — закивал Юджи, усиленно делая вид, что очень занят пончиком. — Шучу я. Прикалываюсь. Хана посмотрела на них с явным подозрением, но решила не докапываться. — Ладно, шутники, — фыркнула она и ушла обслуживать других посетителей. Итадори проводил ее взглядом и повернулся к Мегуми с очень задумчивым выражением лица. — Фушигуро, — тихо, насколько это вообще возможно для Итадори, сказал он. — А она симпатичная. И веселая. — Я заметил, — сухо ответил Мегуми, делая глоток кофе. — И ты к ней ходишь уже месяц. — Я хожу сюда за кофе. Уже полгода. — А-а-а, — протянул Юджи. — Ну-ну. Мегуми вздохнул и посмотрел в сторону стойки. Хана как раз заправляла выбившуюся прядь волос за ухо и что-то напевала себе под нос. Поймав его взгляд, она улыбнулась и помахала рукой. Он быстро отвернулся к окну, чувствуя, как предательски теплеют уши. — Мегуми, — не унимался Итадори. — А можно я тоже буду сюда за кофе ходить? Тут правда вкусно. — Ходи, — пожал плечами Фушигуро. — Только рот лишний раз не открывай. Особенно про собак. — Договорились! — согласился Юджи и тут же крикнул в сторону стойки: — Хана! А можно мне еще один пончик? С собой! Мегуми закрыл глаза рукой. "Боги, за что мне такое наказание?" Когда они вышли из кофейни, Итадори хлопнул его по плечу. — Нормальная она. — Я знаю, — буркнул Мегуми. — И ты ей нравишься. — С чего ты взял? — Она на тебя смотрит так же, как и ты на нее, когда думаешь, что никто не видит. Мегуми резко остановился и уставился на Итадори. — Я на нее так не смотрю. — Ага, — ухмыльнулся Юджи. — Конечно. Погнали уже, отчеты доделывать надо, а то Годжо опять ныть будет. Итадори потопал вперед, довольно жуя пончик, а Мегуми задержался на секунду. Его взгляд упал на витрину кофейни. Хана стояла у окна и протирала стол. Увидев, что он смотрит, она снова улыбнулась и помахала. Мегуми коротко кивнул и пошел догонять Итадори. "Ненавижу шумных людей", — подумал он, но в этот раз без обычной убежденности.