Притворство: страсть

Владислав, как и обещал, оставил подарок на вечер. Лана весь день провела в легком томительном предвкушении будущих игр. Орлов многозначительно кивал или отнекивался, когда она задавала вопросы, пытаясь узнать, в чем особенность вечера. Приготовленный пакет стоял в ванной в качестве напоминания и поддразнивания. Она почти заглянула туда несколько раз, когда ходила в туалет или мыла руки после готовки. Но в конце концов девушка удержала себя от «знакомства» с содержимым крафт-пакета. Хотелось, чтоб ы Владислав преподнес сюрприз так, как задумывал. Они проводили время вместе, наслаждаясь компанией. Ели приготовленный обед, заказали дополнительно десерты из любимого заведения. Пили на террасе вино, прислушиваясь к звукам природы: пению и щебетанию птиц в кронах зеленых деревьев, стрекотанию кузнечиков и цикад ближе к вечеру. Шум города здесь, на окраине, был едва-едва слышным, и уединиться получалось идеально. Они обсудили планы на будущее. Нежным вкрадчивым тоном Владислав поделился, что очень-очень ждет Лану в общем пространстве — его или её квартире. В зависимости от того, как захочет сама девушка. Она рассказала ему о своем детстве, не забыв упомянуть о мечте о любящей семье. Орлов обещал, что постарается её исполнить, и от этого внутри становилось теплее. В жизни появлялся смысл, и этим смыслом был тот, кого Вишневская подпустила через боль и разочарование. Они оба помнили, каким жестоким был Влад в начале, и оба были благодарны, что те времена прошли. Оранжевый закат лизнул небо, окрасив его в розоватый и желтый цвета. Небо было невообразимо красивым. Сильный ветер разогнал одинокие облачка, оставляя горизонт на километры чистым, выкрашенным в закатные цвета. Лана и Влад снова устроились на террасе. Вишневская стояла, опираясь на перила, смотрела вперед. Перед ней открылась невероятная природная картина, и она жадно поглощала каждый штрих. Владислав устроился сзади. Приобнял её за талию двумя руками, накрыв большими ладонями живот. Было тепло, мягко и до безумия хорошо. Правильно. Будто они отстрадали свое и наконец получили результат — друг друга и возможность не только брать, но и получать. Орлов улыбался. Прижимаясь подбородком к светлому затылку вишневской, он улыбался небу, закатывающемуся за горизонт солнцу, цветам и деревьям. За последние два дня, проведенные здесь, в отдалении от работы и проблем большого города, он более сотни раз повторил, как благодарен за эти выходные. Лана улыбалась широко, искренне и очень-очень нежно, наслаждаясь его реакцией. Вишневской давно хотелось порадовать своего мужчину, и его улыбка, смешанная с благодарностью и искорками в глазах, служили ей лучшей наградой. Она целовала его в уголок рта, будто пытаясь попробовать на вкус искреннее счастье, и говорила: «Не за что!». Девушка развернулась, посмотрела на любимого мужчину. Он перевел взгляд с темнеющего горизонта на Лану и улыбнулся снова. Теплой, нежной улыбкой, от которой колени подгибались не меньше, чем от жадных поцелуев и сильных прикосновений. — Влад, — она начала вкрадчиво, коснулась груди мужчины ладошкой. — Ты обещал сюрприз, помнишь? Вспомнился такой же разговор, случившийся прошлым днем. Они вдвоем улыбнулись этой мысли. — Помню, — он поцеловал её в нос, раздумывая над следующими словами. — Пойдем наверх? — Да, — девушка протянула ладонь, предлагая её отвести. Орлов с удовольствием сжал тонкие пальцы в руке, развернулся и направился внутрь, утягивая за собой Вишневскую. Они добрались до спальни быстрее, чем могли бы. От предвкушения и интереса движения становились резче, а глаза горели ярче. Владислав придумал этот сюрприз в тот момент, когда увидел покорную и изнывающую под ним Лану. Захотелось усилить ощущения, контрасты. Пока девушка спала, он выбрал масла, купил травы для чая. Пришлось прочитать несколько статей в интернете, но результат как для нее, так и для него обещал быть невероятным. И, даже если это будет плодом воображения и всего лишь самоубеждением, Орлов не сомневался: игра получится горячей, чувственной. Пока Лана готовила им напитки и небольшой ужин, собирала это все дело на террасе и просто наслаждалась тишиной и природой, Владислав успел отлучиться и заварить еще один чайник. Он был особым, и им предстояло оценить, насколько. Комната преобразилась. С момента, когда Лана была здесь последний раз всего час назад, атмосфера совершенно поменялась. Орлов отпустил её руку, подтолкнул к мягкой постели и усадил на неё. Вокруг были расставлены разных размеров и форм свечи. Мужчина принялся зажигать каждую, и Вишневская восторженно вздохнула. Блэк-аут шторы не пропускали солнечного света с улицы, и комнату освещали только маленькие желтые огонечки, зажигающиеся один за другим под спичками в руках Влада. Она осмотрелась: на тумбочке устроился пузатый прозрачный чайничек. Через стекло было видно, как в воде плавают разные травы. Запах от него шел великолепный. Лана принюхалась, наклонилась поближе и принюхалась снова, прикрывая глаза. — Ты готовился, — она выдохнула с восторгом и предвкушением. Орлов не переставал удивлять. Сначала невероятная нежность, от которой щемил в груди. А теперь — тщательно подготовленный сюрприз. — Хотелось тебя удивить, — он улыбнулся, и Лана почувствовала, как между ног становится влажно. От одного только теплого взгляда, который Влад ей посылал. Выходные сказывались на них слишком хорошо, делая ощущения острее. Будто первая встреча. — Что за чай? — Лана принюхалась снова: слишком уж вкусным был запах. Орлов присел к ней рядом, взял чайничек и разлил по небольшим красивым чашечкам. — Мака, женьшень, корица и капелька меда, — он протянул фарфор Лане. Девушка поднесла чашку к губам, подула на еще слишком горячую жидкость. Владислав продолжил: — Это природные афродизиаки. Мака повышает либидо, женьшень дает энергию и улучшает кровообращение, корица разогревает. А мед мне просто нравится. — И они работают? — на самом деле её вопрос правильнее звучал бы: «И ты пробовал это с кем-то еще?». Ревность кольнула неожиданно, но ощутимо. Орлов, почувствовав это, сжал ладонь Ланы в своих пальцах. — Вот и узнаем, Вишневская, — он поцеловал костяшки её пальцев, поднеся руку к губам, опалив теплым воздухом. Лана растекалась в его присутствии, делаясь податливой, безвольной. Или даже запах чая её разогрел? Остудив напиток до привычной температуры, они шутливо чокнулись и сделали по глотку. Лана довольно промычала, проглатывая жидкость. — Безумно вкусно, — поймав взгляд любимого, только убедилась, что и ему тоже. — Скоро почувствуешь эффект, — он подмигнул, делая еще глоток. Лана последовала примеру. Терпкий, чуть землистый привкус оставался на языке необычным послевкусием. — Тепло разольется по телу, кожа станет чувствительнее, а каждое прикосновение будет ощущаться внутри сладкой дрожью. Лане не нужны были афродизиаки, чтобы это почувствовать. Вкрадчивый тон, сладкие речи и прикосновение больших пальцев к её кисти — все и так оказывало на неё подобный эффект. Она прикрыла глаза, наслаждаясь ощущениями. Радуясь собственным мыслям и происходящему. Влад с интересом наблюдал, как Лана в задумчивости прикусывает губу. Как сжимает в свободной руке кружку, делает большие глотки и перерывы между ними. Изучал её, как изучают карту или звездное небо. Чтобы помнить каждый жест, знать каждую привычку. — Уже чувствуешь? — вопрос вышел шутливым, но Лана смущенно кивнула. Ощущения и правда были новыми, странными. То ли виной тому самовнушение, то ли мака оказалась и правда сильным афродизиаком, но тепло, как Влад и предсказывал, поползло по телу, разлилось по животу и ударило вниз — в чувствительные точки. — Иди ко мне, — он забрал из её пальцев почти пустую чашку, отставил свою. Потянул Лану за руку на себя, укладываясь вместе с ней на мягкие подушки. Она не сопротивлялась, плавясь в его руках. Мужчина коснулся её шеи, где еще свежими были его следы-засосы. Пробежался пальцами щекоча, игриво. Лана вздохнула, прижалась к нему ближе, опустила руку на крепкую грудь. Пальчики сами собой начали выводить узоры. — Чувствуешь? Тело стало чувствительнее. Ты вся как оголенный нерв, — он говорил ей на ухо шепотом, вкрадчиво, а она и правда ощущала. Тепло внизу живота было реальным, не выдуманным. Он поцеловал её щеку, уголок губ, нос. Скользнул языком по мочке уха, опустил губы на шею. Поцелуи выходили мягкими, спокойными, но Лана чувствовала их острее, сильнее, чем обычно. Рука мужчины забралась под футболку, погладила горячий живот, и Лана вздохнула чуть более слышно. — А теперь представь, как будут чувствоваться прикосновения везде, — у неё затвердели соски. Лана застонала, не найдя в себе сил ответить членораздельно и здраво. — Хочешь продолжения? Она закивала, потянулась за поцелуем. Владислав коснулся её губ почти целомудренно. Но не удержался — лизнул нижнюю языком. — Подожди пару минут, — он встал, направился в ванную, оставляя Лану наедине с усилившейся чувствительностью и разлившимся по телу желанием. Она недовольно захныкала, но останавливать мужчину не стала. Послышался шум воды, а потом довольное восклицание Влада. Он привел её в ванную, когда вода уже почти дошла до середины. От неё поднимался едва заметный пар. В комнате был сильный запах чего-то обволакивающего, уносящего далеко-далеко от этого места в мир ощущений и пульсации. — Масла для ванны, — пояснил Владислав. Он поймал руку Ланы, притянул её к себе и поцеловал. А потом начал раздевать. Медленно, оттягивая удовольствие. Стянул футболку, спустил шортики и потом, поддразнив массирующими движениями в районе клитора — трусики. — Иланг-иланг для усиления чувствительности и возбуждения, пачули, чтобы снять запреты, сандал для усиления желания. Он снял с себя футболку и штаны, стянул белье, не стесняясь собственного набирающего силу возбуждения. Чай прекрасно работал в обе стороны, но Владислав хотел сконцентрироваться на Лане. Мужчина шагнул в пенную воду. Пузырьки расступились, принимая его. Стоя в теплой воде, он протянул руку Вишневской. Она, как завороженная, коснулась его пальцев и залезла за ним. Горячая вода сначала обожгла чувствительную кожу. Лана ахнула, когда оказалась полностью в ней. Они устроились в теплой воде. Мужчина откинулся на спинку ванной, а девушка улеглась на его грудь, чувствуя спиной нарастающее возбуждение. — Чувствуешь? — она ощущала не только напряженного Влада, но и то, как собственно тело становится еще чувствительнее. Как жар ползет по коже, завязывается узлом внизу живота. Пульсация усиливалась, и Вишневской стоило огромных сил не коснуться себя внизу. Соски напряженно стояли. Он взял с небольшой полочки флакончик и капнул еще масла в воду. От капельки разбежались цветные круги. Лана завороженно смотрела. Запах в комнате стал еще сильнее, проник в легкие, согрел изнутри. Вишневская возбудилась. Она чувствовала, как наливается кровью клитор. Ощущала, как начинает ныть, просить коснуться тело. Владислав откинул её волосы в сторону, опустил губы на тонкую кожу шеи. Место под ушком стало еще чувствительнее, и Лана едва слышно застонала, когда его язык прошелся по молочной коже. — Влад… — голос охрип, — это очень-очень хорошо. Я чувствую. Он улыбался ей в кожу, покусывая и зализывая те же места, которые пометил прошлым днем. Пальцы мужчины помассировали плечи, спустились на грудь. Он зажал меж указательным и большим два соска одновременно, и Вишневская выгнулась дугой, подрагивая в умелых руках. Ощущение стали в разы ярче. Казалось, будто каждый нерв, каждая клеточка тела ожили. Оголились и стали еще чувствительнее. Масла и чай работали — Лана в этом не сомневалась. — Не думай ни о чем, — он скользнул ниже. Остановился на животе, сжимая бока. Поглаживая кожу, заставляя Лану виться в руках, тереться о его возбуждение спиной. Владислав прикусил губу, рвано выдохнув, когда Вишневская слишком сильно надавила на вставший член. Умелые пальцы проскользнули к бедрам, но чувствительной точки избегали. Он мял внешнюю сторону, сжимал в больших руках. Когда мужчина коснулся клитора, Лана несдержанно ахнула. Ощущения стали не просто ярче. Это было совершенно новое, странное чувство. — Как ощущения? — он надавил на чувствительный бугорок сильнее, и девушка застонала громче, не стесняясь. — Невероятно, — она двинулась навстречу пальцам. Обволакивающий банный воздух с каждым глубоким вдохом проникал все глубже, заставляя тело расслабляться, а клитор — наливаться кровью. Владислав помучил её несколько мгновений, то касаясь заветного места, то снова соскальзывая в сторону. Когда Лана развернулась и прикусила его плечо, пальцы — сразу два — проскользнули в неё. Ощущения были запредельными, совершенно новыми. Она задохнулась от странных горячих чувств. Узел в животе скрутился в тугой-тугой комочек. Стоны вырывались изо рта без стеснения. Сладкие, скулящие. — Ты такая чувствительная, — большой палец нашел клитор, девушка вздрогнула. Насадилась на проникающие и почти до конца выходящие пальцы сильнее. — Масла и чай работают. Ты как натянутая струна. — Да… — глаза закрывались от удовольствия. Свободной рукой мужчина снова нашел грудь. Сжал, погладил, снова сжал. Поймал меж пальцев сосок, покрутил. Скулеж стал громче, заставляя возбуждение становиться почти болезненным. — Хочешь кончить здесь? — он надавил на клитор снова, отпустил грудь и повернул лицо Ланы так, чтобы поцеловать. Глубоко, жадно, развратно. — Да, пожалуйста… — она задохнулась от входящего третьего пальца, — только войди в меня. Орлов был возбужден и сам, а потому дважды просить не пришлось. Мужчина перевернул её рывком, усадил на свои бедра и вошел, заполняя. Лана закричала. Не застонала, не заскулила. Закричала. Ощущения были сумасшедшими. Чувствительный клитор набух. Если бы не вода, смазка потекла бы по бедрам. Владислав начал двигаться. Сначала постепенно, набирая темп. А потом — грубо и жадно, воруя у Ланы дыхание поцелуями и срывая с губ протяжные стоны. Вода грела низ тела, опущенный на пульсирующий член Влада, запахи масел кружили голову. — Смотри на меня, когда кончишь, — он притянул её за подбородок, поцеловал и прикусил губу. А потом обхватил одной рукой шею, а другой нашел клитор. Несколько круговых движений, сжатые на молочной шее пальцы и глубокие толчки — и Лана кончила, закрывая глаза. Бедра тряслись. Владислав кончил за ней, не выходя. Наполняя её теплом. Даже это чувствовалось совсем иначе. После ванны кожа еще держала запах иланг-иланга и сандала. Лана чувствовала, что от них невероятно вкусно пахнет этими маслами. Аромат все еще кружил голову, но действие чая, казалось, прошло, и возбуждение отступало. Они лежали в кровати, обнявшись. Смотрели комедию, которую выбрал Влад. Иногда мужчина усмехался, и Лана улыбалась. Не от того, что происходило на экране. А потому что наслаждалась каждой секундой вместе.