Из блока №7 с любовью

Ноябрь

‎ ‎Ноябрь принёс первые заморозки и первые настоящие тайны. ‎ ‎По утрам трава во дворе покрывалась инеем, и студенты, спеша на первые пары, оставляли на ней тёмные следы. Фонтан наконец отключили, и теперь он стоял, накрытый брезентом, похожий на огромный белый купол. В кафе на территории кампуса начали продавать горячий шоколад и яблочный штрудель, и очередь туда выстраивалась с самого утра. ‎ ‎В блоке №7 стало заметно теплее — включили отопление, и батареи приятно грели, создавая уют вопреки промозглой погоде за окном. На подоконниках появились пледы, на которые так и хотелось залезть с ногами и смотреть на серое небо. ‎ ‎Эмили обнаружила, что Винсент ведёт блог. Совершенно случайно — увидела открытую вкладку на его ноутбуке, когда зашла на кухню за водой. Он отвлёкся на секунду, а она не удержалась. ‎ ‎— «New Van Gogh»? — прочитала она вслух. — Это ты? ‎ ‎Винсент покраснел так, что даже уши стали малиновыми. Он попытался захлопнуть ноутбук, но Эмили уже вцепилась в него. ‎ ‎— Это... просто так. Для себя. ‎ ‎— Дай посмотреть! ‎ ‎— Нет, там ничего интересного. ‎ ‎— Винсент! ‎ ‎Она смотрела на него глазами, полными такого искреннего восхищения и любопытства, что он не выдержал. ‎ ‎— Только не смейся. ‎ ‎— Я никогда не смеюсь над тобой. ‎ ‎Он открыл свой блог. Несколько сотен подписчиков, десятки рисунков — портреты, пейзажи, абстракции. И среди них — она. ‎ ‎Эмили на кухне, с чашкой чая. Эмили с гитарой, склонившая голову к грифу. Эмили спящая на подоконнике в луче солнца. Эмили смеющаяся, запрокинув голову. Эмили, играющая с розовыми прядями волос. Эмили, читающая книгу. Эмили, готовая заплакать. Эмили, счастливая. Эмили, задумчивая. ‎ ‎— Это... это я? — прошептала она. ‎ ‎— Да. ‎ ‎— Все эти рисунки? ‎ ‎— Не все. Но многие. ‎ ‎Она подняла на него глаза. В них блестели слёзы — настоящие, живые, тёплые. ‎ ‎— Ты так видишь меня? Такой... красивой? ‎ ‎— Ты и есть красивая. Я просто рисую то, что вижу. ‎ ‎Их руки встретились над клавиатурой. Случайно. Или нет. Пальцы переплелись сами собой. ‎ ‎— Винсент, — сказала Эмили тихо-тихо, — я... ‎ ‎— Не надо, — перебил он. — Не сейчас. Просто знай. ‎ ‎Она кивнула. ‎ ‎И в этот момент в кухню влетела Агата. ‎ ‎— Эмили, ты видела мой... — Она замерла, увидев их. Руки на столе, близко-близко друг к другу, покрасневшие лица, ноутбук с открытым блогом. — Боже, вы двое вообще где-то, кроме кухни, бываете? ‎ ‎Эмили отдёрнула руку. ‎ ‎— Мы просто... рисунки смотрели. ‎ ‎— Ага. Конечно. ‎ ‎Агата забрала свою кружку и ушла, но в дверях обернулась и посмотрела на сестру долгим, внимательным взглядом. ‎ ‎— Эмили? Он хороший. Не облажайся. ‎ ‎Дверь закрылась. ‎ ‎— Она знает, — выдохнула Эмили. ‎ ‎— Твоя сестра знает всё. ‎ ‎— Это точно. ‎ ‎Они сидели молча, слушая, как за окном ветер гоняет последние листья по асфальту, и боялись пошевелиться, чтобы не разрушить этот момент. ‎ ‎--- ‎ ‎В тот же вечер Ричард сидел в своей комнате и смотрел видео Агаты в TikTok. ‎ ‎Он нашёл её канал случайно — Эмили оставила вкладку открытой на общем ноутбуке, и он увидел ник «Агата Кристи». Сердце забилось быстрее, чем при запуске новой игры. ‎ ‎Он смотрел одно видео за другим. Она никогда не показывала лица — только гитару, только руки, только голос. Иногда мелькал уголок комнаты, иногда тень на стене. И этот голос пробирал до мурашек, заставлял забывать о времени, о стримах, о подписчиках. ‎ ‎В одном из видео она пела песню, которую он уже слышал — ту самую, про маму. В комментариях писали: «Кто ты?», «Сними маску», «Ты гений», «Голос — наркотик». ‎ ‎И только один комментарий был другим: «Я знаю, кто ты. И ты прекрасна». ‎ ‎Ричард перечитал его несколько раз. Потом зарегистрировал фейковый аккаунт и написал то же самое. ‎ ‎Он не знал, зачем. Просто хотел, чтобы она знала. Чтобы кто-то в этом огромном, равнодушном мире сказал ей правду. ‎ ‎Через час пришёл ответ: «Спасибо, незнакомец». ‎ ‎Он улыбнулся в темноту. ‎ ‎За стеной тихо играла гитара. ‎