Из блока №7 с любовью

Май

‎ ‎В мае блок №7 готовился к лету. ‎ ‎Окна были открыты настежь, тёплый ветер шевелил занавески, на подоконниках грелись соседские коты, которые давно уже считали этот блок своим. В саду цвели яблони, осыпая лепестками дорожки, и фонтан работал без остановки, разбрасывая вокруг миллионы радужных брызг. ‎ ‎Винсент дописывал последние рисунки для своей первой выставки — ему предложили выставиться в городском Доме культуры. Маленькая, скромная выставка, но для него — начало всего. ‎ ‎— Это не Третьяковка, — смущался он, — но всё же... ‎ ‎— Это начало! — Эмили сияла. — Ты будешь знаменит! ‎ ‎— Я уже знаменит. Я твой. ‎ ‎Она засмеялась и чмокнула его в нос. ‎ ‎Ричард готовил грандиозный стрим — первый совместный с Агатой. Они решили, что она споёт вживую, а он будет комментировать и играть. Анонс собрал уже тысячу комментариев, и зрители ждали не дождались. ‎ ‎— Только не ори в микрофон, когда я пою, — предупредила Агата. ‎ ‎— Буду орать от восторга. ‎ ‎— Идиот. ‎ ‎— Твой идиот. ‎ ‎Эмили смотрела на них и думала о том, как всё изменилось за этот год. ‎ ‎Они приехали сюда чужими. Злыми, испуганными, одинокими. И стали семьёй. ‎ ‎Не по крови — по выбору. ‎ ‎— О чём думаешь? — спросил Винсент, садясь рядом на подоконник. За окном садилось солнце, раскрашивая небо в персиковые и лиловые тона. ‎ ‎— О том, что мама ошиблась. Когда ушла, я думала, что мир рухнул. А он просто перестроился. И стал лучше. ‎ ‎— Ты не злишься на неё? ‎ ‎— Уже нет. Я благодарна. Если бы она не ушла, мы бы не встретились. Ведь я выбрала психологию лишь для того, чтобы помогать таким же, как мы - потерянным. ‎ ‎Винсент обнял её за плечи. ‎ ‎— Судьба. ‎ ‎— Случайность. ‎ ‎— Судьба — это случайность, которую мы выбираем. ‎ ‎Эмили улыбнулась. ‎ ‎— Когда ты стал таким философом? ‎ ‎— Когда полюбил тебя. ‎ ‎Вечером они собрались на кухне вчетвером. Пили чай, ели печенье, смеялись. Ричард травил байки со стримов, Агата подкалывала его, Винсент рисовал всех в блокноте, а Эмили тихо играла на гитаре. ‎ ‎За окном садилось солнце. Где-то далеко мать Агаты жила своей жизнью с другими детьми. Где-то родители Ричарда снова улетали по делам. Где-то бабушка Винсента перебирала старые фотографии и улыбалась, глядя на снимки внука. ‎ ‎А здесь, в блоке №7, было тепло. ‎ ‎Потому что дом — это не стены. ‎ ‎Дом — это люди. ‎