Песнь Беркута

Думаю, мне стоит попытаться сократить количество встреч Гедеона со Скэриэлом. Иначе такими темпами у меня выработается условный рефлекс, как у собаки Павлова, и я буду материться каждый раз, как вижу этих двоих в одном пространстве. — Очень приятно с вами познакомиться, — радостно выпалил Скэриэл. — Готье много хорошего о вас рассказывал. Конечно, я ему ничего не рассказывал. Вернее, не так я обсуждал со Скэриэлом брата и наши взаимоотношения, но никогда не переходил черту. Не удивлюсь, если Лоу думает, что я боюсь своего брата как огня. И в этом, конечно, есть доля правды, но я самолично разобью лицо тому, кто даже подумает, что Гедеон меня бьёт или что-то в этом роде. Брат держит между нами дистанцию, я знаю это, но пока до сих пор не понял причину. Возможно, когда я стану старше, он расскажет мне. — У вас чудесная семья. — Скэр торопливо уселся за стол. — Я всегда хотел иметь старшего брата и младшую сестрёнку. Скэриэл сделал вид, что совершенно не считывает общее настроение за столом, и, несмотря на молчаливое разрешение от Гедеона начать трапезу, трещал как сорока. Обычно за ужином болтала только Габи, которой срочно нужно было рассказать про новое имя своей куклы или о какой-нибудь надоедливой девчонке. Но Лоу не мог знать наших порядков и, не изменяя себе, по-видимому, решил довести моего брата до нервного тика. Я и сам чувствовал, что между желанием провалиться под землю и исчезнуть насовсем мой живот скручивает, то ли от нервов, то ли от непрекращающегося галдежа Скэриэла. Мне физически было больно вслушиваться в тот нескончаемый поток бреда, который выливался из его рта. Особенно про семью, ненавижу, когда врут о таких вещах. Скэриэл говори, что не помнит своих родителей и какое-то время жил в интернате, пока его не забрал дядя. Я перевел взгляд на брата, наконец перестав делать вид, что еда в тарелке самое интересное, что я видел в этой жизни. Гедеон сидел с невозмутимым лицом, но то, как он сжимает вилку сильнее обычного, выдавало его с головой. Брат всегда предпочитает сжать что-то в руке, чтобы успокоиться, когда не может швыряться подручными вещами. Посторонний человек вряд ли заметит, но я наблюдаю за братом много лет, и хоть он пытается отгородиться от меня, я знаю о нем многое, недоступное прочим. Брат явно понял, что его провоцируют, и сдерживается, чтобы не разбить голову Лоу об этот стол, но на что надеется сам полукровка? В этот момент мне очень захотелось дать ему подзатыльник, но делать так за столом было бы некультурно. Поэтому я со всей силы ущипнул его за ляжку под столом, но это, как я и думал, не возымело никакого эффекта на бессовестное создание. Ужин подошёл к концу, и я был рад поскорее очутиться в своей комнате, но Скэриэл вызвался помочь прислуге. Он схватил стаканы и понёс их на кухню под одобрительный смех Кэтрин и Фанни. Поэтому пришлось тоже изъявить непреодолимое желание помочь, чтобы поскорее увести Лоу из общего пространства. Хорошо, что после моего вмешательства слуги старались побыстрее спровадить нас в мою комнату.

***

Как только за нами закрылась дверь моей спальни, я, не удержавшись, все же дал Скэру подзатыльник. — Ай, за что?! — взревел он, хватаясь за голову, так будто я пробил ему череп. — За всё хорошее! — и меня пробило на смех, не знаю, от чего именно: от вида Скэриэла или от собственных слов. Хотя, возможно, это что-то нервное, так как я смеялся несколько минут, не переставая, так сильно, что даже ребра заболели. — Ха-ха, очень смешно, Готье. — Что за чушь ты нес весь вечер? — еле отсмеявшись, спросил я. — Приврал немного, — с лукавой улыбкой ответил Лоу и завалился на мою кровать рядом. Он выглядел уставшим. — Приврал немного? — стоит отдать Скэриэлу должное, врать он умел и прекрасно понимал, какие слова лучше всего влияют на его слушателей. Хотя сегодня он явно превзошёл сам себя. — А первая встреча родителей? Это же сцена из фильма? — Да, увидел в каком-то старом, кажется, годов шестидесятых. Ты же знаешь, я без понятия, как они познакомились. — Ты болтал без умолку, — я опустился на кровать рядом с ним. — Один из моих непревзойдённых талантов, — гордо объявил Лоу, — я, как Демосфен, мастер в ораторском искусстве. — Скорее, мастерски пускаешь пыль в глаза и привлекаешь к себе внимание. Словно ты блестяшка на солнце, а окружающие люди сороки, готовые тебя схватить. — Этим тоже можно гордиться, — улыбнулся мне Лоу. У меня не осталось сил с ним спорить. В дверь постучали, когда мы только сели играть в Resident Evil, и я услышал голос Сильвии: — Господин Готье, не могли бы вы заглянуть в кабинет, вас ожидает господин Гедеон? — Да, хорошо… Спасибо! Я переглянулся со Скэриэлом. — Он не будет тебя убивать при таком количестве свидетелей в доме, — шутливо проговорил Лоу. Я ударил его локтем в бок, он сгорбился и зашипел от внезапной вспышки боли. — Козёл… Я лишь улыбнулся своей самой невинной улыбкой и вышел из комнаты. Кажется, бить Лоу входило у меня в привычку, жаль, придётся отказаться от такого удовольствия.

***

Гедеон сидел в одном из глубоких кресел и при виде меня даже не пошевелился. Я нерешительно встал у двери, на всякий случай готовя пути к отступлению. Хотя если брат сегодня выдержал Скэриэла и относительно мягко обошёлся с Оскаром, максимум, что мне достанется, это грозный тон и упрёки, словно я как минимум попробовал Эдемские яблоки. Брат незаметным движением головы указал мне на второе кресло. Я постарался сесть как можно глубже, чтобы ощутить хоть какую-то опору. Наступила пронзительная тишина. С прямой спиной, чуть расслабленный, он сидел, закинув ногу на ногу. Брат медленно приподнял правую руку и опёрся на неё головой. Настоящий аристократ в раздумьях. В такие моменты кажется, что брат сошёл с картины. Смотря на него такого сразу вспоминается орада фанатов и фанаток, которые готовы были бы спать на улице, лишь бы Гедеона удостоил их взглядом. Он смотрел на меня долгим, выжидающим взглядом, как будто я должен был в чём-то сознаться. — Ты, скорее всего, не представляешь, какую кашу заварил, верно? — раздался спокойный голос, но я легко различил металлические нотки. Гедеон был зол на меня, чего и следовало ожидать. — Я не хотел… — Оставь эти оправдания для кого-нибудь другого, — перебил он и потянулся к столу за сиди-диском. — Знаешь, что это? Я побледнел, то, что находится в руках брата, явно не сулит мне ничего хорошего. — Видео с камер клуба. Выкупил сегодня у них. — Гедеон надавил на диск и быстрым движением расколол его. — Запросили бешеные деньги за получасовые кадры, где тебя обрабатывает полукровка. Совесть грызла меня изнутри. Стоя сейчас перед братом, я чувствовал себя бесполезной обузой, баластом, который ему приходится тащить вопреки своим желаниям. Гидеон платил за мой промах из своего кармана. Мне хотелось в этот же миг вернуть ему все потраченные деньги, но даже я понимаю, что это невозможно. Мало того, что брат их не возьмёт и скорее сожжёт в ту же секунду, когда купюры попадут ему в руки. У меня, скорее всего, попусту нет нужной суммы. — Единственное, что эти ублюдки не учли, это то, что у чистокровных больше, чем одна извилина, по крайней мере у меня. — По его лицу расползлась ухмылка, и он откинулся на спинку кресла. Видя его лицо, я предпочёл, чтобы Гидеон не рассказывал о чести сотрудников Ямы. - Твой дружок появился как никогда вовремя. Сегодня он может переночевать у нас, Сильвия приготовила ему спальню для гостей. Но я хочу, чтобы он не попадался мне на глаза. Моя благодарность не вечна. Я старался откровенно не пялиться на брата. Гидеон оставил Лоу в доме только потому, что тот помог мне. — На этом всё, ступай. — В такие минуты Гедеон был точной копией отца. Поднявшись, я направился к выходу, но запнулся на полпути. — Что с Оскаром? Этот вопрос стал спусковым крючком для выдержки брата. Гедеон стремительно поднялся, на его лице появился хищный оскал, и он быстрым шагом настиг меня. Под его напором я, испуганный и растерянный, отскочил назад и спиной ударился о дверь. — Волнуешься за него? Или ты с радостью ещё раз поскакал бы с ним в «Яму»? — Гедеон исходил ядом. Он припёр меня к двери, подошёл вплотную. Как брат вообще посмел так подумать?! — Конечно, нет! Я просто волновался за тебя! — Лицо Гидеона приняло растерянный и грозный вид, что было бы комично в любой другой ситуации. — Я, знаешь ли, не хочу, чтобы мой единственный брат сел в тюрьму, защищая меня! В этот момент я наконец смог нащупать ручку и вырвался на свободу, не дав сказать Гидеону и слова. Летя к своей комнате, я чувствовал, как глаза наполняются слезами. Почему брат всегда такой?! Когда я ввалился в свою комнату, дыхание перехватило, я был словно загнанный зверёк, что бился в силках. Скэриэл подскочил ко мне. — Что… Что случилось? — Он испуганно вытаращился на меня. Ноги меня не держали. Я упал на ковёр прямо к нему в руки. Сейчас мне это было необходимо. Я хотел забыться в чем-то тепле и знать, что кто-то сможет защитить меня от всего мира. Это так больно, больно любить того, кто тебя отталкивает. Брат может вечность играть в свою абсурдную игру и считать себя правым. Просто иногда я боюсь, что он протянет ко мне руку, но не получит мою взамен. — Готи, ну что ты, — проскулил Лоу над моим ухом. Я чувствовал его горячую ладонь на своей спине. Он успокаивающе гладил меня, и я поддался его рукам. Цепляясь за его спину, словно он был единственным моим якорем в этом мире, постепенно успокаиваясь. Но как только прежние чувства притупились, во мне вспыхнул всепоглощающий гнев. Я отстранился от Скэриэла и решительно посмотрел в глаза напротив. — Я хочу встретиться и поговорить с Оскаром. Скэриэл явно был удивлён такой сменой настроения, я, наверное, и сам не ожидал от себя такого. Возможно, во мне все ещё говорила обида на брата и необузданное желание насолить ему. — Что-о-о? — он немного отодвинул свое лицо, увеличивая расстояние между нами. — Нехило тебя брат приложил. — Он меня не бил. — Кажется, у меня дежавю. — Что Гедеон тебе сказал? — Он не успел, но, скорее всего, велел бы держаться подальше от Вотермила. Опуская угрозы моей жизни, додумал уже про себя я. На мое заявление Скэриэл приподнял бровь в немом вопросе, но спустя секунду понял, что не получит ответ, и сдался. — А ты что задумал? — Э-э… Поговорить с ним. Я не видел лица Скэра в темноте, но догадывался, что он думает о моих умственных способностях. — Зачем? — жёстко спросил Лоу после небольшой паузы. — Ну… просто… — Я не знал, как объяснить. — Хочу понять, почему он так поступил. Скэриэл приподнялся на локте. Его голос зазвучал над моей головой. — Потому что он мудак. Ну, это не отменяет некоторых факторов, мешающих собрать картину происходящего. И вообще, мудаки бывают разные. Вдруг Оскар из типа, который стал мудаком по чистой случайности? — Это не объяснение. Я хочу понять его мотивы. Иначе я не успокоюсь. — Чистокровные все такие ранимые пташки или только ты? — с иронией спросил Лоу. — Да пошёл ты. — Я отвернулся от него. Скэриэл откинулся на ковёр и начал задумчиво рассматривать потолок. — У меня есть связи в этом клубе, я могу поспрашивать про Оскара, — тихо проговорил Лоу, когда я решил, что он уже собирается спустить разговор на тормоза. Однако, интересная информация. Я бы с радостью проверил это через свои источники, но, к сожалению, у меня нет таких возможностей. Люди с запретных земель не доверяют чужакам, особенно тем, кто большую часть времени живет в центре. Хорошо, что я все равно планировал отправиться туда. Возможно, мне удастся подслушать разговоры на нужную мне тематику. — Получится? — с сомнением спросил я. — Это не опасно? — Ну… Гедеон мне жопу не надерёт, как тебе. — Я услышал тихий смех и навис над ним, чтобы снова посмотреть ему в лицо. — Спасибо. — Спасибо, будешь Фанни говорить. А мне ты обещал день в македонском стиле. — Боги, ты всё ещё это помнишь, — простонал я и, не стесняясь, навалился на него всем телом, а после крепко обнял. — Ты раздавишь меня, Готи! Он сделал слабую попытку выбраться, но вскоре я почувствовал горячие руки на своей спине. На лице сама собой расползлась улыбка. Возможно, этот день всё-таки не так уж и плох.