Замужняя жизнь

      Темой, от которой Глаша всякий раз непременно возбуждалась, была еда. И пусть это было несколько не то возбуждение, которое могло привести к внеплановой близости, оно очень нравилось Никите. Порадовать любимую чем-нибудь вкусненьким он любил.       — Вот бы мне однажды сесть за стол… — начала мечтать Глаша. — И чтобы там было много-много еды… Салаты всякие разные, бухлишко… И чтобы нажраться за тем столом, как свинья, в прямом и переносном смысле слова…       Глаша осуждала тех знакомых, которые на день рождения не накрывали столы. Хотя бы как в ее детстве: 3-4 салата, ну ладно, можно без горячего — салатами же наешься, ну и сладкая часть — торт, пирожные, конфеты. Конечно, идеалом был тот стол, который накрывали одни то ли знакомые, то ли родственники — седьмая вода на киселе, а то и оба варианта сразу матери, но готовить 5-6 салатов, нарезки и горячее Глаша бы все же поленилась.       — Ну ты только представь! — однажды возмущалась Глаша, придя со дня рождения одной из одногруппниц. — У нее был один салат, порционная лазанья и чай с тортиком. И газировка. Даже не из бокалов, даже без тостов!       Глаша не осуждала людей, которые по каким-то причинам отказались от употребления алкоголя, причем сама причина девушку не интересовала: она одинаково положительно отнеслась бы к версии «не люблю», «нельзя по состоянию здоровья» и «вообще ни разу в жизни не пробовала». Однако сервировать стол и поставить на него и хрустальные бокалы, и несколько видов сока и газировки, по мнению Глаши, было обязательно. Ну а высший пилотаж — и бухлишко для гостей, потому что гости не виноваты в том, что хозяин или хозяйка трезвенница.       Праздником, на который стоило бы равняться, Глаша всегда называла день рождения одной из одногруппниц. Вегетарианка накрыла стол, на котором было много разных вегетарианских блюд, да таких, о которых Глаша сроду не слышала, кроме того, сделала колбасно-мясную и сырную нарезку, а то, что не доели гости, завернула каждому с собой — ей-то такое ни к чему.       — Саша, вот на тебя надо равняться, — произнесла Глаша. — Такой стол! А скажешь рецептик вон того салата?       — Да не вопрос! — ответила Саша. — Хотя и ты, Глаша, можешь приготовить блюдо из сосисок, майонеза и хлеба так, что все будут упрашивать поделиться рецептом.       В целом, приготовить очень вкусное блюдо из минимума ингредиентов Глаша могла, умела, любила, практиковала. Иногда, под настроение, могла приготовить и более сложное блюдо, но они все равно получались не лучше простых. А, как говорится, если не видно разницы — зачем мучиться дольше?       Конечно, Глаша была на самых разных праздниках и днях рождения, поэтому и садилась за достойно, по ее мнению, накрытые столы, однако Никита, вспомнив слова Глаши, решил все же порадовать свою супругу, причем внепланово.       С утра четырнадцатого февраля они обменялись картинками в мессенджере. «Товарищ, не ведись на буржуазную хрень, 14 февраля — обычный день» и «Поздравляю с днем освобождения Ворошиловграда (Луганска) и Ростова на Дону». Глаша планировала повторить вечером прошлогоднюю шуточку, что 14 февраля — это день друзей в Финляндии, а друзей не ебут, однако Никита сделал Глаше поистине королевский сюрприз.       — Давай, Глашенька, пойдем, — когда Глаша разделась и умылась, сказал Никита. — Сейчас я тебе глаза завяжу.       Глаша обрадовалась и невольно задумалась, что ей приготовил Никита. В каком-то году она зажгла свечи и разложила на полу мандарины, еще в одном году они просто варили глинтвейн и пили его с пряниками. Однако сегодня…       Глаша ахнула, увидев накрытый стол, сервированный на двоих. Три салата и две бутылки вина — более чем достаточно, чтобы нажраться в обоих смыслах слова.       — Никита… — выдохнула Глаша. — Вот этот праздник!       «Не то, что одна на работе рассказывала, что они с мужиком суши заказали», — подумала девушка.       Да, с очень высокой долей вероятности, салаты были куплены в магазине, и Глаша прекрасно догадывалась, в каком. Однако в этом магазине они покупали салаты не раз и всегда они были и вкусными, и свежими. Да и, как говорится, главное — устроить праздник, а не задолбаться.       Машунька обычно стремилась к упрощению жизни. Еще лет двадцать назад, в Глашином детстве, когда только-только начали появляться покупные салаты, однажды купила их на пробу. Гости ничего не поняли, разве что в одном из салатов спросили про ингредиенты. Удалось отшутиться фразой, что это большой секрет и свои секреты хорошая хозяйка не раздает. На самом деле Машунька тоже не могла понять, что это: сыр или яйца.       В другой раз купила котлеты в кулинарии, которые тоже зашли «на ура». Единственное, что всегда опознавали, так это пироги из одного известного супермаркета. Потому что они были настолько вкусными, что их заказывали многие.       Глаша тоже иногда покупала или делала заказ с этими пирогами. Очень любила торты из их пекарни: что с масляным кремом — прямо вкус детства, что со сливочным или каким-нибудь подобным. Йогуртные или сметанные варианты считала не просто переводом денег — глумлением над продуктом. По мнению Глаши, торты могли быть только «классическими», а остальное можно было называть исключительно «тортосодержащий», а лучше «тортоподобный» продукт. Чтобы не пудрить мозги честным людям.       Однажды еще в школе одна из одноклассниц принесла на день рождения торт, состоящий из тоненького коржа и йогуртовой массы. Большинство ело молча, кто-то хвалил необычный торт, а Глаша практически давилась им и думала, как можно было ошибиться и купить «такое говно». То, что кто-то мог умышленно купить такой торт, девушка даже не допускала мысли.       Пить «как леди» не хотелось. Есть «как леди» тоже. Поэтому Глаша с удовольствием и наложила себе полную тарелку салата, и с наслаждением выпила бокал вина залпом. Потом они с Никитой повторили с другим салатом, снова выпили. Пили и за медицину, и за образование, и за мир во всем мире, и за многое другое. В конце концов, окончательно расслабившись, Глаша гладила Никиту по руке, целовала и благодарила за такой чудесный праздник.       На следующий день они делились на учебе впечатлениями от праздника.       — Мой мне подарил розу, а я ему любимый табак для кальяна, — сказала одна одногруппница.       — Мы сходили в кафешку.       — Мы в баньку сходили еще с одной парой.       — Надеюсь, парами не менялись?       — Ага, конечно. Да не дождетесь!       — Я своему любимому коту купила корм и насыпала полную миску.       — Он мне подарил цветы, а я ему испекла пирог.       — А мне, — мечтательно сказала Глаша, — сделали царский подарок. Никита меня за стол посадил.       — О, прикольненько, — сказал кто-то. — Потрахались потом?       — Четырнадцатое февраля — день друзей в Финляндии, а друзей, как ты прекрасно знаешь, не ебут, — ответила Глаша.