Осечка

Азирафель смог проследить за заметной аурой Кроули до небольшого городка Лебанон в штате Канзас, расположенного в самом центре штата. Однако, оказавшись там, он понял, что не может определить точное местоположение демона. — Что-то мне мешает, — пробормотал Азирафель себе под нос, раздражённо нахмурившись. Он не привык к тому, что его высшие чувства так подавляются. К счастью, как уже было сказано, город был не таким уж большим. Конечно, он мог бы найти Кроули за сорок восемь — ну, теперь уже за сорок семь — часов. Он решил, что ему остаётся только ходить от дома к дому и спрашивать, не видел ли кто Кроули. Его было не так уж сложно заметить, особенно в сельской местности Америки. Яркий стиль Кроули едва ли вписывался в элитные районы Лондона. Здесь он был бы как бельмо на глазу. Азирафель решил, что для начала стоит заглянуть в местную закусочную. В конце концов, он был немного голоден. Он расспросил хозяйку, обеих официанток и су-шефа, но безрезультатно. Они не видели в Ливане никого, кто подходил бы под описание Кроули. Это неудивительно: Кроули редко утруждал себя едой, если с ним не было Азирафеля. Следующим делом он решил заглянуть в местные бары. Кроули, похоже, искал алкоголь независимо от компании, в которой он находился. Азирафель доедал свой сэндвич (дополненный большим количеством взбитых сливок и клубники), когда над дверью закусочной звякнул колокольчик, возвещая о приходе двух мужчин. Азирафель взглянул в их сторону и отшатнулся в шоке, чуть не подавившись клубникой. Что, во имя всего святого, они такое? На первый взгляд это были двое мужчин. Оба высокие и типично мужественные, одетые в несколько слоёв фланелевой и джинсовой ткани. Если не считать плохо продуманного гардероба, именно их ауры так сильно беспокоили ангела. Тот, что повыше, с волосами до плеч, выглядел почти как человек, но вся его аура была окутана тьмой. Гнетущей, поглощающей, чёрной. Как будто кто-то взял перманентный маркер и нарисовал им картину маслом. От того, что был ниже ростом, исходила ещё более тревожная аура. Его аура представляла собой сложную смесь адского и неземного влияния, как будто демон и ангел запрыгнули в одно и то же тело и решили сразиться за то, кто из них останется. Окружённый тьмой, но окутанный светом. Что ж, это определённо похоже на зацепку. Азирафель отвлекся от своих блинчиков и прислушался к разговору, который вели эти двое, когда сели за стол. У ангельского слуха есть свои преимущества. — Дин, ты уверен, что тебя это устраивает? — Послушай, Сэмми, я уже просил Каса совершить глубоководное погружение в мой разум в поисках воспоминаний о Михаиле. Это не первое моё родео. Боже правый. Грамматика. Ужас. — Ты не знаешь, что он может, ну, знаешь... обнаружить. Когда он забрал у меня Благодать Гадриэля, это было ужасно. — Да, ты меня реально настраиваешь на это. — Я просто хочу, чтобы ты был готов. Мы можем поискать другой способ. — Я не вижу другого выхода. А если и есть, то цена будет выше. — А если это не сработает? — возразил тот, кого звали Сэм. — Тогда нам придётся делить комнату с ультрамощным демоном. Это должно сработать, Сэм. Ультрамощный демон! Да! Он нашёл того, кто контактировал с Кроули. Двух тех, кто контактировал с Кроули. Но он не мог понять их намерений, казалось, они пытались что-то сделать с Кроули. Может быть, это его похитители? Но тогда где держат Кроули, если его похитители вышли перекусить? Мужчины не возобновляли разговор до тех пор, пока им не принесли еду. — Может быть, не так уж плохо, что он всё-таки застрял здесь, — осторожно предположил тот, что повыше, по имени Сэм. — На какой планете это было бы хорошо? — Он силён, Дин. Возможно, достаточно силён, чтобы одолеть Михаила. Михаил...? Уж точно не Архангел... — Этот чувак похож на тринадцатилетнего подростка с СДВГ. И ты правда думаешь, что он нам поможет? — Я не знаю. Он не похож ни на одного из демонов, которых мы встречали. Азирафель тихо улыбнулся про себя. О да. Они определённо говорили о Кроули. — Всё это может быть игрой, — заметил Дин без особой уверенности. — Я так не думаю. — ...Да. Я тоже. — глубокий вздох. — Послушай, давай просто... подумаем о том, что мы будем с ним делать, после того как попробуем извлечь из меня Архангельский сок. Если это не сработает, будем действовать дальше, но... это сработает, ясно? — Хорошо. Ты всё ещё хочешь пива? — Я просто куплю упаковку из шести банок по дороге домой. — Хорошо. После этого они перешли к более приземлённым разговорам. Азирафель потратил много времени на то, чтобы доесть свою еду, рассчитывая, что сможет уйти одновременно с двумя мужчинами. Когда они встали из-за стола и оставили на нём двадцатку, он попытался сделать то же самое. Он бросил на стол двадцатифунтовую купюру, но быстро опомнился и превратил её в американские деньги. Он наблюдал за тем, как двое мужчин вышли из закусочной и направились к автомобилю старой марки, перед которым, он был уверен, Кроули бы не устоял. Выйдя на улицу, Азирафель услышал, как завёлся двигатель. Когда он сосредоточился на машине, его тут же накрыло волной такой сильной любви, что ему пришлось опереться на вывеску закусочной. — О боже, — воскликнул он, прижав руку к груди. Он редко испытывал такую сильную привязанность к неодушевлённому предмету. Удивительно. И удобно, ведь так за парой будет гораздо проще следить. Ах. Но следующий шаг. Лучше не летать в неизведанных небесах, и он уж точно не собирался догонять машину пешком... Азирафель спокойно подошёл к ближайшей машине. Мужчина, только что вышедший из хозяйственного магазина рядом с закусочной с небольшим пакетом в руках, уже собирался отъехать от тротуара, когда Азирафель легонько постучал в окно со стороны пассажира. Мужчина опустил стекло и настороженно посмотрел на Азирафеля. — Чем я могу вам помочь? — грубо спросил он. — Мой дорогой друг, если тебе не трудно, мне нужно, чтобы вы проследил за этой машиной, — Азирафель указал на удаляющийся чёрный автомобиль. — И побыстрее, если сможете. Человек уставился на него. — Что? Нет. Кто ты такой? О, на всё это уйдёт слишком много времени. Им нужно было поторопиться — неизвестно, в какой опасности мог оказаться Кроули. Он коротко вздохнул. — Прошу прощения, — сказал он и щёлкнул пальцами. Мужчина открыл пассажирскую дверь, и Азирафель сел в машину, не забыв пристегнуться. — А теперь, что насчёт этой машины? — Незамедлительно,— монотонно и безропотно ответил мужчина. Они отъехали от обочины и последовали за похитителями Кроули. Я иду, мой дорогой, просто подожди ещё немного.

***

Кастиэль вошёл в стратегическую комнату и увидел, что Джек в одиночестве изучает записи Донателло и Кевина. Кроули нигде не было видно. — Где Кроули? — тут же спросил Кас, которому не нравилось, что демон надолго исчезает из поля зрения. Да, они договорились, что он останется на месте, чтобы они вчетвером чувствовали себя спокойно, но это не отменяло того факта, что они находились в крупнейшем хранилище сверхъестественных артефактов и информации на планете, и ни один незнакомец, тем более демон из другой вселенной, не должен был находиться там без присмотра. — Эм, я не уверен. Он сказал что-то про скуку и ушёл, — сказал Джек, не особо обращая внимание на Каса. — Джек, мы не можем... Джек поднял голову и нахмурился. — Кас, я не думаю, что мы смогли бы его остановить, даже если бы захотели. Кас ничего не ответил. — Верно? — настаивал Джек. Кас резко выдохнул через нос. — Я собираюсь его найти. Найти демона было несложно. В бункере было трудно что-либо почувствовать в паранормальном спектре, но, когда там не было охотников, там было очень тихо, если не считать гула механизмов. Услышав шорох в комнате Дина, он понял, что нашёл Кроули. Кас толкнул дверь и увидел демона, сидящего на полу, скрестив ноги, в окружении виниловой коллекции Дина. Перед ним были разложены конверты от пластинок. — Кроули, — резко бросил Кас. — Ты не можешь просто так заходить в комнаты других людей. — А что ещё я могу делать? — спросил Кроули, размахивая перед Касом экземпляром «Quadrophenia ». — Сидеть здесь, засунув палец в задницу? Кас вздохнул. Демон был непоседливым — казалось, ему совершенно не нравилось сидеть на одном месте дольше нескольких минут или посвящать какое-то время конкретной задаче. Ему требовалась постоянная стимуляция тем, что он называл «интересным», а таких вещей было не так много. — Дин не хотел бы, чтобы ты был в его комнате. — Ну, в комнате Дина гораздо веселее, чем в комнате Сэма. Он хоть чем-то занимается, кроме чтения? — Кроули свистнул. — Хотя о его вкусах ничего сказать не могу. Он слушает что-нибудь, чему нет сорока лет? — Дин говорит, что вся музыка, выпущенная после 1979 года, отстой, — невозмутимо пересказал Кас. — Что? — Кроули был в ярости. — Это… это просто объективно неверно, хотя бы потому, что «Hot Space» и «A Kind of Magic» вышли в восьмидесятых. Он хуже Азирафеля, он полностью застрял в прошлом. — Ты много говоришь об Азирафеле, — заметил Кас. — Я... тсс — это... нет, я не... — Кроули отмахнулся от него. — Определённо нет. Я вообще о нём не упоминал. — Ты упоминаешь его почти в каждом разговоре. У демона появился румянец на щеках. — Заткнись, — Кроули вернул Квадрофению на место, а затем положил её обратно в коробку с пластинками Дина. Он вскочил на ноги и начал кружить по комнате Дина, подбирая случайные вещицы и вертя их в руках. — Кем он тебе приходится? Вы по-прежнему союзники, даже теперь, когда ваш апокалипсис предотвращён? — спросил Кас. Он не мог отрицать, что ему было любопытно узнать об отношениях демона с его ангельским товарищем. Конечно, он мало что мог сказать против сотрудничества с демонами, учитывая Пакт Чистилища и то, что он много лет работал вместе с их Кроули. Но он никогда не испытывал к Кроули такой привязанности, как Дин, а этот Кроули говорил об Азирафеле с гораздо большей любовью, чем Дин когда-либо испытывал к Королю Ада. — Союзники... — демон обдумал это слово. Он взглянул на клинок Чистилища Дина, висевший на стене. — На самом деле соседи по квартире. В наши дни. — Вы... живёте вместе? — Ты — ангел, живущий среди людей. Не удивляйся так. — Но ты демон. Кроули лишь покачал головой, снял со стены клинок Чистилища и взвесил его в руках. — Похоже, ангелы везде одинаковы, да? Кас прищурился, глядя на демона. — Что ты имеешь в виду? И положи это. Кроули пожал плечами и для пробы взмахнул клинком. Кас вздрогнул. — Я большой страшный демон, — передразнил он голос Каса. — Бойтесь меня, смертные, ибо я — творец первородного греха. — Ты буквально творец первородного греха. — И что? — спросил Кроули, разворачиваясь на каблуках лицом к Касу, взмахнув клинком. — Не мог бы ты положить это? Кроули полностью проигнорировал его и продолжил: — Разве это так плохо? Показать им разницу между Добром и Злом? Дать им возможность выбора? Кас вспомнил Гадриэла, в тот момент, когда обнаружил кто скрывается за личиной Иезекииля. Вспомнил, как его пришлось физически удерживать, чтобы он не убил его. Ты разрушил мир. На лице Кроули появилась горькая ухмылка. — О, я тебе действительно не нравлюсь, да, Кастиэль? — Возможно, ты и спас свой мир, но если бы ты с самого начала не развратил человечество, его не пришлось бы спасать. — Он не стоил бы того, чтобы его спасать, — прошипел Кроули. —  Они все еще были бы в Саду. На самом деле, просто животные. Я дал им способность задавать вопросы. Ад знает, что вопросы Ей не принесли мне большой пользы, но им? Люди другие. Когда они решат, что им что-то не нравится, они просто скажут: «Ну что ж, давайте тогда это исправим, хорошо?»... не вижу в этом ничего плохого. — В твоей природе сомневаться в Боге. Ты демон, — настаивал Кас, не совсем понимая, к чему клонит Кроули. — Так было не всегда, — ответил Кроули, изящно пожав плечами и бросив последний взгляд на клинок Дина из Чистилища, прежде чем вернуть его на место на стене. — А в те времена, когда ты был человеком? Кроули посмотрел на Каса так, словно у того выросла вторая голова. — Человек? Я не из этой вселенной, Кастиэль. В моём мире мы не превращаем людей в демонов. Они проводят вечность в Аду, и все расходы оплачиваются. — Тогда... — Кас в замешательстве нахмурил брови. — Откуда берутся твои демоны? Откуда взялся ты? Та же безрадостная улыбка. — Мы были ангелами. Мысль о том, что ангел может стать демоном, приводила его в замешательство. Две крайности — как ангел вообще может пережить трансформацию? Сама их сущность противоречила инфернальности. Даже падшие ангелы, те, кто пошёл на поводу у Люцифера, всё равно оставались ангелами, просто... более тёмными. Сейчас никто из них не выжил, но Кас сражался с несколькими в первые дни, и они были сломленными, ненавидящими существами... но точно не демонами. — Ты?.. — Ага, — ответил Кроули.— Не самый хороший, очевидно, но всё же ангел. — Какой ангел? Кроули покачал головой, и его солнцезащитные очки сползли чуть ниже, обнажив змеиный блеск глаз. — Мм. Теперь это не имеет значения, не так ли? — и те же глаза взглянули на Кастиэля, словно глядя сквозь него. — Но это многое проясняет, не так ли, Пернатый? У нас обоих чёрные крылья. Мы оба пали. Просто я пал чуть дальше... — он весело фыркнул, — Хотя мои крылья выглядят намного лучше твоих. Ангел. Ему было трудно совместить это знание с образом Кроули. Змея. Демон, порождение зла. — Но Люцифер ненавидел человечество. Почему ты встал на его сторону после грехопадения? — Ну, он был харизматичным, скажем так, — он продолжил расхаживать по комнате Дина, остановившись у прикроватной тумбочки, чтобы рассмотреть фотографии. На одной из них были Мэри, Дин и Сэм в детстве, на другой — мальчики и их отец, на третьей — Бобби, один из братьев, Кастиэль, и Джек, сделанная недавно. — На самом деле я не был согласен со всеми этими его истериками, но, как и он, не считал, что Бог с самого начала всё делала правильно. Кое-что казалось мне раздражающим. Стоило мне написать несколько критических замечаний в разделе предложений, и вжух я оказался там же, где и все остальные. — А когда ты был на Земле? — спросил Кас, не в силах сдержать свой интерес. Кроули поправил очки и взял в руки фотографию Дина, Сэма, Каса и Джека. — Они мне понравились. Ничего не мог с собой поделать. — Но ты был на стороне Ада до самого конца? Кроули покачал головой. — На самом деле я как можно меньше занимался демонизмом. Ад легко обмануть. Я присваивал себе то, что люди придумывали сами. Трансатлантическая работорговля обеспечила мне почти сто лет мира и спокойствия, они были так довольны мной. Я и пальцем не пошевелил, — он положил фотографию обратно и взглянул через плечо на Кастиэля, — А ты? Ты был на Небесах до одиннадцатого часа. Почему ты пал? — Ты читал книги. — Э-э-э, — Кроули сделал так себе движение рукой. — Я пролистал. Кас с трудом сглотнул. Их нынешняя жизнь не располагала к самоанализу. Он редко вспоминал те дни первого апокалипсиса, когда они с Сэмом и Дином постоянно были в бегах, хватаясь за малейший шанс остановить Конец света. — Это был Дин, — тихо признался Кас. — Сэм и Бобби тоже, позже. Но в тот момент, когда я взбунтовался, это было ради него. Майкл забрал бы его тело и уничтожил его. Использовал бы его как оружие, чтобы уничтожить весь мир. Я... не мог этого допустить. Небеса всегда были Правы, всегда были Благие, но уничтожить человечество ради такой бессмысленной войны — это было Зло. Я ничего не знал, но я знал это. И именно это заставило меня отказаться от рая. — Всего один человек? — Кроули, казалось, был слегка удивлён. Он подошёл к Кастиэлю. — Влюбиться в смертного. Это всё равно что напрашиваться на боль. — Я не влюблён в Дина, — возмутился Кас, услышав это обвинение. — Он — моя семья. Он, Сэм и Джек. — Ты не пал ради Сэма и Джека. Ты не отправился в ад ради Сэма и Джека. Кас подавил раздражение. Он привык к тому, что люди намекают на подобные вещи. — Дин для меня особенный, но в чисто платоническом смысле. Кроули просто рассмеялся. Громко. — Ну ладно, Перышко. Как скажешь, — он протиснулся мимо Каса. — А теперь пошли. Я слышу, как Винчестеры топают где-то рядом. Пора начинать представление.