Мой император

Несмотря на присущую Дон Сику фамильярность, фривольность даже, в шёлковом чёрном облачении, подпоясанный, с аккуратно подстриженной бородой, он похож на знатного воина. Когда Джу Вон видит его во второй раз, то узнаёт только по раскосым, чуть насмешливым глазам, смотрящим гипнотически-прямо. — Ты хорошо постарался, Сан Бэ, — одобрительно кивает император, обходя Дон Сика и вглядываясь: в осанку, изгибы плеч, лоснящиеся волосы, собранные в пучок. Его тяжёлые одежды шуршат, поступь мягкая. Рядом с Дон Сиком пахнет недавно выделанной кожей, и почему-то сердце императора бьётся чуть чаще от этого запаха. — Что ж, теперь он не похож на вшивого простолюдина. — Не все простолюдины вшивые, ваше высочество. — Ты сможешь хорошо драться, даже если тебе укоротить язык. Мальчишка, заканчивая осмотр, становится прямо напротив Дон Сика. Глаза в глаза. Нам Сан Бэ громко вздыхает, по-прежнему склонившись к полу. — Простите его, ваше высочество. Он верный, но всё же дворовый пёс. — Если вы укоротите мне язык, как я буду лаять? — вставляет Дон Сик тут же с кривой ухмылкой. — Замолчи, остолоп! Но у императора тоже слегка приподнимается уголок губ. Видимо, он в хорошем настроении, какое бывает нечасто — судя по всем дворцовым слухам, которые успел насобирать Дон Сик. — Посмотрим, значит ли твоя дерзость смелость или глупость, — спокойно говорит император и, ещё раз окинув Дон Сика взглядом, отходит к трону. — Сегодня будет совершено покушение. Встретишь их в спальне вместо меня.

***

Дон Сик понимает всё не сразу — только когда Нам Сан Бэ открывает ему историю императорской семьи до конца. — Джу Вон сын наложницы. Он не должен был стать императором, хотя его всё же готовили — как готовят всех сыновей. Но мальчишка просто рос при дворе вместе с матерью, отец даже не посещал его. Всё было хорошо, пока император и его прямой наследник — сын королевы — не погибли, возвращаясь из похода через заснеженный перевал. Больше наследников не было. — Отказался бы, — холодно замечает Дон Сик, заканчивая точить меч, который пригодится уже этой ночью. — Как всё у тебя легко… — Люди сами всё усложняют. — Отказаться — это сразу подписать смертный приговор. На трон взойдёт кто-то из главенствующих семей. Резня будет в любом случае, но даже если в ней выжить, победивший будет уничтожать всех, кто хоть как-то может посягнуть на трон. И Джу Вон был бы первым в списке — не важно, согласился он править или нет. — То есть лучше сходить с ума, подозревая всех. И казнить направо и налево. — Не требуй от мальчишки отказаться от собственный жизни. Даже ты так не можешь. Вся его жестокость — оттого, что он загнан в угол и не хочет умирать.