По ту сторону веры 🔮

Тэхён не помнил, как уснул. Проснулся он резко — будто кто-то прокричал прямо у него в голове. Он сел на кровати, тяжело дыша. В комнате было тихо, Чимин спал, за окном едва начинало светлеть. Несколько секунд он прислушивался, пытаясь понять, что его разбудило. И снова. Крик — далёкий, протяжный, словно проходящий не через уши, а через саму грудь. — Что это… — прошептал он. Не до конца проснувшись, он поднялся и вышел в коридор общежития. Вокруг стояла странная тишина — ни шагов, ни голосов, даже привычного шума труб не было слышно. Ещё один крик. Теперь он был чуть яснее. Тэхён вышел на улицу и остановился. Двор казался неподвижным: ни ветра, ни птиц, ни малейшего движения. Мир выглядел так, словно его поставили на паузу. Холодок пробежал по спине. Крик снова донёсся — со стороны учебного корпуса. Не понимая почему, он пошёл туда. На четвёртом этаже коридор встретил его той же мёртвой тишиной. Свет ламп казался застывшим, будто даже воздух перестал двигаться. И только тогда он увидел их. Двое мужчин стояли у стены, окружённые слабым мерцающим барьером. Один держал в руках прибор, другой — странные часы, излучающие едва заметное сияние. Они обернулись почти одновременно и на мгновение замерли, увидев Тэхёна. — Тебе здесь не место, — резко сказал один из них. — Немедленно уходи. Но Тэхён уже смотрел дальше — туда, где в глубине коридора вспыхнул голубой свет. Сначала он подумал, что ему показалось. Но затем увидел силуэт. Чонгук с завязанными глазами, двигался между искажёнными тенями — быстрыми, рваными, почти неуловимыми. В его руках горел длинный меч из голубого огня, и с каждым взмахом тёмные силуэты рассыпались светящимся пеплом. — Чонгук… — выдохнул Тэхён и подошёл ближе. Тэхён не сразу понял, что именно заставило его вдруг остановиться. Сначала — холод. Не обычный утренний холод коридора, а чужой, вязкий, словно воздух внезапно стал тяжелее и лег на плечи невидимым грузом. Он медленно обернулся. Позади него — почти вплотную — стояла тень. Нечёткая, будто собранная из дыма, но в центре этой темноты угадывалось лицо. И глаза. Пустые, слишком глубокие, будто провалы. Тэхён замер. Он хотел сделать шаг назад, но ноги будто приросли к полу. Дыхание стало коротким, поверхностным, а в ушах появился тихий, надсадный шёпот — не слова, а ощущение, будто кто-то пытается говорить прямо у него в голове. Тень потянулась к нему. Тэхён смотрел в пустые глаза — и вдруг отчётливо вспомнил собственные слова: «Почти хочется поверить». И в ту же секунду понял — дело не в том, хочется ли. Дело в том, что он уже стоит по ту сторону. Не веры. Не сомнений. По ту сторону объяснений. Мир не просил его согласия. Не ждал, пока он разберётся. Он просто раздвинулся — и показал себя. И вера… не появилась. Она рассыпалась. Потому что верят в то, чего не знают. А он — видел. Полупрозрачные пальцы приблизились к его щеке. Холод коснулся кожи раньше, чем прикосновение стало реальным — резкий, пронизывающий, будто к лицу поднесли лёд, который не тает. Ещё секунда. И они коснутся. — ТЭХЁН! Голос прорезал пространство. Голубая вспышка вспорола воздух между ними быстрее, чем он успел моргнуть. Что-то резко дёрнуло его назад — мир качнулся, воздух ворвался в лёгкие разом, болезненно, жадно. Тень рассыпалась, оставив после себя лишь тонкий след холода на коже — онемевший, будто ожог. Тэхён только сейчас понял, что всё это время не дышал. Чонгук оказался рядом мгновенно — движение, толчок, запах огня и металла. — Держи его! Не отпускай! — резко бросил он беловолосому. Сильные руки перехватили Тэхёна, прижимая к груди. Барьер вокруг них дрогнул, вспыхнул ярче. И в тот же момент одна из теней отделилась от стены за спиной Чонгука — тихо, почти незаметно — и рванула вперёд. — Сзади! — крик вырвался сам, без мысли, без сомнений. Чонгук развернулся мгновенно. Голубая дуга меча рассекла воздух. Тень разорвалась — беззвучно, окончательно. Тишина упала тяжело. — Ты видишь ещё что-нибудь? — резко спросил Чонгук, не оборачиваясь. Сердце Тэхёна билось так громко, что он едва слышал собственные мысли. Он оглядел коридор. Пусто. — Нет… никого. Высокий мужчина с часами коротко кивнул. В следующую секунду мир вдохнул. Где-то хлопнуло окно. За стеклом прошелестел ветер. Свет ламп стал обычным. Пыль медленно осела. Время снова пошло. Чонгук, сняв повязку с глаз, обернулся. Голубой огонь меча медленно поднялся к его руке и слился со шрамами, постепенно угасая в них. Увидев Тэхёна так близко, он мгновенно помрачнел и быстрым шагом направился к нему. Беловолосый сразу же отпустил его. — Ты что здесь делаешь?! — голос сорвался. — Я же сказал не выходить! Тэхён вздрогнул. — Я… я услышал крик и… — Он только что спас тебе жизнь, — твёрдо вмешался высокий, становясь между ними. — Если бы не он, ты бы даже не понял, как тебя коснулись. Чонгук замолчал. Несколько секунд он просто смотрел на Тэхёна — на его побледневшее лицо, на след холода, который всё ещё оставался на коже, создавая голубой узор. И тихо, уже без крика, сказал: — Мне не нужна жизнь, если её ценой станет он. Повисла тяжёлая тишина. Он взял Тэхёна за руку — крепко, почти отчаянно — и повёл прочь. До общежития они шли молча. Тэхён всё ещё чувствовал холод на щеке. И странную пустоту внутри — как будто в нём что-то окончательно сдвинулось. У двери он тихо сказал: — Прости… Я правда услышал крик. Я не хотел ослушаться. Я просто… не подумал. Чонгук тяжело выдохнул. Раздражение уже ушло — осталось только запоздалое понимание, насколько всё было близко. Он шагнул ближе и осторожно притянул Тэхёна к себе. Он медленно провёл пальцами по его щеке, словно проверяя, исчез ли холод — и лишь сильнее прижал Тэхёна к себе. Объятие было крепким. Почти болезненным. — Пожалуйста… — голос стал тише. — Больше никогда так не делай. Что бы ты ни услышал… кого бы ни увидел… не иди за этим. Он прижался лбом к его виску. — Никогда. Чонгук ещё мгновение держал его в объятиях, будто пытаясь убедиться, что Тэхён действительно рядом, что он не исчезнет, не растворится в той тревожной темноте, из которой они только что вышли. Тэхён поднял глаза — и в них всё ещё дрожало то же растерянное напряжение. И тогда Чонгук не выдержал. Он наклонился и поцеловал его — резко, почти отчаянно, словно в этом поцелуе пытался остановить всё то, что могло бы случиться. Его ладони скользнули на талию Тэхёна, притягивая ближе, крепче, так, будто расстояние между ними само по себе было опасностью. Поцелуй стал глубже, медленнее. Не требовательным — скорее беспокойным, ищущим. Тэхён тихо выдохнул в его губы, пальцы невольно сжали ткань рубашки Чонгука, будто это было единственное, что удерживало его на месте. Лёгкая дрожь прошла по его плечам — смесь пережитого страха, усталости и чего-то слишком сильного, чтобы сразу назвать. Чонгук первым отстранился, но не отпустил полностью. Его ладонь ещё мгновение оставалась на талии Тэхёна, большой палец едва заметно поглаживал ткань свитера, словно успокаивая. — Иди в комнату, — тихо сказал он. — Тебе нужно отдохнуть. Тэхён кивнул. Он всё ещё чувствовал, как сердце бьётся слишком быстро, а ноги будто стали ватными. Сделав шаг назад, он на секунду задержал взгляд на Чонгуке — словно хотел что-то сказать, но так и не нашёл слов. Он медленно вошёл в комнату и прикрыл за собой дверь. В коридоре снова стало тихо. А внутри у обоих осталось одно и то же ощущение — будто с рассветом ночь закончилась, но что-то гораздо большее только начинается.

***

Тэхён проснулся резко. Не от звука. Не от света. От ощущения, будто кто-то смотрел. Он лежал неподвижно, глядя в потолок. Сердце билось быстрее обычного. Сон был рваным, тревожным — тени, чьи-то шёпоты, которые он не мог разобрать. И всё это — слишком реальное. Он снова почти не спал. Соседняя кровать тихо заскрипела. — Тэ? — сонный голос Чимина. — Ты опять не спал? Тэхён повернул голову, пытаясь улыбнуться. — Всё нормально. — Ты так каждый раз говоришь, — пробормотал Чимин, приподнимаясь на локтях. — С тобой точно всё хорошо? Тэхён отвёл взгляд. Мысли о вчерашнем не отпускали. Ни ночь. Ни остановленное время. Ни поцелуй. — Да… нормально. Пауза. Чимин прищурился. — Ладно, а что насчёт вчера? — осторожно спросил он. — Между тобой и… учителем, что то есть? Тэхён сел на кровати. Плечи напряглись. Он смотрел в пол, щеки медленно залились краской. — Ничего такого… — Тэхён. Он шумно выдохнул. Тихо, почти не слышно: — Он меня поцеловал. Чимин замер. — Чего? Тэхён опустил голову ещё ниже. — Поцеловал меня. В губы. — ЧТО?! Чимин вскочил с кровати так резко, что одеяло упало на пол. — Когда?! Вчера?! Зачем?! Как это вообще произошло?! А ты что сделал?! Он что сказал?! Вы что теперь — что?! — Тише! — Тэхён подскочил и схватил его за плечи. — Ты чего орёшь?! Чимин смотрел на него широко раскрытыми глазами. — Он… правда тебя поцеловал? — Да, — уже шёпотом повторил Тэхён. — Правда. Чимин на секунду замолчал, потом вдруг выдохнул: — А как он целуется? Тэхён моргнул. — Серьёзно? Тебя сейчас это интересует? — А что мне ещё спрашивать?! Я в шоке! Конечно, мне интересно! Он же такой крутой, значит и целуется круто! Тэхён невольно засмеялся. — Боже, — Тэхён смущённо покачал головой. — Так... что теперь. Ну между вами... что? — более тихо спросил Чимин. — Я сам ничего не понимаю… — признался Тэхён тихо. — Я сказал, что это неправильно. Он ведь мой учитель. А он… сказал, что знает. Что это неправильно. Но больше не может скрывать свои чувства. Чимин замер. А потом… взвизгнул. — АААА! Он сказал, что у него чувства?! Он обнял Тэхёна, подпрыгивая на месте. — Это же любовь! Это же реальная любовь! Боже, Тэ! Тэхён смеялся, качая головой. Но внезапно Чимин отстранился. Взял его за плечи. Внимательно посмотрел. И медленно поднял ладонь к его щеке. — Ты чего такой холодный? Тэхён замер. Он сам коснулся той же щеки. Той самой. В памяти вспыхнуло — почти касание. — Наверное, ночью замёрз, — тихо сказал он. — Одеяло упало. Чимин нахмурился, но кивнул. — Иди в горячий душ. Согрейся. А потом снова улыбнулся: — Боже, что вас теперь ждёт… Тэхён покачал головой, взял полотенце и направился в ванную. В зеркале он выглядел иначе. Слишком бледный. Глаза — ярче обычного. Почти нереально. Он медленно провёл рукой по щеке. Потом по губам. И вспомнил. Поцелуй. Тёплый. Настойчивый. Осторожный одновременно. «Никогда больше так не делай. Не рискуй собой». И ещё — голос, полный злости и страха: «Мне не нужна жизнь, если её ценой станет он». Сердце сжалось. Он покраснел, резко отвёл взгляд, будто от самого себя. — Хватит, — прошептал он. Снял подвеску. Включил воду. Медленно разделся. Пар наполнил помещение. Вода набиралась, её шум успокаивал. Когда ванна наполнилась достаточно, он перекрыл кран и осторожно опустился в горячую воду. Тело постепенно расслабилось. Он прикрыл глаза. Тишина. И вдруг — что-то. Лёгкое. Почти невесомое прикосновение к щиколотке. Тэхён нахмурился. Показалось. Но ощущение не исчезло. Медленно, очень медленно — холод скользнул выше. По голени. К колену. Он не открывал глаза. Не двигался. И когда холод поднялся до бёдер, Тэхён резко распахнул глаза. Дёрнулся, подтягивая ноги к груди. Вода плеснула через край. Он смотрел вниз, в глубь воды. Ничего. Просто вода. Он провёл руками по ногам. По бёдрам. Ничего. Ни следа. Но ощущение — осталось. Ледяное. Как напоминание. Тэхён медленно выдохнул. Он больше не мог притворяться. То, что он видел ночью — было реальным. И это не закончилось. Но почему, почему всё это происходит с ним. Одни вопросы... Ответы на которых возможно даст учитель. — Чонгук... — произносит Тэхён, словно пробуя это имя на вкус, и смущённо улыбается. Он тихо поднялся из воды, вытерся, оделся. Когда он вышел из ванной, лицо было спокойным. Но внутри — всё изменилось.