Ниншу: Взгляд из Бездны

Эхо Разрушения и Тишина Динас-Эмрис

      Я тогда ещё раз активировал свой взор, чтобы прочесать выжженную землю поля битвы на уровне магических спектров. Пусто. Ни единой зацепки, ни одного следа божественного присутствия мой Расенган стёр её эманации так чисто, будто Афины здесь никогда и не было. После того как сканирование было завершено, то никаких признаков богини мудрости не было обнаружено, — отчитался Драйгу и Медузе, чувствуя, как пульсация в висках начинает затихать. — Копьё Я тогда успел забрать в карманное измерение Бустер Гира, а вот щит... он просто рассыпался в пыль. Похоже, это была лишь временная реплика настоящей Эгиды.       Медуза, прислонившись к моей руке, слабо улыбнулась. Её голос звучал, спокойно после всего пережитого. — В этом нет ничего удивительного, Шин, — ответила она, поправляя выбившийся рыжий локон. — Настоящая Эгида это щит, который использует не только Афина. Им владеет сам Зевс, а иногда даже Аполлон одалживал его. Боги редко берут оригиналы своих реликвий на прогулки к смертным, особенно если хотят остаться инкогнито. — Значит, мы забрали лучшее, что могли. Ладно, план на ближайший час, — встав с дивана и подняв за собой Медузу направился к выходу из комнаты, — идём подкрепимся чем-нибудь нормальным. Трофеи подождут.       Шин сидел за столом, упёршись локтями на него. Его руки всё ещё немного дрожали фантомные разряды молний Зевса и чудовищная отдача от Драконьего Расенгана давали о себе знать. Броня ушла, но ощущение всемогущества и бездонной ярости всё ещё горчило на душе. Золотистое сияние нектара Кукулькана окончательно затянуло раны Медузы, оставив лишь розоватые полосы на бледной коже, которые быстро бледнели под взглядом Бьякугана.       Придя на кухню и отобедав немного. Шин упёршись локтями на стол, всё ещё ощущал подрагивание от той силы и мелкое покалывание при воспоминании той молнии что по нему прошлась, перед тем Медуза получила смертельное ранение. — Ты... ты действительно это сделал, — прошептала она, глядя на свои ладони. — Ты ударил богиню. Ты разрушил её Итаку. — Я сделал то, что должен был, — голос Шина был хриплым, лишенным эмоций. — Никто не смеет касаться того, что принадлежит мне. — ПАРТНЕР, ТЫ ХОТЬ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО СЕЙЧАС ПРОИСХОДИТ В МИРЕ? — голос Драйга в этот раз звучал необычайно серьёзно, без тени обычного хвастовства. — ТВОЙ ВЫБРОС ЭНЕРГИИ БЫЛ ТАКИМ МОЩНЫМ, ЧТО ЕГО ЗАФИКСИРОВАЛИ ВСЕ. СИСТЕМА БИБЛЕЙСКОГО БОГА, ГРИГОРИ, ВАЛИ... ОНИ ВСЕ СЕЙЧАС ИЩУТ ИСТОЧНИК ЭТОГО «АЛОГО ВЗРЫВА».       Шин поднял голову. Его молочно-белые глаза сверкнули в полумраке зала. — Пусть ищут, — отрезал он. — Замок под барьером. Мы в «слепой зоне» для их сканеров.       Он повернулся к Медузе и увидел, как она смотрит на него, в этом взгляде было столько обожания и немого вопроса. После чего Шин почувствовал, как его «транс бесстрашия» снова дает трещину. Он вспомнил их поцелуй, вкус её губ и то, как его природная энергия текла в неё, спасая жизнь.             Где-то на Олимпе — Быть того не может... Как?! — громовой голос Зевса заставил колонны из белого мрамора содрогнуться.       Великий бог восседал на своем троне, и в его кулаках, сжимавших подлокотники, плясали искры яростного электричества. Перед ним, за длинным столом для совещаний, расположились те, чьей задачей было следить за порядком в подлунном мире.       Гермес, бог вестей и тайных троп, нервно крутил в пальцах свой кадуцей. Напротив него сидела Артемида, богиня охоты и подруга Афины; её лицо было бледным, а крылья за спиной плотно прижаты, выражая тревогу. — Судя по экспертизе, которую провели эринии на Итаке, — Гермес заговорил быстро, — Афина сражалась с одним-единственным врагом. Но каким... Это был носитель Красного Дракона, Драйга. И он... он не просто победил. Он буквально стёр её присутствие с острова.       Артемида резко подняла голову, её глаза сверкнули холодным стальным блеском. — Я также знаю, — её голос был полон скрытой угрозы, — что на днях в подземном царстве Аида случилась оплошность и зверь ушёл. Кто-то вероломно взломал печати и освободил душу. Прямо из-под носа у стражей Мёртвых.       Зевс медленно поднялся, и над Олимпом мгновенно сгустились чёрные тучи. — Что?! Почему Я об этом ничего не знаю?! — громыхнул Зевс, и по залу разнеслось эхо, от которого задрожали кубки на столе.       Гермес лишь невозмутимо поправил свои крылатые сандалии. Его манера речи оставалась подчеркнуто будничной, лишенной всякого трепета. — Всё потому, отец, что кто-то слишком увлекся «изучением смертной жизни» и совсем забыл о своих прямых обязанностях, — промолвил он, не скрывая иронии. — Пока ты был занят своими земными делами, в твоем хозяйстве начали пропадать ключевые фигуры. — Возмутительно! Как ты смеешь так общ... — Артемида вскочила, готовая заступиться за авторитет громовержца, но Зевс лишь устало поднял руку, прерывая её на полуслове. — Кхм, кхм... возможно... ты прав, — пробормотал бог, внезапно остывая и опускаясь обратно на трон. Его гнев сменился тяжелым раздумьем. — Да что там говорить... Враг Афины оказался настолько силен, что сработала даже моя система автоматического молниеметания по её прямому зову. Но, как видите, даже это не помогло.       Зевс потер переносицу, глядя на отчёты, которые предоставил ему Гермес. — Цель не просто выжила после удара с небес. Она перешла в режим «Крушителя Равновесия» и ответила чем-то, что мои сенсоры классифицировали как локальный катаклизм.       Гермес хмыкнул, рассматривая карту Итаки. — Автоматика — это хорошо, папа, — протянул он. — Но против носителя Драйга твои стандартные молнии сработали скорее как электрофорез, чем как кара небесная. Пора признать: на доске появилась фигура, которую нельзя просто «ударить» сверху. — Так... а что известно о пропавшей душе из царства Аидова? — Зевс нахмурился, пытаясь увязать все доклады в единую картину. — Это была Медуза Горгона, — тихо, но с веской интонацией произнес Гермес, чеканя каждое слово.       В зале повисла тяжелая пауза. Артемида, до этого хранившая молчание, подалась вперед, и её глаза сузились. — А вот это уже интересно... — заметила она. — Освобождение Горгоны и нападение на Афину. Слишком складное совпадение.       Тут своё громогласное слово вставил Зевс. Он никогда не любил долгих раздумий и тонких интриг, предпочитая рубить узлы, а не развязывать их. Но когда дело касалось чести его любимой дочери, его терпение испарялось мгновенно. — Понятно! — рявкнул Громовержец. — Значит, в этом замешаны Горгоны. Сфено и Эвриала... Пора их проведать и вытрясти из них правду, где прячется их сестрица. — Нет, не они, — возразил Гермес.       Зевс бросил на него такой тяжелый, налитый грозовым свинцом взгляд, что даже бог хитрости на секунду запнулся. Но, справившись с собой, Гермес продолжил: — Точнее, не только они. Мои ищейки на Итаке учуяли нечто постороннее. В самом эпицентре взрыва остался след магии, которая не принадлежит ни Олимпу, ни Греции вообще. Этот запах... он родом откуда-то из южноамериканского пантеона. Магия ацтеков. Походу пользователю Дракона помогали не только Горгоны.       Зевс замер, и искры на его пальцах на мгновение погасли. — Южная Америка? — переспросил он, и в его голосе послышалось опасное недоумение. — Пернатый Змей решил засунуть свой нос в мои дела? Красный Дракон, Горгоны и Кетцалькоатль... — Тогда ты, Гермес, разузнай, куда мог деться наш подозреваемый, и выясни всё об этом боге, который так нагло помогал убийце, — Зевс махнул рукой, словно отгонял назойливую муху.       Гермес лишь коротко поклонился, на его губах заиграла едва заметная, плутовская улыбка. Для него это было очередное увлекательное расследование, повод заглянуть в те уголки мира, где он давно не бывал. — Ты же, Артемида, — взгляд громовержца переместился на воительницу, — возьми кого-то себе в помощь и проведайте Горгон.       На последнем слове Зевс не сдержался: из его глаз на мгновение вырвались настоящие молнии, с треском ударив в мраморный пол. — Возможно, эти змеи что-то знают... или хотя бы вспомнят, кому обязаны своим жалким существованием. Всё, а теперь расходитесь. Мне нужно кое-кого проведать.       Артемида и Гермес переглянулись. Они прекрасно понимали, что «проведать» в устах Зевса редко означает государственные визиты. Бог-отец явно решил сбросить стресс от поражения Афины проверенным способом.       Совет Олимпа разошелся. Пока Артемида готовила карательный отряд к Сфено и Эвриале, а Гермес настраивал свои магические радары на поиск «аномалий», небо над Грецией на мгновение прояснилось. Но это было лишь затишье.             Замок Динас-Эмрис       Тишина Динас-Эмриса спустя пару дней стала целебной. Замок, некогда заброшенный, теперь дышал жизнью: в каминах трещали дрова, а по коридорам разносился не запах плесени, а аромат свежезаваренного чая и старых пергаментов.       Медуза оказалась на удивление способной ученицей. Пока Шин восстанавливал поврежденные каналы маны после Крушителя, она с головой ушла в библиотеку, изучая магическое наследие Уэльса. Тайны Морганы Ле Фей и сила Пендрагонов ложились на её древнюю сущность, создавая причудливый сплав греческой хтоничной магии и кельтского чародейства.       В данный момент Я сидел на массивном диване в Тронном зале, вытянув ноги и чувствуя, как приятная слабость в мышцах сменяется привычной бодростью. Драйг рокотал что-то о защитных контурах замка, специально повысив голос, чтобы Медуза, возившаяся на кухне, могла принимать участие в беседе.       Вскоре послышался легкий перестук каблучков по камню. Медуза вошла в зал, неся поднос с дымящимся чаем. — Вот, держи, дорогой, — ласково произнесла она, ставя чашку на столик рядом со мной.       Я невольно завис, в очередной раз очарованно разглядывая её. Моя «гроза Олимпа» выглядела сейчас как идеальная хозяйка дома. На ней было простое повседневное платье, а поверх был фартук с искусно вышитой эмблемой дракона в изумрудно-зелёном цвете (моя работа, которой Я тайно гордился). Её рыжие волосы были аккуратно подобраны платком, а на ножках красовались лёгкие босоножки.       Слышать это «дорогой» уже стало для меня привычным, но каждый раз это слово вызывало внутри странную, тёплую вибрацию, которую не мог заглушить даже Бьякуган. — Спасибо, Медуза. Ты... — запнувшись, подбирая слова, — ты выглядишь потрясающе. Магия Морганы тебе определенно к лицу. — ХЕ-ХЕ, ПАРТНЕР, СМОТРИ НЕ РАСТАЙ ОТ УМИЛЕНИЯ! — хохотнул Драйг, чей голос теперь звучал тепло и почти по-домашнему. — ХОТЯ ДОЛЖЕН ПРИЗНАТЬ, ЗЕЛЕНЫЙ ДРАКОН НА ФАРТУКЕ — ЭТО СТИЛЬНО. ПОЧТИ КАК МОЙ ДУШЕВНЫЙ ЦВЕТ, ЕСЛИ БЫ Я БЫЛ ТРАВОЙ.       Медуза хихикнула, присаживаясь на край дивана и поправляя юбку.       Ощущение того, что мы теперь не просто «спаситель и спасенная», а нечто гораздо большее, наполняло Тронный зал почти физическим теплом. Медуза села рядом, и я почувствовал, как диван слегка просел под её весом. — Какие дальнейшие планы, Шин? — серьезно спросил Драйг, нарушая уютную тишину. — После смерти Афины боги точно всполошились и начали ответные действия. Весь Олимп сейчас стоит на ушах. — Да, но в этом Замке они нас точно не найдут, — уверенно басанул Дракон, и по стенам пробежала волна алого света, подтверждая мощь барьера. — Мы для них — пустое место на карте.       Медуза, которая до этого момента мило попивала чай, внезапно отставила чашку. Она мягко, почти кокетливо ударилась своим плечом о моё, заставляя моё сердце на мгновение сбиться с ритма, и взяла слово. — Я думаю, нам нужна помощь... моих сестёр, — произнесла она, и её взгляд стал серьёзным. — Сфено и Эвриала. Если Зевс или Аид захотят отыграться, они придут за ними первыми.       Я замер, осознавая масштаб предложения. Спасенная Медуза это одно, но три Горгоны в одном замке под прикрытием Красного Дракона? Это уже не просто организация, это настоящий вызов всему миропорядку. — Сёстры... — прошептал тихо Я, глядя в её изумрудные глаза. — Ты думаешь, они согласятся пойти за мной?       Медуза снова прильнула к моему плечу, и Я почувствовал тонкий аромат её волос. — Они пойдут за той, кто вернул себе жизнь, Шин. И за тем, кто смог это сделать.       Медуза отставила чашку, и в её глазах вспыхнул холодный расчёт, который обычно был свойственен только мне. — Сфено и Эвриала наверняка будут очень довольны, что Я свободна. Они в любом случае станут твоими самыми преданными союзниками, Шин, чтобы защитить то, что они потеряли давным-давно, — её голос окреп, наполняясь гордостью за свою семью. — Эвриала является мастером манипуляции и стратегии, а Сфено само воплощение дикой ярости. Вместе мы станем твоим клинком. — ДА, МЕДУЗА, ТЫ ВЕРНО ГОВОРИШЬ, — прогудел Драйг, и его голос одобрительно завибрировал в камнях Тронного зала. — ТАКИЕ СОЮЗНИКИ СДЕЛАЮТ НАС НЕ ПРОСТО ОТРЯДОМ, А СИЛОЙ, С КОТОРОЙ ПРИДЁТСЯ СЧИТАТЬСЯ ДАЖЕ ВЕЛИКИМ ПАНТЕОНАМ.       Шин медленно поднялся с дивана, чувствуя, как внутри снова разгорается знакомый азарт. Отдых был приятным, но застой это наш главный враг. — Тогда будем собираться, — твердо сказал он, глядя на Медузу. — Мы достаточно отдохнули, пора действовать. Каждая минута промедления даёт Олимпу шанс добраться до них первыми.       Я жестом пригласил её следовать за собой. — Пойдем в мастерскую. Мне нужно подготовить снаряжение, а тебе — показать мне, где именно искать твоих сестёр.       Мы направились к лестнице, ведущей в подземелье Динас-Эмриса. Мастерская встретила нас привычным запахом металла и застывшей магической мощи. Я разложил на центральном столе магическую карту с голопроекцией, которую мне дал Кукулькан, и активировал Бьякуган, ожидая, пока Медуза укажет на нужные координаты. — Остров Потерянных... — Я повторил название, вглядываясь в мерцающую сетку магических линий, которую проецировал мой Бьякуган. — Скрытое место в Эгейском море.       Медуза подошла ближе к карте, её пальцы заскользили над призрачными контурами архипелага. — После того как Афина была повержена, сёстры смогли превратить свой остров в настоящую крепость, — молвила она, и в её голосе послышалась предостерегающая сталь. — Он защищён не только древней магией, но и их взглядом. Любой, кто ступит на берег без приглашения, рискует навсегда остаться там в виде каменного изваяния. — Отлично, — оскалился Я, чувствуя, как Бустер Гир внутри перчатки отозвался на мою решимость. — Значит, нам не придётся беспокоиться о случайных свидетелях. Будем собираться. — Я ДУМАЮ, ЧТО НЕ СТОИТ РАССЧИТЫВАТЬ НА ТЁПЛЫЙ ПРИЁМ НА ОСТРОВЕ, — твёрдо прервал нас Драйг. Его голос в подземелье звучал особенно глухо и пророчески. — СКОРЕЕ ВСЕГО, ТУДА УЖЕ ПОСЛАНЫ СИЛЫ ОЛИМПА, ЧТОБЫ УЗНАТЬ О ТВОЕЙ СУДЬБЕ, МЕДУЗА. ЗЕВС НЕ ИЗ ТЕХ, КТО ОСТАВЛЯЕТ КОНЦЫ В ВОДЕ.       Я замер, осознавая правоту сказанных, им слов. Если Артемида или Гермес уже там, то обычный визит вежливости превратится в кровавую баню. Сфено и Эвриала могут быть невероятно сильны, но против мощи карательного отряда Олимпа им не выстоять в одиночку.       В мастерской воцарилась уверенная, почти хищная атмосфера. Мы заканчивали подгонку снаряжения, проверяя каждый стык доспехов. Медуза сосредоточенно настраивала свои магические каналы, готовясь к возвращению домой. — Барьеры Острова Потерянных не пропустят никого с аурой Олимпа, — напомнила она, проверяя остроту своих кинжалов, которое мы достали в прошлой вылазке. — Но Я... Я пройду сквозь них как сквозь тёплый туман. Это мой дом, и сёстры ждут меня.       Шин улыбнулся и, поймав её взгляд, задорно подмигнул. — Я тоже пройду без проблем, Медуза, — спокойно произнес он, подходя ближе. — Ведь мы с тобой теперь связаны Ниншу. Наши ауры не просто соприкасаются, но они взаимосвязаны и усилены резонансом наших аур. Для твоих сестёр и их защиты Я теперь часть тебя, твой щит и твоё продолжение. Барьер примет меня как родного, признавая нашу общую искру.       Медуза на мгновение замерла, осознавая глубину нашей связи, и на её лице расцвела мягкая, благодарная улыбка. Действительно, обряд в пещерах Динас-Эмриса сделал больше, чем просто укрепил наш дуэт, он дал нам общий «код доступа» к магии Горгон. Нам не нужно бороться с защитой острова, нам нужно лишь войти в него, чтобы стать его частью. — Но Олимп... они не знают, что мы идём вместе, — мой голос снова стал серьезным. — Если они вручили настоящую Эгиду новому чемпиону, они попытаются сломить дух Сфено и Эвриалы этим божественным ужасом.       Шин начал наносить на внутренние пластины наших наручей зеркальные руны. Благодаря Бьякугану и усилению Драйга, он создавал систему «эмпатического щита». — Мы используем нашу связь Ниншу, чтобы защитить и твоих сестёр, когда прибудем, — пояснил Он. — Эгида питает страх, но против нашей объединенной воли она бессильна. Мы придём не как просители, а как подкрепление, которое Олимп не учёл в своих расчетах.       Почти всё было готово. В мастерской витало предчувствие скорой встречи и долгожданного воссоединения трёх сестёр под знаменем Красного Императора Драконов.       Я разложил на верстаке последние детали, и мой взгляд стал предельно холодным. Бьякуган в пассивном режиме подсвечивал опасные вероятности, которые мы только, что обсудили. — Нам нужно быть готовыми к худшему, — произнес Шин, — Арес лично может спуститься за нами. Его копьё это не просто кусок заточенной стали, это концептуальное проклятие «Неизбежного ранения». Если бой начат, увернуться невозможно — удар всегда найдет цель.       Медуза внимательно слушала меня. — Но самое опасное для меня — это магические цепи Гефеста, — продолжал Шин, и в его голосе послышалась сталь. — Их нельзя разорвать физической силой. Они адаптивны: чем больше Я буду использовать Силу, чем сильнее буду сопротивляться, тем крепче они станут сжиматься, выпивая мою энергию.       Я замолчал на мгновение, а затем достал из карманного измерения перчатки трофей с Итаки. Тяжёлое, пульсирующее золотистой маной копьё Афины легло на верстак. — Кстати, Медуза, — Я пододвинул оружие к ней. — Возьми это копьё. Я забрал его у Афины не для того, чтобы оно пылилось в хранилище. Пусть её же сила служит тебе. Кинжалы оставь как дополнительное оружие для ближнего боя ведь ты теперь не просто воительница, ты наш главный маг.       Медуза осторожно коснулась древка копья. Оружие богини мудрости признало её — оно не вспыхнуло гневом, а смиренно приняло её ауру, усиленную моим Ниншу. Она посмотрела на меня, и в её изумрудных глазах я увидел готовность к любой схватке. — Теперь мы укомплектованы, — активировав телепортационный круг, мы ступили в него. — Пора на Остров Потерянных.       Бирюзовый свет начал заливать мастерскую, поглощая наши силуэты. Глава подготовки и осознания угроз была окончена. Впереди ждало воссоединение Горгон и, возможно, первая и последняя встреча с яростью Ареса.