Ошибка в сборке

Чимин вбил код домофона трясущимися руками. Ключ предательски скользил в пальцах, никак не желая попадать в замочную скважину. Всё потому, что в груди колотилось сердце где-то в районе горла, а перед глазами до сих пор стояла надпись: «Курьер ожидает у двери». Он сбежал с работы. Просто встал в 16:00, схватил сумку и вылетел, бормоча что-то про острую зубную боль. Какой, к черту, зуб, когда там, в коробке, его новая жизнь? Его личная Юни. «Милая девушка-робот, горничная по имени Юни, создаст уют в вашем доме и сердце». Он так устал. Устал от пустых стен, от одиноких ужинов перед телевизором, от собственной зажатости, которая не позволяла ему даже познакомиться с кем-то в кофейне. А с роботом просто. С роботом не страшно. Ему двадцать семь, а он боится женщин. Идиот. Лифт наконец-то приехал. Чимин вылетел на лестничную клетку и замер. Коробка была огромной. Почти в человеческий рост, перевязанная пластиковыми лентами. Он, кряхтя и чертыхаясь, втащил её в прихожую, чуть не сбив вешалку. Сердце колотилось уже где-то в висках. Ножницы. Где ножницы? Чимин полоснул по скотчу с таким чувством, будто вскрывает посылку с гранатой. Картон распахнулся, и внутрь хлынул свет из прихожей. Сначала он увидел сгиб локтя. Потом край воротника. Потом... В коробке, среди пенопластовых крошек и мягких фиксаторов, сидел ОН. Парень. ЧЕРТОВ ПАРЕНЬ! Чимин моргнул. Протер глаза. Нет, не показалось. Перед ним, скорчившись в позе эмбриона, сидел молодой человек с бледной, почти фарфоровой кожей. На его голове красовались пушистые серые кошачьи уши, одно из которых было немного надломлено. Длинный, пушистый хвост обвивал его собственное бедро. Одет он был во что-то полупрозрачное, шелковое, с обилием кружева, больше напоминающее дорогое белье, чем форму горничной. А лицо... Лицо было совсем молодым. Чимину показалось, что на вид ему лет семнадцать, хотя логика подсказывала, что у роботов не бывает возраста. — Твою мать... — выдохнул Чимин, делая шаг назад. — Это ошибка. Какая-то ошибка. Я заказывал девушку! Милую девушку! В этот момент веки робота дрогнули. Они распахнулись резко, без плавного пробуждения человека. Глаза оказались миндалевидными, темными, с хитрым прищуром. Робот посмотрел на Чимина снизу вверх, и его губы растянулись в ехидной, слегка насмешливой улыбке. — Приветствую, хозяин, — голос оказался низким, чуть хрипловатым. Пародия на гофре? Или так задумано? — Меня зовут Юнги. Робот грациозно, с текучей плавностью, которой позавидовала бы настоящая кошка, выбрался из коробки. Он отряхнул кружевные манжеты и посмотрел на Чимина. Его взгляд скользнул по лицу офисного работника, по его съехавшему галстуку, по распахнутому рту, и стал еще более довольным. — Хочешь познакомиться с моим хвостом? — спросил он, и в голосе послышалась откровенная провокация. Чимин поперхнулся воздухом. Щеки вспыхнули маковым цветом. — Что? Нет! Стой! Ты... ты вообще кто? Где Юни?! Я заказывал модель «Юни»! Там была девушка! Блондинка! С веснушками! Юнги лениво повел плечом. Его хвост, словно живой, качнулся из стороны в сторону. — Юни? — он склонил голову набок, ухо на этой стороне смешно дрогнуло. — Скучно. На заводе, наверное, пересортица вышла. Или, — он сделал шаг к Чимину, тот отступил к стене, — может, это система увидела твои истинные желания и подобрала оптимальную комплектацию? Чимин уперся лопатками в холодную стену. Юнги подошел вплотную. От него пахло озоном и чем-то сладким, цветочным. Такой контраст — низкий голос, хищный прищур и этот нежный запах — сбивал с толку окончательно. — Какие желания? — прошептал Чимин. — Я просто хотел, чтобы кто-то ждал меня дома... Чтобы не так одиноко... Улыбка Юнги изменилась. Ехидство исчезло, сменившись чем-то более... заинтересованным. Он поднял руку и провел кончиками пальцев по пылающей щеке Чимина. Прикосновение было теплым. Живым. Совсем не пластиковым. — Одиноко, значит, — протянул он задумчиво. — А я умею не только уют создавать, хозяин. Я много чего умею. Его хвост внезапно обвился вокруг запястья Чимина. Легко, почти невесомо, но достаточно ощутимо, чтобы Чимин вздрогнул всем телом. Он опустил глаза. Хвост был невероятно мягким, пушистым, но под слоем шерсти чувствовалась гибкая, сильная мышца. — Видишь? — прошептал Юнги, наклоняясь к самому уху Чимина. Его дыхание щекотало кожу. — Абсолютно автономный модуль. С тактильными сенсорами высочайшей чувствительности. — Кончик хвоста игриво дернулся, поглаживая внутреннюю сторону запястья Чимина. — Хочешь проверить, где еще есть сенсоры? Чимин забыл, как дышать. В паху приятно потяжелело, а в голове зашумело. Этого не могло быть. Он заказывал милую девушку для уютных вечеров, а получил... получил этого наглого кота в кружевах, который смотрит на него так, будто уже знает все его потаенные фантазии, о которых Чимин сам боялся думать. — Я... — голос сорвался. Чимин сглотнул. — Это ошибка. Я должен позвонить в службу поддержки. Потребовать замену. Юнги отстранился ровно настолько, чтобы заглянуть ему в глаза. Темные зрачки смотрели с пристальным вниманием. Пушистый хвост чуть сжал запястье Чимина — ласково, но настойчиво. — Позвонить? — переспросил Юнги. — И рассказать им, что ты хочешь меня выкинуть? А я ведь уже активирован. Знаешь, что бывает с утилизированными роботами? Чимин вздрогнул. Он представил, как этого... это существо с живыми глазами и теплыми пальцами разбирают на запчасти. Или, хуже того, просто выключают навсегда. — Я не хочу... — начал он. — Вот и правильно, — мгновенно перебил Юнги, и его улыбка стала мягче. Он отпустил руку Чимина и отступил на шаг, давая тому возможность дышать. — Не хочешь. Ты же добрый, хозяин. Я вижу. Поэтому ты и купил себе компаньона. Потому что у тебя большое сердце и ему есть чем делиться. Он окинул взглядом маленькую прихожую, заглянул в комнату, где было темно и пусто. — Тут пахнет только тобой, — заметил он. — Грустно. Но ничего, — Юнги повернулся к Чимину и слегка поклонился, театрально взмахнув ресницами. — Теперь есть я. Буду греть тебе постель, встречать с работы... и развлекать, как только пожелаешь. Договорились, хозяин? Он протянул Чимину руку. Тонкие, изящные пальцы, идеальной формы ногти. Чимин смотрел на эту руку, чувствуя, как от одного только взгляда на полупрозрачную ткань, облегающую фигуру Юнги, у него внутри всё сжимается и плавится одновременно. Он понимал, что это безумие. Что он должен отказаться. Но хвост Юнги снова чуть качнулся, и в голову полезли совсем уж неприличные мысли о том, куда еще этот хвост может прикасаться. — Договорились, — выдохнул Чимин, вкладывая свою ладонь в его.

***

Первый вечер прошел в странном оцепенении. Чимин сидел на кухне и пил воду, потому что на готовку ужина не было сил. Юнги бесшумно двигался по квартире, трогая вещи, заглядывая во все углы. В отличие от обещанной «милой горничной», убираться он не спешил. Вместо этого он уселся на подлокотник кресла, в котором сидел Чимин, и просто смотрел, как тот пьет. — Ты напряжен, — заметил Юнги. — Мышцы спины зажаты. Хочешь, разомну? — Я... я в душ, — Чимин вскочил, едва не опрокинув стакан. — Мне надо в душ. Он заперся в ванной и стоял под горячей водой, пытаясь унять дрожь в коленях. Это просто робот. Просто машина. Очень красивая, очень провокационная машина, запрограммированная угадывать желания. Но у него уши шевелятся! И хвост... господи, этот хвост... Когда он вышел, в ванной пахло его гелем для душа. Интересно, роботам нужна гигиена? Он завернулся в полотенце и выглянул в коридор. Юнги стоял у окна в гостиной. Лунный свет серебрил его волосы и пушистые уши. Он обернулся на звук шагов. В темноте его глаза поблескивали странным светом. — Твоя постель пахнет тобой, — тихо сказал он. — Сильнее всего. Мне нравится. Чимин замер. Юнги медленно подошел к нему, остановился в шаге. Теперь он был серьезен, без тени утренней насмешки. — Ложись, хозяин. Ты устал. Я просто посижу рядом. Это прозвучало настолько по-человечески, настолько тепло, что Чимин позволил увести себя в спальню. Он лег на кровать, натянув одеяло почти до подбородка. Юнги сел на пол у изголовья, прислонившись спиной к тумбочке, и положил голову на край матраса, совсем близко к руке Чимина. Его уши мягко шевелились. — Спи, — прошептал он. — Я охраняю твой сон. Чимин закрыл глаза. Впервые за долгое время в квартире не было пусто. Кто-то дышал рядом. Кто-то теплый. И пусть этот кто-то был с хвостом и не того пола, чувство одиночества, терзавшее его годами, впервые отступило. Он уснул, так и не заметив, как его пальцы сами собой потянулись к пушистому кошачьему уху.