Между нами — жизнь

      Кастиэль всей душой ненавидит семейные сборища, но у Мэри сегодня день рождения. Новак отпивает немного шампанского, наблюдая за тем, как Дин увлеченно беседует со своей тетушкой в стороне от праздничного стола. Ему нравится молча следить за Винчестером, выхватывать его жесты или слышать искренний, слегка хриплый смех в гуле голосов. Наблюдать за его милой улыбкой и шутливой манерой вести разговор в кругу близких. Да, Кастиэлю несказанно повезло быть женатым на таком обаятельном мужчине, хотя думал он так далеко не всегда. Новак делает еще глоток, невольно погружаясь в воспоминания об их первой встрече.       Их судьбы переплелись в один жаркий день несколько лет назад. Тогда Новак приехал вместе с отцом в пригород Онтарио, на ранчо, ради прогулок верхом, которые так любил Чак. Сам Кастиэль был безразличен к лошадям, но отец уговорил его поехать за компанию, желая познакомить с сыновьями своего бизнес-партнера Джона. Новак никогда не был наивным в оценке отцовских намерений, поэтому сразу просек, что Чак планирует свести его с одним из наследников Винчестеров.       У входа на ранчо их встретил Джон вместе с младшим сыном, Сэмом. Новак сразу окинул пристальным взглядом молодого альфу, отметив про себя, что тот выглядит весьма дружелюбным и открытым. Джон тут же по-дружески приобнял Чака за плечо, и они зашагали вперед, обсуждая дела. Кастиэль остался позади вместе с Сэмом, который, судя по его виду, тоже был не в восторге от необходимости проводить день на жаре.       Само ранчо поражало своими масштабами, вокруг расстилались бескрайние пастбища, залитые золотистым светом полуденного солнца, и даже воздух здесь казался каким-то особенно свежим, несмотря на обитание скота. — Ты хорошо ездишь верхом? — Сэм первым нарушил молчание, с любопытством поглядывая на гостя. — Не особо, — Новак натянуто улыбнулся. — Мне больше по душе пешие прогулки на своих двоих, — попытался пошутить он. Сэм тут же просиял, оценив искренность ответа. — Я тебя понимаю, — он тихо вздохнул, придвинувшись чуть ближе. — Отец постоянно таскает нас с Дином за собой, даже не спрашивая, разделяем ли мы его увлечения. Но Дину, в отличие от меня, верховая езда действительно по душе. — Дину? — Новак слегка прищурился. — Мой старший брат… — Он бета? — зачем-то поинтересовался Кастиэль, пытаясь предугадать планы отца. — Э… нет, — Сэм натянуто улыбнулся. — В это трудно поверить, но Дин — омега.       Кастиэль лишь озадаченно моргнул, не догоняя в чем, собственно, состоит трудность. Они миновали аккуратные загоны, где в тени навесов лениво жевали сено животные. Чак и Джон уже скрылись под навесом конюшни, а Сэм внезапно ухватил Кастиэля за локоть и потянул в сторону старого амбара. Возле массивной деревянной водокачки было небольшое ограждение. — О, а вот и он, — прошептал Сэм.       В глаза Кастиэлю сразу же бросился симпатичный молодой человек в коричневых расклешенных штанах, бежевой рубашке и… ковбойской шляпе? Новак удивленно приподнял бровь. — Это Дин, — сказал Сэм, но тут же услышал зов отца где-то неподалеку и засуетился. — Иди познакомься с ним, а я скоро вернусь!       Сэм тут же скрылся из виду, а Кастиэль замер, рассматривая представшую перед ним сцену. Странный красавец безуспешно пытался сдвинуть с места упрямого осла, преградившего выход из загона. Животное встало как вкопанное, игнорируя любые уговоры. — Ну же, двигай задом! — простонал Винчестер, упираясь ладонями в бок животного и пытаясь его подтолкнуть, чтобы освободить площадку для лошадей.       Ишак лишь громко фыркнул и демонстративно переступил с ноги на ногу, не сдвинувшись ни на дюйм.       Дин громко выругался. Картина стала совсем сюрреалистичной, когда к нему сзади подошла карликовая козочка и ощутимо боднула Винчестера исподтишка. Тот с нескрываемым шоком обернулся и завопил на все ранчо: — И ты туда же?!       В этот момент Кастиэль не выдержал. Он засмеялся в голос, едва не сгибаясь пополам. Его искренний смех эхом разнесся по двору, мгновенно привлекая внимание Дина. Тот был настолько поглощен битвой с ослом, что до этого момента совершенно не видел своего наблюдателя.       Новак смущенно откашлялся, когда их взгляды встретились. Он вдруг заметил несколько морковок, лежащих в подвесном корыте, до которого ишак никак не мог дотянуться. Кастиэль молча взял одну из них и подошел ближе. Дин резко выпрямился, загораживая собой упрямое животное. — Ты кто такой? Новый работник? — Винчестер с подозрением уставился на Кастиэля, который замер в паре метров от него.       Дин часто бывал на этом ранчо и знал многих работников в лицо, но этого красивого мужчину он видел впервые. Новак тихо вздохнул, а затем, игнорируя колючий взгляд омеги, обошел Винчестера и протянул морковку ослу. Тот издал едва слышное фырканье и потянулся к лакомству, но Кастиэль вовремя отвел руку, маня животное за собой. — Куда его нужно отвести? — спокойно спросил Новак, краем глаза замечая удивление на лице Дина. — Э-э… за амбар, — Винчестер машинально указал рукой направление.       Животное легко купилось на хитрый трюк, ишак посеменил за Кастиэлем мелкими шажками, надеясь на угощение. Даже карликовая козочка потрусила следом, и челюсть Дина едва не встретилась с землей. Он нахмурился, так и не получив ответа на свой вопрос. Но когда Винчестер присмотрелся, то понял, что для работника ранчо этот парень выглядит слишком уж холеным и дорого одетым.       Дин быстро закрыл калитку загона, чтобы упрямая скотина не вздумала вернуться, и снова подошел к Новаку. Тот уже скормил морковку ослу и принялся поглаживать козочку. Она мило боднулась в его колено, вызывая у Каса мягкую улыбку. — Меня зовут Кастиэль, — наконец представился альфа. — Джон должен был предупредить, что мы с моим отцом приедем на конную прогулку. — Что-то не припоминаю такого, — Дин сразу же ощетинился.       Новак взбесил его с первой минуты знакомства: сначала высмеял, потом проигнорировал вопрос, а теперь еще и поладил с противным ослом. — Что ж…       Кастиэль не успел закончить мысль, так как со стороны конюшен послышался звонкий зов Сэма.       Уже через некоторое время, Новак с легким сочувствием наблюдал за Винчестером, который пытался успокоить взвинченную лошадь. Сэм, выполнив миссию «свести и сбежать», куда-то запропастился. Джон и Чак тоже быстро вскочили в седла и отправились на персональную прогулку. Напоследок Джон бросил сыну короткое, не терпящее возражений распоряжение: «Ты обязан обучить Кастиэля уверенно держаться в седле».       Такой подставы от отца он явно не ожидал. Его лицо приняло выражение крайнего разочарования, и Новаку стоило больших усилий снова не рассмеяться в голос над своим временным тренером. Справедливости ради, с лошадьми Винчестер ладил куда лучше, чем с ишаками. — Так… ты что, вообще ни разу не сидел верхом? — Дин прищурился, скептически оглядывая Кастиэля, который невозмутимо посмотрел на него в ответ, закатывая рукава на своей рубашке. — Я умею ездить на лошадях, — возразил Новак, — но мой предел — неспешный шаг по ровной дорожке. — О… ясно, — Винчестер облизнул губы, и на его лице проступила надменная ухмылка. — Значит, ты полный профан. Ладно, сейчас я сделаю из тебя человека. — Попробуй, — Кастиэль мягко пожал плечами, не сводя любопытного взгляда с Дина, который все еще был натянут как струна.       Обучение началось с того, что Винчестер с видом профессора принялся объяснять устройство седла, попутно вставляя едкие замечания насчет плохой осанки Новака.       Кастиэль слушал внимательно, хотя его больше смешило то, как Дин морщит нос, когда сердится. Когда пришло время садиться в седло, Дин решил проявить заботу и подсадить Новака. Это привело к тому, что на несколько секунд они оказались в непозволительной близости, Винчестер крепко ухватил Кастиэля за бедро, подталкивая вверх, и на мгновение оба замерли. — Эй, полегче, ковбой, — хмыкнул Новак, когда Дин слишком уж небрежно пихнул его в седло. — Меньше болтай, больше держи равновесие, — буркнул Винчестер, мгновенно отстраняясь и подозрительно быстро краснея. — И не смей резко тянуть лошадь за поводья!       Следующий час Кастиэль с поистине ангельским терпением сносил чужое ворчание, изредка позволяя себе тонкие ответные подъебы.       Когда лошадь по кличке Детка наконец привыкла к Кастиэлю, Дин вывел второго скакуна, вороного жеребца Люцифера. Винчестер предложил проехаться вдоль границ ранчо, а затем, если Кастиэль почувствует себя уверенно, отправиться к реке, чтобы немного охладиться в этот жаркий день. Новак держался в седле более чем достойно, поэтому вскоре они легкой рысью направились к воде. Первые несколько минут между ними царило напряженное молчание, которое Дин, будучи человеком действия, прервал первым: — Кас…ти? — Кастиэль, — мягко напомнил Новак, пряча улыбку.       Он поймал себя на мысли, что с момента их встречи не может перестать улыбаться. Новак сразу просек, что Дин — заядлый городской тусовщик, который старательно косит под рубаху-парня. Даже его прикид казался Кастиэлю чистым притворством, забавным маскарадом. — Что ты здесь забыл? — продолжил Дин, вырывая его из размышлений. — В смысле? — альфа слегка прищурился. — Если я не ношу ковбойскую шляпу, это значит, что мне закрыт въезд на ранчо? — Э-э… — Дин нахмурился. — Нет, конечно, можешь находиться где хочешь. Просто все это... явно не то, чем ты интересуешься по жизни. — Пожалуй, — в этот раз Новак не стал возражать. Его даже удивило, что Дин так быстро раскусил его нелюбовь к сельской эстетике. — Вот-вот, — Винчестер странно ухмыльнулся. — И вообще, я не ношу такие шмотки в обычной жизни. — Я догадался, — Новак на миг прикусил губу. — Но признаю, стиль неотесанного ковбоя тебе идет. — О, ты что, подкатываешь ко мне? — Винчестер снова хитро сощурился, в его глазах заплясали озорные огоньки. — Ни в коем случае, — натянуто ответил Новак. — Просто пытаюсь скоротать время за светской беседой. — Ты странный, — выдохнул Дин. Его явно зацепило это размеренное спокойствие со стороны Кастиэля. — Ты не первый, кто говорит мне это при знакомстве, — с легкой улыбкой отозвался Новак.       Они спешились у берега. Речка была небольшой, но бурной и живой. Здесь, в тени раскидистых деревьев, царила благодатная прохлада, а сквозь густую листву пробивались лучи заходящего солнца. Дин первым уселся прямо на мягкую траву, и Новак последовал его примеру. Лошади встали неподалеку, лениво пощипывая зелень и мерно фыркая в тишине наступающего вечера.       Легкое прикосновение к плечу вырывает Новака из сладких воспоминаний. Когда он видит зеленые глаза мужа, напряжение невольно уходит, и к нему возвращается способность слышать окружающий мир. Минутное наваждение показалось ему целым прожитым днем. — Эй, ты чего завис? — Дин мягко сжимает плечо Кастиэля, и тот едва заметно качает головой, приходя в себя. — Прости, я немного устал после работы… — Я как раз и говорю, что нам уже пора ехать домой, — шепчет Винчестер, склоняясь почти к самому уху Новака. — Хорошо, — отзывается тот, окинув взглядом шумную толпу гостей.       Они прощаются с родными. Кастиэль не забывает отвесить Мэри несколько изысканных комплиментов, а Дин просто крепко целует мать в щеку. В такси они едут в полной тишине. Новак чувствует странную, щемящую тоску, не находя ей причин. Он пытается убедить себя, что это лишь усталость после тяжелых будней, но внутри что-то гложет. Он слишком строг к себе, чтобы прямо сейчас разбираться в собственных душевных терзаниях.       Уже в постели, Кастиэль слабо вздрагивает, когда Винчестер укладывается на свою половину кровати и поворачивается на бок. Уже который месяц Новак хочет спросить, почему Дин не уходит в другую спальню, но боится, что этот вопрос разрушит их хрупкое равновесие.       Кастиэль наконец принимает мысль, что ему уже давно не все равно на Дина. Как бы он ни пытался сохранять дистанцию, ему бесконечно приятно находиться рядом с ним. И в этот момент Кас дает себе молчаливое разрешение не подавлять растущую симпатию. Ведь, чего уж греха таить, Винчестер привлек его в ту самую первую секунду их знакомства.       Да, это чувство не имеет ничего общего с горячей влюбленностью или безумной страстью, но Кас все чаще ловит себя на мысли, что он медленно, но верно привязывается к Дину. Теперь Новак готов принимать даже самые раздражающие черты его характера, переступая через собственное занудство. Он становится снисходительнее к мужу, а сам Дин, словно пытаясь уравновесить их взаимный баланс, ведет себя немного сдержаннее и благоразумнее, чем раньше.       По отношению к Габриэлю Новак всегда ощущал сумасшедшую страсть и даже болезненную тягу. После расставания с ним все краски мира будто стали черно-белыми, и Кастиэль даже не надеялся на спасение. Но теперь у него есть Дин. Новак не знает, что именно сам Винчестер чувствует по отношению к нему, но одно он знает точно: он дает себе негласное обещание всегда быть на стороне мужа и во всем оказывать ему поддержку. Баловать его и радовать каждый день, просто потому, что теперь они в законном браке. Или отчасти потому, что Новаку чертовски приятно наблюдать за счастливым Дином?       Кас судорожно вздыхает, совершая робкую попытку приобнять мужа. Не встречая сопротивления, он прижимается еще ближе, крепче обхватывая талию мужчины. Дин тихо сопит в подушку, слишком старательно делая вид, что спит. На лице Новака появляется теплая улыбка, он прекрасно видит, что Винчестер притворяется. — Доброй ночи, Дин… — зачем-то шепчет он, а в ответ получает лишь довольное полусонное мурлыканье.