Школьный роман, или...

Посещать второй раз сеанс Хуа не планировал. Вернее, он и так сходил лишнего. Думал, что напишут таблетки, и проблемы сами собой улетучат, но это оказалось не так. «Черт возьми, все куда серьезнее, что ли?» — размышлял он, сидя в приемной перед кабинетом врача, — «я настолько смешон не только в собственных глазах, но и в глазах того доктора, к которому сходил единожды». Пальцы барабанили по подлокотнику кресла. Мимо прошла медсестра, бросила вежливую улыбку, Хуа от этого только еще больше убедился в бесмысленности своего прихода сюда снова. «Меня не должно волновать, что обо мне подумают, но то, что я сознаюсь в этом, настолько сильно выбешивает. Какого черта мне в голову пришла эта дурацкая мысль: прийти сюда и докопаться до сути происходящего? Зачем? Только больше проблем наделал. Была одна крохотная, стало больше». Он провел ладонью по лицу и вздохнул. Как тут же поймал себя на мысли, которая была отвратительна сама по себе: «Можно подумать, я похож на того, кто в отношениях или пользуется услугами эскорта?»… — Ну, это глупо, — прошептал он себе под нос, — думать, что таблетки не помогут, зато какой-то ненужный перепихон спасет меня сразу. Конечно, от него усну и сразу захочу свалиться спать, но емае… отвратительно быть с кем-то. Я же не какой-то там… — мужчина не договорил. «Айщ, о чем это я? Да так, мысли мыслями — полнейший бред. Даже этот позорный сон приснился. Это все встреча с тем богачом, не более. Да, кто угодно мог быть на его месте. Какие мужчины? Правильно, никакие. Меня не интересуют они. Девушки слишком привлекательны, чтобы обращать внимание на каких-то там парней, ведь так?»… Хуа успокаивал себя и обнадеживал, но все же: почему во сне он увидел не просто кого-то, а конкретного такого человека? Причем обнаженного, с которым у него образовалась связь и еще какая. — Неужели я настолько жалок, что мне приснилась эта дичь? — Господин А Цю? — медсестра выглянула из-за двери, — врач вас примет, входите. Хуа поднялся и прошел в кабинет. Ничего нового: тот же свет, та же картина, тот же доктор: — Садитесь, — он кивнул на кресло напротив. Мужчина сел, выпрямив спину, как на допросе. — Ну, рассказывайте, — врач отложил ручку и взглянул на пациента, — как спалось? — Плохо, — признался Цю, — точнее, иногда нормально, а потом опять. — Кошмары? — Странные сны, — и охранник снова замолк, ну, не будет же он говорить, что ему приснилось, что он с каким-то там боссом одной компании хорошенько так отжигал на кровати, что спал как убитый… — да и мысли навязчивые. — Первая любовь? — Доктор, — Хуа поднял глаза. — Я задаю вопросы, чтобы понять, как вам помочь. Уже говорил вам о том, как важно беречь себя и свое здоровье, — продолжил врач спокойно. — Это не так просто. У меня никого нет, и быть не может, даже на одну ночь. — Вы можете пить таблетки, — врач раскрыл карту и сделал пометку, — но они тоже вредны, если злоупотреблять, заметьте это. — Доктор… всего лишь раз, да? — спросил Хуа, сам не веря, что произносит это вслух. — Да, всего лишь раз. А Цю замер и сглотнул: — И даже если это будет мужчина? — И что? Это должно иметь значение? Вы чего-то боитесь: осуждения или того, что с вашим организмом что-то не так? Разве вас не должно беспокоить второе? — Я не… — мужчина замолчал, подбирая слова, — не думал, что такое возможно. Вы же знаете, как общество относятся к подобному. К таким меня не нужно относить, даже если я к ним отношусь нейтрально. — Жизнь вообще часто преподносит сюрпризы, — врач улыбнулся, — иногда они и такие. Если человек хороший, то никакая ориентация не должна помешать ему таковым и быть. Пугаться не нужно, они ничем не отличатся от обычных, нас. У них разные предпочтения, не более того. В кабинете снова повисла тишина. — Что мне делать? — спросил наконец А Цю. — То, что подскажут сердце, разум и внутренний голос, — доктор закрыл карту, — вы потом удивитесь сами. Хуа усмехнулся: — Это шутка? — Жизненный опыт, который говорит мне, что стоит попробовать, вы же не станете тут же любителем, хотя, судя по вам, сложно сказать, что вы можете быть таким, но один раз — не признак того, что можно ставить на себе клеймо. Можете идти. Если что-то не так, то снова обратитесь. Всего доброго! А Цю поблагодарил врача, кивнул и вышел. На улице было солнечно. Мужчина стоял на крыльце больницы, щурился от яркого света и думал. «Как же это напрягает». Потом охранник сел на мотоцикл, завел мотор и уехал в сторону дома. «Пока приму таблетки, потом глянем, стоит ли прислушаться доктора, или опять сходить с ума, а вдруг и без этого пройдет. Может, стоит поговорить с самой Линь Мэй? Наверное, да. Так и сделаю!»

***

Тем времнем, старший Хэ зря время не терял. Он стал чаще приезжать в школу. Говорил, что не планировал, но каким-то образом, получалось приезжать. Официально — чтобы проведать брата или подвезти его с Мо после уроков, но на деле, сам себе боялся признаться, зачем сворачивает на знакомую улицу каждое утро и иногда задерживается взглядом дольше, чем нужно. Всего лишь ради того, чтобы увидеть эту фигуру в черном, которая бросит в его сторону короткий взгляд, не меняя выражения лица. Однако, в последнее время Чэн заметил кое-что, от чего внутри начинало закипать, и появлялось раздражение. Почему? Как-то один раз Хэ увидел удивительную картину. Девушка — стройная, с длинными темными волосами и ослепительной улыбкой. Ее здесь не было раньше. Чэн обратил на нее внимание случайно: она вышла на крыльцо между уроками и направилась прямо к А Цю. Они разговаривали минут десять. А Цю, который обычно был молчалив и сдержан, стоял, слегка склонив голову, и что-то отвечал. Мужчина видел это из машины, и пальцы сами собой сжались на руле. Кто она такая? О чем они говорят? Чувство, которое сейчас затмило разум изнутри, было очень похоже на ревность. — Спокойно, — сказал он себе, — ты ничего не знаешь о ней и об их отношениях. Возможно, она просто… коллега. На следующее утро история повторилась, только девушка подошла к охраннику с чашкой кофе и протянула ему. Тот взял, кивнул и что-то сказал. Не совсем осознавая, что он делает, Хэ вышел из машины и как пуля помчался вперед: — Доброе утро, А Цю, — произнес он, подходя ближе, и только потом сделал вид, что заметил незнакомку, — простите, я помешал? — Нисколько, — А Цю повернулся к нему. В его руке все еще была чашка, — вы сегодня рано. — Решил подвезти Тяня, — мужчина кивнул в сторону школы, где брат как раз скрывался за дверью, — попросил меня. Девушка с любопытством смотрела на Чэна, потом перевела взгляд на А Цю: — Цю, у тебя есть знакомые? — спросила она с легкой улыбкой. «Цю», — богач заметил, как она назвала его без фамилии. «Они близки?»… — Хэ Чэн, — представился он сам, протягивая руку, — старший брат одного из учеников. — Чжун Ли, — пожала его ладонь женщина, — учитель биологии и химии. — Очень приятно познакомиться. Не видел вас раньше. — Мне тоже. Я недавно только начала работать. Хочу признаться, что мы с Цю учились в одной школе. — Удивительно, в даже в одном классе? — спросил Хэ, стараясь не выдавать дрогнувший голос. — Да, в одном, но это было очень давно, — и снова эта улыбка, — Цю тогда был совсем другим: тихим, никого не трогал. Теперь посмотрите на него, — она обвела мужчину взглядом, в котором читалось что-то вроде удивления, — вырос, изменился. А Цю молчал, лицо его оставалось непроницаемым, но Чэн заметил, как он чуть сжал челюсть. Чжун Ли переводила взгляд с одного мужчины на другого, и в ее глазах зажглось понимание: — Что ж, мне пора на урок, — сказала она, допивая кофе, — Цю, увидимся. Господин Хэ, приятно было познакомиться, — на что тот кивнул в ответ. Она ушла, оставив после себя легкий аромат духов. Чэн проводил ее взглядом, потом повернулся к А Цю: — Вы давно знакомы? — вопрос, ни капли скрытого любопытства. — С детства, — коротко ответил охранник, — одноклассники, как уже сказала Линь Мэй. — И… — Хэ замялся, подбирая слова, — вы были близки? Хуа посмотрел на него долгим, изучающим взглядом: — Она мне нравилась, но это было давно и безответно. Хэ все не унимался: — А сейчас? — спросил он, не удержавшись. — Сейчас, — мужчина чуть заметно усмехнулся, — у нас просто работа. Она учитель, а я охранник, общего мало, сами понимаете, — Хуа допил кофе, смял стаканчик и бросил его в урну, — что-то вы слишком часто здесь бываете, вам не кажется? — вопрос прямо в глаза. — Мне кажется, — ответил Хэ, не отводя взгляда, — что я здесь бываю ровно столько, сколько нужно. Охранник ничего не сказал, просто развернулся и пошел вдоль ограждения, проверяя территорию, в то время как Чэн остался стоять, провожая его взглядом: — Сколько нужно, — повторил Хэ тихо, уже для себя, — и даже немного больше. Он сел в машину, но не уехал сразу. Смотрел, как А Цю медленно обходит школьный двор, как поправляет кепку, как иногда останавливается и смотрит в сторону ворот — туда, где только что стоял черный «Мерседес». — А Цю, — прошептал Чэн, — она не получит тебя. Я не позволю. Мужчина быстро выехал со школьной парковки. У Хэ есть ресурсы, связи и главное — желание. Чего же он желал? Конечно же, только одного, его, и он его получит любыми методами!

***

В тот же вечер, вернувшись домой, Чэн застал Тяня в гостиной за игрой в приставку. Младший Хэ был настолько увлечен игрой, что даже не поздоровался. — Тянь, у меня к тебе дело, — позвал Чэн, усаживаясь на диван рядом. — И тебе привет. Какое еще дело? — мелкий даже не оторвался от экрана. Чэн помолчал секунду, собираясь с мыслями и потом выдал: — Твой малыш Мо… ему не нужны дополнительные занятия по биологии? Тянь нажал на паузу и повернулся к брату с удивленным лицом: — Ему? А зачем? — У вас разве не экзамены? — мужчина пожал плечами, стараясь выглядеть беззаботно, — Если лучше подготовится, то справится и сдаст на высший балл. Тем более, слышал, что у вас в школе есть хорошие учителя. — Не понял? — Тянь прищурился, — при чем тут Мо, занятия по биологии и хорошие учителя? Ты вообще про кого? — Про новую учительницу, зовут Чжун Ли. Она, кажется, ведет биологию и химию. — И ты хочешь, чтобы Мо ходил к ней? — Тянь скрестил руки на груди, — и даже не я? Не понимаю. Какая тебе выгода? Или ты запал на него? Кались! Чэн вздохнул. Ну и как от него что-то утаить можно? Этот школьник был проницателен — когда дело касалось не его самого. — Нет, не нужен мне твой рыжий. Меня беспокоит эта женщина, — сказал старший медленно, — слишком часто крутится вокруг него. Он даже не уточнил имени, но младший все равно понял, о ком шла речь, — и мне это не нравится. Сам себя понять не могу. — Еу, брат, — мелкий присвистнул, — вы еще даже не встречались, а ты так ревнуешь. — Не ревную, — слишком быстрый ответ, — конечно же нет, — но щеки предательски запылали. Он отвернулся к окну, делая вид, что рассматривает шторы, — просто хочу, чтобы она думала об учениках больше, чем о коллегах. Рыжий подойдет на роль того, кто отвлечет ее внимание. — Эй, — Тянь подался вперед, — хочешь сказать, что тебе разбираться с твоим парнем не хочется самостоятельно, а я, значит, с Мо, хочу? — Ты о чем? — Почему не подойти и не спросить прямо? К тому же, обо мне не подумал? А что подумает Мо? Он согласится так легко? — Мне кажется, мто он меня по лицу ударит, если спрошу такое прямо. Здесь я полностью полагаюсь на твои усилия, — старший посмотрел на брата с надеждой, — сможешь убедить рыжика? — Например? — Будешь с ним заниматься дополнительно, — мужчина выдержал паузу, — ты же у нас умный, хорошо знаешь этот предмет, если не лучше всех в школе. Скажи своему малышу, что будете готовиться вместе, а для виду — ходить к этой Чжун Ли. Время проведете вместе. Тянь снова недоумевал: — То есть мы приманка, да? — усмешка, — а ты в это время со своим крашем будешь любезничать? — Нет, — Чэн сбился, покраснев еще сильнее, — вы станете моими партнерами, это как в бизнесе. С чего ты решил, что мы будем… — Ой, да ладно, — мелкий захохотал, — а почему сразу краснеешь? Можно подумать, вы в шахматы собираетесь сыграть… — Тянь! — старший прикрыл лицо рукой. Хорош же он — глава корпорации, подчиненные трепещут, а тут младший брат выводит на чистую воду… — Ладно, — вздохнул Тянь, — а что взамен? — Все, что захочешь, как и всегда. Тянь задумался, постукивая пальцем по подбородку. Ухмылка становилась все шире: — Ладно, так уж и быть, помогу, но учти, что если Мо откажется, то тут я бессилен. — Хорошо, договорились. Старший протянул руку, младший вложил в нее свою, и они обменялись рукопожатием для закрепления сделки. — Только, — добавил Тянь, уже поднимаясь с дивана, — если Мо узнает, что мы его используем, он меня убьет, а потом тебя. — Главное, чтобы ты не проговорился. — Я — могила, но ты мне должен будешь. — Я помню. Мелкий ушел наверх, насвистывая что-то веселое. Чэн остался сидеть, глядя на потухший экран приставки. «Идиот, — подумал он, — втянул брата в свои любовные интриги, рыжего, и эту учительницу затронул. Черт, что же ты творишь, Хэ Чэн?»… Отступать было поздно…

***

На следующий день Тянь, как ни в чем не бывало, подошел к Мо на перемене. Мо Гуаньшань с удивлением узнал, что он, оказывается, нуждается в дополнительных занятиях по биологии: — Малыш Мо, у меня к тебе предложение. — Что? — рыжий настороженно поднял глаза. — Не бойся, не съем, — Тянь присел на парту рядом, — экзамены скоро. По биологии у тебя как? — Никак, — осторожно ответил Мо. — А могло быть «отлично». Ты когда-нибудь сдавал экзамены на сто баллов? — Нет, — ответил рыжик. — А так — точно сдашь. Я сам с тобой позанимаюсь, — Хэ улыбнулся самой обаятельной улыбкой, — у нас будет много времени вместе. Мо покраснел и отвернулся: — Идиот, — буркнул он. — Предлагаю позаниматься вместе. Тем более, новая учительница, зовут Чжун Ли, ведет дополнительные занятия, не слышал? — Нет, не слышал. — А теперь слышишь, — Тянь улыбнулся самой обаятельной «приторной» улыбкой, — пойдем парой. Время проведем с пользой, а после можно и мороженое покушать. Мо подозрительно сощурился: — Ты чего задумал? — Ничего, — Хэ приложил руку к сердцу, — у меня только чистые намерения. Хочу, чтобы ты сдал все на сотку. — Почему ты такой добрый? — А что? Ты разве не хочешь помочь своему другу А Цю? — А что с ним? — Да за ним же бегает эта учительница, а он никак не может ей отказать. Нужно ее занять чем-то, чтобы они меньше виделись. — Не знаю, хорошо ли это, но если это ради брата А Цю, я согласен. Попробую, но если это бесполезно, то перестану ходить. — Договорились! Только никому ни слова, — Тянь аж подпрыгнул. Он уже представлял, как расскажет брату об успехе. Чтобы ему такое попросить на этот раз?

***

Чэн, узнав вечером, что Мо согласился, облегченно выдохнул: — Молодец, — сказал он, похлопав Тяня по плечу. — Мастер переговоров, — усмехнулся младший, — ты бы видел его лицо, когда я про «честные намерения» заговорил. Он такой милый и доверчивый. — И что он? — Я ему сказал, что это ради блага А Цю, и согласился тут же, сказал, чтобы молчал, — Тянь помолчал, — брат, а ты не боишься, что эта Чжун Ли догадается? — Не думаю, — старший пожал плечами. — Ладно, я в игру. Только если что пойдет не так, я не виноват. — Хорошо. «Спасибо, брат, — мысленно обратился он к Тяню, — и прости, что втянул».

***

Так начались дополнительные занятия. Чжун Ли, увидев младшего Хэ в группе для отстающих ребят, удивилась. Мальчик, который по слухам был сильным учеником, таким и оказался. Однако почему он решил ходить на эти занятия? К тому же приходил не один, а с Мо, который тоже изъявил желание заниматься после уроков. Они вместе помогали друг другу разбирать сложные задачи. Это было поразительно для только что начинающего работать учителя. Линь Мэй не могла нарадоваться тому, что здесь такие хорошие ученики: ответственные, сообразительные, способные. Не ждут, когда их будут подталкивать, а сами бегут вперед, рассматривают следующие темы, пытаются вникнуть в суть вопросов, которые возникают сразу же, если что-то непонятно. — Никогда не видела такого интереса к своему предмету, — похвалила ребят Чжун, — вы большие молодцы. Хэ Тянь, ты, кажется, и так разбираешься на «отлично», но все равно хочешь ходить? — Спасибо! Да, учитель, — Тянь улыбнулся самой обаятельной улыбкой, — мне нравится любая наука. — Поразительно, твои родители гордятся тобой. — Мои родители, — Хэ на секунду замялся, но быстро взял себя в руки, — ну, мой брат, определенно гордится. — Прости, пожалуйста, что я… — Нет-нет, ничего, — Тянь махнул рукой, — вы не знали, все нормально. Чжун Ли кивнула, принимая объяснение, и повернулась ко второму ученику: — Мо Гуаньшань, ты тоже большой молодец. Я вижу, что ты стараешься и хочешь стать лучше. — Спасибо, учитель, — рыжик чуть покраснел, — без Тяня мне было бы труднее. — Здесь и твоя заслуга присутствует, — мягко сказала Ли, — не обесценивай свои усилия, хорошо? Мо кивнул, пряча смущенную улыбку. — Ох, ребята, если хотите, то можем провести дополнительные занятия в четверг. В среду я не могу. — У вас что-то случилось? — спросил Тянь. — У меня дочка приболела, — вздохнула женщина. — Дочка? — Гуаньшань удивленно приподнял бровь, — да, конечно, не переживайте. Дети важнее. Пускай ваша дочка скорее выздоравливает. — Спасибо большое, ребята, — Чжун Ли улыбнулась, — вас уже заждались дома, идите. Всего вам хорошего! — Спасибо большое вам за помощь, учитель! — оба парня поклонились и вышли.

***

Ребята вышли из школы, вечер уже наступал. — Она хорошая, — сказал Мо, когда они спустились с крыльца. — Да, — Хэ задумчиво кивнул, — я почему-то думал, что она другая. Емае, Чэн ничего не знает, но такую кашу уже сварил. — А при чем здесь твой брат? — Мо остановился, настороженно глядя на Тяня. — Ой, Малыш Мо, тебе лучше не знать, — Тянь отмахнулся, понимая, что ляпнул лишнего, — может, тебя подвезти? — Я на автобусе, спасибо, — рыжик покачал головой. — Брось, поехали, — Тянь потянул его за рукав. — Разве твой дом не в другой стороне? — прищурился Гуаньшань. — Да, но неважно. Брату иногда нужно развеяться. Рыжик подозрительно посмотрел на него, но потом все же кивнул: — Хорошо, спасибо! Они сели в машину, которая уже ждала у ворот. Чэн сидел на заднем сиденье, сегодня он решил не водить сам. Увидев брата и его друга, он чуть заметно улыбнулся: — Добрый вечер, ну как? — спросил он, когда они устроились рядом. — Здравствуйте, — как-то быстро поздоровался рыжий и смутился, потому что его усалили посередине. — Здравствуй, — и снова улыбка от Чэна. Мо как-то себя неуютно почувствовать. Один Тянь и второй Тянь… — Привет, нормально, — младший Хэ плюхнулся на сиденье, — она нормальная, хорошая. — Я и не говорил, что она плохая, — старший Хэ сделал вид, что поправляет манжету рубашки. — Ага, конечно, — Тянь хмыкнул, — просто ревность тебя изводит. Гуаньшань переводил взгляд с одного брата на другого, ничего не понимая. Чэн кашлянул и велел водителю трогаться. — Кстати, — сказал Тянь, когда машина выехала со школьной парковки, — у нее дочка болеет. Так что в среду занятий не будет. — Дочка? — глава семейства Хэ удивленно поднял бровь. — Ага, — мелкий посмотрел в ответ многозначительно, — она замужем, наверняка, брат. Чэн промолчал, но Тянь заметил, как его плечи чуть расслабились. — Ты так смешно выглядишь, — шепот со стороны правой дверцы машины. — Я слышу, — отозвался старший. — Знаю. Мо сидел между ними, чувствуя себя странно, но при этом постепенно расслабляясь, почему-то становилось тепло, хоть и не сразу. В этой семье, пусть и не своей, но было как-то удобно и комфортно. Может, Тянь не такой уж и ненормальный? По крайней мере, рыжик уже сомневался в том, что этот дурачок был ужаснее, чем он о нем думал. «Просто лишние мысли, и ничего более».

***

Через несколько дней Хэ старший снова приехал в школу. Что было на этот раз? Чэн решил, что ему нужно обсудить с директором строительство площадки для ребят, чтобы они занимались нормально физкультурой. По крайней мере, чтобы забрать Тяня домой тоже, вернее. Старший убеждал себя, что нужно обсудить еще все это дело с охранником, которого на деле просто хотел увидеть. Мужчина вышел из машины, огляделся. Чжун Ли стояла на крыльце, разговаривала с кем-то по телефону. Увидев Чэна, она помахала рукой: — Господин Хэ, добрый день! — она подошла ближе, — ваш брат — замечательный ученик. Я хотела сказать вам спасибо, что разрешили ему ходить на дополнительные занятия. Чэн как-то удивился слышать от нее похвалу в адрес младшего, и поэтому как-то запоздал с ответом: — Здравствуйте, приятно слышать. Это была целиком его инициатива, а я только за. — И Мо тоже очень старается. Чэн кивнул, а потом еще раз оглядел школьный двор, А Цю нигде не было. — Вы кого-то ищете? — спросила Чжун Ли, заметив его взгляд. — Нет, просто… — мужчина запнулся, — осматриваюсь. Учительница понимающе кивнула, но ничего не сказала. Только посмотрела куда-то в сторону спортзала: — Кажется, он там, — тихо добавила она, — проверяет инвентарь. Хэ благодарно кивнул и направился к спортзалу.

***

День выдался невыносимо душным. Даже утром солнце пекло так, будто решило испепелить все на своем пути. Ближе к трем часам температура перевалила за тридцать, и школьный двор опустел, дети попрятались по классам, благо, там кондиционеры хоть как-то могли спасти ситуацию. В спортзале было иначе. Дверь была открыта, и Чэн заглянул внутрь, как тут же на месте и замер. А Цю стоял посреди зала, повернувшись спиной к выходу. Футболки на нем не было, она осталась лежать на скамейке, а сам он, обнаженный по пояс, перебирал гантели на стойке. Пот стекал по его широким плечам, по рельефной спине, по твердым мышцам, которые богач так часто пытался разглядеть издалека из-под футболки, но теперь, увидеть это вживую давало такое облегчение и удовлетворение, что мужчина сглотнул. Кожа блестела при свете ламп, и каждый мускул двигался под кожей, словно это был какой-то Аполлон. У Чэна перехватило дыхание, и он боялся пошевелиться, спугнуть. Он стоял в дверях, не в силах отвести взгляд. Раньше он видел А Цю только в форме, но сейчас, сейчас перед ним было не просто тело, а целое произведение искусства. Капли стекали по позвоночнику вниз, вены на руках выступали как налитые, и видно было, что охранник иногда тут занимается? «Сколько же он тягает? Он может и меня так на весу…?»… Самые постыдные мысли посетили голову Чэна, который почувствовал, как кровь приливает к лицу и куда-то еще, куда совсем не нужно в рабочей обстановке. «Господи, я пропал. Я окончательно и бесповоротно пропал»… — Добрый день, А Цю, — позвал Хэ, стараясь, чтобы голос звучал ровно, но для него это звучало настолько фальшиво. Хуа обернулся, но на его лице не было смущения, только легкое удивление: — Добрый день, — что-то случилось? — Нет-нет, — Чэн подошел ближе, стараясь не смотреть ниже подбородка, — я решил узнать, школе что-нибудь нужно? Может, оборудование, инвентарь? Я готов помочь. — Господин Хэ, — А Цю скрестил руки на груди, и это было такой ошибкой, потому что мышцы напряглись, отчего грудь стала еще шире, а ключицы выразительнее. Богач сглотнул, не подавая виду, что смотрит, но черт, было трудно отвезти взгляд, почти невозможно, — вы уже и так помогаете школе, разве нет? — Директор не говорит мне о том, что нужно что-то поменять, я у него был, но сам понимаю, что ему неловко просить. Может быть, что-то нужно? Вы, наверняка, знаете, что здесь требует замены. — Думаю, если бы директору сказали, он бы к вам точно обратился. — А лично вам? — Мне? — приподнятая бровь Хуа, «что?». — Ну, может, вы хотите что-то для себя? — Я не привык брать чужое. — Это не чужое, а подарок. — Господин Хэ, — охранник посмотрел на него как-то сердито, — мы с вами едва знакомы. Я не могу принимать от вас подарки. — Тогда давайте знакомиться ближе, — выпалил Чэн, понимая, что звучит как умалишенный, но остановиться уже не мог. Между ними повисла тишина, и было слышно только дыхание их двоих, и возможно, голоса уходящих домой учеников. — Что вы имеете в виду? — тихо спросил Хуа с любопытством. — У меня есть компания друзей. Мы иногда собираемся по пятницам, играем в бильярд, обсуждаем новости, едим пиццу. Я хотел бы пригласить вас. — Зачем? «Вот, объясни ему еще. Ну, емае, что за тип?»… — Потому что вы постоянно один. Я вижу, как скучающе вы стоите в школьном дворе, смотрите по сторонам. Домой уходите один. Выходные проводите, наверное, тоже один, — Чэн говорил почему-то быстро, боясь, что если остановится, то не сможет продолжить, — Я хочу предложить кое-что. А Цю усмехнулся: — Вы странный, господин Хэ. — Называйте меня Чэн. Без «господина», мы же ровесники. — Откуда вы знаете? — Я многое о вас знаю. Хуа ничего не ответил, но продолжил, потому что этот ненормальный не отцепится: — И когда эти ваши посиделки? — В пятницу, в восемь вечера. Я заеду за вами, если… — Не надо, я подумаю, прийти или еще нет… — Хорошо, скину вам адрес. Буду рад, если согласитесь. А Цю кивнул, взял футболку и все же надел, к великому сожалению Чэна. Они вышли из спортзала. Чэн шел на два шага позади, чтобы не провоцировать себя и не смотреть на широкую спину, которая сейчас была скрыта тканью. Мужчины попрощались и разошлись.

***

Хуа решил договориться с Чжун Ли о встрече в кафе. Ему нужно было обсудить с первой любовью кое-какие моменты и поставить уже точку в этом вопросе. В кафе было много людей. В пятницу многие решили посещать чаще заведение, в особенности, школьники, после трудного дня. А Цю выбрал столик у окна, ему не было приятно сидеть там, где больше всего людей, гораздо приятнее силеть подальше ото всех. Чжун Ли подошла через минуту. Снова как всегда красивая, свежая и улыбчивая. Глядя на эту женщину, как можно оторвать глаз. Хуа как-то даже забыл, что хотел сказать. В это время Ли села напротив, а самку повесила на крючок: — Снова здравствуй, — но никакой реакции от мужчины, — А Цю? Ты здесь? Сам меня пригласил, но молчишь. — Привет, да… прости, ты выглядишь просто прекрасно… — Спасибо большое, ты тоже хорошо выглядишь, — Хуа поблагодарил ее, — но мы же тут не по этому поводу? — И да и нет, — А Цю выдохнул, — мне тяжело начинать. — Начинай с того, что тебя беспокоит, не беспокойся. Мужчина поднял на нее глаза, и ему захотелось поверить, что этот разговор будет между ними и поможет прояснить суть: — Можно спросить? — на что женщина кивнула, — в школе, когда мы учились в одном классе, я тебе нравился? Хоть чуть-чуть? Чжун даже не сразу поняла, что речь о ней, она помолчала, а потом покачала головой: — А Цю, прости, но нет. Ты был милым, но ты никогда мне не нравился как парень. Я и сейчас не хочу тебя обидеть, но ты спросил, мне стоит отвечаю честно. — Я не обижаюсь, прошло много лет, и я уже остыл, — улыбнулся охранник, а потом отпил чай и продолжил, — у меня бессонница, — и она очень часто. Просыпаюсь по ночам, не могу заснуть, думаю о всяком… — О чем? — О разном, о прошлом, о настоящем, о том, что я один, — он провел ладонью по лицу, — знаешь, я даже к врачу ходил. Сказали, что нужно беречь себя. Прописали таблетки, но… — Что «но»? — Помимо таблеток, — мужчина запнулся, — у меня должны быть отношения. Чжун Ли понимающе кивнула: — И у тебя все сложно, да? — Глухо, как в танке, — усмешка, — никого нет, и быть не может. — Отношения — это сложная взаимосвязь: не все сразу, не все просто. Доктор правильно сказал, что человеку нужен кто-то рядом. — Он сказал, — А Цю опустил взгляд, — что мне нужно либо занять голову чем-то другим, либо… ну, либо с кем-то переспать. — Ооо, — Чжун Ли округлила глаза. — Проблема в том, что мне никто не нравится, — Хуа посмотрел на нее, будто ожидал насмешки, но ее не последовало, — чтобы я захотел с кем-то переспать. Женщина не засмеялась, нет, а посмотрела на почти что коллегу долгим, изучающим взглядом: — А Цю, тебе не двадцать лет. Это уже не юность. Мы быстрее взрослеем, время бежит, что не заметишь, как состаришься один, но знаешь что? — Что? — Попробуй снова полюбить. Любовь заставляет нас идти порой на невозможные поступки и оживляет. — Это совет? — И совет, и наставление, и опыт. Как хочешь, так и принимай, — Чжун Ли взяла его за руку, — но это то, что ты должен сделать. Пойми сначала: хочешь ли ты избавиться от бессонницы? Быть в отношениях? Кого-то любить? А если это будет связано с одним и тем же человеком? Так бывает, — улыбка, — поверь мне. Хуа молчал, переваривая услышанное: — Меня тут пригласили в бильярдный клуб, чтобы сходить и провести вместе время. Я думаю, стоит или нет, прийти или не прийти. — Развейся, конечно, — женщина кивнула, — это полезно. — Однако это не просто встреча, — А Цю посмотрел ей в глаза, — там будет сам человек, который меня пригласил. Порой от его взглядов становится не по себе… Чжун Ли прищурилась; — Это мужчина? — Что? — Тот, о ком ты говоришь, это же мужчина? Охранник покраснел: — да, — выдохнул он, — и я в ужасе, что говорю это тебе, прости. Ли крепче сжала его ладонь: — Не беспокойся, — сказала она твердо, — может быть, мы вместе сможем решить твою проблему. — Как? — Если это мужчина, то это не так важно, поэтому просто расскажи мне о нем. Кто он? Что он за человек? — Хэ Чэн, — имя сорвалось с губ, как само собой, — глава одной компании, настойчивый, красивый, умный и… — Брат Хэ Тяня? — Цю кивнул на вопрос. — И он тебе не безразличен, — констатировала Чжун. — Я не знаю, — Хуа залпом допил чай, — кажется, он плавит мои мозги. В прямом смысле, я думаю о нем чаще, чем можно думать о ком-то. — А он знает? — Что? — Что ты о нем думаешь. — Нет, я не подаю виду, но он как банный лист, постоянно рядом, то в школе, то в магазине, то во снах. Благо, подарки не присылает, но это вопрос времени, — Хуа провел рукой по волосам, — я не понимаю, зачем ему охранник, когда вокруг много дам, к тому же, у меня нет похожего статуса. — Может, ему плевать на твой статус, он видит в тебе тебя. А Цю смотрел на женщину: — Ты изменилась, — сказал он, — раньше ты была другой. — Взрослеем, — Ли улыбнулась, — все мы меняемся, и ты изменился. Стал открываться. — Ты думаешь, мне стоит пойти? — На встречу? Конечно, а там — как получится. Если не понравится — уйдешь. Если понравится, то останешься. Хуа кивнул, чувствуя, как на душе становится легче. Впервые за долгое время он не был один: — Спасибо. — Пожалуйста. Они еще какое-то время сидели и вспоминали школьные годы, смешные истории. За стеклом моросил дождь, и люди спешили по домам. — А Цю, — позвала мужчину Ли. — М? — Он хороший человек? — Думаю, да, — честно ответил Хуа, — мне кажется, да. — Значит, не просто так, нравится — Линь Мэй встала, собрала сумку, — тди, куда зовут и не бойся. В конце концов, что ты теряешь? — Ничего, — усмехнулся Цю. — Я о том же. Они вышли из кафе. Дождь уже закончился и вновь выглянуло солнце. — Увидимся в школе, — сказала Чжун на прощание. — Да, — кивнул мужчина, — и спасибо за все. — Всегда пожалуйста. Она ушла, а он остался стоять, глядя на мокрый асфальт и пробивающиеся сквозь тучи лучи. Телефон завибрировал, пришло сообщение от Чэна: «Встреча в восемь, вы же будете?». Хуа посмотрел на экран, вздохнул и напечатал: «Да, я приду». Почему не было ощущения, что может произойти что-то не то? Потому что охранник был спокоен в том, что ему сказала коллега, но кто мог знать, что будет дальше, а дальше, может быть, много поворотов события, и даже сам Хэ не в силах узнать, что готовит им судьба на будущее…

***

А Цю зашел в бильярдный клуб, когда часы показывали без пятнадцати восемь. Он не любил опаздывать, как и всегда. Привычка, что сказать. Место оказалось довольно приятным: полумрак, мягкий свет над столами, кожаные диваны у стен. В воздухе пахло деревом и табаком, но несмотря на запрет, кто-то все равно курил в углу. А Цю зашел в бильярдный клуб. Друзья Чэна и трое мужчин лет тридцати-сорока уже были в сборе. Они сидели за столиком у окна, пили пиво и о чем-то оживленно спорили. Чэн заметил его первым, поднялся, пошел навстречу: — А Цю, — позвал он, касаясь его локтя, — проходите, знакомьтесь, — и подвел к столу, — это Мин, Лун и Пин, — представил Хэ по очереди, — мои старые партнеры по бизнесу и друзья. Мужчины кивнули, разглядывая нового знакомого с любопытством. — А это… — начал Чэн. — А Цю, — представился сам гость, — работаю в школе охранником. — О, тот самый, — протянул Мин, и Хэ послал ему выразительный взгляд, означающий «помолчи». Мин прикусил язык, но улыбнулся. Хуа сделал вид, что не заметил, он привык к тому, что о нем говорят за спиной: из-за его прически, имиджа, ауры и голоса. Все сели за стол. Заказ из пива и пиццы не обговаривался, это была уже как традиция. Богач настаивал, чтобы А Цю попробовал местную пиццу, с тонким тестом и вялеными томатами. Сначала разговор не клеился. Вернее, друзья Хэ пытались расспросить Хуа: откуда он, где служил, как ребята познакомились. А Цю не привык к такому вниманию, поэтому отвечал коротко, односложно, чувствуя себя не в своей тарелке. — А вы часто здесь бываете? — спросил А Цю у Пина, чтобы нарушить тишину. — Да, по пятницам, — кивнул тот, — Чэн нас здесь собирает иногда для разрядки. — У вас такая напряженная работа? — Хуа повернулся к богачу. — Иногда, — уклончиво ответил тот, но взгляд его говорил о другом, он следил за каждым движением охранника, за каждой его реакцией. — Он же босс, — вставил Лун, — у него все напряженные. — Не все, — возразил Мин, косясь на Чэна, — некоторые, например, совсем не такие, особенно в последнее время. Хэ кашлянул: — Давайте играть, — предложил он, вставая и поднимая бокал. К десяти вечера А Цю уже освоился. Он выиграл две партии у Пина, одну у Мина, и только Чэну проиграл. Нарочно или нет, никто не понял. Лун следил за парнями, и не любил играть в такое, поэтому больше всех болтал и развивал диалог. — Вы хорошо играете, — сказал богач охраннику, когда они отошли к столику с напитками. — Может быть, — улыбнулся Хуа. — У вас явно какая-то техника, тактика или стратегия есть. — Когда я был в армии, меня научили немного, — пожал плечами А Цю. — А чему еще научили? — Чэн смотрел на него в упор, не скрывая интереса. — Терпению. Тому, что не все в жизни можно контролировать. — Это вы обо мне? — усмехнулся Хэ. — И о себе тоже, — ответил Цю, глядя ему в глаза. Чэн хотел что-то сказать, но не успел, к нии подошел Мин и увлек его в новый раунд. Охранник остался стоять у окна, глядя на ночной город. — Вы ему нравитесь, — раздался голос сзади, это был Лун. — Что? — обернулся мужчина. — Чэну. Вы ему нравитесь. Он раньше никогда никого не приводил на наши встречи. Его взгляд, он смотрит на вас, как хищник. — Мы просто друзья, — ответил А Цю. — Вы так думаете? Но это не выглядит так. Поверьте, я знаю Чэна много лет. Он никогда не был таким, ни девушек, никого не было рядом, и тут вы. Подумайте об этом, — Лун улыбнулся и отошел. Охранник опустил взгляд и провел ладонью по лицу, смахивая нааждение. «Друзья, друзья, которые смотрят на меня так, что хочется провалиться сквозь землю». Перевод взгляда на богача — тот стоял у бильярдного стола, спорил с Мином о каком-то ударе, смеялся, и в этом смехе было что-то такое… живое и настоящее, а не натянутое и фальшивое. «Он и таким бывает»… — А Цю, — позвал Чэн, поймав его взгляд, — ваша очередь. — Иду. Хуа подошел к столу. Мужчина подал ему мяч, и на секунду их пальцы соприкоснулись, Хэ отвел руку первым, будто обжегшись: — Спасибо, что пришли, — произнесено было тихо, чтобы никто, кроме одного единственного человека не услышал. — И вам спасибо, что пригласили, — ответил Цю. Они посмотрели друг на друга, и в этом взгляде было что-то большее, чем просто дружба. Так думал Хэ, но вот думал ли Хуа… Они играли до поздна, встреча друзей затянулась. Хэ говорил громче обычного, смеялся над каждой шуткой и пил больше, чем позволял себе когда-либо. А Цю, сидевший напротив, наблюдал за этим с растущей тревогой: — Господин Хэ, — сказал мачо, когда богач потянулся за очередным бокалом, — вам не кажется, что достаточно? — А Цю, — Чэн улыбнулся пьяной, расслабленной улыбкой, — вы такой заботливый, это так мило. Я не пьяный. К концу вечера Хэ слабо держался на ногах, но держался. Друзья разъехались, остался только А Цю, который был трезвый: — Я поеду на мотоцикле. Позвоните своему водителю, в таком состоянии нельзя вести машину, — мужчина стал надевать шлем, а потом завел мотор, — позвоните потом мне, как будете дома или напишите смс. — Хорошо, так и сделаю. До встречи, А Цю. — До встречи, Хэ Чэн. Только когда мотоцикл уехал, Чэн позволил себе громко выдохнуть. С каждым разом этот мачо нравился ему больше и больше…

***

Чэн вызвал своего водителя и вернулся домой. Затем в темноте, не разобрав что-то, написал сообщение А Цю и отключил телефон. Оказывается, он отправил стикер «с сердечком», и даже не обратил на это внимание. Вечер прошел хорошо, отлично. Хуа вписался в их компанию, даже улыбался пару раз. Проверив комнату младшего, старший пожелал ему спокойной ночи, поцеловал в лоб, и пошел к себе. Мысли возвращались к красавчику, который стоял в спортзале без футболки, как пот стекал по его спине, как он смотрел, когда Чэн приглашал его на встречу с друзьями. Мужчина быстро снял с себя одежду, встал под душ: — Прекрати, — сказал Хэ своему отражению в душе, — прекрати, прекрати вести себя… черт… вода слегка отрезвляла голову, но не помогала полностью. Надо скорее уснуть и успокоиться. Чэн вялыми нога поплелся к кровати и плюхнулся на нее, закрывая глаза на ходу и тут же уснул. Мужчина оказался в спортзале. Тот же запах каучука и пыли, те же гантели на стойке, только А Цю стоял к Хэ не спиной, а лицом и на нем опять не было футболки: — Ты хотел мне что-то сказать, — голос Хуа был низким, — надо было просто сказать, а не придумывать поводы. — Я… — легкая запинка, язык не слушался, мужчина не мог выговорить и слова. — Ты всегда такой неуверенный? — охранник усмехнулся и подошел ближе, делая шаг, второй, и потом третий в сторону напуганного, — или только со мной? Вот, они стоят уже вплотную. — Я не… — Тише, я так устал от твоих разговоров. Делай же уже, что хочешь. Как-то они оказались на матах. Собственная рука скользнула по влажной коже Хуа, и их губы встретились в поцелуе. Одежда исчезла, как «неожиданно». Тела сплелись в едином ритме. — Хотел? — шепот и поцелуй в шею. — Да, — задыхался богач, — да… — Хорошо. Громкие вдохи, стоны и сбитое дыхание. Мужчина был настолько уставшим, что даже не проснулся, хоть и ощущал пульсацию внизу живота. «Нет, я не проснусь, никогда я так…». Проснулся Хэ позже обычного, не услышав будильник. Голова была тяжелой, тело ватным. Он не сразу понял, что произошло, но почувствовав влажность под спиной и ягодицами, до него дошло, и от того Хэ простонал и уткнулся лицом в подушку. — Черт, ну, сколько можно, — шепот в потолок. Мужчина встал, на подгибающихся ногах дошел до ванной, включил воду где стал смывать «ночные похождения», потом вытерся и надел халат. Выйдя из ванны богач стал приводить спальню в порядок. Постельное белье отправил в стирку, а после спустился вниз, а мелкий уже был тут как тут: — Брат, ты не спал? — спросил Тянь, жуя бутерброд. — Спал, а что? — спросил старший, наливая свежемолотое кофе. — Наверное, плохо, потому что у тебя синяки под глазами, — усмехнулся парень, — ты выглядишь как панда сейчас. — Ничего, просто устал, — и «панда» села напротив. Младший сделал выводы и больше не спрашивал об этом: — Я пойду гулять с друзьями, хорошо? — Хорошо, но будь осторожен. — Конечно, если что, то сразу пишу тебе, мамочка. — Тянь… — Я напишу или позвоню, если что, давай, — и мелкий вскочил из-за стола, прихватив с собой рюкзак и проходя мимо, поцеловал брата в щеку, тот тут же потеплел: — Не гуляй до поздна, пожалуйста, чтобы я не искал тебя с полицией. — Хорошо, давай, пока, — и младший выбежал из дома. Не смотря на то, что Тяня отправляла одного, один он никогда не был. Старший всегда направлял за ним людей, чтобы на расстоянии, но присматривали, потому что если старшего не будет рядом, чтобы кто-нибудь, да помог брату, а то он сам себе не простит. Чэн допивал кофе, и захотел подумать над чем-то, как ноги сами понесли его наверх, к себе. Телефон лежал на тумбочке, экран светился входящими уведомлениями: почта, новости, календарь и одно сообщение. У мужчины была еще одна головная боль, и это он осознал позже, когда увидел от кого именно пришло оно. Этого человека он бы предпочел сейчас не видеть. После того, как мужчина открыл чат с «красавчиком», тут же его лицо приобрело красный оттенок. В сообщениях он сам отправил «сердечко». «Что за…?»… Хуа ничего не ответил, но просмотрел сообщение ночью, то есть этот мачо не спал, ждал сообщения или звонка? «Это как объяснить?»… Однако уже утром отправил: «Доброе утро, я так понял, что все нормально. Это так?»… Чэн был в ужасе, от смайлика, который был отправлен «таким образом», от того, как можно это было понять. «Мачо сейчас подумает, что я ему в чувствах признаюсь, а это не так». Долго не думая, Хэ отправляет: «Доброе утро! Простите, я не видел, что отправил ночью. Да, со мной все хорошо, спасибо! Как себя чувствуете?». На удивление Хуа сразу же просмотрел сообщение и начал печатать: «Рад слышать, что с вами все хорошо. Я тоже в порядке». И молчание… «Может, он не придал значения?» — подумал Чэн с надеждой, — «может, подумал, что случайно или решил не подавать виду?». Чэн хотел написать еще что-то, объяснить, оправдаться, спросить напрямую, но пальцы не слушались. Мужчина отложил телефон и закрыл лицо руками. В ближайшее время им лучше не стоит видеться, да, именно так. Хэ уверен, что даже, если они встретятся вновь, то навряд ли забудет о «сердечке» и «рад слышать, что с вами все в порядке». На самом деле, мужчине хотелось увидеться с красавчиком, но наяву между ними дистанция, и когда они перейдут с «вы» на «ты» требует тоже времени. «Подожди, пожалуйста, дай мне время, чтобы я пришел в себя, и тогда я снова буду претендовать на все права, чтобы заполучить тебя». С этим мыслями Хэ решил отправиться в кабинет, работа должна помочь справиться с происходящим внутри «дурдомом» и обратить внимание на другие вещи, например, «с кем переспать, или что сделать, если снится один и тот же человек, и сон, в котором находится он же, и это не просто какой-то сон, а самый-самый откровенный и запрещенный из всех возможных?»…