Гостьи с Востока. 2 Часть: Золотой Берег

9:46 утра. Солнце уже поднялось достаточно высоко, чтобы залить набережную золотистым светом, но ещё не настолько, чтобы превратить воздух в раскалённое марево. Выходной день — редкая роскошь для тех, кто обычно вкалывает без продыху. Шэнь сидел в кафе «Ocean Tides» за дальним столиком у окна. Перед ним стоял стакан с апельсиновым соком — соломинка торчала ровно посередине, сам он сидел в непринуждённой позе, взгляд был устремлён куда-то вдаль, на океан. В кафе было тихо, только Дэвид возился за стойкой да где-то на кухне шипел кофеварка. Звякнул колокольчик над дверью. Вошел Леон. Кот-леопард был в своём репертуаре — дорогой костюм, наглая морда, уверенная походка. Он оглядел пустой зал, заметил Шэня и хищно улыбнулся. Направился прямиком к его столику, даже не спрашивая разрешения, плюхнулся на стул напротив. — Ну что, мальчик, — начал Леон, растягивая слова. — Думал, спрятался? Думал, мы отстанем? Я захвачу вас. Всех. Твоих друзей, твою сестру, эту твою... Ондину. Вся ваша компания будет у меня под каблуком. Шэнь медленно перевёл взгляд с океана на Леона. Посмотрел на него пустыми глазами. Потом так же медленно перевёл взгляд обратно на океан. — Окей, — сказал он ровно. — Только мне похуй. Леон моргнул. Такого ответа он не ожидал. — В смысле — похуй? Ты понял, что я сказал? Я ЗАХВАЧУ ВАС! — Ага, — Шэнь даже не повернул головы. — Захватывай. Сделай вид, что уже захватил. Прямо сейчас. — Он сделал глоток сока. — Сделал? Ну молодец. Леон открыл рот, закрыл, снова открыл. На его морде отражалась сложная гамма чувств: от неверия до бешенства. — Ты... ты не понимаешь! Я серьёзно! Я... — Теперь пока, — перебил Шэнь, вставая со стула. Взял стакан с соком, перешёл за соседний столик, сел спиной к Леону и продолжил смотреть в окно. В кафе повисла мёртвая тишина. Дэвид за стойкой замер с тряпкой в руках, боясь дышать. Леон сидел за пустым столиком, глядя на пустой стул напротив, и медленно багровел. — Ты... ты... — прохрипел он наконец. — Дэвид, — позвал Шэнь, не оборачиваясь. — Можно ещё сок? А этому... — он мотнул головой в сторону Леона, — по счёту не надо. Пусть сам платит. Дэвид прыснул, зажимая рот тряпкой. Леон вскочил, опрокинув стул. Его глаза горели яростью, но сказать он ничего не мог — слова застревали в горле. Он развернулся и вылетел из кафе, чуть не сшибив дверь с петель. Колокольчик жалобно звякнул ему вслед. Шэнь допил сок, поставил стакан на стол и снова уставился на океан. — Псих, — прокомментировал Дэвид из-за стойки. — Ага, — согласился Шэнь. — Но сок вкусный. И в кафе снова наступила тишина, нарушаемая только плеском волн за окном. Шэнь сидел за новым столиком, допивая сок, и краем глаза наблюдал, как Леон мечется у выхода, пытаясь сохранить остатки достоинства. Кот-леопард уже взялся за ручку двери, когда Шэнь лениво повернул голову и бросил в пустоту: — Тебя ищут. Леон замер. Медленно обернулся, прожигая Шэня взглядом. — Что? — переспросил он с нажимом. — За что? Кто? Шэнь пожал плечами, по-прежнему глядя в окно. Голос звучал ровно, будто речь шла о погоде: — Ищут. Запинают. Особенно. Он сделал паузу, давая Леону возможность прочувствовать момент. — Рита, Рикки и Ондина с Вейлан. Леон дёрнулся, будто его ударили током. Его жёлтые глаза расширились, усы встали дыбом. — Ч-что? — переспросил он, и в голосе впервые проскользнули панические нотки. — Зачем? Я ничего не делал! Я только вошёл! — Ага, — согласился Шэнь всё так же спокойно. — И я как раз дал им твоё местоположение. Он наконец повернул голову и посмотрел на Леона в упор. Взгляд — пустой, равнодушный, как у рыбы. — Они идут сюда. Леон застыл на месте. Казалось, даже воздух вокруг него перестал двигаться. Он медленно перевёл взгляд на дверь, потом на окно, за которым виднелась набережная, потом снова на Шэня. — Ты... ты серьёзно? — Ага. — Зачем?! Шэнь допил сок, поставил стакан и поднялся. — Скучно было. И направился к выходу, оставляя Леона одного посреди кафе. Тот стоял, вцепившись в спинку стула, и с ужасом смотрел на дверь, за которой вот-вот должны были появиться четыре самые страшные женщины в его жизни. Дэвид за стойкой тихо ржал, уткнувшись лицом в фартук. Шэнь вышел на набережную, щурясь от солнца. Где-то вдалеке уже маячили знакомые силуэты — Рикки с ножом наперевес, Ондина с горящими глазами, Вейлан с ледяным лицом и Рита, у которой в руках поблёскивал какой-то древний амулет. — Удачи, — одними губами прошептал Шэнь, проходя мимо них. И зашагал по набережной дальше, наслаждаясь выходным. В кафе ворвались одновременно с четырёх сторон. Рикки влетела первой, размахивая ножом, за ней — Ондина с кулаками наготове, Вейлан скользнула внутрь бесшумно, как тень, а Рита вошла степенно, но в руках у неё была бейсбольная бита. Не простая, судя по древним символам на ней — явно артефактная. Сирена, сидевшая до этого в углу и ждавшая новостей о Посейдоне, вскочила и ткнула пальцем в Леона, который всё ещё стоял посреди зала, не в силах сдвинуться с места от ужаса. — Вот он! — выкрикнула она. — Это он! Из-за него Посейдон в больнице! Рикки не стала ждать ни секунды. Она подлетела к Леону, схватила его за грудки и со всей силы зарядила в челюсть. Удар был такой, что хруст разнёсся по всему кафе. Леон взвизгнул, отлетел к стойке, и из его рта вылетел зуб — белый, с корнем, жалобно стукнулся об пол и покатился под столик. — Это за Шэня! — рявкнула Рикки. Ондина налетела следом. Её кулаки работали как поршни — по морде, по корпусу, по рёбрам. Леон пытался прикрываться, но куда там. Ондина била с такой яростью, что каждый удар отдавался эхом в пустом кафе. — Это за Посейдона! Это за Сирену! Это за то, что ты вообще родился! Вейлан не стала бить. Она просто стояла рядом, глядя на Леона ледяным взглядом. Но этого взгляда было достаточно, чтобы кот понял: его сейчас не убьют. Его оставят на потом. Никси и Лайла, ворвавшиеся следом, тоже добавили — Никси пнула Леона под дых, Лайла зарядила по почкам. Кэм и Карли стояли в дверях, открыв рты, и даже не пытались вмешиваться. Дэвид предусмотрительно спрятался за стойку, вооружившись сковородкой на всякий случай. А потом подошла Рита. Она не торопилась. Подошла медленно, с достоинством, поправила очки и замахнулась битой. — Это, — сказала она спокойно, — за моего кота. Бита со свистом рассекла воздух и врезалась Леону в пах с такой силой, что его глаза вылезли из орбит. Он издал звук, похожий на чайник, из которого выпустили пар, и мешком осел на пол, скрючившись в позе эмбриона. В кафе повисла тишина. Рита опустила биту, отряхнула руки и повернулась к остальным: — Ну что, полегчало? — Ещё бы, — выдохнула Ондина, потирая уставшие кулаки. Рикки пнула Леона носком ботинка. Тот слабо застонал. — Живой, — констатировала она. — Жаль. — Пусть живёт, — сказала Вейлан холодно. — Будет знать, что бывает, когда трогают наших. Из-под стойки высунулся Дэвид: — Я вызову полицию? Или уборщицу? Тут зуб валяется... — Вызывай обоих, — махнула рукой Рита. — А этого, — она кивнула на Леона, — пусть забирают. Но сначала сфоткайте на память. Карли достала телефон и щёлкнула камерой. Леон, лежащий в луже собственного достоинства, без зуба, с разбитой мордой и поджатыми ногами — фото на долгую память. Сирена подошла к Рите и робко спросила: — А Посейдон... он поправится? — Поправится, — твёрдо ответила Рита. — И когда он вернётся, я расскажу ему, что мы за него отомстили. Коту будет приятно. Все, глядя на скорчившегося Леона, согласно кивнули. День определённо удался. Дверь кафе приоткрылась, и в проёме показалась знакомая ушастая морда. Арнольд замер на пороге, обводя взглядом открывшуюся картину: Леон скрючился на полу в позе креветки, вокруг него стояли разгорячённые русалки, Рита поигрывала битой, а из-под стойки торчала голова Дэвида с вытаращенными глазами. Арнольд моргнул. Потом ещё раз. — А... — выдавил он, пятясь назад. — А ну иди сюда! — рявкнула Рикки, делая шаг в его сторону. Арнольд развернулся и побежал. Зря. Ондина рванула за ним первой, её глаза горели огнём мести. Никси и Лайла припустили следом, не желая упускать возможность размяться. Рикки с ножом наперевес замыкала процессию, выкрикивая на бегу что-то про кишки и верёвки. Арнольд нёсся по набережной, поджав хвост и прижав уши. Его суперслух улавливал топот за спиной, тяжёлое дыхание преследовательниц и зловещее: «Держи его!», «Не уйдёшь!», «Я тебе уши отрежу!» Он свернул в переулок, надеясь оторваться, но там его уже ждали. Вейлан стояла, прислонившись к стене, и даже не запыхалась. Она просто ждала, потому что знала: Арнольд побежит именно сюда. — Привет, — сказала она ледяным тоном. Арнольд взвизгнул и попытался развернуться, но тут подоспели остальные. — Попался, ушастый! — выдохнула Ондина, хватая его за шиворот. Дальнейшее напоминало сцену из фильма ужасов, снятую в жанре комедии. Арнольда лупили всем скопом. Ондина отрабатывала удары, накопленные за всё время, пока этот фенек мучил Шэня. Рикки пару раз ткнула его ножом для острастки — не глубоко, так, чтобы побегал быстрее. Никси и Лайла действовали слаженно, как команда профессиональных вышибалов. Вейлан просто стояла рядом, и её присутствие било сильнее любых кулаков. — Это за Шэня! — кричала Ондина, заряжая по ушам. — Это за грот! — вторила Никси, целя в корпус. — Это за то, что ты вообще родился! — добавила Рикки, пиная под зад. Минут через пять Арнольд лежал рядом с Леоном в одном положении — поза эмбриона, полная потеря достоинства и пара выбитых зубов в придачу. Его знаменитые уши были красными, опухшими и жалобно подрагивали. Рита подошла к нему, присела на корточки и ласково погладила по голове битой. — Ещё раз, — сказала она тихо, но так, что мурашки побежали по шкуре, — тронешь кого-то из моих — я тебя лично закопаю. В пустыне. Где даже кактусы не растут. Понял? Арнольд судорожно закивал, рискуя оторвать голову. — Вот и славно, — улыбнулась Рита. — Дэвид, вызывай полицию. Пусть забирают эту парочку. И скажи им, что мы нашли их на набережной в таком виде. Сами упали. — Сами-сами, — подтвердил Кэм, довольно потирая руки. — Споткнулись об свою тупость. — И об нашу справедливость, — добавила Карли, щёлкая фото на память. Леон и Арнольд лежали рядышком, два поверженных злодея, и мечтали только об одном — чтобы это скорее закончилось. Но русалки не торопились. Они наслаждались моментом. Дверь кафе снова открылась. Все замерли в напряжении — неужели ещё кто-то из котов нагрянул? Вошла Грейс. Она застыла на пороге, глядя на открывшуюся картину: Леон и Арнольд лежат в луже собственной крови, с разбитыми мордами, выбитыми зубами и полностью уничтоженным достоинством. Над ними стоят разгорячённые русалки, Рита поигрывает битой, а из-под стойки доносится нервный смех Дэвида. Грейс побелела. Её глаза расширились, усы встали дыбом. Она попятилась к выходу, но дверь за её спиной уже захлопнулась — это Вейлан бесшумно подошла и надавила с той стороны. — А... а я просто мимо шла... — пролепетала Грейс, вжимая голову в плечи. — Я ничего не делала! Я вообще не при делах! Рикки медленно повернулась к ней. В руке у неё поблёскивал нож. — Не при делах? — переспросила она, растягивая слова. — Ты с ними была. Ты с ними в кафе приходила. Ты с ними в школе уроки вела. — Я просто выполняла приказы! — взвизгнула Грейс. — А ты думала, — Ондина шагнула к ней, прожигая взглядом, — что ты пизды не получишь? Грейс затравленно оглянулась по сторонам в поисках спасения. Но спасения не было. Выход заблокирован, окна высоко, а вокруг — толпа разъярённых русалок, у которых накопилось много претензий. — Ну всё, — Никси потянулась, хрустнув шеей. — Давно хотела с ней познакомиться поближе. — Только морду не разбей сразу, — посоветовала Лайла. — Пусть помучается. Грейс попыталась залепетать что-то про права, про адвоката, про то, что она хорошая, но её уже не слушали. Через минуту она лежала рядом с Леоном и Арнольдом, пополняя коллекцию избитых котов. Её аккуратная причёска превратилась в воронье гнездо, дорогой костюм был порван, а из носа текла кровь. — Троица и точка, — довольно констатировала Карли, делая общее фото. — Теперь они как семья, — хмыкнул Кэм. — Вместе нападали, вместе получили. — И вместе полежат, — добавила Рита, пиная Леона носком туфли. — Полиция едет. Пусть объясняют, почему они все трое в таком виде. — Сами упали, — подмигнула Рикки. — Сами-сами, — подтвердила Ондина. — Споткнулись об свою наглость. Арнольд тихо поскуливал. Леон пытался сохранить остатки гордости, но получалось плохо. Грейс просто лежала и мечтала, чтобы это скорее закончилось. Русалки вышли из кафе, оставив поверженных котов на полу. Дэвид проводил их взглядом и перевёл дух: — Ну и денёк... Кто следующий? Но больше никто не пришёл. Видимо, коты поняли, что сегодня не их день. А может, и не только сегодня.