Глава 10. Горные фонари
19 февраля 2026 г., 19:01
Дойдя до середины горы, Ши Удуань вдруг остановился — здесь проходила тропа, ведущая напрямую к задней горе; школа Сюаньцзун, чтобы предотвратить случайное вторжение деревенских жителей или охотников из-под горы в долину Цанъюнь, установила здесь контрольный пункт, направив нескольких учеников внешнего круга поочередно нести стражу; кроме того, если появлялись гости извне, желающие попасть в школу Сюаньцзун, они обычно проходили через это место и ждали уведомления.
А сейчас тех нескольких человек не было.
Ши Удуань наконец обнаружил нечто неправильное.
Юноша бежал снизу вверх всю дорогу, дыхание его было несколько учащённым, щёки покраснели; в этот момент он остановился с выражением удивления и неуверенности, и сияющая как солнце улыбка сошла с его лица. Ши Удуань махнул рукой, птица Цуйпин послушно опустилась ему на плечо; он тихо сказал: «Странно, почему сегодня эти старшие братья-ученики отсутствуют? Пойдём посмотрим внутри».
В маленьком павильоне для встречи гостей никого не было, однако там стояла шахматная доска, несколько чёрных и белых камней были разбросаны по ней; видно было, что люди здесь только начали партию, как их срочно позвали и они ушли.
Ши Удуань тыльной стороной ладони потрогал чашку с чаем сбоку; она была холодной; видимо, они ушли уже некоторое время назад.
Даже во время ежегодного зимнего жертвоприношения предкам или когда сам император лично прибывал поклониться горе, контрольный пункт внизу горы обычно оставался на месте; что же случилось, заставив людей здесь поспешно уйти?
Ши Удуань нахмурился, вошёл в маленький дворик за павильоном и не обнаружил следов драки; рядом с □ (пропущенный иероглиф, вероятно, означающий «цветочная клумба» или «дверь») переднего двора даже стояла лейка для полива цветов; он поднял её и взял в руки, обнаружив, что внутри всё ещё осталось пол-лейки воды.
Неужели кто-то поливал цветы наполовину и не успел даже поставить лейку обратно, привести в порядок одежду, как уже ушёл?
В школе Сюаньцзун большое внимание уделяется этикету и ритуалам; среди учеников немало потомков князей и аристократов; неужели старший брат-ученик с этой половины горы был так напуган, словно у него горели брови от огня? Неужели на задней горе произошла какая-то неприятность?
Подумав так, Ши Удуань направился к заднему двору; узкая тропинка в заднем дворе вела напрямую к задней горе и долине Цанъюнь; ещё не успев открыть дальние ворота, он увидел, как птица Цуйпин в испуге подпрыгнула; Ши Удуань опустил голову и посмотрел, почувствовав, будто струйка чёрной ци медленно просачивается из этого коридора; он потер глаза, и эта чёрная ци снова исчезла.
Ши Удуань не знал, что это за ситуация; колебался некоторое время, затем открыл ворота двора; едва увидев внутренность, он остолбенел от изумления.
Эта маленькая дорожка, ведущая к задней горе, обычно редко использовалась людьми, однако была очень красивой; кусты деревьев по обеим сторонам росли густо и плотно; идя среди них, казалось, что они могут заслонить собой небо и скрыть солнце; даже в разгар лета там было очень прохладно; среди кустарников трава была свежей и прекрасной, дикие цветы покрывали землю повсюду; время от времени можно было увидеть некоторых маленьких животных; неизвестно, благодаря ли защите долины Цанъюнь, они совершенно не боялись людей.
Однако сейчас все деревья и цветы на всей этой маленькой дорожке полностью засохли и умерли; не говоря уже о животных, даже костей мёртвых животных не было видно; Ши Удуань почувствовал, как спина его стала горячей; он испугался, снял узелок, который нёс за спиной, и увидел, что звёздный диск внутри узелка снова испускал жуткое, призрачное сияние; однако оно смутно окутывало пространство вокруг Ши Удуаня, словно защищая его.
Ши Удуань подумал про себя: «Неужели эта вещь обрела дух и душу?» Он выглянул из этого зелёного света наружу и увидел, что поднимающаяся вокруг чёрная ци снова стала чёткой; чем дальше он шёл вперёд, тем гуще она становилась; Ши Удуань осторожно поднял одну руку, собираясь вытянуть её за пределы зелёного света; из звёздного диска быстро вытянулись несколько звёздных нитей и обвились вокруг его запястья, словно пытаясь остановить его; те звёздные нити, как только отделились от зелёного света и коснулись внешней чёрной ци, мгновенно, подобно окружающим цветам, травам, деревьям, потеряли весь свой блеск и засохли насмерть.
Случилось ли что-то на задней горе?
Сердце Ши Удуаня ёкнуло: «Бай Ли!»
Подумав об этом, он больше не колебался и вдоль той маленькой дорожки быстро побежал к задней горе.
Как раз когда он уже издалека увидел вход в долину Цанъюнь, вдруг рядом с ухом раздался оглушительный взрыв; Ши Удуань ещё не успел отреагировать, как почувствовал огромную силу, которая сбросила его в воздух; казалось, что это было даже сильнее, чем землетрясение в тот день в массиве шести возвращений; словно поток ветра ган (罡风 — сильный, очищающий ветер высоких небес), несущий невыразимую власть и господство, спустился с вершины горы и сверху донизу пронёсся по горе Цзюлу; Ши Удуань, подобно маленькому муравью на поваленном большом дереве, был легко подброшен на несколько чжанов (丈 — мера длины, около 3,3 метра) вдаль, а затем тяжело рухнул на землю.
Это существо бросило его так сильно, что голова закружилась, и перед глазами почти стало черно.
Ши Удуань и птица Цуйпин одновременно подняли головы; птица Цуйпин, увидев, как он упал, сначала махала крыльями сбоку, громко крича и шумя, но, подняв голову в этот момент, вдруг странно замолчала.
Они увидели, что на вершине горы зажглись семь горных фонарей.
От этого места до вершины горы было неизвестно сколько ли (里 — мера длины, около 500 метров), неизвестно сколько кустов деревьев и горных камней; даже величественный родовой храм школы Сюаньцзун скрывался где-то в глубине густых облаков, так что нельзя было увидеть его следов, не подойдя близко. Однако эти семь горных фонарей отчётливо были видны Ши Удуаню и его спутнику.
Этот необычный свет легко пронзил слои облаков, горные камни, кусты деревьев и путь.
Ши Удуань невольно прижал руку к груди; неизвестно, было ли это результатом недавнего падения, но он действительно почувствовал сердцебиение. Словно это были не горные, а небесные фонари.
Свет семи горных фонарей становился всё ярче; откуда-то донёсся звук хорового пения; Ши Удуань последовал за источником звука, но ничего не увидел, словно всё это было его собственной галлюцинацией; в этом хоровом пении, казалось, содержалась огромная печаль, но в то же время оно было наполнено некоторой холодностью и безразличием.
Это было похоже на тот холодный и милосердный вздох, который, согласно легенде, издают небесные боги, пронзая человеческий мир с девяти небес, когда становятся свидетелями смены поколений среди людей, превращения морей в поля тутовых деревьев и возникновения хаоса. Семь небесных фонарей один за другим поднялись, начиная с вершины горы, всё выше и выше, однако их свет не уменьшался; постепенно они соединились вместе, словно образовав тотем.
Ши Удуань, полулёжа на земле, поднял голову и посмотрел; в то мгновение он невольно испытал желание упасть на колени, низко прижаться лицом к пыли и совершить поклонение.
На десять тысяч ли небесной выси свет этих горных фонарей озарил всё; ещё более густые облака собрались вместе, однако сквозь щели пробивался солнечный свет, смешиваясь со светом горных фонарей, преломляясь во всё более толстых облаках, слой за слоем, словно в воздухе восстал золотой и великолепный дворец.
Гора Цзюлу была именно тем местом, где восходил этот божественный чертог.
Удар молнии расколол низ, ударив точно в середину семи горных фонарей; однако этот свет не был рассеян; напротив, он стал то ярче, то тусклее, окрасившись в некоторый странный оттенок.
Птица Цуйпин издала низкий стон из горла; Ши Удуань бессознательно потрогал лицо и обнаружил, что неизвестно когда его лицо уже было залито слезами.
Неизвестно сколько времени прошло, прежде чем свет тех горных фонарей постепенно померк; крик обезьяны в горах нарушил всю тишину; этот крик обезьяны казался громким плачем, эхом разносящимся по пустым горам Цзюлу; Ши Удуань вдруг испугался, вскочил с земли, не обращая внимания на пыль, покрывавшую всё его тело, и изо всех сил побежал к задней горе.
Хлынул проливной дождь.
