Глава 13. Глаза массива
19 февраля 2026 г., 20:29
Ши Удуань болтал ртом всякую чепуху, но глазами не бездельничал. Он ни разу не заходил в пещеру Огненного Лотоса. Хотя часто бывал в Долине Цанъюнь, в резиденцию Короля Лис без причины ребенку входить не позволяли. Даже если он искал Бай Ли, можно было лишь у входа позвать его пару раз. Стоило же попасть внутрь, как вся обстановка и планировка пещеры сразу открывались взгляду.
Природа лисов связана с огнем. Едва войдя, Ши Удуань почувствовал внутри пещеры некую границу. В огненной стихии ощущалось что-то еще, словно само собой сформировавшаяся формация, преграждавшая путь черному дыму, врывающемуся внутрь. Он понял, что дело неладно, но времени разбираться не было.
Если говорить о драке, юноша ясно осознавал, что даже если будет тренироваться еще тридцать или пятьдесят лет, все равно не справится с таким логовом лисов. Значит, нужно действовать иначе.
Он трезво оценивал себя: его главный талант — не доводить дело до успеха, а портить его. Потому решил устроить хаос, покататься по пещере, потянуть время и попытаться найти сердце формации. Если удастся его повредить — хорошо. Если нет, хотя бы дать Бай Ли шанс сбежать.
Ши Удуань не боялся последствий. Бай Цзыи все равно не сможет с ним расправиться — за ним стоит учитель. В худшем случае его свяжут и отправят обратно на гору Цзюлу, где после порки он снова станет «героем».
Приняв решение, он опустил руку. Птица Цуйпин, будто понимая его намерение, встрепенулась, взмыла в воздух и полетела к лисьему огню на стене — туда, где находилось место почитания предков. Разумеется, позволить птице устроить там беспорядок никто не мог. Несколько стражей возле Бай Цзыи тут же бросились ее ловить.
Ши Удуань сделал вид, что растерян, и улыбнулся: — Простите, это птица учителя, она меня не слушает. Занимайтесь своими делами, я поймаю ее.
У входа стояли два демона с лисьими лицами и человеческими телами. Стоило ему шагнуть вперед, как они обнажили оружие. Он втянул голову, лезвие прошло у самой шеи, и, пользуясь своим малым ростом, он проскользнул между ними, словно мышь.
С одной стороны он опрокинул жертвенный алтарь, с другой носился по залу и кричал: — Глупая птица, посмотрим, куда ты убежишь!
Бай Цзыи больше не выдержала: — Схватить его!
Но Ши Удуань, как назло, был ловок, словно блоха. Он прыгал туда-сюда, переворачивал столы, пинал скамьи, и никто не мог его поймать. Все благодаря тому, что Глава Дао ежедневно гонялся за ним с линейкой — тренировка оказалась полезнее любого искусства легкости.
— Госпожа Бай, не сердитесь, я же не нарочно! Эй, братец, не руби, у меня одна голова! Я же говорил — не рубить, застряло теперь! Зачем махать оружием? Давайте сядем и поговорим! — выкрикивал он на бегу. — Госпожа Бай, от злости три морщины добавятся, осторожнее!
Лицо Бай Ли побледнело. Он смотрел на юношу, и уголки его губ едва заметно приподнялись. Но когда он повернулся к Бай Цзыи, эта улыбка исчезла, словно хрупкая глазурь.
Его глаза стали черными, без единого проблеска света. В них будто скрывалась густая ненависть. И лишь тревога за Ши Удуаня слегка рассеяла часть этой тьмы.
Он вздохнул и тихо спросил: — Матушка, почему?
В обычных семьях родители готовы умереть вместо ребенка. Почему же она с детства остерегалась его? Боялась? А теперь хочет убить?
Обида тяжело легла в груди.
Он чувствовал, как жизненная сила уходит через рану, втягиваемая мечом. Казалось, он вот-вот умрет, так и не поняв, за что.
Перед глазами туманилось. Он попытался вспомнить свою жизнь и понял, что кроме моментов на горе Цзюлу, когда Ши Удуань тайком прибегал к его пещере и звал по имени, в ней почти не было счастья.
А может, наоборот, именно Ши Удуань сделал его еще несчастнее. Если бы не он, никто не звал бы его «Бай Ли», никто не помнил бы его как человека.
Если жизнь не приносит радости, изменит ли что-то смерть?
Ничего. Просто трудно принять такую судьбу.
Тем временем лисьи демоны загнали Ши Удуаня в угол. Бай Ли стиснул зубы: — Отпустите его. Какую смуту он может устроить? Если причините вред, людям с горы Цзюлу будет трудно это объяснить.
Бай Цзыи посмотрела на него сложным взглядом. Он больше не называл ее матерью. В ее глазах мелькнула тень сожаления, но она была поверхностной и не могла перебороть страх и ненависть.
— Отпустите его, — повторил Бай Ли, закрывая глаза.
Он больше не мог даже пошевелиться. В глубине души он спокойно подумал: если бы мог двигаться, переломал бы им все кости и выставил бы у входа в пещеру, перед этим высушил бы их на земле и падальщики надругались бы над их телами, чтобы каждый день видеть их останки.
Ши Удуань катался по земле, но десятки демонов теснили его. Он увидел, что Бай Ли закрыл глаза, и сердце его сжалось. Демона трудно убить, но долгое пригвождение может его истощить.
Под ногой ему попалась доска. В голове мелькнула мысль.
Один демон бросился на него. Ши Удуань подхватил доску, увернулся и прочитал длинное заклинание, которое однажды слышал от Цзян Хуа. Он не изучал его как следует, но упрямо запомнил.
Доска задрожала. Поток ци прошел через его тело, образовав вихрь, поддерживающий ее.
Он понимал, что дерево, пропитанное духом пещеры, не сравнится с мечом Цзян Хуа, а его собственные навыки слабы. Но времени не было.
Он бросил доску, увернулся от меча одного из старейшин и в перекате сорвал с того штаны. Тот остолбенел на мгновение.
— Попал! — щелкнул он пальцами.
Раздался треск, словно вспыхнула молния. Меч выпал из руки демона, и Ши Удуань схватил его. Не колеблясь, он сделал широкий взмах, отбросив ближайших демонов, затем выкрикнул заклинание управления мечом.
В следующий миг его подняло в воздух. Он летел неровно, несколько раз ударился о скалы, но не издал ни звука. Взмахом рукава он задул лисий огонь на стенах.
Бай Цзыи в ярости выхватила кнут и ударила.
Кнут, словно живой, устремился к его шее. Он увернулся, врезался в стену, едва не потерял сознание. Меч дрожал в руке, сил почти не осталось.
И тут он увидел: в темноте проступила скрытая формация. Ночные жемчужины образовывали узор. Глаз формации находился в белых знаменах, воткнутых в столб, к которому был привязан Бай Ли.
Ши Удуань стиснул зубы: — Теща, вы что, зятя насмерть бьете?
Он рванулся к столбу. Кнут вновь вспыхнул демоническим огнем и задел его спину, сильно обжигая.
В последний момент он толкнул птицу Цуйпин к белому знамени. Та клюнула его и вырвала.
Черный поток ворвался в пещеру. Демоны скорчились от боли. Кнут бессильно опустился.
Ши Удуань спрыгнул к Бай Ли, легко хлопнул его по щеке: — Терпи.
Он выдернул меч из его тела и перерезал веревки.
Бай Ли пошатнулся и упал на него. В своем юношеском облике он был легче взрослого, но для ребенка и этого оказалось достаточно. Оба рухнули на землю.
