锦瑟/Парчовая Цитра/Джин се

Бай Ли злобно сказал: «Проваливай!» Ши Удуань в этот момент приблизился немного ближе, изначально ещё слегка затуманенная голова от его такой тихой фразы упрёка неожиданно оказалась встряхнута до ясности, внутренние органы словно тоже вслед за этим дважды вздрогнули. Он осторожно спрятал фигуру за большим деревом, вспомнил, что некоторые люди с глубокой культивацией способны в речи примешивать «намерение» (意 значение намерение воля духовный посыл в даосской и боевой традиции подразумевает вложение внутренней силы в слово), одни могут очаровывать разум человека, другие способны устрашать противника. Когда Бай Ли говорил с ним, он всегда был словно молодая невестка, тихо и мягко, как будто боялся, что другие услышат, Ши Удуань прежде никогда не слышал от него такого тона. Этот мальчишка с глазу на глаз одно, за спиной другое, подумал Ши Удуань с изрядным интересом, намереваясь посмотреть, кто опять его разозлил. Однако хотя ему было любопытно и он хотел заняться делом подслушивания под стеной (听墙角 букв. слушать у стены подслушивать чужой разговор тайком разговорное выражение), недостойным занятием, он также знал, на что способен, и не осмелился опрометчиво приближаться, подумал немного, затем протянул руку, и увидел, как из его широкого рукава вытянулась тонкая нить, именно звёздная нить со звёздного диска, бесшумно скользнула наружу, упала на землю, словно живая зарылась в почву, затем становилась всё длиннее и длиннее. Ши Удуань прикусил собственный палец, приложил к одному концу звёздной нити, тонкая капля крови мгновенно была втянута внутрь, на нити показалась слабая искра света, затем из тонкой нити поднялась смутная тень размером с ладонь. Ши Удуань тогда ясно увидел, что Бай Ли держит в руках поднос, по всей видимости принесённый из кухни, напротив стояли два человека, нет, один из них не был человеком, а мягкой массой парил в воздухе. Хотя нельзя было разглядеть выражения их лиц, всё же можно было ощутить атмосферу натянутых тетив и обнажённых арбалетов. Только увидел, как Бай Ли холодно усмехнулся, снова вернул тот мягкий голос, однако между словами поднялась ледяная убийственная аура, он сказал: «Я вот не знал, с какого это времени мои перемещения нужно держать под вашим контролем». Чёрная штука, похожая на лист бумаги, будто испугалась, отплыла немного назад, а стоящий рядом человек оставался неподвижным и низким голосом сказал: «Повелитель демонов долго странствует и не возвращается, господин Янь немного беспокоится, специально приказал подчинённым прибыть на поиски». Первоначально любопытное и беспечное выражение лица Ши Удуаня, услышав слова «Повелитель демонов» и «господин Янь», мгновенно полностью исчезло, на и без того бледном лице не осталось ни капли крови. Господин Янь, господин Янь? Он сразу вспомнил того года на горе Цзюлу того вежливого, но стоящего высоко над другими Янь Чжэня, неужели это он? Какую связь Бай Ли может иметь с ним? Бай Ли ледяным голосом сказал: «Возвращайся и передай Янь Чжэню, что он слишком широко суёт нос не в свои дела». И правда он. В сердце Ши Удуаня внезапно возникло смутное предположение, от чего он почувствовал, словно проглотил холодный камень, и без того ноющий желудок стал ещё тяжелее. Почему раскололась Секта десяти тысяч демонов? Почему после того как Бай Ли упал внутрь, он снова смог выйти? На что он опирался, чтобы снова разорвать Секту десяти тысяч демонов? Или… Стоящий напротив Бай Ли человек тихо вздохнул и сказал: «Просим Повелителя демонов ставить общее положение выше всего, пусть даже не ради других, разве вы не хотите вернуть то, что изначально должно было принадлежать вам?» Бай Ли не говорил, однако окружающая аура словно стала ещё более мрачной. Ши Удуань с пустой головой слушал, как неизвестного статуса человек уговаривает: «Этот ничтожный знает, что Повелитель демонов, естественно, обладает безграничной магической силой, однако в народе есть поговорка “много искусств не тяготят тело”, тем более у пути нет предела, разве Повелитель демонов не желает подняться ещё на одну ступень? Сможете ли вы дойти до более далёкого места, тесно связано с судьбой государства Великой Цянь, прочие дела мелки, подумайте, с вашими нынешними способностями кто осмелится сказать вам слово “нет”? Дела в мире не выходят за рамки покупки за деньги, то что за деньги не купить можно силой отнять, то что силой не отнять можно угрозами и соблазном добиться, что же такое, чего нельзя добиться угрозами и соблазном?» Тот человек остановился, осторожно посмотрел на выражение лица Бай Ли, увидев, что на нём нет большего недовольства, лишь тогда продолжил наставительно: «Имеющий деньги это человек первой категории способностей, умеющий силой отнять это человек второй категории способностей, высшая категория это умеющий “угрозами и соблазном”, способный раскинуть небесную сеть, чтобы другим некуда было отступать это и называется “принуждение”, способный достать звёзды и луну, в делах для него нет ничего невозможного, это называется “соблазн”, этот ничтожный скажет неприятные слова, с вашими нынешними способностями вы можете считаться лишь человеком второй категории…» Бай Ли холодно фыркнул. Тот человек однако не боялся, словно знал, что его слова уже подействовали, лишь сказал: «Повелитель демонов сам в сердце знает, не стоит из-за малого терять большее, главное и второстепенное нужно различать, если однажды вы станете человеком первой категории способностей, в этом мире захотите что будет, захотите что сделать сможете сделать, о чём ещё беспокоиться, к чему ещё так стремиться?» Подслушивающий Ши Удуань рассеянно подумал, сказано действительно слишком разумно. Он уже полностью понял, что раскол Секты десяти тысяч демонов начался из-за того, что Янь Хуайпу зажёг горный светильник, с этого и завязалась кармическая связь, почему Бай Ли смог снова покинуть Секту десяти тысяч демонов? Поглотить того так называемого отца, возможно, было недостаточно, этот кто-то совершал обряд и действовал с ним изнутри и снаружи согласованно. Семьдесят лет заимствованной жизни, одолженной оказалась именно жизнь этой великой страны в тысячи ли, подобная тонкой нити дыхания, цепляющаяся за существование, выпустили Бай Ли из Секты десяти тысяч демонов, используя карму демонической секты и горного светильника, подпитывали судьбу того потрёпанного императорского драконьего трона. Ши Удуань вдруг беззвучно рассмеялся, подумав, что Янь Чжэнь действительно талант. Он смотрел на смутного Бай Ли в тумане, в горле внезапно пересохло, Сяо Ли… Бай Ли долго не издавал ни звука, прошло немало времени, затем махнул рукой и тихо сказал: «Вернись и передай своему господину, у меня есть меры». Та ледяная до костей убийственная аура уже исчезла, человек напротив не сказал больше ни слова, поклонился и бесшумно увёл ту бумажноподобную чёрную тень. Тот человек, похоже, умел наблюдать выражение лиц и понимать намерения, услышав его тон, естественно понял, что его слова убедили Бай Ли. Ши Удуань тоже умел наблюдать выражения лица и понимать намерения, услышав его тон, естественно понял…