锦瑟/Парчовая Цитра/Джин се

Северо-запад изначально представлял собой высокие горы, в этот момент превратился в равнину, которую можно обозреть всю целиком, границы размыты на линии неба и земли, без подъёмов и спусков. Стоящий человек словно никогда не достигнет конца, небо и земля огромны, жизнь и смерть кажутся узкой линией, и что уж говорить о жизненных взлётах и падениях, о земной славе и позоре. Цзоу Янлай сильно прикусил язык, мгновенное осознание подобно отблеску света перед исчезновением, стремительно был погребено такой огромной пространственностью. Малая рекурсивная формация, хотя и называется маленькой формацией, но каждая мельчайшая часть — это один слой, и каждый следующий слой накладывается в геометрической прогрессии, масштаб может достигать бесконечности (累递小阵, léi dì xiǎo zhèn, магическая боeвая формация, каждый слой формирует следующий с удвоением, размеры могут быть бесконечными). Цзоу Янлай остановился, вытащил меч с пояса, на одно колено встал на землю и воткнул длинный меч в землю насмерть. Рукоять меча была направлена вниз, слегка дрожала, неизвестно откуда дунул поток смертоносного ветра, место, где был воткнут меч, выглядело как могила, на мёртвой земле раздавался звук, похожий на жужжание пчёл, словно делая окружающее пространство ещё пустее. Цзоу Янлай сжал брови, думая: если не знать количество слоёв формации, разве не будет проблем? Такая большая территория, какой слой выберет Ши Удуань? Но Ши Удуань не заставлял его долго угадывать: едва он немного остановился, как с северо-запада в конце разразился громовой удар, который пробил землю. Вся земля задрожала, глубокая трещина словно прилив устремилась издалека, точно касаясь тела Цзоу Янлая. С силой, способной смести всё сухое и гнилое, она пронеслась по всей равнине. После этого жужжание меча по странной причине прекратилось, спустя мгновение с трещины земли поднялся ураган, с запахом соли и крови из глубин земли, словно самый глубокий гнев был зажжён искрой. Земля, которая под ногами была давлена всеми существами и молчала миллионы лет, внезапно пришла в ярость, всё в её подавлении становилось всё более и более нестабильным, когда-нибудь сбросив все горы, стряхнув весь снег, даже если тело её будет в кровавых ранах, она будет вопить. Цзоу Янлай был потрясён этим глубоким ревом, он ошеломлённо смотрел на всё, ощущая себя внезапно ребёнком, потерявшимся в этом мире, под ударами грома и бурей казался насекомым, которое может быть сдутым в любой момент (蜉蝣, fúyóu, эфемерное насекомое, символ хрупкости жизни). Колени его вдруг ослабли, он опустился на землю, словно какая-то сила невидимо давила на его шею, заставляя склониться в поклонении. Затем вспыхнул пожар, бесчисленные силуэты мелькали в нём, словно равнина была заполнена духами мёртвых (怨灵, yuànlíng, духи с обидами), они как ракушки, смытые апокалиптической волной, меняли направление, будто плавучая растительность. Но эти «плавающие растения» собрались вместе, наконец окрасив всю поверхность, лица их были размыты, не различить мужчин и женщин, старых и молодых, словно лишь тени, внезапно появлялись и исчезали, становясь топливом для большого огня. Мгновение жизни до смерти, летопись видна ясно (汗青历历, hànqīng lìlì, исторические события ясны как на ладони) — начиная с этой затяжной войны, с основания нынешней династии, с падения предыдущей, с первого седого старца, писавшего первый иероглиф на бамбуковых свитках при свете лампы, с рождения всех растений и животных, с сотворения мира, разделения хаоса… В конечном счёте всё остановилось в пепле. Словно вся жизнь была только ради этого пожара, только ради этого жертвоприношения. Огненный поток постепенно охватывал весь мир, Цзоу Янлай широко раскрыл глаза, внезапно поняв — это огонь мёртвых тел (阴尸火, yīn shī huǒ, магический огонь, вызывающий духовное и физическое разрушение). В прошлом, в момент самой сильной луны, Цзоу Янлай сам за городом Гучи совершил ритуал огня мёртвых тел, используя останки с городских захоронений как привязку, вызвав непревзойденного Повелителя Демонов. Тот пожар вызвал самую жестокую битву и противостояние за тысячи лет, снег в городе казался серым. Но такого масштаба ещё не было. Цзоу Янлай внезапно ощутил иллюзию: чем Ши Удуань сейчас использует для вызова огня мёртвых тел? Разве он не разрубил Ад Ави (阿鼻地狱, Ābí dìyù, буддистский ад) небесной молнией, выпустив всех мелких духов на землю, используя их как топливо? В мире формаций… нет тех, кто мог бы превзойти Ши Удуаня. Если бы на свете существовали боги, имели бы они такую силу? Создать мир, затем уничтожить его. В ключевом стратегическом месте, развести огонь мёртвых тел… Цзоу Янлай резко вздрогнул, внезапно понял, что Ши Удуань применяет «его же копьё против его же щита», три великих главы школ/сект совместно благословили это место, ныне главы ослабли, однако ядро (核, hé, магическая сущность) предшествующих мастеров осталось. Оно по-прежнему резонирует с горами и реками, словно растворилось в костях и крови земли, и пока малейшая жизненная энергия продолжается, путь не будет прерван. Ши Удуань же остановил путь у стратегического перевала Саньяньгуань, установил малую рекурсивную формацию, увеличив размеры пространства до бесконечности, затем развёл беспрецедентный огонь мёртвых тел. Души умерших, сброшенные войнами и хаосом, включены в него, мёртвые заполняют дороги, ярость поднимается ввысь — такое проклятое место обязательно вызовет обратный эффект от благословения глав школ. Почему Саньяньгуань? Потому что к северу менее ста ли (里, lǐ, мера расстояния ~0.5 км) — гора Великая Бодхи, к западу всего три речных русла, гора Цзюлу, к югу одна горная гряда, долина школы Мицзун. Нет… Цзоу Янлай был в панике: путь — это артерия империи, если артерия прервана, север и юг не соединены, южные ворота потеряны, гора Бодхи окружена, северо-запад в хаосе, что спасёт это больное государство? Нет! Он резко встал, связка колена напряглась, ветер развевал его волосы, сухие пряди летали, словно старик на алтаре двадцать лет назад. Он крепко держал рукоять воткнутого меча, испуганный взгляд внезапно стал решительным, как у множества мучеников. Затем этот мастер школы и чиновник Цзоу поднял руку к небу, сложив магическую печать. Закрыл глаза, свет в воздухе мгновенно разметался бескрайним ветром и огнём. Цзоу Янлай не дрогнул, вонзил меч глубже на три дюйма, ногой утоптал в землю, чуть утопая в ней, тихо произносил заклинания. Он пытался в этом мире ветра и огня вбить клин, распространив силу благословения глав школ по земле своим телом. Заклинания ещё не были произнесены, а уже разрушились, магический жест не завершён — рассеялся, Цзоу Янлай словно паук, который в буре упорно плетёт сеть. Медленно кровь потекла из его рта, спина оставалась прямой, словно муравей под падающим деревом. Эта страна воспитала его, дала ему славу, высшую честь, недосягаемые привилегии, но и ударила, сбросив с облаков в грязь, сомневалась в его верности, в его крови и поте. Но он всё равно продолжал, зная невозможное, стоял один на этой бесконечной дороге. Хотя прошел девять смертей, но не раскаялся. Наконец он был поглощён мощью ветра и огня, после столкновения на земле ничего не осталось, поверхность стратегического пути поднялась на сто чжан (丈, zhàng, ~3.3 м), посередине образовалась бездонная пропасть. Но у края обрыва остались следы ног, глубиной три чи (尺, chǐ, ~0.33 м). За одну ночь море и суша изменились, последняя линия трёх глав школ разрушена, свет лампы в храме «Храм друзей» внезапно погас, оставив тонкий синий дым. Младший ученик испугался, на мгновение замер, затем выскочил, крича: «Плохо, плохо…» Но случайно упал в объятия старца, он ошарашенно поднял голову, глядя на обычного невидимого главы великой секты, мастер Чжи Е, который, глядя на погасший свет, с горькой улыбкой сказал: «Я знаю, однажды больше не будет в мире силы, способной остановить его шаги.» Младший ученик непонимающе смотрел и сказал: «Наставник…» Чжи Е вылил масло из лампы и сказал: «В мире, разве есть метод огня мёртвых тел, который использует души на тысячи лет как топливо? Теперь я понял.» Младший ученик спросил: «Прошу наставления у учителя…» Чжи Е сказал: «Это императорские могилы, через которые правители династий обращались к небесам. Истинные императорские могилы — секрет династии. Трон и власть были построены из крови и бесчисленных душ; огонь мёртвых тел, разожжённый телом истинного дракона, естественно, колеблет благословение глав школ.» Младший ученик: «Если это секрет, то как вы узнали?» «Горная лампа», сказал Чжи Е, «когда семь ламп были подняты, чтобы просить небо, и взять семидесятилетнюю удачу. Метод этих ламп сохранён Мицзуне и Сюаньцзуне, даже люди вроде Ян Хуайпу и Главы Дао знали только как, но не почему. Сотни изменений могли раскрыть всю удачу династии, не говоря уже о императорских могилах.» Младший ученик: «Создатель ритуала понял?» Чжи Е вздохнул, сказал уклончиво: «Кто знает, понял ли он?» Драконий поток разрушен, ключевой путь прерван, четвёртая и пятая лампы зажжены — хочешь использовать силу богини земли, идти против императора? Чжи Е медленно повернулся, вернулся в свою келью, подумал: оказывается, в мире есть люди, рожденные, чтобы встретить катастрофу. Примечания автора: до Цитры я не знала, что у меня в душе столько гнева.