Раны на твоём сердце

POV: Вики

Десять дней. Десять дней белых стен, стерильного запаха, писка аппаратов и равномерного света ламп, которые не гасили даже ночью. Десять дней вопросов врачей, анализов, капельниц и таблеток. Десять дней, в течение которых я училась заново дышать, заново смотреть на свои руки, заново чувствовать себя человеком. Сегодня меня выписывают. Я сидела на краю кровати, одетая в свежую одежду, которую привезла Ева — мягкий серый свитер и свободные джинсы. Ничего облегающего, ничего, что напоминало бы о прикосновениях. Люцифер стоял рядом, держа мою руку в своей, и я чувствовала, как его пальцы слегка дрожат. — Готова? — спросил он тихо. Я посмотрела на него. В его глазах была такая любовь, такая боль, такая надежда, что у меня сжалось сердце. — Готова, — ответила я, хотя внутри всё дрожало. Выход из больницы оказался сложнее, чем я думала. Когда двери автоматически открылись, впуская свежий осенний воздух, меня накрыло волной воспоминаний. Парк, скамейка, запах жареных каштанов, а потом — рука, зажимающая рот. Я замерла, вцепившись в руку Люцифера. — Вики? — он мгновенно оказался передо мной, заглядывая в глаза. — Что случилось? Мне позвать врача? — Нет, — выдохнула я, заставляя себя дышать. — Нет, всё хорошо. Просто... воздух. Слишком много всего. Он не стал ничего говорить. Просто обнял меня, осторожно, боясь сделать больно, и я прижалась к его груди, вдыхая знакомый запах. Древесный, свежий, родной. Запах дома. — Я рядом, — прошептал он. — Всегда рядом. Дорога до дома заняла всего двадцать минут, но они показались мне вечностью. Я смотрела в окно на проплывающие улицы, на людей, которые шли по своим делам, на детей с мороженым в руках. Обычная жизнь. Которая когда-то была и моей. — Смотри, — Люцифер указал на небольшой парк, мимо которого мы проезжали. — Там я пытался тебя забрать, а ты очень упрямилась. Помнишь? Я вспомнила. Тот вечер, когда он нашёл меня в сквере, когда накинул на плечи свою кофту. Казалось, это было в другой жизни. — Помню, — улыбнулась я. — Ты был таким злым. — Я был напуган, — поправил он. — За тебя. Мы въехали в наш район, и сердце забилось быстрее. Родные улицы, родные дома. И вот он — наш дом. У ворот стояли все. Ева, Самаэль, Дамиан и Мими. Они ждали, не в силах скрыть волнения. Когда машина остановилась, Ева бросилась к нам, но замерла в паре шагов, боясь, наверное, спугнуть. — Вики, — прошептала она. — Милая... Я вышла из машины, опираясь на руку Люцифера, и посмотрела на неё. Мою маму. Ту, которая ждала меня, которая плакала ночами, которая верила. — Мама, — сказала я, и это слово вырвалось само. Ева разрыдалась и бросилась ко мне, обнимая осторожно, но крепко. Я чувствовала её слёзы на своей щеке, её дрожащие руки, её любовь. — Девочка моя, — шептала она. — Девочка моя родная. Самаэль подошёл следом, положил большую ладонь мне на плечо. — С возвращением, дочка, — сказал он, и в его глазах тоже блестели слёзы. — Мы так рады, что ты дома. Дамиан и Мими стояли чуть поодаль, давая нам пространство. Когда я посмотрела на них, Мими улыбнулась сквозь слёзы, а Дамиан просто кивнул. По-братски. По-родному. — Пошли в дом, — сказал Люцифер, беря меня за руку. — Тебе нельзя долго ходить.

***

В доме пахло едой — Ева явно постаралась. На кухне уже был накрыт стол, но я попросила немного времени, чтобы подняться в свою комнату. — Я провожу, — сразу сказал Люцифер. Вдвоём мы поднялись по лестнице. У двери в мою комнату я остановилась. — Можно я сама? — попросила я тихо. — На минуту. Он понял. Кивнул и остался в коридоре. Я вошла в свою комнату. Здесь всё было по-прежнему — моя кровать, мой стол, мои книги. На подушке лежала его кофта — та самая, которую я так и не вернула. Я взяла её в руки, поднесла к лицу, вдохнула. Запах выветрился, осталось только воспоминание. Я подошла к окну. Из него был виден сад, где мы с Мими иногда сидели летними вечерами. Где я впервые почувствовала, что у меня снова есть дом. В дверь тихо постучали. — Вики? — голос Люцифера. — С тобой всё хорошо? Я открыла дверь. Он стоял на пороге, обеспокоенный, готовый ворваться в любую секунду. — Идём, — сказала я, беря его за руку. — Я хочу есть. Он улыбнулся — той редкой, тёплой улыбкой, которую я так любила. — Там твои любимые блинчики. — Знаю. Потому и хочу. Ужин прошёл в удивительно тёплой атмосфере. Ева всё подкладывала мне еду, Самаэль рассказывал смешные истории с работы, Дамиан и Мими спорили о том, кто лучше танцует сальсу. Я смотрела на них и чувствовала, как понемногу отпускает. Люцифер сидел рядом, его рука постоянно касалась меня — то поглаживала по спине, то сжимала пальцы. Каждый раз, когда я вздрагивала от неожиданного звука или резкого движения, он мгновенно реагировал, но не душил опекой. — Вики, — сказала Мими, когда мы уже доедали десерт. — А хочешь, завтра съездим куда-нибудь? Просто погулять? Я замерла. Погулять. В парк. Где много людей. — Может, не сразу... — начала я. — Можно просто в торговый центр, — быстро поправилась Мими. — Там крыто, спокойно. Или в кино. Как ты захочешь. — Я подумаю, — ответила я, и она понимающе кивнула. — Без давления, — добавил Дамиан. — Ты только скажи. После ужина мы переместились в гостиную. Зажгли камин, Ева разлила чай. Я сидела в кресле, укутавшись в плед, и смотрела на огонь. Рядом, на подлокотнике, пристроился Люцифер. — Устала? — спросил он тихо. — Немного, — призналась я. — Но это хорошая усталость. Он улыбнулся и поцеловал меня в висок. — Ты молодец, Вики. Я горжусь тобой. — За что? — За то, что ты здесь. За то, что ты есть. За то, что ты борешься. Я прикрыла глаза и откинулась на спинку кресла. — Я боюсь, — прошептала я. — Всё время боюсь. — Чего? — Всего. Темноты. Громких звуков. Когда кто-то подходит сзади. Когда ты исчезаешь из виду. — Я сглотнула. — Когда ты касаешься меня. Он замер. — Я делаю тебе больно? — Нет. Не физически. Просто... каждый раз, когда ты прикасаешься, я вспоминаю его руки. И мне становится страшно, что я не смогу... не смогу быть с тобой по-настоящему. Люцифер молчал несколько секунд. Потом осторожно взял мою руку и положил себе на колено. — Посмотри на меня, — попросил он. Я подняла глаза. — Вики, я готов ждать столько, сколько нужно. День, месяц, год. Я не тороплю тебя. Я не требую ничего. Просто будь со мной. Остальное придёт. — А если не придёт? — Придёт, — твёрдо сказал он. — Потому что мы любим друг друга. А любовь побеждает всё. Даже самые страшные воспоминания. Я смотрела в его серые глаза и чувствовала, как страх понемногу отступает. — Можно тебя поцеловать? — спросил он. — Только в лоб. — Можно. Он наклонился и поцеловал меня в лоб — легко, нежно, почти невесомо. Я закрыла глаза. — Спасибо, — прошептала я. — За что? — За то, что ты есть. Когда я открыла глаза, в гостиной уже никого не было. Только мы и тихо потрескивающий камин. Дамиан и Мими, наверное, ушли к себе. Родители тоже. — Пойдём спать? — спросил Люцифер. — Я провожу. Вместе мы поднялись наверх. У двери в мою комнату я остановилась и посмотрела на него. — Останься, — сказала я. — Просто полежи со мной. Пока я не усну. Он улыбнулся. — Конечно. Мы легли на кровать — я в его объятиях, уткнувшись носом в его грудь. Он гладил меня по спине, перебирал волосы, шептал что-то нежное. — Люцифер, — сказала я, уже засыпая. — М? — Я люблю тебя. — И я тебя, Вики. Больше жизни. Я закрыла глаза и впервые за долгое время уснула без кошмаров.

***

Утро Я проснулась от запаха кофе. Открыла глаза — Люцифера рядом не было. На миг сердце пропустило удар, но тут же я услышала его голос из коридора. — Она ещё спит. Не будите. Я улыбнулась и потянулась. Тело всё ещё ныло, но уже не так сильно. Я встала, накинула халат и вышла в коридор. Люцифер стоял у лестницы, разговаривая с Евой. Увидев меня, он сразу подошёл. — Доброе утро, — поцеловал он меня в щёку. — Как спалось? — Хорошо, — удивилась я. — Очень хорошо. Без кошмаров. — Это отличный знак, — улыбнулась Ева. — Идёмте завтракать. Я испекла твои любимые круассаны. За завтраком собрались все. Мими и Дамиан сидели рядом и, кажется, даже не ссорились. Самаэль читал газету, но то и дело поглядывал на нас с улыбкой. — Какие планы на сегодня? — спросила Ева. — Думаю, просто побыть дома, — ответила я. — Если вы не против. — Конечно, не против, — ответил Самаэль. — Это твой дом. Делай что хочешь. После завтрака мы с Люцифером устроились в гостиной с книжками. Я читала, он делал вид, что читает, но на самом деле просто смотрел на меня. — Люцифер, — сказала я, откладывая книгу. — Что? — Ты так и будешь на меня смотреть? Я же чувствую. — Просто не могу насмотреться, — ответил он. — Ты дома. Ты в безопасности. Ты моя. Я улыбнулась и перебралась к нему на колени. — Я тоже не могу поверить, что всё кончилось. — Не всё, — сказал он. — Впереди ещё много всего. Но самое страшное позади. — Обещаешь? — Обещаю. Я обняла его и прижалась щекой к его груди. Слушала, как бьётся его сердце. Ровно, сильно, уверенно. — Люцифер, — прошептала я. — Я хочу попробовать. — Что? — Поцеловать тебя. По-настоящему. Он замер. — Ты уверена? — Нет. Но хочу попробовать. Я подняла голову и посмотрела ему в глаза. Потом медленно, очень медленно, приблизилась и коснулась его губ. Сначала было страшно. В голове вспыхнули картинки, чужие руки, грубый голос. Но потом я почувствовала его — нежного, тёплого, любящего. И страх отступил. Поцелуй был коротким. Я отстранилась, тяжело дыша. — Всё хорошо? — спросил он. — Да, — выдохнула я. — Всё хорошо. Он улыбнулся и прижал меня к себе. — Я люблю тебя, Вики. — А я тебя. За окном светило солнце, в доме пахло выпечкой, где-то в коридоре спорили Мими и Дамиан. Обычный день. Обычная жизнь. Моя жизнь. Наша жизнь. И впереди нас ждёт прекрасное будущее.