Приручить змею

Октябрь 1998 года

Лондон, маггловский район

Новая квартира

19:23

      Прошло две недели с тех пор, как они переехали.       Квартира постепенно наполнялась жизнью. Гарри притащил кучу книг — половина из них была по делам Аврората, половина — просто для души. Драко развесил на стенах несколько фотографий: мама, Андромеда с маленьким Тедди, и одна, старая, где они с отцом ещё улыбались друг другу, до того, как всё пошло прахом.       У них появилась настоящая кухня с плитой и холодильником. Спальня с большой кроватью, на которой можно было развернуться, не боясь упасть. Гостиная с диваном и камином — настоящим, магическим, который Драко наколдовал собственноручно.       — У нас есть камин, — сказал он в первый вечер, глядя на огонь. — Настоящий камин.       — Ты выглядишь так, будто выиграл в лотерею, — усмехнулся Гарри.       — Для меня это и есть лотерея. У Малфоев всегда были камины. Огромные, мраморные, с гербами. Но этот... этот наш. Понимаешь?       Гарри понимал. Он обнял Драко со спины, уткнулся носом в шею.       — Наш, — повторил он. — Всё наше.       Они стояли так долго, глядя на огонь, и впервые в жизни оба чувствовали, что у них есть настоящий дом.

***

      Проблемы начались на третьей неделе.       Гарри знал, что рано или поздно это случится. Знал, но надеялся, что судьба даст им ещё немного времени. Судьба не дала.       Гермиона выследила его.       Она пришла к его старой комнате в Норе, не нашла, опросила соседей, нашла свидетелей, сложила факты. Она была гениальна — и в магии, и в расследованиях.       — Гарри Поттер, — сказала она, стоя на пороге их квартиры. — Открой. Я знаю, что ты здесь.       Гарри замер, услышав её голос через дверь. Рядом, на кухне, Драко застыл с ножом в руке.       — Не открывай, — прошептал он. — Скажи, что ошиблась.       — Она не ошибется, — Гарри покачал головой. — Она будет стоять здесь, пока не добьётся своего.       — Тогда что?       Гарри посмотрел на него. В глазах Драко был страх — настоящий, панический. Страх потерять всё, что они построили.       — Я открою, — сказал Гарри. — И скажу правду.       — Ты с ума сошёл?       — Хватит прятаться, — Гарри подошёл к нему, взял за руки. — Рано или поздно это должно было случиться. Пусть сейчас.       — А если она не примет?       — Тогда это её проблема, не моя.       Драко долго смотрел на него. Потом кивнул.       — Иди. Я с тобой.       Гарри открыл дверь.       Гермиона стояла на пороге — раскрасневшаяся, запыхавшаяся, с бешеными глазами. За её спиной маячил Рон — бледный, с отвисшей челюстью.       — Гарри! — выдохнула Гермиона. — Где ты пропадал? Мы обыскались! Рон думал, тебя убили! А ты... — она заглянула внутрь и увидела Драко.       Тишина.       Абсолютная, оглушительная тишина.       — Малфой? — выдохнул Рон. — Какого чёрта здесь делает Малфой?       — Он здесь живёт, — спокойно ответил Гарри. — Мы живём вместе.       Рон открыл рот. Закрыл. Снова открыл.       — Ты... ты снимаешь квартиру с Малфоем?       — Да.       — Зачем?       Гарри взял Драко за руку. Сплёл их пальцы вместе. Поднял их сцеплённые руки так, чтобы было видно.       — Затем, — сказал он.       Рон побелел. Гермиона ахнула.       — Вы... вы встречаетесь? — прошептала она.       — Мы любим друг друга, — поправил Гарри. — Если тебе так понятнее.       — Это невозможно! — выкрикнул Рон. — Это же Малфой! Пожиратель! Тот, кто...       — Кто спас мне жизнь, — перебил Гарри. — Кто рисковал собой ради меня. Кто вытащил меня из ада, в котором я жил после войны. Кто стал для меня всем.       — Гарри, ты запутался, — Гермиона шагнула вперёд. — Это шок, посттравматический синдром, ты просто...       — Не надо, Гермиона, — Гарри покачал головой. — Не надо искать медицинских объяснений. Я люблю его. Это не синдром. Это не ошибка. Это мой выбор.       — Но как ты можешь? — Рон трясся от ярости. — После всего, что он сделал? После того, как его тётка пытала тебя? После того, как он травил нас в школе?       — Он изменился, — тихо сказал Драко.       Все посмотрели на него. Он стоял, бледный, но с высоко поднятой головой. Глаза горели.       — Я знаю, что вы мне не поверите, — продолжал он. — Знаю, что для вас я навсегда останусь тем ублюдком, который портил вам жизнь в Хогвартсе. И вы имеете на это право. Но я изменился. Война меня изменила. Он меня изменил.       — Слова, — сплюнул Рон. — Просто слова.       — Рон, — Гарри шагнул вперёд, заслоняя Драко. — Не смей.       — Ты защищаешь его? Перед нами?       — Да. Потому что он — моя семья. Так же, как когда-то были вы.       Рон замер, будто его ударили.       — Мы были твоей семьёй, — сказал он тихо. — Мы приняли тебя, когда у тебя никого не было. Мы делились с тобой всем. А ты...       — А я благодарен вам, — Гарри говорил твёрдо. — Всегда буду благодарен. Но я не обязан жить так, как вы хотите. Я не обязан любить того, кого вы одобряете. Это моя жизнь.       — И ты выбираешь его, — Гермиона покачала головой. — После всего, что мы прошли вместе.       — Я не выбираю между вами, — Гарри стиснул зубы. — Я просто живу свою жизнь. И если вы не можете принять мой выбор — это ваша проблема.       Тишина повисла тяжёлая, как свинец.       — Пошли, — Рон дёрнул Гермиону за руку. — Здесь нечего больше делать.       — Рон...       — Пошли, я сказал!       Он развернулся и зашагал прочь. Гермиона посмотрела на Гарри — в её глазах была боль, обида, непонимание.       — Я не хочу терять тебя, — сказала она тихо. — Но это... это слишком. Дай нам время.       — Время — это всё, что у нас есть, — ответил Гарри.       Она кивнула и ушла вслед за Роном.       Гарри закрыл дверь. Прислонился к ней лбом.       — Я же говорил, — раздался голос Драко сзади. Тихий, усталый.       — Что?       — Что они не поймут.       Гарри обернулся. Драко стоял посреди комнаты, обхватив себя руками. Весь его вид выражал отчаяние.       — Прости, — сказал он. — Это я во всем виноват.       — Ты? — Гарри подошёл к нему. — В чём именно?       — Если бы не я, у тебя были бы друзья. Нормальная жизнь. Девушка, которая тебя любит. А теперь...       — А теперь у меня есть ты, — перебил Гарри. — И это лучше, чем всё остальное.       — Но они же твои друзья! Самые близкие!       — Были, — Гарри покачал головой. — Если они не могут принять моё счастье — значит, не такие уж они близкие.       Драко смотрел на него. В глазах стояли слёзы.       — Ты правда готов отказаться от них ради меня?       — Я не отказываюсь, — Гарри взял его лицо в ладони. — Я просто выбираю тебя. Потому что без тебя я не живу. Я существую. А с тобой — живу.       — Гарри...       — Тсс, — он поцеловал его. — Всё будет хорошо. Мы справимся.       Драко прижался к нему, уткнулся лицом в плечо. Гарри обнимал его, гладил по спине и думал о том, что выбор сделан. Бесповоротно. Навсегда.       Ночью они не спали.       Лежали в постели, глядя в потолок, и каждый думал о своём.       — Гарри, — позвал Драко.       — М?       — Ты не пожалеешь? Через год, через пять лет — не пожалеешь, что выбрал меня?       Гарри повернулся к нему. Посмотрел в серые глаза, в которых плескалась неуверенность.       — Слушай сюда, Малфой, — сказал он твёрдо. — Я прошёл через войну. Через смерть. Через ад. И единственное, о чём я не жалею — это о тебе. Ни одной минуты. Понял?       — Понял, — Драко выдохнул.       — И ещё кое-что.       — Что?       — Если ты ещё раз спросишь меня об этом, я обижусь.       Драко фыркнул.       — Обидишься? Серьёзно?       — Абсолютно. Буду дуться и не давать тебе чай.       — Это жестоко.       — Я жестокий.       Драко рассмеялся. Смех вышел нервным, сбивчивым, но счастливым. Гарри улыбнулся в ответ.       — Люблю тебя, идиот, — сказал Драко.       — Взаимно, кретин.       Они поцеловались. А потом занялись любовью — медленно, нежно, будто в последний раз. Хотя оба знали, что это только начало.

***

      Утром Гарри нашёл на пороге письмо.       От Гермионы. Всего несколько строк:       «Гарри. Мне нужно время. Рону тоже. Мы не понимаем, не принимаем, может быть, никогда не поймём. Но ты наш друг. Мы не хотим тебя терять. Дай нам время разобраться в себе. Я напишу. Гермиона».       Он показал письмо Драко.       — Это хорошо, — сказал тот. — Это значит, что она хотя бы пытается.       — Да, — Гарри кивнул. — Это уже что-то.       — Ты будешь ждать?       — Сколько нужно.       Драко обнял его.       — Мы справимся, — сказал он. — Вместе.       — Вместе, — согласился Гарри.       И это слово было их главным оружием против всего мира.