Тень её власти

Машина Вексаны бесшумно подъехала к воротам её особняка, расположенного на окраине города, скрытого от посторонних глаз высоким забором и вековыми деревьями. Время было уже позднее, часы показывали за полночь. В салоне царила тишина, нарушаемая лишь приглушенным урчанием мотора. Вексана заглушила двигатель, и тишина стала оглушительной. Она открыла дверь машины. Сначала вышла сама, затем обернулась к заднему сиденью, где сидела Марина. Девушка выглядела уставшей, но спокойнее, чем когда-либо за последние дни. Ее глаза, обычно полные тревоги, сейчас смотрели на Вексану с доверием. — Ты устала, — констатировала Вексана, её голос был ровным, но в нём не было привычной резкости. — Тебе нужно отдохнуть. Не дожидаясь ответа, Вексана наклонилась и, взяв Марину на руки, подняла её. Марина, совсем невесомая в сильных руках Донны, инстинктивно обхватила её за шею, прижимаясь. В этот момент вся власть, вся жестокость Вексаны отступили, оставив место лишь заботе. Вексана, крепко держа Марину, понесла её в дом. Её шаги по ухоженным дорожкам сада были бесшумными. Дом встретил их прохладой и полумраком. Вексана прошла через просторный холл, где воздух пах старой кожей и деревом, и направилась прямо к лестнице. Поднимаясь на второй этаж, она почувствовала, как Марина прижимается к ней ещё сильнее, словно ища убежища. Вексана остановилась у двери своей спальни, той самой, где сегодня днём Марина увидела её шрамы. Она открыла дверь одним движением плеча и вошла внутрь. Комната была погружена в полумрак, лишь лунный свет пробивался сквозь щели в шторах. Вексана осторожно опустила Марину на кровать, на мягкое постельное белье. Её шёлковый халат скользнул на пол, открывая её плечи, покрытые тонкой сеткой старых ран. — Отдыхай, — прошептала Вексана, её голос был низким и хриплым, полным нежности, которую она так редко позволяла себе проявлять. Она поправила одеяло, укутывая Марину. — Я буду рядом. Она не ушла. Вексана села на край кровати, рядом с Мариной, и положила руку ей на спину, чувствуя, как ровно бьется её маленькое сердце. Для Вексаны это был ещё один шаг — шаг к тому, чтобы перестать быть просто «Донной», а стать кем-то, кто может защищать и заботиться. Вексана сидела на краю кровати, глядя на Марину. Лунный свет, пробивавшийся сквозь шторы, мягко очерчивал её фигуру, добавляя таинственности. В глазах Марины, которые были прикрыты, но не совсем сомкнуты, читалось спокойствие и какое-то новое, глубокое доверие. Вексана чувствовала тепло её тела через одеяло, и это ощущение было для неё одновременно странным и притягательным. Внутри Вексаны шла борьба. Часть её хотела остаться здесь, просто смотреть на эту девушку, чувствуя себя... защитницей. Другая же, та, что была Донной, требовала дисциплины, порядка и отстранённости. Она медленно поднялась. Шёлковый халат, который она носила, казался слишком роскошным, слишком нежным для той жесткой реальности, в которой она жила. Вексана направилась в свою гардеробную, примыкающую к спальне. Она скинула халат на стул, оставшись в одном белье, и быстро, привычными движениями, оделась в свой домашний "камуфляж": свободные спортивные штаны темно-серого цвета и черную облегающую водолазку. Этот наряд был её способом сбросить маску босса, но при этом оставаться готовой к любой неожиданности. Когда она вернулась в спальню, Марина, которая, видимо, не спала, наблюдала за ней. — Вы... вы не спите, Донна Вексана? — тихо спросила девушка. Вексана подошла к кровати. — Я редко сплю, Марина. Мой мир не прощает слабости. А сон — это слабость. Она села на край кровати, но на этот раз не к Марине, а чуть дальше, так, чтобы они могли видеть друг друга. Её двухцветные глаза изучали девушку. — Отдыхай, Марина. Ты сегодня много пережила. Вексана сделала глубокий вдох. В голове крутились мысли о завтрашнем дне, о делах, о Кабане, который уже, скорее всего, превратился в пыль. Но всё это казалось далёким и не таким важным, как эта хрупкая девушка рядом. — Твоя комната рядом, — сказала Вексана, указывая на приоткрытую дверь, — но если тебе будет страшно, просто позови меня. Я услышу. Это не было приглашением, это было приказанием. Приказанием не бояться. Приказанием доверять. И это было самым большим проявлением чувств, на которое Вексана была способна в данный момент. Марина внимательно посмотрела на Вексану. В её словах не было привычной резкости, скорее — неловкая забота, спрятанная за броней. Девушка понимала: это не просто приказ, это разрешение на близость, которую Донна редко кому давала. — Донна Вексана, — тихо произнесла Марина, её голос был мягким и сонным. — Вы... вы же тоже устали. И вам холодно. Не дожидаясь ответа, Марина медленно отодвинулась к краю кровати, освобождая место. Она протянула руку, её пальцы несмело коснулись черной водолазки Вексаны. — Пожалуйста, лягте рядом, — попросила Марина, её голос был почти шепотом. — Мне... мне не хватает тепла. Мне спокойнее, когда вы близко. Для Вексаны это был удар. Лечь рядом? Добровольно? Снять остатки маски? Её тело, привыкшее к одиночеству и бдительности, напряглось. Но её глаза встретились с глазами Марины — полными мольбы, доверия и нежности. В этом взгляде не было страха, только чистое, детское желание тепла. Вексана колебалась лишь мгновение. Затем, сделав глубокий вдох, она медленно поднялась и легла рядом с Мариной. Спортивные штаны и водолазка слегка шуршали по простыням. Она легла на спину, вытянув одну руку вдоль тела, а другую, ту, что была ближе к Марине, положила на подушку. Марина, не говоря ни слова, осторожно придвинулась ближе. Она прижалась спиной к телу Вексаны, чувствуя исходящее от неё тепло. Рука Вексаны, лежавшая на подушке, теперь оказалась совсем рядом с головой Марины. Девушка несмело взяла её ладонь, переплетая свои пальцы с пальцами Донны. Валентина (Вексана) замерла. Это было слишком много. Слишком близко. Слишком... тепло. Она, глава 25 мафий, женщина, не знавшая страха, лежала в своей собственной постели, а рядом с ней, прижавшись, спала хрупкая, избитая жизнью девушка. И эта девушка держала её за руку. Вексана повернула голову и посмотрела на Марину. Её разноцветные глаза, обычно холодные и расчётливые, сейчас смягчились. Она почувствовала, как внутри неё разливается странное, щемящее чувство, которое она давно подавила. Нежность. — Спи, маленькая моя, — прошептала Вексана, и её голос был настолько тих, что Марина, кажется, не услышала. Она лишь крепче сжала её руку. Вексана закрыла глаза. Она не спала. Но в эту ночь она чувствовала себя не одинокой. Рядом с ней, в темноте, лежала та, кто сумел пробить её броню. И это было опасно. И в то же время... удивительно прекрасно. Утро ворвалось в спальню ярким солнечным светом. Вексана и Марина проснулись почти одновременно. Вексана, всегда просыпающаяся с первого луча, почувствовала легкое движение рядом и открыла глаза. Марина, почувствовав взгляд, тоже открыла свои, и их взгляды встретились. На лице Марины появилась робкая, но искренняя улыбка. — Доброе утро, Донна Вексана, — тихо произнесла Марина. — Доброе утро, Марина, — ответила Вексана, и в её голосе не было ни капли вчерашней холодности. Она села на кровати, потянувшись. Марина тоже поднялась, и поспешила на кухню, чтобы закончить завтрак. Вексана неторопливо умылась, почистила зубы, но оставила волосы распущенными, надев тот же домашний комплект — спортивные штаны и черную водолазку. Когда она вошла на кухню, аромат свежей выпечки и кофе уже витал в воздухе. Марина суетилась у стола, расставляя тарелки. На этот раз, кроме блинчиков, были легкие омлеты с зеленью. Вексана села за стол. Ей хотелось ощутить этот вкус, который она не помнила с детства. Она взяла вилку и попробовала омлет. — Вкусно, — просто сказала Вексана, к удивлению Марины, которая ожидала критики. Вексана ела неспешно, наслаждаясь каждым кусочком. Это был не просто завтрак, это был ритуал, который связывал их. После завтрака Марина убрала посуду и отправилась в общий зал базы, где собирались сотрудники. Вексана же отошла в сторону, к одному из панорамных окон, где её уже ждал Алекс — её правая рука, преданный друг и глава службы безопасности. Алекс был высоким, широкоплечим мужчиной с суровым лицом и проницательными глазами, который видел в Вексане не только Донну, но и человека. — Отчет по порту готов, Донна, — начал Алекс, держа в руках планшет. — Люди Марко пытались провернуть схему с перехватом. Теперь у них проблемы. Ваши люди справились. Вексана слушала его, время от времени кивая. Её разум был полностью сосредоточен на делах, но её взгляд то и дело скользил в сторону Марины. Девушка сидела на одном из диванов, рассматривая какой-то журнал. В этот момент к Марине подсела одна из новеньких сотрудниц — высокая, эффектная блондинка с дерзкой улыбкой, из отдела аналитики. Она что-то весело щебетала, наклоняясь к Марине слишком близко. Марина, смущенная, краснела, но при этом смеялась над шутками блондинки. Вексана почувствовала это внезапно и остро. Это было не привычное раздражение, не недовольство, а что-то другое. Жар, поднимающийся откуда-то из глубины её груди, сжимающий внутренности. Её челюсти сжались. Вексана, которая никогда не позволяла себе таких слабостей, как эмоциональная привязанность, почувствовала, как её охватывает дикая, необузданная ревность. Её разноцветные глаза, до этого спокойные, потемнели. Шрам у глаза дёрнулся. Алекс, тонко чувствующий настроение Донны, заметил это изменение. — Вексана? Всё в порядке? — осторожно спросил он, отслеживая её взгляд. Вексана ничего не ответила. Она лишь стиснула зубы и сделала шаг в сторону, словно собираясь подойти к дивану. Её руки, лежавшие вдоль тела, сжались в кулаки. Она была готова разорвать эту блондинку на части за то, что та посмела так близко сидеть к её Марине, так бесцеремонно флиртовать с её маленькой девочкой. Вексана, глава мафии, впервые в жизни ощутила себя не всемогущей Донной, а просто женщиной, которая до безумия ревнует.