Игра | Соня Кульгавая

Несколько секунд после слов Сони в баре повисла короткая пауза. Вика всё ещё стояла, опершись на стойку, разглядывая обеих девушек с лёгким интересом, будто смотрела не на потенциальных коллег, а на людей, которых ей предстоит изучить. Кульгавая первой прервала тишину. Она спокойно развернулась к бару и взяла чистый бокал. — Бар открывается в десять. Основной поток — ближе к вечеру. Особенно в дни выступлений. Она кивнула в сторону сцены в дальнем углу. — У нас здесь живая музыка по пятницам. По крайней мере пока что — только по пятницам. Тогда полный зал. В субботу тоже народу много, естественно. Ну ты понимаешь, выходные. Вика машинально проследила взглядом за её жестом, а после кивнула. — Ну конечно. — График плавающий. Обычно по два человека за стойкой, иногда три в пиковые дни. Григорьева тихо пробормотала: — А иногда один, если штат неполный и кто-то «приболел». Соня бросила на неё короткий взгляд. — Ну вот сейчас будет полный. Она продолжила: — Зарплата — ставка плюс процент с бара. Она говорила спокойно, чётко, будто автоматически прокручивала привычный инструктаж. — Чаевые делим между сменой. — Склад — там, — она кивнула на дверь за баром. — Заготовки делаем сами. Карту коктейлей выучишь — без этого никуда. Вика слушала внимательно, но при этом не выглядела напряжённой — скорее наоборот. Она выглядела так, будто всё это ей давно знакомо. Когда Соня закончила, Вика медленно кивнула. — Звучит адекватно. Григорьева усмехнулась. — У нас тут вообще всё адекватно. Она наклонилась через стойку и снова посмотрела на Вику с любопытством. — Слушай... Она чуть прищурилась. — А почему ты решила устроиться именно сюда после всех твоих... гей-клубов? Пауза. — У нас же тут нет такой концепции. Соня вздохнула. — Григорьева. — Что? — Тебя реально это так волнует? Григорьева пожала плечами. — Мне просто интересно. Вика вдруг рассмеялась. Коротко, громко, искренне. — Правильно! — она хлопнула ладонью по стойке. — Это ахуенная история. Соня чуть склонила голову. — Ну выкладывай. Вика на секунду задумалась, будто решая, с какого места начать. Потом пожала плечами. — Так вышло, что меня знают в слишком многих заведениях с подобной... концепцией. Она сказала это слово с лёгкой иронией. — А их у нас, как вы понимаете, и так немного. Она провела пальцами по своим кольцам. — Я уволилась из «Систерс» и начала искать что-то получше. Соня внимательно слушала. — Но в итоге пришлось расширить поиск до... нормальных заведений. Она усмехнулась. Григорьева фыркнула. — Подожди-ка, — она подняла палец. — А почему только гей-клубы? Вика посмотрела на неё так, будто вопрос был очевидным. — Мне в них приятнее. Пауза. — Я ненавижу мужиков. Она сказала это почти лениво, но в голосе всё равно чувствовалась привычная уверенность. Потом ухмыльнулась. — Меня бесит, что они думают, что женщины слабые. Она облокотилась на стойку сильнее. — И бесит то, что в обычные бары часто не берут из-за этого. Григорьева подняла брови. Вика продолжила: — Либо берут, — она пожала плечами. — Но потом вечно ебут мозги, потому что я вечно крайняя. — Если какой-то мудак нажрался — виновата барменша. — Если коктейль «слишком крепкий» — тоже барменша. — Если мужику не понравилось, что я не улыбаюсь — угадай кто виноват. Она хмыкнула. — Спойлер: снова я. Григорьева уже откровенно улыбалась. — То есть ты мало того что лесбуха... — она ткнула пальцем в сторону Вики. — Так ещё и феминистка типа? Соня тихо усмехнулась. Вика посмотрела на неё и тоже рассмеялась. — И горжусь этим, — она развела руками. — Мужики вечно всё усложняют. Пауза. — И тупые какие-то. Соня хмыкнула. — Соглашусь. Григорьева прыснула со смеху. — И я! Соня спокойно взяла шейкер со стойки и посмотрела на Вику. — А как ты вообще в наш бар попала? Вика усмехнулась. — Очень романтично. Она вытащила телефон из кармана джинсов. — Я сидела дома и искала атмосферные заведения на картах. Она покрутила телефон в пальцах. — Наткнулась на ваш бар. Соня кивнула. — Посмотрела фотки. Она чуть наклонила голову и посмотрела прямо на Соню. — И на некоторых из них тебя увидела. Соня слегка прищурилась. — Меня? — Да, ты везде с таким взглядом, типа «я вас всех сейчас убью». Вика усмехнулась. — И ещё одну блондиночку увидела, — она чуть подняла бровь. — Такая секси. Григорьева сразу оживилась. — О! Вика продолжила, словно смакуя описание: — Вот у нее тоже покерфейс, вы в этом похожи. Но она такая... слишком самоуверенная на вид. Взгляд больше свысока. Она слегка улыбнулась. — Прям в моём вкусе. Соня тихо хмыкнула. — Медведева. Она поставила шейкер на стойку. — Кира. Она как раз старший бармен тут. Вика медленно кивнула. — Я даже и не сомневалась. Григорьева посмотрела на Соню. — А она когда выйдет то? Соня пожала плечами. — К пятнице. Вика улыбнулась чуть шире. — Ну ничего, — она откинулась назад и скрестила руки. — Я как раз смогу эффектно появиться. Соня на секунду задержала на ней взгляд, и почему-то подумала, что это очень похоже на правду. Дверь бара снова открылась примерно через двадцать минут. На этот раз без всякой драматичности — просто коротко звякнул колокольчик, и в помещение быстрым шагом вошёл Игорь Николаевич. Он всегда двигался примерно одинаково — будто немного торопился, даже когда никуда не спешил. Тёмное пальто, шарф, телефон в руке. Он оглядел зал быстрым взглядом, как человек, который привык оценивать помещение за секунду. — Добрый день, девочки! — Добрый, — спокойно ответила Соня. Григорьева тоже кивнула: — Здравствуйте. Игорь Николаевич уже подходил к стойке, на ходу снимая шарф. — Как у вас тут? — Спокойно, — ответила Соня. — Пока что. Он поставил телефон на стойку и только теперь заметил Вику, которая всё это время спокойно стояла рядом, наблюдая за происходящим. Игорь Николаевич остановился. — А. Пауза. — Значит, вы и есть та самая девушка. Вика чуть наклонила голову. — Скорее всего, — она протянула руку. — Вика. Игорь Николаевич пожал её руку, внимательно разглядывая девушку. Его взгляд был быстрым, но цепким — тем самым, которым люди бизнеса оценивают сотрудников за первые десять секунд. Пирсинг. Тату. Яркие волосы. Уверенная поза. Он усмехнулся. — Ну что ж, — он чуть постучал пальцами по стойке. — Соня уже успела вас напугать рабочими нюансами? Вика усмехнулась. — Пока только немного. — Это она может. Соня закатила глаза. Игорь Николаевич повернулся к ней. — Что скажешь? Соня пожала плечами. — Пока рано что-то говорить, — она посмотрела на Вику. — Но базу знает. Работала в «Систерс». Игорь Николаевич сразу кивнул. — Об этом я осведомлен, — он снова посмотрел на Вику. — Там слабых барменов не держат. Вика слегка улыбнулась. — Спасибо. — Сколько лет работаешь? — Почти три. — Скорость? — Хорошая. — Стресс? — Люблю. Григорьева тихо рассмеялась. Игорь Николаевич тоже усмехнулся. — Отлично. Он на секунду задумался, потом спросил: — Коктейльную карту быстро учишь? Вика пожала плечами. — Обычно за пару дней. — Хорошо. Он кивнул самому себе. — Тогда давай так. Он поставил ладони на стойку. — В ближайшие дни выходишь на стажировку. Как раз пока людей немного. Пауза. — Поработаешь с Соней, посмотришь кухню бара, заготовки, карту. Он указал на Кульгавую. — Она у нас старшая смены, пока нет Киры, так что мучить будет она. Вика коротко усмехнулась. — Я терпеливая. Соня фыркнула. Игорь Николаевич продолжил: — К пятнице выйдет Медведева, выходные передохнешь пару дней. При этом имени Вика едва заметно приподняла бровь, но ничего не сказала. — Если за эти дни все будет хорошо, выпустим тебя полноценно в смену к понедельнику. — Договорились, — спокойно ответила она. Игорь Николаевич удовлетворённо кивнул. Потом перевёл взгляд на Григорьеву. — А теперь к вам, Софья. Григорьева сразу выпрямилась, будто её вызвали к директору в школе. — Да? — Как вам у нас? — Отлично. — Не передумали? — Нет. — Не тяжело? Григорьева уверенно покачала головой. — Я быстро учусь. Игорь Николаевич посмотрел на Соню. — Подтвердишь? Соня чуть пожала плечами. — Не тупая. — Ого, — тихо сказала Григорьева. — Для неё это комплимент, — добавила Соня. Игорь Николаевич рассмеялся. — Отлично, — он снова постучал пальцами по стойке. — Тогда не будем тянуть. Он посмотрел на Соню. — С сегодняшнего дня можешь выходить в полноценные смены. Пауза. — Считай, стажировка закончена. На секунду Григорьева даже не сразу поняла. — Серьёзно? — Серьёзно. Её лицо мгновенно расплылось в широкой улыбке. — Ахуенно. — Софья, — спокойно сказал Игорь Николаевич. — Простите, — быстро сказала она, но улыбка никуда не делась. Кульгавая усмехнулась. Игорь Николаевич посмотрел на них обеих. — Значит так. Он коротко подвёл итог: — Соня выходит в полноценные смены. Вика начинает стажировку. — А вы, — он посмотрел на Кульгавую, — следите, чтобы бар не развалился. — Постараюсь, — сухо сказала Соня. Игорь Николаевич забрал телефон со стойки. — Отлично. Он уже собирался уходить, но на секунду задержался. Посмотрел на всех троих. И вдруг усмехнулся. — Знаете... — он слегка развёл руками. — Коллектив у нас, конечно, интересный. Вика сразу ответила: — Мы только начали. Григорьева прыснула со смеху. Соня тихо вздохнула и провела рукой по затылку. — Ну всё. Она посмотрела на Вику. — Добро пожаловать в цирк. Вика улыбнулась. — Я люблю цирк. Григорьева тут же добавила: — Бляяяя, а наш начальник то не плох! Собрал четырех лесбух в одном заведении и радуется. Все трое тут же рассмеялись. Где-то у окна звякнула чашка, кто-то из гостей рассмеялся, бар продолжал жить своей обычной, спокойной жизнью. И пока никто из них ещё не знал, насколько скоро этот «цирк» действительно начнёт гореть. ***** Неделя после появления Вики в баре потекла как-то странно тихо. Как перед грозой, когда воздух вроде бы обычный, но в нём уже есть что-то плотное, напряжённое. Лина проснулась поздно. Сквозь шторы в комнату пробивался серый утренний свет, и первое, что она почувствовала — телефон под подушкой завибрировал. Она нащупала его почти не открывая глаза. Сообщение. Соня: Малышка, ты жива? Лина улыбнулась ещё до того, как полностью проснулась. Да. Пауза. Лина: А ты то когда-нибудь спишь? Ответ пришёл почти сразу. Соня: Иногда. Через секунду — ещё одно сообщение. С тобой. Мне так легче. Лина перевернулась на спину и уставилась в потолок. Сердце почему-то чуть быстрее стукнуло. Она уже привыкла к этим их перепискам. К тому, что Соня может написать ночью, утром, днём — в любой момент. К тому, что между ними почти постоянно открыт диалог. И всё равно каждый раз это почему-то цепляло. Она набрала: Мне тоже. И Лина на секунду зависла, глядя на экран. И все-таки... кто мы друг другу? Она не отправила это сообщение. Стерла. ***** Соня в это время стояла за стойкой и протирала бокалы. Григорьева рядом пыталась создавать видимость работы и следить за тем, что делает Вика. Вика стояла за баром так уверенно, будто работала здесь уже полгода. Она быстро разобралась, где что лежит, и теперь спокойно делала заготовки. Григорьева тихо сказала: — Она меня пугает. Соня подняла бровь. — Почему? — Она слишком уверенная. Вика, не оборачиваясь, спокойно сказала: — Я всё слышу, дорогуша. Григорьева замолчала на секунду. Потом усмехнулась. — Ну и хорошо. Соня в это время краем глаза посмотрела на телефон. Новое сообщение. Лина: Я сейчас пишу текст новой песни. Соня усмехнулась. Про что? Пауза. Ответ пришёл через минуту. Про тебя. Соня на секунду зависла. — Кульгавая. Она подняла взгляд. — Мм? Григорьева прищурилась. — Хватит лыбиться. Соня сразу убрала телефон. — Я не лыблюсь. — Опять черноволосая? — Григорьева. — Что? — Работай. Вика тихо фыркнула. ****** Лина эти дни жила обычной жизнью — то в музыке, то с друзьями, то в переписках с Соней. Сегодня она в очередной раз заскочила к Вилке — та вела стрим, а друзья рядом создавали особую атмосферу. Влада лежала на диване, уткнувшись в телефон, периодически выпуская едкие комментарии. Макс рылся в шкафу у Вилки в поисках чего-то, что можно стилизовать так, чтобы это выглядело красиво, а не в привычном бомжатском стиле, который Вилка кокетливо называла «андеграундным». Лина сидела рядом с Вилкой, подкидывая шутки, кривляясь на камеру вместе с Вилкой, и параллельно уже минут двадцать пыталась дописать строчку. Они даже обращались к «помощи зала», но все бестолку. — Че там, никак? — воскликнула Влада. — Нет. Все думаю. Макс посмотрел на неё. — Ты думаешь уже полчаса. Вилка с улыбкой протянула: — Моя девочка влюблена. Лина подняла голову. — Отъебись. — Я серьёзно, — Вилка прищурилась. — Ты светишься. Лина встала из-за стола. — Заебете. Можно хоть не на аудиторию Вилки обсуждать мою личную жизнь? Макс усмехнулся. — Ты даже мягче стала. — Чего? — Раньше ты бы нас уже всеми матами покрыла. А сейчас только «заебете». Стареешь. Лина тихо вздохнула и снова посмотрела на телефон. Новое сообщение. Соня: Как текст? Лина набрала: Медленно. Соня: Почему? Она посмотрела на экран. И вдруг написала: Потому что я думаю о тебе. Ответ пришёл почти сразу. Соня: Это мешает или помогает? Лина чуть улыбнулась. Пока не определилась. ***** Соня закончила смену ближе к ночи. Григорьева уже уехала домой, а Вика осталась ещё на пару минут, собирая свои вещи. — Кульгавая, — сказала она, застёгивая куртку. — Мм? — Куда собралась? Соня пожала плечами. — В смысле? Домой. Вика внимательно посмотрела на неё. — Я очень наблюдательна, чтобы за пару дней стажировки сделать вывод, что домой ты ездить не любишь. И подслушивать я умею. Пауза. — Ты к той девушке. Соня чуть прищурилась. — Ты чересчур наблюдательная. Вика усмехнулась. — А что еще делать на сменах? Я люблю подмечать детали, — она сделала небольшую паузу, и после продолжила: — То, что, например, у тебя сейчас все слишком сложно в личной жизни. То, что с этим как-то связана Кира... И то, что избранница твоего сердца выступает здесь по пятницам. Ну прелесть! На лице Вики распылилась широкая улыбка. Спустя минуту, словно наблюдая за реакцией Кульгавой, она продолжила. — А дома у тебя... судя по всему, другая девушка. Могу предположить, что твоя бывшая, которая никак не может съехать, я права? Частое явление. Соня выдохнула. — И ты узнала это все за пару дней? — она слегка усмехнулась. — Тебе с твоей наблюдательностью можно ебашить прямиком в «Битву экстрасенсов». А тут меня разгадывать не надо. — Да ладно тебе, — протянула Вика. — Я за это и люблю работать в барах. При отсутствии своей личной жизни, можно понаслаждаться чужой. Я не лезу, не думай. Просто любопытно. Соня ничего не ответила — просто взяла взяла ключи и пошла к выходу. Вика крикнула ей вслед: — Передавай привет! — Кому? — Той, из-за которой ты улыбаешься каждую смену. Соня даже не обернулась. Но уголок её губ чуть дёрнулся. ***** Когда Соня приехала к Лине, было уже почти два часа. Лина открыла дверь в большой футболке и с растрёпанными волосами. Она выглядела сонной, и безумно красивой, как и всегда. Они секунду просто смотрели друг на друга. Потом Лина тихо сказала: — Ты когда-нибудь спишь после смен вообще? Соня шагнула внутрь. — Иногда. Она притянула Лину к себе. Тепло её тела сразу накрыло. — С тобой. Она уткнулась носом в её шею и тихо добавила: — Мне так легче. Лина обняла её сильнее. И в голове мелькнула мысль: Если это не отношения... тогда что это вообще? Но вслух она ничего не сказала. ***** Они проводили время вместе, наслаждаясь каждой секундой времени. Они лежали на кровати вместе — иногда разговаривая, иногда смеясь, иногда целуясь. А иногда достаточно было просто быть рядом, без слов. Соня проводила пальцами по её волосам, спине, талии. Лина лежала на боку и смотрела на неё. — О чём думаешь? — тихо спросила Соня. Лина не сразу ответила, потому что правда была слишком простой. О том, что ты всё ещё с другой девушкой. Но вместо этого она сказала: — Ни о чём. Соня тихо усмехнулась. — Врёшь. — Возможно. Пауза. Соня смотрела на неё внимательно, и вдруг именно в этот момент подумала: Я должна сказать ей. Я должна сказать, что мы расстались. Но слова почему-то застряли где-то внутри. Ей не хотелось говорить это, пока дома все еще жила Настя. Пока она не собрала свои вещи и не съехала окончательно. Ей не хотелось говорить «Я рассталась с Настей, но, к сожалению, все еще делю с ней одну кровать. Потому что других вариантов нет, а я слишком добрая — поэтому дала ей время.» Ей хотелось сказать об этом только тогда, когда от Насти в ее жизни не останется и следа. Она притянула Лину ближе. Сильнее. Будто боялась, что если отпустит — всё исчезнет. Лина лежала, уткнувшись в её плечо, и думала о другом. А вдруг я просто очередная. Почему она все еще не рассталась с ней? Сколько мы знакомы? Месяц? Неужели этого недостаточно? Она ничего не рассказывает про Киру. Они поссорились? Надеюсь, не из-за меня. Я не видела ее почти неделю, интересно, как она там? Она провела пальцами по руке Сони. Та сразу переплела их пальцы. Как будто это было самым естественным жестом на свете. И от этого внутри стало немного теплее. Но вопросы всё равно оставались. И ни одна из них не решалась задать тот самый вопрос. Кто мы друг другу? Потому что обе все еще не могли определиться с ответом.