Не идеальный парень

            Демобилизовавшись, я тут же оказался втянут в водоворот новых проектов. Мы с Чимином сразу отправились на съёмки, потом поездка в Америку. И только сейчас я, наконец, замедлился.       В расписании остались лишь репетиции танцевальных номеров для тура, вокальные партии уже записаны. Впервые за долгое время появилось ощущение, будто время чуть приостановилось. Не нужно никуда лететь, никого ждать, ничего срочно доделывать.       Я сидел в пустой репетиционной. Тишина казалась непривычной, за последние месяцы я почти забыл каково это — слышать собственные мысли без фонового шума самолётов, звонков, бесконечных «надо успеть».       Телефон лежал экраном вниз рядом. Там десятки непрочитанных сообщений от менеджеров, друзей, мэмберов. Но сейчас я не хотел их читать. Хотелось просто сидеть и чувствовать, как медленно уходит напряжение.       Где‑то вдалеке раздались шаги технического персонала. Они готовили соседний зал к завтрашней репетиции. Я закрыл глаза, вслушиваясь в эти приглушённые звуки.       Когда всё стихло, я тоже начал собираться. Нужно отдохнуть, завтра расписание повторится, и так до конца недели.       Закинув вещи в сумку, я оглянулся напоследок, проверить, всё ли забрал. Затем выключил свет и вышел.       В коридоре царила непривычная тишина. Ни суеты, ни голосов, ни торопливых шагов, лишь приглушённый свет аварийных ламп рисовал длинные тени на полу.       Когда я подходил к лифтам, то заметил силуэт одиноко стоящей девушки. Приблизившись, я узнал её. Это была Мори Мили.       По словам Ерин, она незаменимый сотрудник. Ее блестящее образование и быструю реакцию Эрин ценила очень высоко. Она как‑то упоминала, что хочет продвинуть её в другой отдел. Там, где ее исполнительность и стратегическое мышление найдут достойное применение.       Мили стояла, прислонившись к стене, и смотрела в телефон. Её плечи были чуть опущены, в позе читалась усталость.       Я подошёл ближе. Поглощённая телефоном, она не заметила меня, и я невольно заглянул в открытый чат. Там было сообщение:       «Мили, я принял решение съехать. Деньги за следующий месяц я оставил».       — Мне жаль, что так произошло, — сказал я прежде, чем успел подумать о том, насколько невежливо подглядывать.       Она вздрогнула, будто забыла, что в здании ещё могут быть люди. Подняла глаза, на секунду замешкалась, затем кивнула:       — О! Господин Чон, не заметила вас.       Она сделала шаг назад, пытаясь восстановить дистанцию.       — Это из‑за того, что ты задерживаешься на работе? — спросил я.       — Эм, в основном… — тихо ответила она, не поднимая взгляда.       — Тебя же зовут Мили? Ты, кажется, устроилась незадолго до того, как я ушёл в армию?       — Да, господин Чон. Но меня приняли чуть раньше, я участвовала в съёмках первого сезона…       — А, точно! Ты ездила с нами в Японию, — я старался говорить непринуждённо, чтобы она не подумала, будто я специально её запомнил.       — Да, — коротко ответила она.       В коридоре повисла пауза. Где‑то вдали раздавались голоса людей, монотонно гудел кондиционер. Я понимал, нужно что‑то сказать, но слова будто застряли в горле.       — Понятно. Работа — это важно. Но и о себе забывать нельзя, — наконец произнёс я, сам не зная, куда веду этот разговор.       — Спасибо за понимание, господин Чон, — выдавила она. — Я… постараюсь разобраться. Это никак не повлияет на мою работу.       Вот чёрт! Она решила, что я упрекаю её за то, что отвлекается на личную жизнь.       Когда пришёл лифт, она буквально убежала от меня. Я не стал смущать её ещё больше и решил подождать следующий.       Я обратил внимание на Мили ещё два года назад. Во время съёмок первого сезона «Ты уверен?» она всегда была поглощена работой, ни минуты без дела. Даже когда останавливалась, чтобы передохнуть, Ерин тут же находила ей новое задание.       Помню, как в Токио, посреди хаоса предсъёмочной суеты, она единственная сохраняла хладнокровие. Пока остальные метались между локациями, Мили методично выполняла свою работу, уточняла детали с локационной командой.       Больше мы не пересекались. Кажется, она вошла в каст стаффа во втором сезоне, но на съёмочной площадке её не было.       Внешне Мили была такой же милой, как и звучало её имя. Неброская, но притягательная красота: мягкие черты лица и тёплые карие глаза. Она не из тех девушек, которые стремятся ярким внешним видом бросаться в глаза, но, заметив, её уже трудно забыть.       Я запомнил, как однажды случайно услышал разговор Ерин с продюсером:       — Без Мили я бы давно утонула в хаосе, — сказала она. — Она как клей, который держит всё вместе.       Её улыбка всегда была вежливой, чуть сдержанной. Но в редкие моменты, когда она забывалась, например, смеясь над шуткой кого‑то из команды, в ней проявлялась какая-то лёгкость, почти детская радость.       Она всегда была поглощена работой и не замечала ничего вокруг. В коридорах студии, среди суеты и шума, она двигалась как тень. Папка в руке, телефон в другой, губы чуть шевелятся, будто она мысленно повторяет список задач.       Пару раз я пытался сам заговорить с ней.       Я никак не мог подловить момент. Она не замечала меня.       Второй раз мы столкнулись в лифте. Дверцы закрылись, отсекая шум коридора, и пространство вдруг стало непривычно тесным.       Я позволил себе рассмотреть её. Вблизи она действительно казалась ещё более милой. Она стояла, поправляя ремешок сумки, и её пальцы слегка подрагивали то ли от усталости, то ли от неловкости.       Её совсем недавно бросил парень. Наверное, она сильно переживает. И моё навязчивое внимание будет не просто неуместно.       Лифт остановился. Дверцы разъехались, и она шагнула наружу с явным облегчением.       — Доброй ночи, господин Чон, — произнесла она, уже уходя.       — Доброй ночи, Мили, — ответил я, глядя, как её силуэт растворяется в полутёмном коридоре.       В кабине остался лишь слабый аромат её духов, что‑то ненавязчивое и цветочное. Я прислонился к стенке лифта и закрыл глаза.       На протяжении всего этого времени я украдкой наблюдал за Мили. Я пытался ловить её взгляд: у копировального аппарата, в коридоре, за рабочим столом. Но каждый раз она либо делала вид, что не замечает меня, либо действительно не замечала.       Это сбивало с толку.       Я настолько привык к навязчивому вниманию, что мне с трудом верилось, что я могу быть кому‑то неинтересен. Девушки на мероприятиях улыбаются, ищут повод заговорить, стараются оказаться рядом. Фанаты ждут у входа, пишут сообщения, ловят каждую возможность перекинуться парой слов. Для них я цель и объект восхищения.       А Мили… Мили просто проходит мимо.       Без улыбки и без малейшего намёка на интерес. Она не избегает меня, это было бы заметно. Она просто… не видит. Или видит, но не придаёт значения.И от этого становится ещё любопытнее.       Иногда я ловлю себя на том, что ищу её глазами в толпе стаффа. Замечаю, как она морщит лоб, когда читает документы, как хмурится и машинально накручивает прядь волос на палец, задумавшись.       Её поведение имело простое объяснение — всё это время она была не одна. И от этой мысли почему‑то не стало легче, наоборот, подтвердилась догадка, которую не хотелось признавать.       Повезло её парню. По‑настоящему повезло.       Она явно не из тех, кто держит глаза открытыми для «лучшей партии».       Каково это — встречаться с ней?       Наверное, это островок тишины в бесконечной суете. Когда приходишь домой и не нужно притворяться, не нужно доказывать, не нужно соответствовать чьим‑то ожиданиям.       Какая она дома?       Скорее всего, совсем другая. Возможно, она, наконец, позволяет себе расслабиться: сбрасывает туфли, заворачивается в тёплый плед, распускает волосы. Может, смеётся громче, говорит медленнее, растягивает слова, или, наоборот, становится ещё тише.       Какие парни ей нравятся? Точно не звёздные. Скорее ей нужен кто‑то другой, более внимательный и надежный.       Я слишком много о ней думаю, и это уже не просто интерес, а зацикленность. Пора признать, что я ей не интересен. Стоит выкинуть её из головы, пока эти мысли не превратились в навязчивую идею.       Ын У звал развеяться, и собирается весь наш 97‑лайн. Хороший повод переключиться. В кругу своих всегда легче: шутки, смех и общая волна.       Да и вообще, почему бы не познакомиться с кем‑то новым? Не ради серьёзных отношений, нет. Просто чтобы почувствовать, что мир не сузился до одной девушки. Как минимум провести ночь не в одиночестве.