На грани

Десять дней спустя Ки Хун почти поверил, что всё наладилось. Они с Ин Хо вошли в ритм — странный, непривычный, но свой. Утром Ин Хо уезжал в банк, Ки Хун занимался делами по дому, читал, иногда выходил в город — просто гулять, дышать, привыкать к тому, что он больше не беглец. Вечерами они ужинали вместе, разговаривали, иногда ссорились по пустякам и мирились в постели. Впервые в жизни у Ки Хуна было чувство, что у него есть дом. В тот вечер Ин Хо задержался на работе — важные переговоры с японскими инвесторами, телефон отключён, связь только через секретаря. Ки Хун не волновался — такое случалось. Он заказал еду, включил телевизор и устроился на диване в ожидании. Звонок в дверь раздался в одиннадцать вечера. Ки Хун удивился — Ин Хо всегда заходил сам, у него был ключ. Он подошёл к двери, глянул в глазок. На пороге стоял Джун Хо. Бледный как смерть, в разорванной куртке, с кровью на лице. Ки Хун распахнул дверь. — Что случилось? — Ми Ён, — выдохнул Джун Хо, вваливаясь внутрь. — Её похитили. У Ки Хуна оборвалось сердце. — Как? Когда? — Час назад. Она возвращалась с работы, я ждал её в машине, но они были быстрее. Чёрный фургон, три человека. Я погнался, но они ушли. — Джун Хо провёл рукой по лицу, размазывая кровь. — Это моя кровь. Разбил стекло, когда пытался достать водителя. Но не успел. — Ты звонил в полицию? — Звонил. Там... — Джун Хо замялся. — Там сказали, что без подтверждения похищения ничего не могут. Нужно ждать 24 часа. — Ждать?! — Ки Хун почувствовал, как внутри закипает ярость. — У нас нет 24 часов! — Я знаю! — Джун Хо ударил кулаком по стене. — Знаю! Но что я могу сделать? У меня нет зацепок, нет ничего. Только то, что они позвонили и сказали: миллион или она умрёт. — Кто звонил? — Не знаю. Голос изменён. Но я узнал интонации — это те же, кому Ин Хо тогда угрожал. Они не успокоились. Ки Хун замер. В голове что-то щёлкнуло. — Ин Хо рассказывал, — медленно проговорил он. — После той драки он приехал злой, весь в крови. Я спросил, где это было. Он сказал: старый порт, Бруклин. Заброшенные склады. Они там держат весь свой бизнес. Джун Хо уставился на него. — Ты думаешь... — Если они не успокоились, они вернулись туда. Это их база. У них нет других мест. — Это может быть просто склад. Не факт, что они повезут её туда. — А есть другие варианты? Джун Хо молчал. Потом покачал головой. — Нет. — Тогда едем. — Ты с ума сошёл? Нас убьют! — А если не поедем, убьют Ми Ён. — Ки Хун уже натягивал куртку. — У тебя есть оружие? Джун Хо помялся, но расстегнул куртку — под ней была кобура. — Табельное. Плюс запасная обойма. Но нас двое против... — Нас будет больше, — перебил Ки Хун. — Я звоню Ин Хо. Оставляю сообщение. И мы едем. — Он не ответит. У него же переговоры... — Он ответит, когда прочитает. А пока мы едем. Джун Хо смотрел на него так, будто видел впервые. — Ты не обязан, — тихо сказал он. — Это моя девушка, моя проблема. — Твоя семья, — поправил Ки Хун. — А семья — это и моя проблема. Пошли. *** Складской район встретил их запахом гнили, ржавчины и тусклым светом редких фонарей. Джун Хо вёл машину с выключенными фарами, ориентируясь по сбивчивым описаниям Ин Хо, которые Ки Хун запомнил почти дословно. — Вон там, — показал Ки Хун на длинное бетонное здание с парой освещённых окон и грузовиком у ворот. — Номер 14, ржавые ворота, справа вышка. Он говорил: это их главный склад. Джун Хо припарковался в тени, заглушил двигатель. — Дальше пешком. Они крались вдоль стены, стараясь не шуметь. Сердце Ки Хуна колотилось где-то в горле. Он не был героем. Он был обычным трусом, который всю жизнь бегал от проблем. Но сейчас внутри горело что-то другое — злость. На этих ублюдков, которые посмели тронуть семью. Внутри склада горел тусклый свет. Ки Хун нашёл щель в старом окне, заглянул. Ми Ён сидела на стуле в центре помещения, связанная, с кляпом во рту, с огромным синяком на щеке — успели ударить. Живая, но по лицу видно — в ужасе. Вокруг неё топтались четверо. Те самые трое, которых Ин Хо тогда отделал, плюс один новый — здоровенный, с битой в руках. У хромого, которого Ин Хо особенно сильно покалечил, горели глаза такой ненавистью, что Ки Хуну стало не по себе. — Через часок можно и развлечься, — услышал Ки Хун его голос. — Пока ждём ответа от богатенького. А потом пусть знает, что бывает с теми, кто трогает наших. Ми Ён дёрнулась, замычала. Здоровенный с битой засмеялся. — Четверо, — прошептал Джун Хо. — У хромого ствол, у других ножи, у этого бита. — Я отвлеку, — сказал Ки Хун. — Ты спятил? Они тебя убьют! — Не убьют. Им нужен Ин Хо, а я — его человек. Они захотят поговорить, понять, что знаю, где он. Это даст тебе время зайти сзади. Джун Хо смотрел на него с ужасом и уважением одновременно. — Ты уверен? — Нет. Но другого плана нет. Ки Хун выпрямился, вышел из тени и направился к двери склада. Джун Хо растворился в темноте. Дверь со скрипом открылась. Четверо бандитов обернулись. — О, гости, — усмехнулся хромой, поднимаясь. В руке у него блеснул пистолет. — А где большой брат? — Ин Хо занят, — сказал Ки Хун, стараясь, чтобы голос не дрожал. Он сделал шаг вперёд, поднимая руки. — Я пришёл поговорить. — Ты? — Хромой сплюнул. — Ты вообще кто? — Тот, из-за кого всё началось. Должник, которого он спас. Если вам нужны деньги, я могу... — Нам нужен Ин Хо, — перебил хромой, подходя ближе. — Чтобы он на коленях приполз и прощения просил. А ты так, приложение. Он резко ударил Ки Хуна рукояткой пистолета в лицо. Ки Хун упал, из рассечённой брови хлынула кровь. В голове зазвенело, но он заставил себя подняться. — Ин Хо не приползёт, — выдохнул он, сплёвывая кровь. — Он придёт и уничтожит вас. Всех. Хромой засмеялся, но смех оборвался, когда свет погас. Где-то в глубине склада грохнуло — Джун Хо вырубил рубильник и рванул вперёд. В темноте замелькали тени, звуки ударов, чей-то крик, выстрел — глухой, приглушённый. Ки Хун рванул к Ми Ён, на ощупь нашёл верёвки, начал рвать их дрожащими пальцами. Краем глаза заметил, как здоровенный с битой замахивается на Джун Хо, но тот уходит в сторону, перехватывает руку, ломает — хруст костей, вопль. — Беги, — шепнул Ки Хун Ми Ён, когда путы упали. — К выходу, там машина. Ключи в бардачке. — А ты? — Я догоню. Он толкнул её в темноту, а сам развернулся — и в этот момент чья-то рука схватила его за горло. Хромой. С пистолетом у виска. — Попался, сука, — прохрипел он, прижимая ствол к коже. — Сейчас посмотрим, как твой богатенький дружок захочет тебя выкупать. Эй, щенок! — крикнул он в темноту. — Бросай оружие, или твой дружок умрёт! В темноте всё замерло. Ки Хун видел, как замер Джун Хо, стоящий над двумя поверженными бандитами. Видел, как в его глазах мелькнуло отчаяние. — Считаю до трёх, — прорычал хромой. — Раз... Свет зажегся так же внезапно, как погас. В дверях склада стоял Ин Хо. Не в костюме, не при параде — в чёрной водолазке и куртке, с пистолетом в руке и таким выражением лица, от которого у хромого подогнулись колени. — Отпусти его, — сказал Ин Хо тихо. Голос звучал ровно, но в нём звенела сталь. — И, может быть, я позволю тебе умереть быстро. — Стоять! — заорал хромой, сильнее прижимая ствол к виску Ки Хуна. — Брось оружие, или я вышибу ему мозги! Ин Хо даже не дрогнул. — Ты уже мёртв, — сказал он всё так же ровно. — Ты просто ещё не знаешь. Он поднял руку — и из темноты за его спиной вышли четверо. Крепкие мужчины в чёрном, с оружием наготове, с глушителями на стволах. — Частная охрана моего банка, — пояснил Ин Хо. — Лицензирована, вооружена. Имеет право применять силу при угрозе жизни. А ты угрожаешь жизни моего человека. Хромой побелел. Рука с пистолетом дрогнула. — Я убью его! — выкрикнул он истерично. — Клянусь, убью! — Нет, — покачал головой Ин Хо. — Не убьёшь. Он сделал шаг вперёд. Ещё один. Хромой пятился, таща за собой Ки Хуна, но Ин Хо приближался — медленно, неумолимо, как смерть. — Посмотри на меня, — приказал Ин Хо. Хромой поднял глаза — и замер. Взгляд Ин Хо был таким, что у Ки Хуна, даже стоящего под прицелом, по коже побежали мурашки. В нём не было ничего человеческого. Только холодная, расчётливая ярость. — Ты тронул мою семью, — сказал Ин Хо. — Дважды. Этого я не прощаю. Он кивнул — едва заметно. Охранник выстрелил. Хромой вскрикнул, пистолет выпал из простреленной руки. Ки Хун рванул в сторону, освобождаясь от захвата, и через секунду оказался в объятиях Ин Хо. — Жив? — выдохнул Ин Хо, ощупывая его лицо, шею, плечи. — Жив, — ответил Ки Хун, чувствуя, как кровь из рассечённой брови заливает глаз. — Ты вовремя. — Я всегда вовремя, — усмехнулся Ин Хо, но в глазах стоял ужас. — Чёрт, Ки Хун, у тебя кровь... — Пустяки. — Не пустяки. — Ин Хо прижал его к себе, не обращая внимания на то, что вокруг охрана вяжет бандитов, а Джун Хо уже выбегает на поиски Ми Ён. — Идиот. Сумасшедший идиот. Зачем ты полез? — А что мне было делать? — прошептал Ки Хун в его плечо. — Сидеть и ждать? — Ты мог погибнуть. — Не погиб. Ты пришёл. Ин Хо отстранился, заглянул в глаза. В них стояли слёзы — впервые на памяти Ки Хуна. — Если ты ещё раз так сделаешь, я тебя убью, — сказал Ин Хо. — Сам. Своими руками. Чтобы не мучиться. — Договорились, — улыбнулся Ки Хун сквозь разбитые губы. — Но ты тоже больше не пропадай, когда нужен. — Я прочитал сообщение через пять минут после того, как ты отправил. Переговоры послал к чёрту. Летел сюда как ненормальный. — А приехал за двадцать минут. — Я летел, — просто ответил Ин Хо. — Боялся, что не успею. Они стояли посреди грязного склада, залитого кровью, среди связанных бандитов, а вокруг суетились люди, выли сирены, и где-то вдалеке Джун Хо обнимал рыдающую Ми Ён. — Смотри, — сказал Ки Хун, показывая в угол. — Тот, хромой. Он ударил меня. И Ми Ён избил. Ин Хо проследил за его взглядом. Хромой лежал на полу, сжимая простреленную руку, и смотрел на них с ненавистью. — Он не встанет, — спокойно сказал Ин Хо. — Я позабочусь. — Без крови? — Без лишней. Обещаю. Ки Хун кивнул. Он доверял. *** Позже, в машине Они ехали домой — Ин Хо за рулём, Ки Хун на пассажирском, прижимая к разбитой брови ледяной компресс. Молчали. Оба думали об одном. — Знаешь, чего я испугался больше всего? — вдруг спросил Ин Хо, не глядя на него. — Чего? — Что не успею. Что приеду, а будет поздно. Что потеряю тебя, даже не успев сказать... — Что сказать? Ин Хо помолчал, сворачивая к пентхаусу. — Что ты — всё, что у меня есть. Что без тебя я снова стану тем монстром, которым был. Что ты сделал меня человеком, и если тебя не станет, я не знаю, что останется. Ки Хун протянул руку, сжал его пальцы на руле. — Я здесь, — сказал он. — Живой. Рядом. И никуда не денусь. — Обещаешь? — Обещаю. Они въехали в подземный паркинг и долго сидели в машине, не в силах выйти. Просто держались за руки и дышали. Вместе. Живые. *** Два дня спустя Бандитов арестовали. Хромой и здоровенный с битой отправились в больницу, а оттуда прямиком в тюрьму — Ин Хо позаботился, чтобы на них повесили всё, что можно. Джун Хо отделался выговором за самодеятельность, но Ми Ён была жива, и это было главное. Вечером они собрались в пентхаусе все вместе — Ин Хо, Ки Хун, Джун Хо, Ми Ён. Заказали еды, открыли вино, сидели в гостиной и смеялись — нервно, облегчённо, по-настоящему. Ми Ён, всё ещё с синяком на щеке, но уже улыбающаяся, подняла бокал: — За моих спасителей. — За дураков, которые лезут в драку, — добавил Джун Хо, глядя на Ки Хуна. — За семью, — тихо сказал Ин Хо. Все замерли. Ин Хо не говорил таких слов вслух. Никогда. — Что? — усмехнулся он, глядя на их лица. — Не ожидали? — Ты меняешься, хён, — покачал головой Джун Хо. — Меняюсь, — согласился Ин Хо. — Спасибо этому идиоту. Он кивнул на Ки Хуна. Тот фыркнул. — Сам идиот. — Твой идиот. — Это да. Джун Хо закатил глаза, но улыбнулся. — Ну вот, теперь они при нас целоваться будут. — Завидуешь? — парировал Ки Хун. — Нет, блюю просто. — Врёшь. Ты рад. — Ладно, — сдался Джун Хо. — Рад. Иди сюда, герой. Он обнял Ки Хуна — крепко, по-братски. — Спасибо, — шепнул он. — За Ми Ён. За всё. За то, что рисковал собой. — Обращайся, — усмехнулся Ки Хун. — Я теперь типа спасатель. — Типа идиот, — поправил Ин Хо, но в голосе была только нежность. Горел свет в пентхаусе на семьдесят четвёртом этаже. Горел тёплым, домашним светом, которого здесь не было много лет. Горел для них. Ки Хун смотрел на Ин Хо, на Джун Хо с Ми Ён, на этот странный, собранный по кусочкам круг людей, и думал: вот оно. Семья. Не по крови. По выбору. По любви. Ин Хо поймал его взгляд и чуть заметно улыбнулся. — О чём думаешь? — О том, что я счастлив, — честно ответил Ки Хун. — Впервые в жизни по-настоящему. Ин Хо протянул руку под столом, сжал его ладонь. — Я тоже, — тихо сказал он. — И это только начало.