Бег по кругу

Среда. Уилл проснулся за пять минут до будильника. Это было странно — обычно он спал до последнего, а потом в панике собирался. Но сегодня что-то разбудило его раньше. Может, свет, пробивающийся сквозь неплотно задернутые шторы. Может, звук шагов Джонатана в коридоре. А может, просто внутренний голос, который сказал: «Сегодня ты не опоздаешь». Уилл лежал в кровати, смотрел в потолок, на котором всё еще виднелись следы от старых наклеек, и думал. О странном дежурном. О парне с серыми глазами. О том, как тот смотрел на него — не как на «того самого Байерса», а просто... как на человека. Это было... приятно. Уилл улыбнулся сам себе, потянулся и встал. Сегодня будет хороший день. Он чувствовал это. Из коридора донесся грохот, а следом — приглушенное ругательство. — Джонатан? — крикнул Уилл, натягивая джинсы. Ответа не последовало, только еще одно ругательство, теперь громче. Уилл вышел в коридор и увидел брата, сидящего на полу в окружении разбросанных фотографий. Джонатан потирал ушибленный локоть и смотрел на фотоаппарат, который валялся рядом — судя по выражению его лица, он молился всем богам, чтобы техника не разбилась. — Ты как? — Уилл подошел ближе. — Споткнулся, — мрачно ответил Джонатан. — О твои кроссовки. Уилл посмотрел на кроссовки. Они действительно стояли не на месте — вчера вечером он скинул их прямо у входа и забыл убрать. — Прости. — Ничего, — Джонатан вздохнул. — Поможешь собрать? Уилл опустился на корточки и начал поднимать фотографии. Они были рассыпаны по всему полу — черно-белые снимки, которые Джонатан делал для школьной газеты. Деревья, дорога, чей-то покосившийся забор, странная тень на асфальте, похожая на человека, но не совсем. — Ты поздно вчера вернулся, — заметил Уилл, складывая фотографии в стопку. — Была съемка. Закат. — Красиво? — Не очень. Облачно было. Они собрали все снимки. Джонатан проверил фотоаппарат — слава богу, цел — и поднялся, потирая ушибленный локоть. — Ты сегодня рано, — сказал он, глядя на брата. — Обычно тебя из пушки не добудишься. — Хочу не опоздать. — Вчера опоздал? Уилл кивнул. — И как? — Нормально. Дежурный записал, но не ругался. Джонатан усмехнулся, поправляя ремень фотоаппарата на шее. — Дежурные не ругаются. Они просто портят статистику. — Я не про статистику. — А про что? Уилл пожал плечами и пошел на кухню делать бутерброд. Он не знал, про что именно. Просто этот дежурный... он был какой-то другой. Не как те, кто с удовольствием записывает опоздавших и смотрит свысока. Он посмотрел на Уилла так, будто... будто увидел его. По-настоящему. Странное ощущение. Уилл тряхнул головой, отгоняя глупые мысли, быстро сделал себе бутерброд с сыром, налил стакан апельсинового сока и позавтракал, стоя у окна и глядя на пустую улицу. Оделся он тщательно. Проверил носки — одинаковые, темно-синие, из той самой пары, что подарил Джонатан. Причесался перед зеркалом — волосы всё равно торчали в разные стороны, но хотя бы не как вчера, когда он бежал и они встали дыбом. Рюкзак собрал с вечера — спасибо вчерашнему опозданию, научило. В 7:40 Уилл вышел из дома. Осеннее утро встретило его прохладой и запахом мокрых листьев. Ночью прошел дождь, и тротуары блестели, отражая серое небо. Где-то лаяла собака. Соседка миссис Хендерсон уже развешивала белье во дворе, хотя сушить на улице в такую погоду — безнадежное дело. Уилл шел не спеша. Впервые за долгое время он не бежал, не задыхался, не молился всем святым, чтобы успеть. Он просто шел, вдыхал прохладный воздух и думал. О школе. Об уроках. О рисунках, которые хотел закончить. И о дежурном. Майк. Он запомнил это имя. Короткое, резкое. Подходящее ему. Школа показалась через пятнадцать минут. Уилл подошел к крыльцу, посмотрел на часы — 7:55. Пять минут до звонка. Идеально. Он открыл дверь и вошел. Майк стоял на посту. Тот же журнал в руках. Та же красная повязка. Те же растрепанные волосы. Но сегодня он не смотрел на дверь с отсутствующим видом, как вчера. Он смотрел прямо на Уилла. Ждал. — Привет, — сказал Майк, и в его голосе послышалось что-то... довольное? — Привет, — ответил Уилл, останавливаясь. — Я не опоздал. — Вижу. — Проверишь журнал? — А надо? Уилл усмехнулся. — Ты дежурный. Ты должен записывать опоздавших. — А ты не опоздавший. Ты... ранний. — Ранний? — Ну да. Пришел раньше. Таких не записывают. Майк говорил это с абсолютно серьезным лицом, но в глазах плясали смешинки. Те же самые, что Уилл заметил вчера. — Ладно, — Уилл поправил рюкзак. — Тогда я пойду. — Иди. Он сделал шаг к лестнице, потом остановился и обернулся. — Слушай... — М? — Ты сегодня дежуришь? В смысле, всю неделю? Майк моргнул. Кажется, вопрос застал его врасплох. — Я... ну... да. Поменялся. — С кем? — С Троем. У него баскетбол. — А, — Уилл кивнул. — Понятно. Он не знал, зачем спросил. Просто спросилось. — Ладно, пока. — Пока. Уилл пошел на урок, чувствуя спиной взгляд. Он не обернулся, но знал — Майк смотрит. И от этого почему-то хотелось улыбаться.

***

Четверг. Уилл снова пришел за десять минут до звонка. Майк снова стоял у входа. — Опять рано, — сказал он вместо приветствия. — Я теперь всегда буду рано. — Посмотрим. Улыбка. Чуть-чуть. Одними уголками губ. Уилл улыбнулся в ответ. И пошел на урок с этой улыбкой, которая никак не хотела сходить с лица.

***

Пятница. Уилл пришел за пятнадцать минут до звонка. Майк уже стоял на посту. Они поздоровались одновременно: — Привет. И рассмеялись. — Слушай, — Майк оглянулся по сторонам и понизил голос. — А зачем ты так рано приходишь? Школа же только через пятнадцать минут открывается. — Я? — Уилл моргнул. — А ты зачем так рано дежуришь? Твоя смена же начинается в 7:50? Майк открыл рот. Закрыл. Снова открыл. — Я... ну... готовлюсь. — К чему? — К дежурству. — Готовишься стоять у входа и ждать? — Да. Уилл прищурился. — Странный ты. — Сам такой, — буркнул Майк и уткнулся в журнал, делая вид, что очень занят проверкой пустого списка. Уилл хмыкнул и пошел внутрь. Но краем глаза заметил, что Майк поднял голову и смотрит ему вслед. И это было приятно. Очень приятно.

***

Вторая неделя пролетела незаметно. Уилл вставал в 6:30, завтракал, одевался и шел в школу не спеша. Раньше он ненавидел утро — вечную спешку, вечный страх опоздать, вечное чувство, что ты не успеваешь за жизнью. Теперь утро стало его любимым временем. Потому что утром он видел Майка. Они не делали ничего особенного. Просто стояли у входа, перекидывались парой фраз, иногда молчали. Но это молчание было другим — не напряженным, не неловким, а... теплым. Уютным. Таким, когда не нужно ничего говорить, потому что и так хорошо. Уилл узнал, что Майк учится в параллельном классе, что у него есть старшая сестра Нэнси, которая уже закончила школу, и младшая — Холли, которая ходит в начальную. Что он любит Dungeons & Dragons и научную фантастику. Что его лучшие друзья — Дастин, Лукас и Макс, хотя Макс — девушка Лукаса, но тоже друг. Майк узнал, что Уилл рисует. Что любит фэнтези и комиксы. Что его брат Джонатан работает в школьной газете фотографом. Что его мама работает в магазине и часто приходит поздно. Что Уилл тоже играл в D&D, но давно, потому что... Он не договорил. И Майк не стал спрашивать. Они просто говорили о всякой ерунде. И этого было достаточно. А потом случился понедельник.

***

Уилл проспал. Он не знал, как это вышло. В воскресенье он лег рано, в десять, как обычно. Будильник завел на 6:30. Всё было как всегда. Но когда он открыл глаза, часы показывали 7:55. — Что?! Уилл подскочил в кровати так резко, что чуть не свалился на пол. Сердце колотилось где-то в горле. Семь пятьдесят пять. Через пять минут звонок. А он даже не одет. Дальше был хаос. Штаны — надеть. Свитер — с кровати, тот, что вчера снял, пахнет сном, но ладно. Рюкзак — зубами застегнуть молнию, зубами, потому что руки дрожат. Зубы почистить — некогда, прополоскать рот водой и бегом. Уилл вылетел из квартиры, даже не проверив, взял ли всё. Лестница — прыжками. Подъезд — бегом. Улица — сломя голову. Он бежал так, как не бегал никогда в жизни. Ветки хлестали по лицу, когда он срезал путь через парк. Лужи разлетались брызгами, заливая джинсы. Легкие горели огнем, сердце выпрыгивало из груди, но он бежал. Бежал, потому что знал: Майк там. Майк стоит у входа. Майк ждет. Школа. Крыльцо. Стеклянные двери. Уилл влетел внутрь и врезался в Майка. В этот раз Майк даже не попытался уклониться. Стоял как вкопанный, и Уилл впечатался прямо в него, чуть не сбив с ног. Рюкзак слетел с плеча, покатился по полу. Уилл схватился за Майка, чтобы не упасть. Майк схватился за Уилла. Так они и замерли. Руки Уилла — на плечах Майка. Руки Майка — на талии Уилла. Лица — в нескольких сантиметрах друг от друга. Секунда. Две. Три. Сердце Уилла колотилось так громко, что, наверное, было слышно всему коридору. Или это сердце Майка? Непонятно. Слишком близко. Слишком. — Ты... — выдохнул Майк. — Я знаю, — перебил Уилл, отпуская его плечи и отступая на шаг. — Опоздал. Записывай. Майк смотрел на него. Странно так смотрел. Будто видел что-то, чего не должен был видеть. — Ты... у тебя шнурок развязался, — сказал он наконец. Уилл опустил глаза. Действительно. Левый кроссовок — шнурок волочится по полу, грязный и мокрый. — И свитер наизнанку, — добавил Майк. — Швы наружу. — Черт. — И на щеке... — Майк запнулся. — Ветка, или что-то такое. Грязь. Уилл провел рукой по лицу. На пальцах осталась темная полоса. — Я бежал через парк. — Я понял. Майк достал из кармана платок. Обычный бумажный носовой платок, какие продают в автоматах за десять центов. Протянул Уиллу. — Вытри. Уилл взял. Вытер щеку. Платок стал серым. — Спасибо. — Не за что. Майк смотрел на него и, кажется, боролся с улыбкой. И проигрывал. — Что? — насторожился Уилл. — Ничего. Просто... ты похож на воробья, который искупался в луже. — Спасибо за комплимент, — фыркнул Уилл, но в голосе не было обиды. — Это не комплимент, — улыбнулся Майк. — Это наблюдение. Он открыл журнал. — Байерс. Пятое опоздание за месяц. Я вынужден выписать тебе желтую карточку. — Какую карточку? — не понял Уилл. — Шучу. У нас нет карточек. Иди уже, пока учителя не пришли. Уилл улыбнулся в ответ — широко, открыто, не боясь, что это выглядит глупо. — Пока, Майк. — Пока, Уилл. Он пошел к лестнице, но на полпути обернулся. Майк всё еще стоял на посту и смотрел на него. Издали было видно, что он улыбается. В полную силу. Не пряча улыбку в воротник худи. Уилл вдруг понял, что у него внутри всё переворачивается. И это было странно. И приятно. Очень приятно.

***

В классе, когда он сел за парту и попытался успокоить дыхание, к нему подошел какой-то парень из компании Майка — тот самый, с кепкой, который кричал в первый день. — Привет, — сказал он, плюхаясь на соседнее место. — Ты Уилл? — Да. А ты? — Дастин. Дастин Хендерсон. Мы с Майком друзья. — А, — Уилл кивнул. — Привет. — Привет, — Дастин улыбнулся во все тридцать два зуба. — Слушай, я хотел спросить... — Да? — Ты замечал, что Майк странно себя ведет последнее время? Уилл моргнул. — В смысле? — Ну, — Дастин понизил голос, — он дежурит каждое утро. Каждое! А раньше терпеть не мог дежурства. И он улыбается. Всё время. Даже когда ему ставят двойки. — И... при чем тут я? Дастин посмотрел на него долгим, многозначительным взглядом. — Ни при чем, — сказал он и встал. — Просто интересно. Ладно, бывай. И ушел, оставив Уилла в полном недоумении. Что это было?

***

После уроков Уилл стоял у выхода, ждал Джонатана — они договаривались пойти в парк, брату нужно было сделать снимки для проекта. И тут он увидел компанию. Майк, Дастин, Лукас и Макс сидели на скамейке у входа и о чем-то спорили. Макс размахивала руками, Лукас закатывал глаза, Дастин что-то доказывал, а Майк сидел красный как рак и прятал лицо в ладонях. Потом Макс вдруг повернулась и посмотрела прямо на Уилла. Улыбнулась. Помахала рукой. Уилл помахал в ответ, чувствуя себя ужасно неловко. Майк поднял голову, увидел, кому машет Макс, и, кажется, захотел провалиться сквозь землю. Дастин и Лукас тоже обернулись и заулыбались — слишком широко, слишком радостно. Уилл почувствовал, как щеки начинают гореть. — Уилл! — крикнула Макс. — Иди к нам! — Я... я брата жду... — Брат подождет! Она встала со скамейки и подошла к нему сама. Рыжие волосы развевались на ветру, на лице сияла хулиганская улыбка. — Привет. Я Макс. Мы не знакомы, но это легко исправить. — Привет, — осторожно ответил Уилл. — Ты Майку нравишься, — заявила Макс без предисловий. — Он сам не признается, но это очевидно. Уилл поперхнулся воздухом. — Что? — То. Он на тебя смотрит как на восьмое чудо света. И дежурит каждое утро. И вообще — Макс понизила голос — я его таким счастливым никогда не видела. — Я... мы просто... мы только знакомы... — Ну да, ну да, — Макс кивнула с видом «конечно, верю». — Ладно, дело твое. Но если что — мы все за вас. Она подмигнула и вернулась к компании. Уилл стоял как громом пораженный. Майку он нравится? Майк смотрит на него? Майк... Джонатан подошел сзади и хлопнул по плечу. — Ты чего застыл? Идем. — А? Да. Идем. Уилл пошел за братом, но на прощание обернулся. Майк смотрел на него. И улыбался. Уилл улыбнулся в ответ. И впервые за долгое время подумал: «А может, этот год будет хорошим»