Черный Ковен (The Black Coven)

Глава 2: Прошлое, настоящее и будущее — Доброе утро, — Гарри улыбнулся, когда все еще полусонная Вега вышла из своей комнаты. Она взглянула на яичницу с беконом, которую он готовил, пробормотала что-то и ушла в ванную. Юный волшебник просто пожал плечами и повернулся обратно к плите. Вчера он был слишком измотан, чтобы всерьез об этом беспокоиться, но теперь, когда у него появилось время подумать, ситуация не казалась ему такой неловкой, как он опасался. Конечно, он спал в одной постели со своей сестрой, но было приятно чувствовать кого-то рядом после всех тех одиноких ночей, проведенных у Дурслей, и он полагал, что Вега чувствует нечто подобное. Ему будет не хватать этого, когда следующей ночью она снова ляжет в свою комнату, но знания о том, что в его доме просто есть кто-то, кому он нравится, было достаточно, чтобы обеспечить ему мирный сон на всю оставшуюся жизнь. Десять минут спустя Вега выглядела гораздо более бодрой и ответила на его улыбку, присаживаясь за стол. — Хорошо спалось? — спросил Гарри. — По-моему, я никогда не спала лучше. А теперь завтрак… — Она глубоко вздохнула. — Это, гм… Непривычно. — В приюте Святого Августина не давали бекон? — Ну, у нас была столовая, и еда там была в лучшем случае едва теплой, но… — Если хочешь чего-то другого, просто скажи. Я не знал, поэтому готовил наугад. — Что? Нет, просто… Это ощущается как… не знаю, как будто мы семья? — Да, есть такое… — Гарри улыбнулся, и оба быстро принялись за завтрак. — Итак… — начал он позже. — Ты готова к нашей маленькой прогулке? — Мы правда пойдем? Мне это не приснилось? — Нет, всё по-настоящему. Но… — Он вздохнул. — Помнишь, я рассказывал тебе о своей жизни до усыновления? — О том, что ты убил того Темного Лорда Как-его-там-морт и жил с какими-то, гм… маглами? — Волдеморт. И я ничего не делал, жертва моей, то есть нашей матери заставила заклинание отрикошетить. В любом случае… Смена имени — это уже само по себе событие, но стать Лордом одного из самых темных семейств… Люди отреагируют плохо. Не то чтобы меня теперь волновало их мнение, но на тебя тоже могут посыпаться оскорбления, и, ну… — Думаешь, я не справлюсь? — Вега покачала головой. — Это мило с твоей стороны, но поверь мне, я натерпелась издевательств в свое время. Если только… — её уверенность немного пошатнулась, — ты не думаешь, что они превратят меня в лягушку или что-то в этом роде? — Надеюсь, нет. Трансфигурация человека без его согласия — это преступление, причем довольно серьезное. Тебе не стоит об этом беспокоиться, в худшем случае они будут бросать в нас ругательства, пытаясь спровоцировать на реакцию. — Звучит очень по-взрослому. — Ну, не каждый день их герой превращается в то самое, что он когда-то уничтожил, — Гарри пожал плечами. — И я готов поспорить, что они придумают кучу причин, почему я это сделал, как только об этом станет известно. — Так почему ты это сделал? Из-за Сириуса? — Он вздохнул при этом вопросе. — Извини, я не хотела лезть не в свое дело. — Нет, всё в порядке… Но это история для другого раза. Давай просто скажем, что сейчас моя жизнь лучше, и оставим это так, идет? — Конечно, само собой. — Теперь… Нам придется аппарировать туда, но не волнуйся, в этот раз я попаду точно в цель. А по пути домой мы сможем воспользоваться камином в Дырявом Котле. — Это еще что такое? Звучит опасно. — Только если ты неправильно произнесешь место назначения. — Гарри улыбнулся, видя озадаченный взгляд Веги. — Извини, старая шутка. Расскажу по дороге.

***

Час спустя пара вышла из Гринготтса с улыбками на лицах. Вега испытала своего рода культурный шок, увидев переулок и своих первых гоблинов, но быстро взяла себя в руки и начала задавать бесконечный поток вопросов. Тем временем Гарри договорился о займе с Адригом, который отнесся к нему с большим пониманием и предложил две тысячи галлеонов на пять лет под десять процентов годовых, выплачиваемых в конце срока вместе с основной суммой. Юный волшебник согласился, рассудив, что на первое время он обеспечен, и у него появилось время подумать, что делать дальше. Затем они отправились в магазин Олливандера, чтобы подобрать Веге новую палочку и заодно спросить, не нужна ли она и Гарри. Он всё еще мог творить любое заклинание, которое пробовал, но ощущения всегда были странными. Он не мог точно описать это чувство, разве что казалось, будто его воля и воля палочки больше не были единым целым. В магазине никого не было, когда они вошли, и это им вполне подходило. Однако Гарри был удивлен, когда вместо старого мастера из задней комнаты к ним вышла красивая высокая молодая женщина с длинными шелковистыми светлыми волосами и аристократичным лицом с добрыми темно-карими глазами, которые кого-то ему напоминали, хотя он не мог понять кого именно. — Добро пожаловать к Олливандеру, — улыбнулась она. — Я Кайла Олливандер, чем могу помочь? — Гм, здравствуйте, — сказал Гарри, стараясь не покраснеть от её улыбки. — Э-э, вы…? — Внучка, — ухмыльнулась она. — Не волнуйтесь, все об этом спрашивают. А вы…? Юный волшебник сглотнул. Он знал, что это не должно его беспокоить, но не мог отделаться от странного чувства, произнося свое новое имя. — Лорд Полярис Блэк, — он поклонился так, как читал в книгах. — Но, пожалуйста, называйте меня Гарри. А это моя сестра, Леди Вега Блэк. — Привет, — его сестра помахала рукой. — Неужели? — Её глаза расширились. — Значит, слухи верны? — Какие слухи? — Ну… — Она замялась на мгновение. — Глупости всякие, вроде того, что вы на самом деле Гарри Поттер и пытаетесь воскресить Темного Лорда. Вы же знаете, как люди любят поболтать. — Её глаза стали еще шире, когда юный волшебник ничего не ответил. — Только не говорите мне… — И кто же это у нас здесь? — знакомый голос донесся из глубины помещения, и Гарри еще никогда не был так рад видеть старого мастера. — Новые Лорд и Леди Блэк, какая честь. — Он поклонился, Гарри ответил тем же мгновение спустя. — Я Гаррик Олливандер, рад познакомиться. — Он улыбнулся Веге, которая лишь на мгновение уставилась на него. — З-здравствуйте. Значит, гм, вы делаете палочки? — Именно так, — кивнул старик. — И, судя по всему, твою будет довольно трудно найти. Нечасто к нам приходят люди твоего возраста, знаешь ли? — Он схватил свою измерительную ленту с прилавка и начал обмерять Вегу, продолжая говорить. Девушка нервно посмотрела на Гарри, но тот лишь улыбнулся и пожал плечами — он привык к повадкам мастера. — Да, обычно это происходит в возрасте одиннадцати лет или около того. Конечно, палочку можно приобрести в любой момент жизни, и довольно много взрослых приходят сюда за вторыми или третьими палочками. В основном для работы и подобных вещей, или просто потому, что они недовольны своей первой. Говорите что хотите о Лафайете, но он не мастер, что бы там ни говорила гильдия… В любом случае, в таких случаях есть свои тонкости и… — Он обернулся и посмотрел на Кайлу: — Ты слушаешь? — Конечно, — кивнула она. — Хорошо. В таких случаях магический рост должен учитываться с коэффициентом два. Это если у человека раньше была палочка, чего у этой юной леди не было — в этом случае коэффициент пять или семь, в зависимости от возраста и крови. Не волнуйтесь, я давал обет молчания об этих вещах, — пояснил он Веге. — В любом случае, поскольку её магическое ядро, скорее всего, будет расти в геометрической прогрессии, ей нужны дерево и сердцевина, которые смогут поспевать за её развитием. Итак, что бы это могло быть? — Гм, дуб? — предположила Вега. Олливандер хмыкнул на это: — Я обращался к своей ученице, Миледи. — О… П-простите… — Не стоит, дитя, это была хорошая попытка. Итак, твой ответ? — Он повернулся к внучке. — Ну… Я не думаю, что это местное дерево, нам нужно что-то прочное, но податливое… Красное дерево? Старик покачал головой: — Другое. — Эбеновое дерево. — Да, эбеновое дерево, подходящий материал для семьи Блэк. — Олливандер повернулся к Гарри с кивком в сторону задней части магазина: — Сходи и принеси мне на выбор три палочки, пока я буду обмерять Лорда Блэка. Прошу прощения за неудобства, — сказал он юному волшебнику, — но вы такой редкий случай, что я был бы глупцом, не превратив это в урок. Надеюсь, вы не против? — Гм, нет, — Гарри покачал головой. — Можно задать вопрос? — Конечно. — Какую школу посещала ваша внучка? Кажется, я не видел её в Хогвартсе. — О, видит небо, нет, — старик казался искренне потрясенным. — Все мои предки преследовали бы меня, если бы это случилось. Нет, наша семья посещает Сан-Мартино с незапамятных времен. Это небольшая академия в Италии, хотя вначале она называлась иначе, на старый лад, понимаете? — добавил он на вопросительный взгляд Гарри. — А, вот и ты. — Старик улыбнулся внучке. — Ну, какие сердцевины ты выбрала? — Ну… Учитывая семейную магию и будущий рост, я принесла дракона, единорога и вейлу. Олливандер вздохнул, подходя к прилавку и глядя на палочки: — Как насчет того, чтобы ты обмерила её и попробовала еще раз? Вы ведь не против, Леди Блэк? — Гм… Конечно? Это заняло еще тридцать минут, и Гарри начал проявлять нетерпение, несмотря на уникальные знания о производстве палочек, которые он получал, но в конце концов Вега взяла эбеновую палочку с волосом мантикоры в качестве сердцевины и тут же была окутана мягким сиянием. — Я, гм… — медленно произнесла она, глядя на палочку. — Вау… — Это определенно подходящее слово, — хмыкнул Олливандер. — Кайла, будь добра, убери эти коробки, пока я займусь Лордом Блэком. К удивлению Гарри, мастеру понадобилась всего одна попытка, чтобы подобрать для него идеальную палочку: тис и сердечная жила дракона. Но он подозревал, что Олливандер использовал предыдущие полчаса, чтобы обдумать это, и просто хотел покрасоваться перед внучкой. Гарри решил оставить свою старую палочку себе вместо того, чтобы продавать её — в конце концов, запасная палочка могла пригодиться. Через несколько минут оба вышли с улыбками на лицах, заплатив по семь галлеонов каждый. — Эй, как насчет мороженого? — улыбнулась Вега, когда они вышли на улицу. — Вон там есть кафе. — Фортескью? Конечно, — кивнул Гарри. Он знал, что ему следует быть осторожнее с деньгами, но сомневался, что сможет отказать Веге в чем-либо, если она попросит. Было в её характере, её любопытстве и улыбке что-то такое… — Оно волшебное, это мороженое? — Её вопрос прервал его мысли. — Нет, не думаю. Но у них очень много вкусов. В кафе в конце утра было не так много народу, они быстро нашли столик и сели. Мгновение спустя подошла официантка, и, хотя она подозрительно оглядывала Гарри, она приняла заказ и вернулась через несколько мгновений с маленькой миской для него и большой для Веги. — Я думаю, это вполне сойдет за обед, — улыбнулся он, насчитав как минимум шесть шариков. Вега уже ела: — Мне всё равно, это так вкусно… Она закончила свою порцию раньше него и какое-то время просто сидела с улыбкой на лице, пока он доедал, а её рука каждые несколько секунд тянулась к палочке. — Не терпится опробовать её, да? — спросил наконец Гарри. — Хм? О, конечно. Но… Не знаю, просто чувствовать её при себе — это… — Словно ты стала цельной? — Она кивнула. — Думаю, так чувствуют себя все. Если ты хорошая ведьма, она почти становится частью тебя. Пользоваться чужой палочкой тоже может быть довольно трудно, а некоторые даже теряли свою силу после смерти владельца. — Погоди, ты хочешь сказать, что у палочек есть сознание? — На этот счет ведутся споры, — вздохнул Гарри. — Это отдельная тема. Просто хорошо заботься о ней, и она позаботится о тебе. По крайней мере, содержи её в чистоте. — Не могу дождаться, когда узнаю об этом больше. — Тогда пойдем. О, я чуть не забыл, нам нужно зайти в магазин хозтоваров перед уходом. — Зачем? Нам нужны магические губки? — Нет, — Гарри покачал головой с улыбкой, — но я обещал показать тебе каминную сеть, помнишь?

***

— Итак… Это всё? — нервно спросила Вега, когда они сели за стол. — Просто произнести слова и взмахнуть палочкой? — Ну, всё немного сложнее. Движение и слова важны, но не настолько, так как существует бессловесное колдовство без движений. Их цель — помочь твоему разуму сосредоточиться, потому что значение имеет твоё намерение. Ты должна хотеть заставить перо взлететь. Но также важно не перенапрягаться. Ты только вчера узнала о магии, а ей, как и мышцам, нужно время и регулярные тренировки, чтобы расти. — Хорошо, — кивнула Вега, готовясь. — Итак… Вингардиум Левиоса. — Она взмахнула палочкой, но ничего не произошло. У Гарри случился короткий флешбэк в то время, когда он сам впервые творил заклинание, прежде чем он покачал головой: — Слова были четкими, но движение вышло немного небрежным. Вот, давай я покажу. — Он встал, подошел к ней, осторожно взял её за руку и проделал движение. — Видишь? Это один плавный взмах. — Ладно, дай попробую еще раз. — Вега откашлялась. — Вингардиум Левиоса. — Перо взлетело примерно на два сантиметра, прежде чем снова упасть. — Ты видел это?! — Она подпрыгнула. — Получилось! Получилось! Гарри улыбнулся, похлопав её по плечу, прежде чем снова сесть: — Это очень хорошо для второй попытки. Когда я впервые учился, мне понадобилось четыре или пять раз. Но в следующий раз постарайся удержать его в воздухе. — Да, да, конечно… — Вега с готовностью закивала. Через полчаса она уже заставляла перо парить по комнате и села с усталой, но счастливой улыбкой: — Признай, я лучшая, кого ты когда-либо видел, — просияла она. Гарри ответил ей улыбкой, вытащил свою палочку и взмахом заставил диван парить несколько секунд, прежде чем плавно опустить его обратно на пол. — Выскочка, — Вега покачала головой. — Извини, не удержался. Но да, я честно впечатлен тем, как быстро ты этому научилась. Хотя, возможно, я просто хороший учитель. — Что дальше? Мы превратим что-нибудь в животное? О, или дуэли, ты рассказывал мне об этом? Или зачарование, это могло бы быть весело. — Полегче, — Гарри поднял руки. — Первые дни тебе стоит заниматься понемногу, чтобы дать магии вырасти. Если переборщишь, наступит магическое истощение, а это неприятно. — О… — её улыбка погасла. — Эй, не смотри на меня так. Мы подождем несколько часов, а вечером я научу тебя заставлять кончик палочки светиться. Вега снова улыбнулась: — И что мы будем делать до тех пор? — Ну, во-первых, я приготовлю обед, — Гарри снова встал. — А после этого, думаю, продолжу свою лекцию о нашем обществе. — Звучит как план.

***

— Не знаю как ты, — зевнул Гарри, — но я на сегодня всё. — Да, на этот раз я согласна, — кивнула Вега. — Тебе нужно, чтобы я осветила дорогу? Люмос. — Думаю, я и сам найду, — улыбнулся юный волшебник, но всё же последовал за лучом света. — Спокойной ночи. — Ночи. Гарри простонал, когда понял, что снова забыл купить новую одежду, но простое очищающее заклинание помогало справиться с худшими запахами. Завтра ему определенно нужно было раздобыть вещей. Он мог бы взять Вегу с собой и посвятить этому день — ей наверняка тоже нужна новая одежда. И мантии, им понадобятся мантии… Он почти заснул, когда услышал, как за его спиной снова открылась дверь. — Мммчто? — пробормотал он. — Прости, я не знала, что ты спишь, — прошептала Вега. — Что-то нужно? — Он обернулся и зажмурился от внезапно яркого лунного света. — Ну, гм… Я тут подумала, раз я так хорошо спала прошлую ночь… Гм, что, может быть… Гарри простонал, отворачиваясь: — Да, конечно… — Спасибо. Минуту спустя он снова почувствовал прижавшееся к спине тело и, как бы странно и неловко это ни было, ощутил непонятное чувство безопасности и комфорта, после чего быстро провалился в сон…

***

В течение следующих трех дней у них двоих выработался определенный распорядок. Они завтракали, затем тренировались всё утро, обедали, а днем Гарри рассказывал Веге еще немного о магическом мире, используя в качестве пособия несколько учебников для первого курса, купленных со скидкой, после чего они снова тренировались. Вечером они просто сидели вместе и разговаривали или читали, пока не наступало время сна. Они не обсуждали это специально, но каждый раз Вега входила в его комнату прямо перед тем, как Гарри засыпал, и каждый раз он ничего не говорил, втайне радуясь тому чувству безопасности, которое она ему давала. На четвертый день Гарри бродил среди руин, пока Вега была занята чтением о зельях. Он погрузился в раздумья о её дальнейшем образовании и надеялся, что прогулка немного прояснит его разум. Он перелезал через груду камней, потерял равновесие и упал на землю. Однако, пока он лежал и стонал, ему в глаза бросилось нечто необычное. Через минуту он убрал достаточно камней, чтобы обнаружить дыру в земле. Мгновение спустя он понял, что это разрушенная лестница со всё еще целыми ступенями, и на его лице расплылась улыбка: его охватила старая, детская потребность в исследованиях, которая приносила ему столько проблем. Но это была его собственная земля, так что какие опасности могли ждать его внизу? Пять минут размахивания палочкой спустя все камни и земля были убраны, и он спустился по лестнице со странной смесью волнения и нервозности. Лестница вела вниз на несколько пролетов без каких-либо дверей, пока не перешла в коридор длиной около десяти метров, едва достаточно высокий, чтобы он мог комфортно по нему идти. В дальнем конце виднелась тяжелая на вид деревянная дверь, и хотя он был уверен, что она заперта, Гарри решил, что может попробовать её открыть, раз уж зашел так далеко. К его удивлению, она открылась от малейшего прикосновения и явила взору низкую, похожую на пещеру комнату с грубо вытесанным каменным полом и стенами. Она была пуста, если не считать единственного темного камня, ростом почти с Гарри и вдвое шире его, который, казалось, слабо светился. Юный волшебник сглотнул, делая шаг вперед. Он не мог этого объяснить, но что-то звало его. Что-то первобытное и грозное, как зверь из прошлого. Что-то утешительное и надежное, как свет во тьме. Что-то теплое, как постель зимой или кровь врага… По мере того как он подходил ближе, камень начинал светиться ярче. Гарри видел руны, которых не знал, разбегающиеся по всей его поверхности случайными и в то же время упорядоченными полосами. Словно сама по себе поднялась его правая рука, на которой было семейное кольцо. Юный волшебник не сопротивлялся, настолько он был заворожен странным валуном. Когда он наконец коснулся его, его мгновенно ослепил яркий белый свет, после чего наступила полная темнота. Гарри ахнул, отступая на шаг. Он обернулся, но стена позади него исчезла, как исчезла и стена напротив, и странный камень. Он осторожно сделал еще несколько шагов с вытянутыми руками, надеясь в конце концов коснуться стены, но кругом ничего не было. Юный волшебник прерывисто вздохнул. Это не к добру. Что это был за камень? Где он находится? Что-то пошло не так? Неужели он активировал древнее проклятие, и это загробный мир? — Non mortuus es, fili mi, — провозгласил голос, заставив Гарри вздрогнуть. Он звучал одновременно древне и ново, утешительно и угрожающе. Вокруг него поднялся вихрь шепота, но когда тысячи голосов совпали, он услышал слова, которые внезапно понял: — Ты жив, юный волшебник, не беспокойся. — Кто вы? — Гарри резко обернулся, но видел только тьму. — Где вы? Покажитесь! Внезапно еще одна яркая вспышка почти ослепила Гарри, и когда он снова открыл глаза, он увидел перед собой призрачную фигуру. Она была соткана из синего света, человекоподобная и по очертаниям женская, но, казалось, менялась и видоизменялась каждую секунду. Через несколько мгновений изменения замедлились, и Гарри смог разглядеть детали. Длинные струящиеся волосы, черные как ночь и наполненные всеми звездами на небе. Бледная кожа, сияющая как мрамор, кроваво-красные глаза, в которых, казалось, мерцало озорство, и длинные стройные руки и ноги, которые вскоре скрыло сложное платье глубокого синего цвета. — Должна признать, — сказала фигура, и голос её теперь был ровным, — прошло немало времени с тех пор, как я в последний раз видела кого-то из моей семьи. Скажи мне, почему всего лишь мальчик — мой Лорд? Неужели дела нашего Благороднейшего и Древнейшего Семейства так плохи? И почему ты одет как крестьянин, дитя мое? Где шелк, подобающий твоему положению, где золото? — Кто… — Гарри сглотнул. — Кто вы? Глаза женщины сузились: — Ты шутишь? Неужели ты никогда не смотрел на наш гобелен над парадной лестницей? Или в наш гримуар в библиотеке? Каждый мужчина и женщина во всем Альбионе знают мое имя, да и немало тех, кто за пределами наших берегов! Гарри покачал головой: — А, нет… Простите. — Тогда тебе следует восславить Богов, — гневно сказала женщина, — что я всего лишь душа без тела! Я Леди Лея Блэк, жена Лорда Антареса Блэка! — Гм… Простите, я всё равно вас не знаю… — Да как ты… Кто твой отец, щенок? — Ну, я усыновлен, так что… — И какое это имеет значение? — почти закричала женщина. — Кровь побеждает всё, и мне плевать, из какой дыры ты вылез, теперь ты Блэк, да еще и Лорд! Назови мне имя своего отца! — С-Сириус Блэк! — А его отца? — Гм… — Гарри на мгновение задумался. — Орион Блэк. Женщина глубоко вздохнула: — Эти имена мне ни о чем не говорят, но, возможно, это мои правнуки. Кто Верховный Чародей Анжуйского Круга? Его имя назовет год! — Гм… Никто? — Гарри скорее спросил, чем сказал. — Круги были уничтожены в конце средневековья. — Боги небесные и подземные! — выплюнула женщина. — Какой же год вы тогда ведете? — Сейчас 1995-й! Внезапно призрак словно сдулся: — О… — прошептала она. — Я и понятия не имела… Прости меня, дитя… — Всё в порядке… — ответил Гарри. — Полагаю, я бы тоже запутался… Какой год вы думали сейчас? — Я умерла в четвертые ноны апреля 1391 года. Или в 638-м, если использовать маглский календарь. Последним из моей семьи, кто навещал меня, был мой внук Целий… — Она вздохнула. — Шестьсот лет… А казалось, прошло едва ли шесть дней… — Гм… Я имел в виду 1995 год от Рождества Христова. Или «маглский календарь», как вы его называете. — О… — призрак снова вздохнул. — Так много времени… Тысячелетие пустоты… На мгновение между ними воцарилось молчание, прежде чем Гарри откашлялся: — Гм, можно мне кое-что спросить? — Конечно, дитя. — Где я? — Что за глупый вопрос, ты находишься внутри защитного камня нашего великого замка. — Она нахмурилась. — Неужели это для тебя сюрприз? В конце концов, ты коснулся его. — Ну… Что же вы тогда здесь делаете? — Еще один неудачный вопрос: я — это чары, охраняющие нашу семью. — Гм… — Ты наверняка должен это знать, раз ты Лорд Блэк? — Нет… Она вздохнула: — Я отдала свою жизнь, чтобы сохранить свою семью в безопасности, дитя. Когда мой муж только закладывал фундамент нашего будущего дома, я уже была поражена ужасной оспой, но вместо того, чтобы умереть в своей постели, я предпочла слить свою душу с этим камнем, — она указала вокруг себя, — чтобы защищать всех тех, кто живет наверху и в пределах нашего феода. Болезнь также не коснулась меня, по крайней мере моей души. — Значит, вы охраняете не только замок? — Небеса, нет! Как ты знаешь, наши земли простираются до гор на востоке и до ручья на западе, а также до маглской деревни на севере и чистого источника под липой на юге, где я проводила столько часов с дорогим Тари. — Я… Я не знал этого… Но, гм, сейчас местность может выглядеть иначе, так как, ну… — Но у тебя ведь всё еще должны быть карты? — Ну, да, но… — Гарри вздохнул. — Наверное, мне лучше начать с самого начала… Гарри понятия не имел, сколько минут или часов прошло, но к тому времени, как он закончил свое объяснение ситуации, исключив то, что он был «Мальчиком-Которым-Выжил», чтобы еще больше не усложнять дело, Лея Блэк снова была в ярости. — Чума на все их дома! — проклинала она, пока её призрак мерил шагами пустоту. — Как смеют эти крестьяне отнимать то, что было доверено нам самой Морганой?! И как смели твои предки позволить нашему дому пасть так низко? О, как же мне хочется отправиться в загробный мир и перегнуть их через колено… — Она сделала глубокий вдох, что немного её успокоило. — Но увы, полагаю, тут ничего не поделаешь. Вот что случается, когда доверяешь фальшивым «Темным Лордам». — Она фыркнула. — Слизерин… Сентенца никогда не делал ничего достойного за свою слишком долгую жизнь, как и этот его бастард, Салазар. Мне всё равно, что говорит Гидеон Гриффиндор — он похож на служанку! — Ну… — начал Гарри. — Дитя! — Лея перебила его. — Очевидно, что ты должен сделать! Ты должен вернуть нашему дому былую славу! Больше никогда нами не будут править ничтожные люди, мы будем править ими! — Но… Мне всего семнадцать, я не могу сражаться с Министерством! То есть, конечно, я думал об этом, но… — И что с того? — Она подняла бровь. — Разве это означает, что ты не можешь возвыситься над остальными, что бы ты ни пробовал? — Я, гм… Наверное, в теории могу, но… — Решено! — Она улыбнулась. — И я буду помогать тебе всем, чем смогу. Прежде всего, я возрожу чары, твоя магия отлично мне в этом поможет. С восстановленной защитой ты волен начинать свое завоевание любым удобным тебе способом, ни один человек не сможет тронуть тебя или твое владение. Во-вторых, ты отстроишь замок, ибо нельзя править королевством из хижины. В-третьих, ты позаботишься о том, чтобы наше семейное древо, почти засохшее теперь, расцвело вновь. В-четвертых, ты взойдешь на трон и будешь править нашим дорогим Альбионом. Гарри сглотнул: — Но… Я… Я понятия не имею, как всё это сделать! — Тогда ты научишься! Наверняка в твоем мире должны быть люди более осведомленные, чем ты? — Ну, да, но… — Сделай их своими советниками. Но никогда не сворачивай с нашего пути, дитя, ибо если ты это сделаешь, наш Дом будет обречен на веки вечные. — А как я должен узнать, на ком мне жениться? Лея моргнула, глядя на него: — Разве ты не говорил, что у тебя есть сестра? — Ну, да, но при чем здесь… — Гарри почувствовал, как его глаза расширились. — Нет… Нет, вы ведь не можете серьезно… — А почему нет? Наша кровь должна быть чистой! — Лея вздернула подбородок. — Если ты решишь делить постель с другой женщиной или мужчиной — это твое дело, но ведь ясно, кто должен дать наследника, не так ли? — Но… Но… — Но что? Неужели мораль так сильно изменилась? Ты стоишь выше остальных, твоя мораль отделена от их. Она лучше. Что касается остального, магия нашей семьи должна позаботиться о негативных последствиях такого священного союза. У меня, или скорее, было семеро детей от моего дорогого Тари, и все они выросли великими мужчинами и женщинами. — Вы ведь не имеете в виду… — Что он мой брат? Почему бы и нет? Конечно, была еще Аурелия, моя любовница, но я всё равно нежно его любила. — Лея казалась искренне удивленной его реакцией, прежде чем подняла руку и погладила подбородок. — Может быть, именно поэтому наш Дом пал так низко? Семейная магия ослабла, что позволило нашей крови загрязниться, что ослабило Дом, а это в свою очередь еще больше ослабило магию… О, мне следовало бы пороть этих дураков целую вечность, ведь гримуар именно об этом и предупреждал! Столько крови и пота впустую! — Она сделала глубокий вдох. — Увы, я боюсь, наше время подходит к концу, мой дорогой Полярис. — Она улыбнулась ему, начиная исчезать. — Я оставляю тебя с почти нечеловеческой задачей, которую, я знаю, ты выполнишь, иначе ты не был бы Блэком. Если тебе когда-нибудь понадобится моя помощь, просто найди лестницу и коснись моего камня. Прощай, ибо я уверена, что мы встретимся снова… Затем наступила полная тьма.

***

Когда Гарри снова пришел в себя, он лежал на диване, а над ним склонилась встревоженная Вега и трясла его за плечи. Он простонал, пытаясь пошевелиться, но его тут же подняли и чуть не раздавили в объятиях. — О, слава богу, ты в порядке! — сказала Вега дрожащим голосом. — Я… Я просто нашла тебя на полу и не знала, что делать, и… и… Гарри пришлось приложить силу, чтобы отстранить её от себя и получить возможность дышать: — К-как я здесь оказался? — Я затащила тебя внутрь. Ты помнишь, что с тобой случилось? Это было что-то магическое? На тебя напали? Гарри вздохнул: — Вроде того… Пятнадцать минут спустя он закончил свой рассказ, исключив часть о планировании семьи, и Вега выглядела еще более озадаченной. — Но если этот призрак должен защищать тебя, почему ты был без сознания? — Ну, она сказала, что заберет часть моей магии, так что, думаю, это просто магическое истощение. И Лея не призрак, по крайней мере, не в том смысле, в каком мы привыкли. Впрочем, я не знаю, как её называть, так что… — Я… Я бы солгала, если бы сказала, что хоть что-то из этого поняла… — Вега тоже вздохнула, осматривая его с ног до головы. — Но сейчас ты в порядке, верно? Или тебе нужно в больницу? У волшебников вообще есть такие? — В Лондоне есть одна, больница Святого Мунго, но нет. — Гарри покачал головой. — Моя магия просто истощена, так что мне просто нужно отдохнуть пару дней. — Ты уверен? — Не волнуйся, такое случается не впервые. — Хорошо, но завтра готовить буду я, — сказала Вега. — Ты просто будешь сидеть, расслабляться и позволишь мне обо всем позаботиться. Гарри не мог не улыбнуться её заботе: — Ну, полагаю, у меня нет выбора. — Он зевнул. — И раз уж заговорили об отдыхе, я, пожалуй, начну прямо сейчас. — Хорошо, дай мне пять минут. — Зачем? — Чтобы приготовиться. Разве ты не ложишься? — Вега, — сказал Гарри, глядя ей в глаза, — я уверен, что смогу уснуть без посторонней помощи. Если хочешь еще посидеть, пожалуйста, я буду в соседней комнате и просто крикну, если мне что-нибудь понадобится. Его сестра помедлила несколько мгновений, прежде чем кивнуть: — Хорошо. Но я буду заглядывать к тебе через равные промежутки времени. Гарри кивнул на это, после чего поднялся на подкашивающихся ногах. Юный волшебник не видел, заглядывала ли Вега к нему на самом деле — он уснул в то же мгновение, как его голова коснулась подушки, и погрузился в сны, полные странных призраков и обольстительных сестер.

***

Гарри просыпался медленно, ощущая прижавшееся к спине теплое, знакомое тело. Он вздохнул от того, что Вега всё еще приходила в его постель, но не мог сдержать улыбки. Было приятно знать, что кто-то действительно о нем заботится. Юный волшебник осторожно убрал её руки и сел, чтобы потянуться. Всё тело ныло, но он не чувствовал себя таким изможденным, как вчера. Он оглянулся, чтобы проверить, не разбудил ли её, но Вега всё еще лежала, закрыв глаза, с легкой улыбкой на губах. Её черные волосы были в беспорядке рассыпаны вокруг неё и приятно контрастировали с бледной кожей рук… Гарри покачал головой, вставая. Независимо от того, что сказал призрак, наблюдать за спящими людьми было жутковато. И даже если в этом было что-то нормальное, она всё равно была его сестрой. Или женой, живи он в другое время — и на секунду перед глазами вспыхнула картина: они стоят под большим деревом и обмениваются нежным поцелуем, прежде чем он подавил это видение. Может быть, долгий холодный душ поможет… Когда он вышел из ванной, он обнаружил на кухне сцену абсолютного погрома и Вегу, стоящую посреди него с двумя мисками хлопьев в руках. — Гм… Доброе утро… — сказала она вполголоса. — Я, э-э… Я приготовила завтрак… — Спасибо? — скорее спросил, чем сказал Гарри, присаживаясь. — Ты ведь знаешь, что я не против готовить сам? — Прости… — пробормотала она, и Гарри тут же почувствовал комок в груди. — Я не сержусь, если ты об этом беспокоишься, — сказал он, стараясь звучать как можно дружелюбнее. — Я просто немного удивлен, гм, беспорядком. — Да… — Вега вздохнула. — Я тоже… — Кукурузные хлопья вкусные, правда, — улыбнулся Гарри. — Спасибо… — И на самом деле это отличная возможность научить тебя одному очень важному заклинанию. — Есть такое, которое готовит завтрак? — спросила Вега с расширенными глазами. — Нет, — Гарри покачал головой с улыбкой. — Очищающие чары. Оба хмыкнули, прежде чем вернуться к еде. — Итак, я тут подумал… — сказал Гарри час спустя, когда кухня наконец снова стала чистой. — Насчет твоего образования и всего такого. — Как та школа, о которой ты мне рассказывал? Как она называлась, что-то с бородавками? — Да, Хогвартс… — Гарри вздохнул. — Он действительно перестал быть тем вторым, или первым, домом, которым когда-то был для меня… — Из-за того старого волшебника? Даммельдора? — Дамблдора. И да, это часть причины. Министерство теперь тоже приложило к нему руку: они назначили женщину по фамилии Амбридж профессором ЗОТИ. Защиты от Темных Искусств. — добавил он, заметив её непонимающий взгляд. — Неужели? — Да, я видел заголовок, когда мы на днях были в Косом переулке. В любом случае… Не думаю, что я смогу туда вернуться. Не только потому, что по меньшей мере три четверти студентов возненавидели бы меня, но и из-за неё и старика. Ты же, напротив, ничего против них не сделала, и хотя тебя всё еще могут оскорблять, думаю, через пару недель они оставят тебя в покое. — То есть ты предлагаешь мне бросить тебя и пойти в школу, — сказала Вега тихим голосом. — Это только британская школа, есть и другие на континенте, такие как Шармбатон, Блоксберг и Дурмстранг, где люди более терпимы. Если ты захочешь посещать одну из них, я уверен, мы сможем это устроить, и тогда я смог бы поехать с тобой. — Но… Разве ты не можешь учить меня здесь? — Я… — Он провел рукой по лицу. — Не знаю, будет ли это к лучшему. Не пойми меня неправильно, ты блестящая ученица и, без сомнения, могла бы пойти очень далеко, но у меня нет знаний, чтобы обучать тебя продвинутым вещам. — Ты мог бы научиться. Тебе просто нужно быть на один урок впереди меня, — улыбнулась она. — Или мы могли бы учиться вместе, как только я достигну твоего уровня через месяц или около того. Гарри помолчал. Он определенно знал о магии чуть больше, чем средний четверокурсник, и если бы он мог учиться в своем собственном темпе, он был уверен, что справится с остальным, но он всё еще не был профессионалом. Обучать простым заклинаниям вроде Люмоса было достаточно легко, но смог бы он заставить Вегу понять тонкости той же трансфигурации? С другой стороны, именно так всё и было во времена до появления школ, да и после их основания для многих старых семей. Но в прошлом в школах была и другая система, где учитель был скорее проводником в мир магии, а не руководителем. Гарри читал об этом: студенты были вольны проводить собственные исследования, пока они также изучали основы, а некоторые даже создавали новые заклинания или зелья, еще учась в школе. Другие получали специальное разрешение изучать весьма продвинутые темы, такие как магия крови, у учителей, одобренных Тремя Кругами до их уничтожения. Тесты тоже не были стандартизированы: ученики могли выбирать, какую магию демонстрировать, чтобы доказать свое понимание перед аудиторией из различных экспертов в выбранной области. Также существовало своего рода полоса препятствий, имитирующая широкий спектр ситуаций — от обнаружения маглами и дуэлей до простых бытовых заклинаний и надлежащего этикета при общении с магическими существами. Возможно, Замок Блэк в свое время тоже был таким местом. Семья определенно была достаточно большой, чтобы заполнить целую школу в те дни… Гарри почти ахнул: Замок Блэк! Ему всё равно придется восстановить его когда-нибудь, так почему бы не превратить его в школу? Места определенно достаточно, и если там не окажется спален, он был уверен, что сможет как-нибудь наколдовать их. А как только он будет восстановлен… У него будет школа, подобная старым, без предрассудков и с честным и чистым стремлением к знаниям. Остальной магический мир, вероятно, клеймил бы его «Темным Волшебником» на данном этапе, но разве его это волновало? И зачем на этом останавливаться, он всё равно рано или поздно столкнется лбами с Дамблдором, так что он с тем же успехом мог бы стать новым Темным Лордом. Возможно, немного другим Темным Лордом: он не чувствовал желания нападать на случайных невинных людей, но он определенно использовал бы темные заклинания и ритуалы. А как только он их поймет, он сможет даже обучать им других и сохранить эту часть магии живой, прежде чем она будет потеряна навсегда… У него будет тронный зал, и он будет сидеть там, обозревая свое королевство, а Вега будет рядом с ним, её глаза будут полны любви, и её рука будет нежно гладить его по щеке, когда она наклонится, чтобы… Гарри покачал головой. Что это с ним вдруг случилось? Он не хотел жениться на своей сестре, даже если она была доброй, любящей и так ярко улыбалась, когда… Юный волшебник вздохнул, потирая глаза. Он с некоторым усилием вернул свои мысли к потенциальной школе, но это не принесло ему облегчения. У него не было денег, чтобы купить что-либо после восстановления замка, и это при условии, что ему вообще не понадобятся деньги на сам ремонт. Но всё же, это была идея… Очень сильная, заманчивая идея… Гарри сглотнул, глядя на Вегу: — Знаешь что… — начал он медленно. — Ты всё равно не смогла бы догнать четвертый курс до начала учебного года, без обид, так что… — Так ты будешь учить меня здесь? — Вега просияла и снова крепко его обняла. — Я знала, что ты меня не прогонишь! — Я бы этого не сделал, — ответил Гарри. — Просто… Неважно. — Он глубоко вздохнул. — Но это также означает, что нам нужен способ зарабатывать деньги, чтобы покупать еду и припасы… — Он встал со вздохом. — Но об этом мы можем побеспокоиться позже. Прямо сейчас нам хватит хотя бы до Йоля, так что… Как насчет того, чтобы ты показала мне, чему научилась вчера?

***

Гарри вздохнул, пытаясь сосредоточиться на книге. После того как Вега напортачила с завтраком, она удвоила усилия по заботе о Гарри, до такой степени, что это порой начинало его раздражать, но его истощение наконец прошло, и через два дня он снова стал самим собой. Однако источником его раздражения было не это, и даже не книга. Нет, дело было в человеке, который о нем заботился. В том, как Вега улыбалась ему, как обнимала его, когда была счастлива, или как сияли её глаза, когда ей удавалось сотворить заклинание, даже если это были такие простые чары, как очистка тарелок… А еще были ночи. Утешительное присутствие за спиной почти стало обузой. Ему всё еще нравилось, когда его обнимали, и это давало определенное чувство безопасности, но его мысли также начали блуждать, если не днем, то ночью. В его снах это была просто красивая молодая черноволосая женщина с легкой улыбкой и мягкими губами. Между ними не было ничего, кроме любви, и каждый раз, когда он оказывался в её объятиях, он на мгновение чувствовал себя цельным, прежде чем проснуться в холодном поту. В такие моменты ему приходилось заставлять себя отводить взгляд от освещенного луной силуэта Веги, и он засыпал снова только после долгих минут раздумий о том, что же с ним происходит. — Гарри? — его мысли внезапно вернулись в настоящее. — Хм? — Он повернулся к сестре, которая сидела дальше на диване. — Прости, ты что-то сказала? — Я, гм… Я просто хотела узнать, действительно ли ты в порядке. С тех пор как ты поговорил с призраком, у тебя иногда появляется этот отсутствующий взгляд… Гарри снова вздохнул, откладывая книгу: — Ну, это… Это трудно объяснить. — Это из-за призрака? — И да, и нет… — Он провел рукой по волосам. Может быть, просто рассказать ей? В конце концов, это касалось и Веги, и он просто проинформировал бы её о разговоре. Он не знал, захотел бы он сам знать такое, будь он на её месте, но всё же… Может, так будет лучше? — На самом деле… Это кое-что из того, что сказала Лея Блэк… — Да? Гарри глубоко вздохнул: — Если я расскажу тебе, ты должна пообещать не пугаться. Она из седьмого века, и наше общество тогда было совсем другим. — Это потому, что она сказала тебе занять трон? Я имею в виду, не знаю, нужен ли нам Король, но если кто и должен им быть, я бы проголосовала за тебя. О, или Император, это ведь еще выше, верно? — Она улыбнулась. — Нет, это было кое-что другое… — Он сделал еще один глубокий вдох. — Я, ну… Я рассказал ей о положении нашей семьи. Я имею в виду, она определенно заслуживала знать, и, ну… Когда зашла речь о наследнике, она сказала мне просто жениться на тебе, потому что именно так семья всегда и поступала. Вега какое-то время смотрела на него, прежде чем рассмеяться: — Да, конечно. Поздравляю, ты меня разыграл. Знаешь, тебе не обязательно так лгать, я и так готова верить всему, что ты говоришь. — Её улыбка погасла, когда она увидела, что он не смеется вместе с ней. — Это ведь была шутка, правда? Гарри покачал головой: — Очевидно, семейная магия заботилась о негативных последствиях, и Лея рассказала мне, что у неё было семеро детей от её брата Антареса. А также любовница, о которой она упомянула без всяких расспросов. Но по мере того как семья слабела, слабела и магия, что еще больше ослабляло семью, и, полагаю, это всё покатилось по наклонной. Насколько я знаю, более поздние поколения женились только на своих кузенах, и даже тогда некоторые из них были, гм, не совсем стабильны… — Так вот о чем ты думал всё это время? — Разумеется, это не значит, что мы должны так поступать только потому, что так делали наши предки, — быстро сказал Гарри. — Просто… Не знаю почему, я просто не могу перестать думать об этом. Об обязательствах, о том, как изменилось наше общество, делали ли так другие семьи… Вообще-то, это многое бы объяснило… — Да, пожалуй, ты прав… — медленно произнесла Вега. — Магический мир действительно другой… — В любом случае, — вздохнул Гарри, вставая, — я, пожалуй, пойду спать. — Эй, гм… — начала Вега. — Да? — Ты… Ты считаешь это странным, что мы спим в одной постели? Вопрос застал Гарри врасплох. Конечно, в начале он думал об этом, но быстро привык настолько, что перестал об этом задумываться. Его разум был больше занят тем, как им действовать дальше, а не тем, правильно ли, что Вега вообще спит в его кровати. А потом он встретил свою прародительницу, и это только всё усложнило… — Если честно, — сказал в конце концов Гарри, — может, это и странно, но я сплю намного лучше, когда ты рядом, так что… Если ты хочешь продолжать в том же духе, я не против. — Спасибо, — улыбнулась Вега. — Но я, пожалуй, еще немного посижу. Мне… Мне нужно кое о чем подумать. — Конечно. Несмотря на то что Гарри устал, он в итоге ворочался с боку на бок, пока не услышал, как открылась дверь. Он замер, изо всех сил стараясь изобразить, что спит, и минуту спустя почувствовал, как знакомая фигура прижалась к его спине. Через несколько мгновений он уже крепко спал.

***

— Гм, Гарри? — спросила Вега, убирая тарелки после обеда. — Я тут подумала… — Да? — Ну, раз уж у нас, то есть у тебя, есть дом, может, нам стоит… Трансфигурировать еще мебели? Юный волшебник поднял бровь: — О чем именно ты думала? — Может быть, телевизор? Это сложно? Гарри вздохнул: — Мы можем его купить, но я сомневаюсь, что он будет работать, потому что магия каким-то образом портит магловскую электронику. Лампочка — это предел, всё остальное не работает. Ну, кроме механических вещей вроде старых машин и мотоциклов, они работают, и их даже можно зачаровать. — О… — Вега понурила голову. — А что же волшебники делают для развлечения? — Ну, есть кое-какие вещи. Играют в карты или настольные игры, читают, разговаривают, упражняются в длинных заклинаниях, варят зелья, летают на метлах… — Гарри вздохнул. — На всё это нужны деньги, которых у нас сейчас нет… Прости. — Нет, я понимаю, — Вега попыталась улыбнуться. — В приюте у нас всё равно не было телевизора… — Если хочешь посмотреть кино, мы можем съездить в Лондон, — предложил Гарри. — Правда? — Она оживилась. — Я думала, нам нужно экономить. — Думаю, поход в кино мы можем себе позволить, — улыбнулся Гарри. — Обменный курс просто безумный, это не должно стоить больше галлеона, может, двух вместе с напитками и попкорном. — Ладно, ты меня убедил, — ухмыльнулась Вега. — А до тех пор мы можем снова пройтись по основам зельеварения. Её шутливый стон заставил Гарри улыбнуться еще шире.

***

— Это было здорово! — просияла Вега, когда они вышли из кинотеатра. — Столько лет не была в кино. — Серьезно? А я вот впервые, — ответил Гарри. — Это как-то грустно… — Нельзя скучать по тому, чего никогда не знал, — Гарри пожал плечами. — Впрочем, вечер еще в самом разгаре. Хочешь заняться чем-нибудь еще, пока мы здесь? — Ну, мы ведь можем аппарировать в любой момент, когда захотим, верно? — Да. — Тогда давай прогуляемся, я вроде видела парк по дороге сюда, — улыбнулась Вега. Неподалеку действительно оказался парк, и оба с удовольствием бродили по дорожкам, обсуждая фильм и всё то, чего волшебники и ведьмы не делают. В конце концов они присели на скамейку под раскидистым деревом. — Так, гм… — начала Вега. — Спасибо тебе за всё это. — Не за что. — Нет, есть за что. Ты так добр ко мне: ты готовишь, объясняешь, учишь, стараешься делать всё, что я захочу… Я… — Она вздохнула. — Мне иногда кажется, что я тебя не заслуживаю… — Эй, эй… — Гарри обнял её за плечи и притянул к себе. — Ты заслуживаешь хорошей жизни. Все заслуживают. — Спасибо… — пробормотала Вега, прижимаясь к нему. Они сидели так какое-то время, прежде чем она снова подняла голову и посмотрела на него: — Гарри? — Да? — Я, гм… Я правда не знаю, как тебя отблагодарить… — Твоей улыбки достаточно, — ответил он. — Это так банально… — простонала она, прежде чем снова стать серьезной. — Но я тут подумала… — Да? — Ну… Она посмотрела на него, а он на неё. Его улыбка погасла, когда её лицо начало приближаться к его лицу. Медленно, но верно они сближались, и Гарри закрыл глаза за мгновение до того, как почувствовал прикосновение губ Веги. Сердце забилось чаще, а в голове стало странно пусто, когда на него обрушился поток чувств. Там были и замешательство, и отрицание, и нервозность, но также желание и радость от своего первого поцелуя. Гарри колебался лишь мгновение после того, как их губы разошлись, прежде чем сам наклонился вперед и поцеловал её снова, на этот раз по-настоящему. Или настолько по-настоящему, насколько мог. Он чувствовал, как её руки нежно, почти нерешительно скользят по его бокам, пока Вега отвечала на поцелуй. В конце концов он отстранился, и на одно мгновение они перестали быть братом и сестрой — они стали чем-то иным. Чем-то лучшим. Чем-то большим. Однако момент прошел, и Гарри тут же почувствовал, как краснеет, как и Вега. — Так, гм… — начал он, чтобы прервать неловкое молчание. — Ты, э-э… Хочешь пойти домой? — Д-да… — кивнула Вега. Быстрый взгляд по сторонам и аппарация спустя — оба снова стояли перед домом. Они быстро пожелали друг другу спокойной ночи, прежде чем разойтись по своим комнатам, и впервые с тех пор, как встретил Вегу, Гарри лег спать один…