И никаких стикеров, Йегер

      «Мистер Аккерман,       должен Вас оповестить,       что не смогу выйти на       работу в этот месяц.       Эрен»              ***              — Ты раздражён сильнее, чем обычно, — хмыкнул Смит, смотря на угрюмое лицо Леви. На мужчину повернула голову и Ханджи, всматриваясь в сказочную синеву мешков под глазами Аккермана.              — Бухал, что ли? — хохотнув, поинтересовалась она, и получила от друга злой взгляд.              — Мой обслуживающий персонал не выходит на работу. Приходится после работы убираться самому, а это достаточно долгий процесс из-за непереносимости химии и пыли, — Леви явно не был настроен на шутки. Отсутствие Эрена было воспринято слишком остро, без его деятельности в качестве домработницы мужчина понял, как же отвык от автономности.              Никто не убирался. Не протирал пыль.              Не закупал продукты.              Не готовил, хотя его об этом не просили… И не оставлял выбешивающие стикеры.              Боже, он, что, скучает по дебильным стикерам?..              Определённо, Леви ощущал отсутствие Эрена Йегера всеми фибрами души.              — «Обслуживающий персонал»? — повторил Ирвин. Они были посреди неофициального собрания, так что ничего не мешало уйти от первоначальной темы. — Ты в курсе, что у Эрена есть имя? — мужчина усмехнулся.              Леви фыркнул.              — В трудовом контракте он записан как рабочий сферы обслуживания.              Смит положил бумаги на стол, намереваясь ненадолго забыть о совещании, Ханжи быстро это смекнула и откинулась на спинку кресла, блаженно выдохнув.              — Выглядишь обиженным. Задело поведение Эрена? — улыбнулся Смит. Леви не изменился в лице, продолжая смотреть на друга равнодушно-холодно.              — У меня составлен бюджет на год. Туда включена его зарплата. Но теперь он говорит, что не может работать, и у меня излишки, — Аккерман слегка пристукнул ручкой по столу, подложив руку под подбородок. — Плюс, теперь нужно самому покупать еду и прочее, — он начал стучать ручкой чаще, высчитывая в уме время, деньги и силы, которые затратит. — Я доверился тебе и сглупил. Нужно было включить в контракт кол-во часов, обязанность выходить каждую неделю и штрафы за прогулы…              — А, может, было легче купить раба? — поинтересовалась Ханджи, поправив очки; женщина посмотрела на Смита, который посмеялся, наигранно осудительно покачав головой.              Почувствовав, что над ним откровенно иронизируют, Леви нахмурился.              — Было бы легче, но, понимаешь, Ханджи, когда я уговаривал Леви взять на работу Эрена, он утверждал, что не выносит, когда посторонний 24 часа в сутки шастает по его дому. А ещё он говорил: «едва ли какой-то идиот сможет сделать всё так, как надо. Лучше я сделаю всё сам», — Ирвин пронзительно посмотрел на Аккермана, который излучал раздражение. — Теперь ты говоришь, что жалеешь, что не заключил с ним контракт, а для тебя это — высшая степень признания.              Сказать откровенно человеку, что не прочь продолжить общение и дружить, было для Аккермана слишком по-детски, но вот подпись в бумажке, которая подтверждала обязанность продолжать какие-либо отношения — вполне здравый подход, как он считал. Так же было и с Ирвином. Леви устраивал Смит как человек и профессионал, именно поэтому он заключил с ним контракт.              — Мне передать этот комплимент Эрену? — Смит очаровательно, но не слишком явно, и ехидно улыбнулся, но этого хватило, чтобы Аккерман разозлёно прищурился.              — Вы с ним часто видитесь? — проигнорировав подкол, спросил Аккерман. — И где этот балбес пропадает вместо того, чтобы зарабатывать деньги? — мужчина оставил ручку в покое, откинувшись на стуле и скрестив руки на груди.              Смит внимательно поглядел в его глаза, не переставая внутренне смеяться над нарочитым равнодушием друга. Может, другой человек и купился бы, но Ирвин ясно видел, что Леви сильно интересует, куда пропал его домработник.              — Готовится к свадьбе.              Леви вздёрнул бровь.              — Чего?              — О, ты про свадьбу дочки Крональда? — встряла Ханджи, Аккерман кинул на друга сердитый взгляд, начиная понимать, в какую скользкую игру играет его «начальник».              — Ты намеренно говоришь так, чтобы звучало, будто это его свадьба?              Смит прыснул.              — Ну, сейчас всё выглядит так, будто это, действительно, его свадьба, — видимо, Ирвин знал то, чего не знал Аккерман, который в очередной раз в недоумении вздёрнул брови.              — Что ты хочешь сказать?              Ирвин встал из-за стола, взял папку, а потом, улыбнувшись, посмотрел на Аккермана.              — Это легче один раз увидеть, — в глазах мужчины сверкал смех, потом он обернулся ко входу, услышав голоса. — Они как раз уже тут… — Леви едва успел повернуть голову, как двери открылись, и на пороге показались Микаса и Йегер.              Первая была привычно хладнокровна и равнодушна и совсем не выглядела, как счастливая невеста, наоборот, она выглядела утомлённо. Одета была не под стать наследнице многомиллионной корпорации, а как обычная прохожая. Из привычного на Микасе был тот же красный шарф, накинутый поверх её синей пуховой куртки. Руки она держала в карманах, лицо её было безэмоционально, а движения — неторопливы.              И насколько была обыденна и простовата Микаса, настолько Эрен выглядел богато и элитно. Этот контраст был виден слишком ярко, так как брат с сестрой стояли рядом, оттеняя друг друга, как два полюса.              Наверное, только сейчас Леви мог согласиться, что Эрен Йегер, действительно, приёмный сын Альфреда Крональда — владельца богатейшей корпорации. Казалось, будто Аккерман увидел другую сторону юноши, которую никогда не видел и которую Ирвин и Жан называли «идеальной». Всё от кончиков волос до пят было в Эрене идеально. Расчёсанные, блестящие волосы, лежащие волосок к волоску.              Накрахмаленный воротник рубашки, галстук, пиджак, брюки без единой складки, начищенные и не запятнанные в грязи осенней серости ботинки. Даже терракотовое пальто, которое было надето сверху делового костюма было лишено волоска или пятнышка, что часто можно было видеть у прохожих осенью.              Казалось, даже вёл он себя по-другому. Обычно, Леви никогда не видел юношу с папками и документами, но сейчас он держал их в одной руке, а в — другой телефон. И никогда прежде Аккерман не видел, как Эрен так серьёзно говорит. Его брови хмурились, потом расслаблялись, потом его лицо опять выдавало неодобрение, а изо рта лилась официозная, вежливая речь. Выглядел очень сосредоточенным и серьёзным, и в тот же момент слишком занятым, чтобы приходить на встречи к Ирвину.              Микаса дёрнула брата за рукав, отрывая от разговора.              — Эрен, мы пришли.              Йегер словно проснулся или испугался, что его кто-то увидит таким. Леви видел, как его глаза быстро пробежались по кабинету, остановились на нём, а потом резко вернулись к Ирвину, который махнул юноше рукой. Йегер кивнул, не отрываясь от разговора по телефону, и в этом жесте Аккерман опять не узнал того Эрена, что видел ранее.              Юноша отдал папку Микасе, указав на Ирвина. Девушка кивнула, приняла папку, а Эрен отошёл. Леви слышал, как он говорит по телефону:              — Я же сказал Вам, что дивиденды будут поделены так, как сказал мой отец. Нет, свадьба моей сестры не означает, что вы имеете право менять политику корпорации, ясно? — он повысил голос. — И даже не смейте спрашивать, что будет, если что-то случится с Альфредом! — его голос утих, так как он закрыл дверь.              Леви перевёл взгляд на Микасу.              — Где мне подписать? — улыбнулся Смит, словно его вовсе не удивил странный Эрен, который внезапно начал что-то смыслить в политике компании отца Микасы.              — Что происходит? — достаточно грубо влезая между Ирвином и девушкой, поинтересовался Леви. — Какого черта Эрен ведёт себя так, будто является главным акционером?              Микаса усмехнулась.              — Потому что так оно и есть, — Леви скептически вздёрнул бровь. — Нашему отцу внезапно стало плохо. Проблемы с сердцем. Акционеры подняли шумиху, начали требовать прочтения завещания. И как оказалось, в случае смерти отец передаёт свои акции Эрену. У брата уже есть небольшое кол-во их, но в общей сумме получается, что он становится главным акционером.              — С мистером Альфредом всё нормально? — участливо поинтересовался Ирвин, пока Леви переваривал информацию. Очень любезно с его стороны было сделать паузу для Аккермана, чтобы он ненароком не показал изумление от подобных новостей.              — Врачи сказали, что всё хорошо. Просто о работе стоит забыть на месяц-другой, дабы избежать стрессов.              «…не смогу выйти на работу в этот месяц. Эрен» — эхом пронеслось в голове Леви. «В моём доме убирался ебаный главный акционер корпорации Крональд… Что с этим парнем не так?» — не сказать, чтобы Аккерман злился, но почувствовал дискомфорт от осознания, что ни черта не знает о Йегере, а так же его логике и мировоззрении.              — А твоя свадьба? — продолжал спрашивать Ирвин. — Может, стоит перенести?              Микаса решительно отказалась. Даже с некоторым жаром. Было видно, что её эта идея совсем не устраивает.              — Вы что? Эрен же с ума сойдёт, если ещё и свадьбу надо будет переносить…              «Эрен?..» — не понял Леви. «Кто тут замуж выходит, он или ты?».              Ирвин же закрыл рот рукой, посмеявшись. Микаса, наоборот, сделала максимально для своего равнодушия удручающее выражение лица.              — Обещаю, его гиперответственность и комплекс брата мы разберём на следующем сеансе психотерапии.              — Я была бы благодарна, если бы вы сделали это как можно быстрее. Он чуть ли со мной чулки не выбирает, не говоря уже о том, сколько мы выбирали костюм Жану… То галстук не тот, то запонки, — Микаса проговорила это с остервенением, посмотрев на Леви, — то носки не такие, то обувь… Я очень люблю Эрена, но его желание сделать для меня идеальную свадьбу вызывает во мне желание убить его.              В этот момент дверь открылась, и в зал влетел Эрен. Он держал телефон у уха и смотрел на Микасу так, словно произошло что-то ужасное. Аккерман слегка перепугался, подумав, что с их отцом случилось что-то важное. Но юнец, пронзительно посмотрев на сестру, обеспокоенно протараторил:              — Микаса, сказали, что нет бледно-розовых тюльпанов! Что делать? Красные не подойдут к платьям подружек невесты, — он серьёзно задумался. — Наверное, стоит обратиться к Армину… Думаю, его отец не откажет тебе.              — Армин — мой бывший. Ты хочешь просить у отца моего бывшего доставить цветы к свадьбе с моим нынешним? — могильным голосом поинтересовалась Микаса. — Просто закажи красные, мне всё равно, даже если они будут с искусственными цветами.              Эрен посмотрел на неё, как на ненормальную, потом посмеялся, почесав голову.              — Смешно.              И наконец в этой туповатой улыбке Леви узнал того Эрена Йегера, с которым был знаком. Сияющее солнце…              Но теперь.              Теперь Леви был не уверен, что знал настоящего Эрена.              ***              «Мистер Аккерман, должен Вас оповестить,       что не смогу выйти на работу в этот месяц.       Эрен»              В тот же день Леви написал на этом стикере:              «А чего месяц? Может, сразу год?       Не вернёшься на работу,       Я расскажу Ирвину,       Что ты гребаный курильщик»              Но отдать его не удалось, потому что Эрен больше не приходил.