И никаких стикеров, Йегер

             Эрен некоторое время сидел и смотрел на Жана, он тоже без слов глядел собеседнику в глаза, ожидая вердикта. Йегер поджимал губы то ли в задумчивой, то ли в недовольной мине, поэтому понять, в каком расположении духа он пребывал, было сложно.              В итоге Эрен выдал совсем не то, что ожидал Жан:              — Значит, Ирвин и Микаса намеренно свели меня с Аккерманом? — он нервно встал, и Кирштейн увидел, как в глазах Йегера сверкнула злость. — Я что, подопытная крыса? Кролик? — он быстро перемещался по комнате, собирая вещи, которые намеревался надеть. — Значит, я должен был что-то понять, да? — едко процитировал слова из воспоминаний. В Эрене закипал гнев, стирая красивую маску невозмутимости.              — Нет, слушай, — в растерянности смотря на передвижения Йегера по квартире, выдавил Жан. — Они хотели как лучше и, вообще... — он намеревался вернуть тему того, каким боком связан с татуировкой Эрена. Кирштейн считал себя на долю повинным в произошедшем, и, наконец, набравшись сил, смелости и разума, решил поставить все точки над «I», но Эрен разрушал его планы, уводя разговор не в то русло.              — Как лучше? — Жан поспешно отвернулся, пока Эрен натягивал трусы. — Играться с людьми — это тебе как лучше? — Глаза зажглись адской зеленью. — Ну, Микаса, ну, Ирвин... — в шёпоте послышалось нехорошая доля злобности. — Где мои ключи? Я сейчас все ему выскажу, манипулятор херов! — в мятой рубашке, кое-как завязанном галстуке и без штанов, Эрен пытался натянуть носки и одновременно прыгал по комнате в поиске ключей от машины.              Этот чёртов балаган напомнил Жану, что сейчас Эрен ведёт себя так же, как во время их потасовки в кабинете Ирвина: решительно, уверенно, но импульсивно.              — Стой! — до Кирштейна дошло, что Эрен не хочет его слышать, поэтому сам раздражился. Их горячность будто бы заражала друг друга, урезая интеллект. — Тупица! Ты из всего вынес совсем не то, что я имел в виду. Я же хотел сказать, что... — уже позабыв про смущение, Жан ходил за Йегером, пока он запрыгивал в штаны. — Я потратил столько времени не для того, чтобы ты услышал только про Аккермана, неужели ты не понимаешь, как важно перед свадьбой...              Эрен резко повернулся, и Жан чуть не столкнулся с ним лоб в лоб.              Послышался скользящий звук ткани, плюхнувшийся на пол.              — Я стою перед тобой со спущенными штанами, — оповестил Йегер, неотрывно смотря на напрягшегося Кирштейна: он побоялся опустить взгляд, чтобы ситуация не стала нелепей. Эрен повел себя ещё более странно — потянулся вперёд и мазнул дыханием по уху Жана: — Вдохновляет? — неторопливый вопрос с ноткой обольщения.       Жан резко отошёл, посмотрев на Йегера, как на больного.              — Дурак?! Я жених твоей сестры, а ты...              — Всё, — отсёк Эрен, флегматично посмотрев на Жана. — Большего не нужно. Ты так любишь мою сестру, что аж сменил ориентацию, верю. Думаю, достаточно аргументов.              — Да, конечно, люблю, идиот, — недовольно отозвался Кирштейн. Эрен моргнул пару раз, как забавная кукла.              — Чего тогда ты так боишься? Намекаешь, что я так тебя люблю, что изнасилую на вашем свадебном алтаре? Для чего ещё стоило упоминать моё шлюховатое прошлое, я тогда не понимаю... — Эрен с важным видом поднял штаны, «залезая» в них.              — Да не в этом дело! — раздражился Жан. — Не этого я боюсь, я боюсь, что ненависть заставит тебя попросить Микасу бросить меня, а она... она же послушает тебя, Эрен.              Йегер, затягивая ремень, задумчиво выдал:              — Почему я должен ненавидеть тебя? — непонимающе.              — Я тебя не нашёл тогда, — уверенно произнёс Жан, сжав кулак. Эрен посмотрел на него удивлённо. — У тебя были проблемы с акционерным обществом, в которое входил мой отец. Все они знали, что ты крутил роман со мной, но я, как тупица, не догадывался, потому что отец скрывал от меня тот скандал. Я с ним... — было видно, что Кирштейн злится и на себя, и на отца. — Я с ним тогда намеренно не разговаривал, но если бы спросил, если бы поинтересовался, то сделал бы так, чтобы ты не оказался в том городе, — он посмотрел в искренне изумлённые глаза Эрена. — Я же... правда, тогда тебя любил. Прости, что так быстро сдался и отпустил.       Эрен посмотрел по сторонам, как обычно делали смущённые люди, но его жест был наигранным.              — Может, мне ещё раз спустить штаны, чтобы проверить искренность твоих чувств к моей сестре? — Жан возмутился. — Ты мне в любви признаёшься что ли, Кирштейн? Господи, прав был Леви, что за блядская мелодрама... — Йегер посмотрел время на наручных часах, схватил ключи от машины и пиджак с кресла, а потом на такой же стремительной скорости очутился рядом с Жаном. Глядя ему в глаза, он говорил очень быстро и с расстановкой, будто бы забивал гвозди каждым предложением:              — Во-первых, слишком много «если». Забей, ничего бы не изменилось, я сам хотел то, что в итоге получил. И мы все сделали выводы. Во-вторых, за позднее признание спасибо. Я тронут. В-третьих, на меня у тебя не встал, значит, моей сестре ты верен, как монашка — этого хватает, чтобы верить в твою искренность, и поэтому я не собираюсь «приказывать» Микасе порвать с тобой. Плюс, она уже не та глупая девочка, которая была готова ради меня отказываться от всего, поэтому пересмотри своё мнение о ней, она не такая нюня, как ты вообразил себе, — Эрен ткнул указательным пальцем Жану в грудь.              Могло бы воцариться молчание, которое обычно наступает после таких трогательных и важных разговоров, но Эрен слишком спешил.              — Думаю, теперь между нами расставлены все точки над «I». Даю своё благословение, — он схватил ошарашенного Жана за голову и коснулся губами лба. — Счастья в вашей премерзкой гетеросексуальной любви. Ключи у тебя есть, дверь закроешь, не смей подглядывать моё нижнее белье, а Микасе передашь, что в качестве подарка на свадьбу я не задушу её фатой, — говорил он быстро и умчался так же, оставив обескураженного Кирштейна посреди чужой квартиры.              Жан услышал, как хлопнула входная дверь. Сделал шаг назад и обессилено плюхнулся на диван с широко распахнутыми глазами.              — Кажется, я рассказал то, что не стоило, — приложив ладонь к лицу, выдохнул Кирштейн. — Микаса меня убьёт...              Как нельзя кстати зазвонил телефон. Жан утомлённо вынул мобильник из внутреннего кармана пиджака и сглотнул, увидев имя невесты.              — Да?              — Как разговор с Эреном? — тут же поинтересовалась девушка привычным железобетонным голосом, без эмоций.              Жан нервно почесал затылок, пытаясь максимально верно выбрать слова.       — Всё хорошо. Он... как бы сказать, дал нам благословение... — юноша коснулся рукой поцелованного Йегером лба. — Мы поговорили, и он сказал, что не держит на меня зла.              — Это хорошо, — ответила Микаса.              — Но... — неуверенно.              — Но?.. — напряглась Микаса.              — Зла на меня он не держит, но вас с Ирвином, скорей всего, хочет убить, — не стал утаивать юноша.              Микаса тяжело вздохнула.              — Ты рассказал про Аккермана?              — Прости, я не думал, что он так разозлится, я...              — Ничего страшного. Ему уже пора было узнать. Куда он направился?              — Думаю, к Смиту.              — Прости, я должна срочно его предупредить. Целую. И... — жених понимающе кивнул, намереваясь сбросить вызов, но остановился. — Жан, — сухой тон девушки сменился на более тёплый, — юноша вздёрнул бровь, как если бы видел лицо возлюбленной. — Спасибо, что решился поговорить с Эреном, ты молодец, — лицо Кирштейна осветила счастливая улыбка. — Бросаю трубку, мне надо предупредить Ирвина, иначе пострадает ещё одна стена в его офисе, — тут же переключилась Микаса на хладнокровно- серьёзный тон и бросила трубку.              Кирштейн услышал гудки.              Выдохнул. Откинулся на диван Йегера.              — Чёрт возьми, а у него удобно, — с улыбкой от уха до уха выдохнул юноша, смотря на великолепную панораму ночного города. Сейчас для Жана она была самой восхитительной картиной на Земле, потому что внутри расцветала весна.              Всё было прекрасно.              ***              Микаса положила трубку, почувствовав, как сердце отбило барабанную дробь. Давно она такого не испытывала... Губы изогнулись в лёгкой, очаровательной улыбке. Хотела бы она видеть лицо Жана... который находился в квартире брата.              Точно. Эрен.              Девушка схватила телефон, быстро бегая пальцами по нужным ярлыкам. Номер Смита нашёлся быстро. Так же быстро он ответил.              — Слушаю?              — Он всё узнал и едет к вам. Ирвин на том конце усмехнулся.              — Честно сказать, я даже скучал по такому Эрену.              — Такой Эрен разнёс вам офис.              — И чуть не вмазал Леви. Честно, я давно хотел, чтобы кто-то съездил ему по роже, Микаса...              Девушка закатила глаза.