Проект «Эрери 365»

      Четырнадцатилетний Леви был гораздо взрослее, чем подозревали его родители. Он слишком здраво рассуждал, слишком чётко формулировал просьбы, и они просто не знали, как заставить сына оставаться ребёнком ещё немного.       В попытке вернуть его в детство они затеяли вечеринку по случаю окончания восьмого класса. Пригласили всех сверстников, с которыми, как они не догадывались, Леви на самом деле не дружил. Он ожидал, что всё будет как в начале «В поисках Аляски» — никто не придёт. Но, к его несчастью, гости явились почти все.       Когда церемония подошла к концу, Леви толкнул плечом Эрвина, стоявшего рядом (в их школе не вызывали учеников по одному, они просто выстраивались по росту, но всё равно все жались к своим друзьям).       — Эй, — шепнул Леви.       — М? — отозвался Эрвин.       — Прикроете с Ханджи, если я смоюсь с вечеринки?       Эрвин посмотрел на него сверху вниз, забыв про оратора на сцене.       — До сих пор терпеть не можешь толпу?       Леви покачал головой.       — Ты так и не сказал родителям?       Леви поднял на него взгляд.       — И как, по-твоему, мне это сделать? Они считают, что я должен уметь вести себя в любой обстановке. Как сказать, что у меня голова идёт кругом, и при этом не выглядеть ребёнком?       Эрвин пожал плечами.       — Но сказать стоит. А то они устроят вечеринку и на выпускной из старшей школы.       — Эрвин…       — Тсс! — шикнул на них проходивший мимо учитель.       — Мы прикроем, — шепнул Эрвин, когда им велели строиться.

***

      В доме Леви было шумно и людно — хуже, чем он ожидал. Сердце колотилось всё сильнее, и казалось, он никогда не сможет выбраться.       — Леви?       Он обернулся. Петра — она тоже нервничала, но не так сильно, как он. Взяв его за руку, она потянула к выходу. Ханджи и Эрвин были единственными, кто знал о его проблеме, кроме неё.       — С чёрного хода сейчас никого нет. Можешь выйти подышать, — сказала Петра.       — А ты как?       — Со мной Ханджи останется, — Петра улыбнулась.       — Спасибо.       Леви выскочил на задний двор.       Он сидел под своим любимым деревом — достаточно далеко от дома, чтобы укрыться в тени, и наконец-то смог дышать. Когда голова прояснилась, он заметил крошечную фигурку на качелях у соседского забора.       — Эрен?       Эрен обернулся, узнал Леви и радостно подбежал.       — Поздравляю, Леви! Как прошёл выпускной?       Леви пожал плечами.       — Глупо.       Эрен хихикнул.       — А разве ты не из-за вечеринки не мог сегодня посидеть со мной? Почему ты здесь?       — Мог бы спросить тебя о том же, мелочь.       — Мама попросила тётю Биби присмотреть за мной, но она просто напилась и уснула. Я и пришёл сюда.       Леви нахмурился.       — Ты ужинал?       Эрен покачал головой.       — Я бы приготовил, но в микроволновке нечего греть.       Леви перелез через забор.       — Идём, я сделаю тебе поесть.       Эрен улыбнулся и взял его за руку.       — У нас на верхней полке есть макароны «Крафт».       Леви улыбнулся и пошёл за ним в дом Йегеров. Тётя Биби и правда спала мёртвым сном на диване, так что Леви усадил Эрена на кухне и принялся готовить ужин. Семилетний мальчик оторвался от раскраски и посмотрел на свою няню.       — Эй, Леви?       — М?       — Я когда-нибудь женюсь на тебе.       Леви скривился и повернулся к нему.       — Что?       Эрен кивнул.       — Потому что я люблю тебя больше, чем мама любит папу. Это значит, я люблю тебя очень-очень сильно. Значит, мы должны пожениться.       — Ты слишком мал для этого.       Эрен закатил глаза и театрально вздохнул.       — Конечно, я слишком мал. И ты тоже слишком мал. Поэтому я и сказал «когда-нибудь».       Леви подошёл и взъерошил ему волосы.       — Я перестану тебя интересовать, когда ты вырастешь, малыш.       Эрен сделал серьёзное лицо.       — Нет, не надоешь! Вот увидишь! Я буду для тебя печь, и не буду воровать твои одеяла, и у нас будет большой красивый дом, где всегда будут наши друзья, и мы никогда-никогда не будем одни.       Леви не очень-то верил, но всё равно обнял его.       — Какой же ты милый.       Эрен посмотрел на него с озорной улыбкой.       — Милее, чем печенье, которое я испёк на той неделе?       Леви хмыкнул и вернулся к кастрюле с макаронами.       — Милее, чем кексы, которые ты испёк на день рождения Петры.       Эрен довольно замурлыкал себе под нос и снова взялся за раскраску.