Право на близость

— Нет, Джайро, нельзя, — резко выпалил Джостар, мотнув головой, будто выныривая из своих мыслей, — Иди подкинь хвороста или я сам, а ты спать иди, я сам согласился первым дежурить. Впервые за этот вечер Джонни отказал ему в чем-то и настолько порывисто. Сам того не ожидал и не понимал, чего он так испугался и от чего защищается. — Ты заставляешь меня чувствовать себя странно! — едва не всхлипнув ответил он, резко повернувшись к Цеппели так, что их лица чуть не стукнулись друг о друга, — Я без понятия что это, но все эти твои речи, твои действия, ты в целом — блять, не знаю я, забей, забудь, всё, что я сказал. Джайро замер. Рука, так и не коснувшаяся щеки, безвольно повисла в воздухе. Он смотрел на Джонни — на этого перепуганного, сбивчивого, почти плачущего юношу, и внутри всё разрывалось на части. — Джонни... — выдохнул он, но тот уже отвернулся.

«Он боится. Он реально боится. Не меня — себя. Того, что чувствует. Господи, Цеппели, ты идиот. Напугал его до усрачки своими нежностями».

Джайро медленно отодвинулся. Разжал пальцы, выпуская руку Джонни. Встал, чувствуя, как ночной воздух холодит спину — без плаща, без тепла, без него. — Ладно, — сказал он тихо, почти беззвучно. — Понял. Забили. Он отошел к куче хвороста, подобрал несколько веток, бросил в костер. Искры взметнулись в небо, осветив на секунду его лицо — осунувшееся, усталое, с непривычно пустыми глазами. — Ты это... — начал он, не оборачиваясь. — Если что — я рядом. В смысле, спать пойду. Но если надо будет — кричи. Разбужу. Или нет... В общем, ты знаешь. Он направился к Валькирии, расстелил одеяло на земле, лег, отвернувшись от костра. От Джонни. От всего.

«Дурак. Какой же я дурак. Решил, что можно вот так просто — взять и признаться. А ему это не нужно. Или нужно, но страшно. И что теперь делать? А ничего. Лежать и смотреть в пустоту. И делать вид, что всё нормально. Пиздец какой-то.»

В костре трещали ветки. Где-то вдалеке завыл койот. Ночь тянулась бесконечно. «Пиздец, я просто мудак» — склонив голову к коленям и обхватив её руками сверху, подумал Джонни. Вмиг стало так холодно, так мучительно одиноко, что захотелось взвыть, даже разрыдаться — грудь заныла так, что стало тяжело дышать. «Сука, ну не это я хотел сказать, вообще не то, надо было молчать, плыть по течению, раз уж на то пошло» — терзал себя мыслями Джостар, не поднимая головы. Рука, что только что тут же обожглась холодным ветром, инстинктивно сжалась и не почувствовала ничего. Ни чужих шрамов, ни шороховатости, ничего, просто пустота. Джонни стало так противно от себя, что тут же захотелось запрыгнуть на Слоу Дэнсер и унестись, куда глаза глядят. Либо того хуже — позвать Джайро обратно.

«Ну и что я ему, блять, скажу? Джайро, вернись, мне снова холодно? Да нет, не только в холоде дело, твою ж мать».

***