Люди-инвалиды

Едва голова Эль коснулась импровизированной подушки, и сознание начало медленно погружаться в долгожданный сон, как тишину палатки разорвала резкая новость: Октавия пропала. Эти слова подействовали на Эстель словно ушат ледяной воды, мгновенно вымыв остатки усталости. Сонливость сменилась болезненной бодростью и резким выбросом адреналина; она тут же вскочила на ноги, едва не запутавшись в одеяле. На улице уже вовсю кипела напряженная деятельность, в центре которой возвышался Беллами. Его голос, хриплый и вибрирующий от сдерживаемого бешенства и страха, разносился по всему лагерю: – Моей сестры здесь нет уже 12 часов. Подготовьтесь. Без нее мы не вернемся. – лидер обвел тяжелым взглядом собравшихся, и Эль почувствовала, как её сердце пропустило удар. Эль не стала тратить время на поиски серьезного оружия. На ней была верная кожанка, в глубоком кармане которой привычно и надежно покоился нож, когда-то принадлежавший Мерфи. Его холодная сталь придавала ей хоть какую-то уверенность перед лицом неизвестности. Она бросила быстрый взгляд в сторону темного, непроницаемого леса, который обступал их лагерь тесным кольцом. Мысль о том, каково сейчас Октавии одной среди этих гигантских деревьев, заставила её содрогнуться. Она определенно не хотела бы оказаться на её месте. В призрачном свете луны кроны деревьев казались костлявыми руками мифических чудовищ, тянущимися к небу, а черные провалы между стволами выглядели зловеще и угрожающе. Наверняка внутри самого леса, под густой тенью ветвей, зрелище было еще более пугающим. Эстель искренне, до боли в груди надеялась, что с девушкой еще не случилось ничего непоправимого. Внезапно в толпе прокатилась волна удивленных вздохов и невнятных возгласов. Эстель тут же перевела взгляд на ночное небо и замерла. В вышине, прорезая иссиня-черный бархат, неслась целая гурьба падающих звезд. Это было завораживающее, величественное и в то же время жуткое зрелище. Несмотря на то что Эль прекрасно понимала истинную природу этого явления – это была не магия космоса, а трагедия, разворачивающаяся прямо у них над головами, – она не могла не поразиться смертоносной красоте момента. Ей было несколько жаль те три сотни человек, которых Ковчег принес в жертву ради спасения остальных, но сейчас все её мысли занимало лишь одно: только бы среди тех, кто навсегда остался в холодном вакууме или сгорел в атмосфере, не оказалось её знакомых. Или, что было самым страшным кошмаром, – её отца. Глядя на розово-золотистые росчерки в небе, Эль молилась всем богам, которых знала, чтобы эта чаша миновала её семью.

***

Лес встречал их первобытной, гнетущей темнотой. Каждый шаг по влажной земле отдавался настораживающим шорохом, заставляя сердце Эстель пугающе биться о рёбра. Несмотря на крепких парней, идущих рядом, с факелами, отбрасывающими причудливые тени на стволы деревьев, и грубое оружие в их руках, каждый треск сучка под ногой или шелест листвы заставлял её в панике оборачиваться, ожидая увидеть худшее. Страх был почти осязаем, он висел в воздухе густым туманом, смешиваясь с запахом сырой земли и прелой листвы. Когда они вышли к небольшому, пологому склону, поисковая группа наткнулась на едва заметную вещь, брошенную у края оврага – что-то, принадлежавшее Октавии. Вещь казалась, сама по себе был безмолвным криком о помощи. Беллами, чьё лицо выражало смесь решимости и мучительной тревоги, не растерявшись, потребовал верёвку. Не мешкая ни секунды, он сам начал спуск по крутому склону, его силуэт растворялся в темноте. Джаспер, недолго думая, последовал за ним. Толпа внизу снова замерла, напряжённо вслушиваясь в звуки, доносящиеся из глубины. И тут настала очередь Эль. Сердце колотилось где-то в горле, ноги казались ватными, но она понимала – отступать нельзя. Схватившись за грубую, шершавую веревку, девушка начала аккуратно спускаться. Она чувствовала, как она неприятно, до боли, натирает ладони, оставляя красные полосы, но ужас от возможного падения был куда сильнее физической боли. Она старалась двигаться как можно медленнее, проверяя каждый свой шаг, чувствуя, как тело напряжено до предела. Оказавшись внизу, на дне оврага, она поймала благодарный взгляд Беллами. Он уже сидел на корточках, пристально изучая что-то на земле. Следом за ней, освещая путь своим факелом, спустился Финн. И тут, обведя взглядом неровную поверхность, Эль увидела его – чёткий след чьей-то обуви, не принадлежавший ни одному из них. Беллами, словно прочитав мысли всех присутствующих, лишь констатировал: – Здесь был кто-то ещё. Эль, опершись руками о землю, чтобы лучше рассмотреть, поднесла свой маленький фонарик к следующему следу. – Здесь он глубже, – хмурясь, проговорила девушка, её голос звучал немного дрожаще. – Возможно, её похитили. – Получается, она жива, – с искренней, почти детской надеждой выпалил Джаспер, его лицо осветилось проблеском радости. – Меня также забрали. – Тогда нам нужно поторопиться, – решительно сказал Уэллс Джаха, поднимаясь с колен. Его слова прозвучали как приказ, и поисковый отряд, вновь почувствовав прилив адреналина, продолжил путь в глубины страшного леса. Внезапно, на долю секунды, Эль словно озарило. Она вновь и вновь поражалась собственной невнимательности, собственной поглощенности собственными страхами. Где Мерфи? Она не видела его с момента запуска ракет. Девушке оставалось лишь надеяться, что парень просто выдохся, обессилел и махнул рукой на пропажу Октавии, отсиживаясь в какой-нибудь палатке. Скорее всего, так оно и было. Только вот, возможно, он предполагал, что и Эль сделает то же самое. Поставил на её трусость, решил, что она не станет искать пропавшую. Но увы, девушка не смогла оправдать его надежды. Факелы тускло освещали путь, выхватывая из вязкой тьмы лишь узкую полоску тропы. Эль шла в авангарде группы, что совершенно не вязалось с её осторожным характером, но мысль о пропавшей Октавии перевешивала инстинкт самосохранения. Девушка просто не могла поступить иначе, хотя каждый нерв в её теле был натянут до предела. Уэллс Джаха шел чуть позади, высоко держа свой факел. Огненные языки плясали совсем рядом, и Эль, несмотря на общую тревогу, всерьез опасалась за свою шевелюру – одно неловкое движение, и она рисковала остаться без волос. Но, вопреки внутреннему трепету, она продолжала идти вперед, не позволяя себе ни жалоб, ни капризов, которые порой так щедро раздавала в присутствии Мерфи. Их отряд пробирался по извилистой, едва заметной в зарослях тропе. Внезапно Финн, идущий прямо перед ней, резко затормозил. Не успевшая сориентироваться в пространстве Эль на полном ходу врезалась лицом в его широкую спину. Парень лишь удивленно глянул на неё через плечо, не проронив ни слова, а затем выразительно кивнул в сторону поляны, на которую уставились все остальные. То, что открылось взору Эстель, не поддавалось никакому описанию. Она физически почувствовала, как по позвоночнику пробежала волна ледяного пота, а по коже рассыпались колючие мурашки. Это место выглядело как жуткий алтарь для жертвоприношений или кладбище для тех, кого сочли предателями. Скелеты были повсюду. Обглоданные временем кости белели в высокой траве, черепа скалились из густых кустов, а некоторые останки висели на ветвях деревьев, раскачиваясь на ветру, словно зловещие маятники. Другие и вовсе были распяты прямо на стволах вековых дубов, застыв в вечном безмолвном крике. Эстель невольно сглотнула вязкую слюну, чувствуя, как горло сжимает спазм. – Я не знаю их языка, но, по-моему, нас здесь не ждут. – произнес Финн, и в его голосе проскользнула едва заметная, горькая ирония. Эль про себя лишь обреченно добавила: «Я тоже не сильна в лингвистике, но, по-моему, нам всем здесь пизда». Она еще раз окинула взглядом эту «чудную» полянку, и с каждым новым мгновением увиденная картина казалась всё более нереальной. Всё это походило на затянувшийся ночной кошмар. Еще месяц назад она сидела в стерильном отсеке гребаного космического корабля, окруженная металлом и приборными панелями. А сейчас – глухая ночь на чужой планете, огромная колонна малолетних преступников за спиной, застывших в гробовом молчании, и «полянка чудес» со скелетами вместо цветов. Какая ирония судьбы. В этот момент девушка остро пожалела, что не растолкала Мерфи перед тем, как соваться в лес. Ей казалось, что будь этот невыносимый парень где-то под боком, страх не вгрызался бы в её сердце с такой яростной силой. Беллами, ведомый лишь одной целью, бесстрашно устремился в самую гущу этого костяного леса. За ним, стараясь не отставать, последовали Джаспер и Финн. Уэллс задержался на секунду, глядя на Эль, словно давая ей время сделать свой собственный выбор. – Пойдешь? – нервно, почти шепотом спросила девушка, глядя в пустые глазницы ближайшего черепа. – Да. – коротко ответил парень, покрепче перехватив факел. – Жду, когда ты решишься. – Я уже. – чуть промямлила она, чувствуя, как дрожат колени. Сделав первый, самый тяжелый и нелегкий шаг, Эль направилась за ребятами, по аллее со скелетами, стараясь смотреть только в спину Финна и никуда больше.

***

Бродить по дикому лесу всю ночь напролёт оказалось куда более энергозатратным занятием, чем Эстель могла себе представить в самых мрачных прогнозах. Небо над кронами деревьев начало медленно наливаться грязно-серым светом — наступал рассвет, но он не приносил долгожданного облегчения. Ноги девушки налились свинцом, и она едва переставляла их, то и дело спотыкаясь о выступающие из земли корни. Уэллс Джаха шагал совсем рядом; он с нескрываемой жалостью смотрел на Эстель, видя, как она буквально тащится из последних сил, но парень не решался нарушить тяжёлую тишину лишними словами. Впереди о чём-то вполголоса, но ожесточённо спорили Финн и Беллами, их силуэты казались резкими тенями на фоне утреннего тумана. Эль и Уэллс хранили угрюмое молчание, экономя остатки кислорода в легких, как вдруг тишину разорвал чей-то встревоженный, срывающийся голос: – Эй, а где Джон? Все невольно остановились и начали переглядываться. Эстель ощутимо передёрнуло при звуке этого имени; сердце пропустило удар, прежде чем она осознала, что речь идёт вовсе не о Мерфи. Только спустя пару томительных секунд до неё дошло, что пропал другой парень из их немногочисленной группы, и она тоже принялась лихорадочно озираться по сторонам, пытаясь выхватить знакомый силуэт среди нагромождения стволов. – Он был здесь всего секунду назад! – нервно выкрикнул Джаспер, пятясь назад и почти врезаясь в Уэллса. – Разделимся. Он не мог уйти далеко. – коротко бросил Беллами, перехватывая оружие поудобнее и обводя взглядом заросли. Не успел лидер закончить фразу, как прямо под ноги стоящим впереди ребятам с глухим, влажным звуком рухнуло обмякшее тело. Это был тот самый Джон. Его горло было перерезано одним точным, глубоким движением, и из раны всё ещё толчками вытекала тёмная кровь, быстро пропитывая сухую листву. Эстель почувствовала, как к горлу подкатил ком тошноты; она невольно провела ладонью по собственной шее, ощущая фантомный холод стали на коже. Все застыли в оцепенении, глядя на парня, который буквально минуту назад был жив и шёл в общем строю. Первым к телу подбежал Финн. Он на мгновение склонился над убитым, а затем резко вскинул голову вверх, всматриваясь в густые переплетения ветвей над их головами. – Они на деревьях! – закричал он, и в его голосе прозвучал неподдельный ужас. Эль тут же задрала голову, щурясь от бьющего в глаза серого света и пытаясь разглядеть хоть какое-то движение в вышине. Лес, казалось, внезапно ожил, зашептав тысячами невидимых и враждебных голосов. – Зря мы зашли на их территорию. – выдавил из себя парень, стоявший в паре метров от Эстель; его лицо было бледным, как полотно. – Может, повернем назад? – испуганно пролепетала какая-то девушка из их группы, едва сдерживая рыдания. – Там! – Джаспер резко вытянул руку в сторону густых зарослей метрах в двадцати от них. – Вон там! Глядите! Эстель принялась судорожно вертеть головной. В тени огромного, поросшего мхом ствола она действительно уловила движение — неподвижный, чужой силуэт, наблюдающий за ними с ледяным спокойствием хищника. Адреналин ударил в голову, выжигая остатки усталости и сонливости. Девушка замерла в позиции «бей или беги», чувствуя, как мелко дрожат кончики пальцев. Она сорвалась с места первой, поддавшись первобытному инстинкту самосохранения. Все остальные тут же рванули за ней, превращая некогда организованный отряд в испуганную толпу. Эль бежала, не разбирая дороги, чувствуя, как мягкая лесная почва быстро меняется под ногами на жёсткие камни и колючий кустарник. Она дышала тяжело, со свистом, постоянно оглядываясь через плечо в страхе увидеть летящее копье. Беллами догнал её почти сразу и теперь бежал вровень, прикрывая собой один из флангов. С его присутствием Эль стало несколько легче, страх перестал быть таким парализующим. Но тут спустя пару сотен метров, парень возле нее остановился: – Мне уже надоело бежать. – резко бросил Беллами и, мертвой хваткой вцепившись в руку Эль, заставил её притормозить. Тяжело дыша, он добавил: – Они знают, где Октавия. Некоторые ребята, охваченные слепым ужасом, не последовали примеру лидера и продолжили нестись вперед, ломая кусты. Если честно, Эстель и сама была бы в их числе – инстинкт приказывал уносить ноги как можно дальше. Финн, Беллами и Эль, которую Блейк по-прежнему тащил за собой, крепко держа за локоть, вскоре увидели плод своей «гонки». Парень, убежавший вперед всего на пару десятков метров, лежал на земле. Его живот был буквально разорван хитроумной лесной ловушкой. Эль была в этом плане весьма закалена, но смерть наблюдать не любила. Девушка смотрела на кровь и разорванную плоть почти отстраненно, не позволяя тошноте взять верх. Еще одна девушка из их отряда, обезумев от увиденного, сорвалась и снова бросилась в чащу. – Стой! Там опасно! – надрывно выкрикнул ей вслед Финн, но его голос утонул в шелесте листвы. – Они заманили нас сюда. Это тупик, нам больше некуда бежать. – в полной панике пробормотал Джаспер, озираясь на высокие деревья, которые теперь казались стенами тюрьмы. Эль оглянулась, постепенно приходя в себя. Она резко выдернула локоть из хватки Беллами и, прислушиваясь к звукам леса, тихо произнесла: – Кажется они побежали за Роумой. Бежать до следующей «точки» им пришлось недолго. Вскоре Эль увидела застывший силуэт девушки, прислонившейся к массивному дереву. Что-то внутри Эстель подсказывало, что ничего хорошего эта встреча не принесет. Предчувствие её не обмануло: Роума была мертва. Массивное копье с костяным наконечником пронзило её сердце, пригвоздив к стволу. Изо рта убитой текла тоненькая струйка уже темнеющей крови, а глаза остекленели, отражая серое утреннее небо. Эль с болезненной жалостью и невольным содроганием глянула на неё, на долю секунды представив себя на месте Роумы – такой же застывшей и забытой в этом лесу. – Они могут убить нас в любой момент. – обречённо выдал Финн, опуская голову. – Тогда пусть не затягивают! Ну же! Чего вы ждете?! Мы знаем, что вы здесь! – окончательно психанув, во все горло закричал Джаспер, вызывая врага на бой. Финн мигом рванул к парню, пытаясь зажать ему рот и успокоить, но было поздно. Со стороны деревьев на них уже неслись агрессивно настроенные местные обитатели. Земляне слаженно брали их в кольцо, сужая круг. Девушка сунула руку в карман и до боли сжала рукоять ножа Мерфи. Признаться честно, помирать здесь и сейчас ей ну вообще не хотелось. Хоть складной нож и был слабой защитой против копий и мускулов, он придавал Эстель каплю необходимой смелости. Все же лучше встретить смерть с холодным металлом в руке, чем с пустыми ладонями. Внезапно лесную тишину разорвал протяжный, вибрирующий звук горна. Земные обитатели, услышав этот сигнал, замерли на долю секунды, а затем, словно по команде, развернулись и стремительно скрылись в зарослях, оставив маленькую группу в покое. – Неужели туман? – первой озвучила общую догадку Эль, чувствуя, как страх перед дикарями сменяется страхом перед невидимым убийцей. – Нужно бежать! – выкрикнула еще одна девушка из команды, уже готовая сорваться с места. – Мы не успеем. – отрезал Финн, лихорадочно расчехляя свой рюкзак и выуживая оттуда палатку из плотной ткани.

***

Сидеть взаперти в этой идиотской, тесной палатке оказалось настоящим испытанием на прочность. Мало того, что Эль оказалась зажата между Финном и Уэллсом, так ещё и перестала чувствовать онемевшие конечности минут пять назад. Поэтому, едва собравшись с духом, девушка всё же решилась тонко намекнуть на своё желание покинуть это временное укрытие: – Сомневаюсь, что мы пробудем здесь долго, – сказала она, стараясь придать своему голосу уверенность, будто готова была отсидеть здесь не полчаса, а все десять часов, пока опасность не минует. – И не будем, – немедленно отозвался Беллами, уже принявшись расстёгивать молнию палатки. Он взглянул на лес, словно пытаясь уловить малейшие признаки приближающейся угрозы. – Тут нет тумана. – Может, ложная тревога? – предположил Финн, тоже напряжённо всматриваясь в прорехи между деревьями. – Или они задумали нечто похуже, – не слишком оптимистично добавила Эстель, её голос был едва слышен. И тут же, среди густых крон деревьев, на мгновение промелькнула тёмная фигура землянина. Он двигался быстро, словно призрак, едва различимый в сером утреннем сумраке. – Они возвращаются! – прошипел Беллами, его рука инстинктивно легла на нож. – По-моему, он один, – прошептал Джаспер, всматриваясь в сторону удаляющейся тени. – Теперь бежим? – спросила вторая девушка в их немногочисленной команде, её голос дрожал от страха. – Он нас не видит, – сказал Беллами, пристально глядя на удаляющуюся фигуру местного обитателя. – Я пойду за ним. – А дальше что? Убьешь его? – с ноткой недоверия спросил Финн, поворачиваясь к Беллами. – Нет. Поймаю, – ответил Беллами, медленно поднимаясь с земли и направляясь в сторону, куда скрылся землянин. – Заставлю его сказать, где Октавия. А потом убью. Проследить за этим землянином оказалось задачей почти невыполнимой. Он двигался по лесу с грацией лесного хищника, был невероятно осторожен и буквально каждую минуту оборачивался, прислушиваясь к малейшему шороху. Ребята, стараясь не выдать своего присутствия, шли уже чуть ли не на цыпочках, затаив дыхание и боясь наступить на сухую ветку. Эстель, наблюдая за тем, как плавно и бесшумно скользит между деревьями их преследователь, даже невольно позавидовала такому мастерству скрытного передвижения. Наконец, дикарь привел их к пещере, скрытой в густых зарослях. Беллами, ведомый лишь яростью и тревогой за сестру, уже было хотел очертя голову броситься внутрь, но его вовремя остановил твердый голос Финна. – Нужно подождать. – негромко, но властно сказал парень, неотрывно всматриваясь в темноту пещеры, словно пытаясь разглядеть там затаившуюся угрозу. Беллами же, как всегда наплевав на чужое мнение и осторожность, резким движением вырвался из хватки Финна и рванул прямиком в логово землянина. Остальным ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Эль недовольно цыкнула, чувствуя, как внутри всё сжимается от дурного предчувствия, но всё же шагнула в сырую прохладу пещеры. Октавию они нашли в самой глубине. Эль это место сразу же не понравилось: здесь было уныло, пахло застоявшейся влагой, а тени на стенах казались живыми. После того как Беллами лихорадочно освободил сестру из пут тяжелых цепей, произошло бурное воссоединение. Девушка даже невольно умилилась, глядя на то, с какой нежностью суровый Блейк прижимает к себе сестру. Оторвавшись от брата, Октавия поочередно сжала в крепких объятиях Джаспера и Эстель, едва сдерживая слезы. – Как вы меня нашли? – дрожащим голосом спросила Блейк-младшая, всё еще не веря в свое спасение. – Шли за ним. – коротко ответил Джаспер, кивнув в сторону выхода. – Нужно бежать. Скорее, пока он не проснулся! – взмолилась Октавия, испуганно оглядываясь по сторонам. – Он не проснётся. – уверенно и жестко отрезал Беллами, перехватывая тяжелое копье поудобнее. В его глазах горела жажда мести. – Да стой! Он меня не трогал! – тревожно защебетала Октавия, пытаясь преградить брату путь и хоть как-то утихомирить его пыл. Финн тем временем осторожно направился к лежащему в углу землянину, надеясь забрать свое снаряжение. – Рог. – это было единственное, что успел произнести Финн, когда дикарь внезапно вскочил. Движение было настолько молниеносным, что никто не успел среагировать: в следующую секунду нож землянина уже был вогнан Финну куда-то в область ребер. Беллами тут же с яростным криком кинулся на противника с копьем. Эстель от неожиданности и ужаса испуганно отшатнулась к холодной стене, чувствуя, как ноги становятся ватными. Однако, почти сразу постыдившись своей минутной слабости, она взяла себя в руки и аккуратно перебралась к упавшему Финну. Девушка принялась бегло осматривать рану. Единственное, что Эль могла сделать в этой ситуации, –это достать из рюкзака чистую марлю и осторожно зафиксировать нож, чтобы тот не смещался и не вызывал дальнейших повреждений. Драка Беллами и землянина была короткой и жестокой, закончившейся победой Блейка. Не теряя больше ни секунды, они все максимально быстро покинули это проклятое место. Обратный путь до лагеря казался вечностью. Эстель шла вместе со всеми, поминутно оглядываясь. Беллами нес раненого Финна на руках, стараясь ступать как можно осторожнее. Джаспер помогал идти Октавии, которая где-то в суматохе сильно повредила ногу и теперь заметно хромала. Еще одна девушка из их группы с плохо скрываемым страхом оглядывала верхушки деревьев, ожидая новой атаки. Когда они, наконец, добрались до лагеря, отчаянный крик Джаспера разорвал привычную тишину. – Кларк! Позовите Кларк! – Да, я здесь. В чем дело? – тут же откликнулась блондинка, на ходу отбрасывая какие-то дела и подбегая к прибывшим. Ответ на её вопрос пришел мгновенно. Беллами, с серым от усталости лицом, зашел вкруг света, бережно держа на руках потерявшего сознание Финна. Кларк тут же бросилась к ним и, опустившись на колени, дрожащими пальцами проверила пульс на шее парня. – Он жив. – выдохнула она, хотя в её голосе всё еще слышалась паника. – Эстель сказала даже не прикасаться к ножу. – добавил Джаспер, указывая на торчащую из груди рукоять. – Да, правильно. – взволнованно подтвердила Кларк, оценив состояние повязки. – Отнесите его на корабль, скорее! Нужно остановить кровотечение!

***

– Джон! – громко позвала Эль, буквально врываясь в палатку Мерфи и едва не запутавшись в тяжелом пологе. – Да господи, где его опять черти носят... Внутри пахло старой кожей, пылью и чем-то неуловимо резким, присущим только Джону. В палатке царил привычный кавардак: брошенные вещи, какой-то хлам в углу, но самого хозяина и след простыл. Эстель раздраженно закатила глаза и покинула жилище так же стремительно, как и зашла, едва не сбив с ног проходящего мимо парня. – Эй! Мерфи не видел? – резко спросила девушка, схватив за плечо первого попавшегося под руку подростка и заставив его остановиться. – Нет, не попадался, – ответил тот, растерянно моргая и пытаясь поймать взгляд Эстель. – Что-то случилось? Нужна помощь? – Забей, – бросила она, отмахиваясь от него, как от назойливого насекомого. – Сама разберусь. Зная этого идиота, можно было предположить, что он мог шляться где угодно: от границ леса до самых дальних закоулков лагеря, выискивая очередные неприятности или пытаясь выслужиться перед Беллами. Решив пока не поднимать лишнего шума и не бить тревогу раньше времени, Эстель направилась к кораблю. Тяжелый металлический запах горелой обшивки и озона встретил её у входа. Внутри было душно и шумно. Едва переступив порог, она тут же поймала на себе усталый, сосредоточенный взгляд Кларк. – Сейчас Рейвен пытается наладить связь с Ковчегом. Работа идет туго, оборудование повреждено сильнее, чем мы думали, – начала блондинка. Её голос, на удивление, звучал ровно, хотя в глазах всё еще читалось недавнее потрясение от ранения Финна. – Нужна будет твоя помощь с операцией. – Можешь рассчитывать на меня, Кларк, – ответила Эстель, невольно начав теребить пальцы от нервного напряжения. Она видела, как тяжело блондинке дается это внешнее спокойствие. – И... знаешь, не переживай ты так. Увидишь, всё пройдет гладко. Кларк ничего не ответила на это спонтанное ободрение, лишь едва заметно кивнула головой в знак благодарности и снова уткнулась в какие-то чертежи. Эстель чувствовала, как внутри корабля нарастает напряжение: Рейвен что-то яростно доказывала паре парней, копаясь в мешанине разноцветных проводов, а где-то на верхнем уровне слышались тяжелые шаги Беллами. Вскоре погода окончательно испортилась. Небо, еще недавно бывшее серым, внезапно потяжелело и разверзлось мощной грозой. Крупные капли дождя с оглушительным барабанным боем обрушились на обшивку корабля. Лагерь снаружи моментально превратился в месиво из грязи. Ребята суетились, натягивая куски парашютного шелка и брезента на открытые части корабля, лишь бы закрыть дыры и не дать воде залить драгоценное оборудование. Эстель же, понимая, что в текущей суматохе от неё сейчас будет мало толку, не смогла отказать себе в простом удовольствии – немного поспать. Сил не осталось совсем, а постоянная тревога выжала её досуха. Она рассудила, что если помощь действительно понадобится, Кларк не постесняется её разбудить. Девушка забралась в один из импровизированных гамаков, подвешенных в относительно сухом углу. Под мерный рокот грома и шум непрекращающегося ливня она закрыла глаза, полностью растворяясь в фоновой суете, обрывках чужих разговоров и металлическом лязге. Сон накрыл её быстро, тяжелой и теплой волной, заставляя на время забыть и о пропавшем Мерфи, и о ноже в груди Финна, и о том, что завтрашний день может вообще не наступить.