Lookism with a twist

На следующий день в школе Сучжон с трудом несла по коридору огромную стопку бумаг. Ученики, шедшие позади, не упускали возможности поглазеть. — Джинсон, ну это же так тяжело! Ты уверен, что не поможешь? — ныла Юи, прижимая к себе пару книжек. Джинсон лишь безразлично пожал плечами: — Извини, мои руки сейчас не работают, — отрезал он. Шепотки в коридоре становились всё громче: — Гляньте на неё... Может, помочь? — Такой красавице не пристало таскать тяжести! Сучжон, сосредоточенная на том, чтобы не рассыпать бумаги, не заметила, как кто-то случайно подставил ей подножку. Она споткнулась, бумаги взлетели в воздух, и ей показалось, что падение неизбежно. Но в последнюю секунду Джинсон ловко подставил ногу, создав ей опору для мягкого приземления. — Осторожнее, — проворчал он, хмурясь. — Ты же знаешь, в каком состоянии мои руки, так что не злись, что использовал ногу. Сучжон подняла на него взгляд, полная смущения и благодарности. «Он спас меня...» — подумала она. Джинсон же мысленно ругал себя: «Надеюсь, этот идиот Хенсок не разозлится, что я так вольно обращаюсь с ногами. Хотя... почему мне вообще есть дело до того, что он подумает? Бесит!». В этот момент в коридоре появился Хенсок. Его острый взгляд сразу оценил ситуацию. Он услышал, как за спиной язвительно шепчутся девчонки: — Ой, посмотрите, как она привлекает внимание! — Какая выпендрёжница. Специально упала, чтобы Джинсон её подхватил. Не обращая внимания на сплетни, Хенсок подошел к Сучжон. — Ты в порядке? — тихо спросил он. — Со мной всё нормально! — тут же встрял Джинсон. Хенсок перевел на него взгляд: — Я спрашивал не тебя, Джинсон. Я спрашиваю Сучжон. Прямое замечание заставило Джинсона мгновенно притихнуть и обиженно отвернуться. Сучжон же в очередной раз удивилась: «Опять он... Пытается быть рядом. Кажется, он и правда добрее, чем я привыкла думать о таких парнях». Хенсок присел на корточки, собирая разлетевшиеся листы. — Я сам с этим разберусь, — сказал он с теплой улыбкой. — Эй! Это вообще-то я её спас! — возмутился Джинсон. — Я и должен нести! Хенсок спокойно покачал головой: — Джинсон, твои руки... Все мои усилия по уходу за тобой пойдут прахом, если ты сейчас возьмешь что-то тяжелое. Джинсон замолчал, чувствуя, как по телу разливается странное тепло от заботливого тона Хенсока. «Что это за чувство? Почему мне так... приятно?» — подумал он, окончательно запутавшись в своих эмоциях. Хенсок снова обратился к Сучжон: — Ты вчера благополучно добралась? Может, сегодня пойдем домой вместе? Сучжон замерла. В его глазах не было похоти или корысти. — Пожалуйста... не будь ко мне так добр, — вдруг сказала она. Её слова ошеломили и Хенсока, и прислушивающегося Джинсона. — Я благодарна, но твоя доброта... она делает всё слишком сложным. Хенсок лишился дара речи. Он не ожидал такого отпора. А Юи, наблюдавшая за этим, кусала губы от ревности: «Как она смеет так с ними разговаривать? У неё есть всё, о чем я только мечтаю...».

---

После школы Сучжон вернулась к тому самому месту, где жила бездомная собака. Она опустилась на колени, рассматривая животное. Бедняжка была беременна и явно брошена хозяевами. «Как бы я хотела забрать тебя... но ты ведь даже не подпускаешь меня», — грустно подумала Сучжон. Она принесла еду и осторожно протянула руку, но собака, защищаясь, больно укусила её за палец. Сучжон вздрогнула, но не отстранилась. — На, ешь это, — прошептала она. — Только мою руку не ешь, ладно? — Сучжон? Ты тоже здесь? — раздался знакомый голос. Это был Хенсок. Он подошел ближе, держа в руках пакет с кормом. — Она бездомная... Я решил её подкормить, — объяснил он. Сучжон удивленно посмотрела на него: «Он тоже заботится о ней?». Собака снова залаяла на Сучжон, и та невольно покачала головой: — Глупышка... Ты принес только еду. Ей же нужна вода, тем более в её состоянии. Хенсок удивленно моргнул: — Правда? «Он что, совсем дурачок в таких делах?» — подумала Сучжон, но вслух сказала: — Её зовут Эну. Хозяйка бросила её, когда уезжала. Она боится людей, но кусает не со зла. Пока Эну продолжала легонько грызть её руку, Сучжон вздохнула: — Ешь корм, Эну, не меня. Хенсок смотрел на Сучжон с нескрываемым восхищением. В этот момент она казалась ему по-настоящему прекрасной. — Школьная жизнь бывает сложной... — вдруг нерешительно начал Хенсок, вспоминая свои старые обиды. — Если тебе понадобится помощь, я... Сучжон прервала его мягкой улыбкой: — Спасибо, Хенсок. Мне приятна твоя забота, но жалость мне не нужна. Я ценю твою доброту, но я должна справиться сама. Я не такая слабая, как ты думаешь. Слова Сучжон поразили Хенсока, он не мог перестать восхищаться её внутренней силой. «Она гораздо сильнее, чем я был когда-то», — с уважением подумал он.

---

Позже тем вечером, возвращаясь домой, Сучжон ловила себя на том, что её мысли постоянно возвращаются к Хенсоку. Почему он так добр? Это искренний порыв души или просто мягкий характер? Она попыталась отбросить эти раздумья — у неё были дела поважнее, например, отчеты для Гана и сбор информации для отца. И всё же странное чувство тепла в груди никак не исчезало. Сучжон начала готовиться к ночной смене. После душа она взглянула в зеркало и завязала волосы в простой хвост. Темные круги под глазами красноречиво напоминали о том, как изнурительна её двойная жизнь: учеба, работа и бесконечные требования Чой Дон Су. Выйдя на улицу, она увидела Гана. Он, как обычно, небрежно прислонился к своей машине, буравя её пронзительным взглядом. — Ты вообще когда-нибудь бываешь дома? — спросила она, поправляя сумку. Ган лишь пожал плечами, скрестив руки на груди: — Твой отец ждет новостей, а я обязан присматривать за тобой. Кстати, ты опоздала на три минуты.

---

После тяжелой смены Сучжон решила снова навестить Эну. В руках у неё был пакет с едой и бутылка воды. Приближаясь к заброшенному углу, она замерла, услышав тихие звуки. «Опять те живодеры?» — сердце сжалось от нехорошего предчувствия. Но, заглянув за угол, она увидела совсем другую картину. Пухленький Хёнсок сидел на корточках перед Эну, пытаясь её успокоить. Заметив её, он поднял голову: — О! Ты тоже здесь? Сучжон растерянно моргнула. Значит, и он приходит сюда? Хёнсок смущенно почесал затылок: — Меня зовут Хёнсок..— представился он и дальше продолжил, — Эну вчера убежала и где-то обронила свой шарф. Я пытаюсь его вернуть, но она не перестает на меня лаять, не узнает, что ли... — Сучжон.. Сучжон почувствовала, как её сердце оттаивает, глядя на этого неуклюжего, но доброго парня. — Ты всё это время заботился о ней? — Конечно. Ей же нужна помощь, — просто ответил Хёнсок. Его руки были покрыты свежими красными отметинами от укусов, но он, казалось, совсем не обращал на это внимания. Сучжон опустилась на колени рядом и протянула еду: — На, Эну. Ты, должно быть, проголодалась. Собака на мгновение заколебалась, принюхалась и, наконец, принялась за еду. Сучжон выдохнула с облегчением. Хёнсок сел рядом на землю и улыбнулся: — Ты отлично ладишь с животными. Сучжон взглянула на него с интересом: — А ты оказался настойчивее, чем я думала. Тебе правда не плевать на неё? Хёнсок кивнул и тихо добавил: — Она напоминает мне коекого... Того, кому тоже была нужна помощь, но кто совсем не умел о ней просить. Сучжон пристально посмотрела на него. В его словах скрывалось что-то личное и болезненное, но она не решилась расспрашивать дальше. Его искренность обезоруживала. «Никто раньше не говорил мне таких слов...» — подумала она. Тишину прервал резкий, звонкий голос: — Пигги! Ты что тут забыл?! Они обернулись и увидели Ханыль, которая неслась к ним, сердито скрестив руки. — Ты хоть знаешь, сколько я прождала тебя у магазина?! — накинулась она на Хёнсока. Тот подскочил как ошпаренный: — Прости-прости! Я не хотел, я просто... Ханыль замолчала на полуслове, переведя взгляд на Сучжон. Её самоуверенность мгновенно испарилась. «Она и вправду потрясающая.. И откуда Пигги знает такую красавицу?» — пронеслось в голове у Ханыль, и она невольно покраснела от смеси восхищения и жгучей ревности. Сучжон встретилась с ней взглядом и тоже слегка смутилась. «А, это она..» — Пошли уже! — Ханыль схватила Хёнсока за руку и потащила за собой. Уводя его, она еще раз оглянулась на Сучжон с абсолютно непроницаемым выражением лица. Сучжон смотрела им вслед, ощущая странную пустоту в груди.

---

На следующий день хлынул ледяной ливень. Серое небо плотно накрыло город, превращая улицы в сплошные лужи. Эну лежала в своем грязном углу, дрожа от холода. Её единственного утешения — старого шарфа — больше не было. Она помнила, как вчера этот пухлый парень забрал его. Она видела, как он уходил сквозь дождь, крепко прижимая к себе её сокровище. Гнев, печаль и обида переполняли собаку. Она сжалась в комок, а холодная вода продолжала стекать по её хрупкому телу. Эну была уже слишком слаба, чтобы даже поднять голову, когда услышала тяжелые шаги по лужам. Уши собаки слабо дернулись. Сквозь пелену дождя к ней медленно приближалась темная фигура..