Молчаливая любовь.

Мысль о том, что Ваня будет жить с любимым человеком в его квартире, каждое утро просыпаться рядом с ним, видеть его взгляд, засыпать вместе, просто поразила его. Он, недолго думая, ответил: — Да! Конечно! Он тут же снова кинулся на шею Пушкина, крепко его обнимая. — Вот и отлично. Тогда собирай вещи. — Сейчас? - глаза Пущина прямо таки горели огнём. — Да. Сейчас вещи соберёшь, сегодня и переедешь. Боже мой, я так рад! — Я тоже... У меня давно не было такого счастья в жизни, да ещё и так много за раз. После этих слов Ваня быстро пошёл в свою комнату. За ним пошёл Саша, не стоять же ему вот так в коридоре. Он подошёл к столу, облокотился на него и взгляд его устремился куда-то в угол стола. — Ого... красиво. Сам рисовал? - спросил он, беря в руки тот самый набросок, что рисовал Пущин ещё давно, когда только понимал, что влюбился и не мог выбросить Сашу из головы. Конечно, Ване было уже нечего скрывать, они друг другу стали полностью доверять, но это... Щёки его тут же покраснели от стыда. Он подошёл к столу, быстро выхватывая портрет из рук Саши и убирая за спину: — Это... неважно. — Вань... это ты... меня нарисовал? Тот только сжал губы в полоску и опустил взгляд вниз. — Это очень красиво. Правда. Ещё минуту простояв так, Пущин положил набросок обратно на стол: — Да... Это ты. Но это я ещё давно нарисовал, ты не подумай... Саша молча взглянул на набросок ещё раз. На бумаге он был такой счастливый, живой, настоящий... Он не знал, что говорить в такие моменты, но ему очень понравилось. — Не смущайся этого. Правда, очень красивый эскиз. — Спасибо. - ответил Ваня, продолжая собирать вещи. Он, собственно, почти "успокоился". Его даже обрадовало, что Саше понравился портрет. Он, сложив одежду, подошёл к Пушкину, без слов просто обнимая его шею, прикрывая глаза и целуя его губы. Тот не успел ещё возразить, как сразу же обнял его талию, отвечая на поцелуй. Он был спокойным, нежным, совсем неторопливым.

***

Через полчаса уже всё было собрано. — Интересно, как Катя отреагирует, если приедет в гости и узнает, что я здесь больше не живу? - Пущин усмехнулся, открывая дверь. — Не имею понятия, но ты придумаешь, - ответил Саша, - я уверен. — Ох, Саша... Они быстро дошли до дома Пушкина, Ваня вдохнул этот знакомый запах, этот домашний, уже родной воздух. Закрыв дверь, Саша помог Пущину отнести вещи в спальню, тут же позвав его сюда. — Ну всё, теперь это и твой дом. Располагайся. — Никогда не думал, что это случится... Ваня пошёл в спальню, сразу же разложив все вещи по полкам и шкафам. Он слишком уж любил порядок. И в этом они с Сашей были разные. В комнате всё было разбросано, и Пушкин, словно почувствовав, что он заметил, крикнул из кухни: — Извини за беспорядок! Надеюсь, тебя это не смутит. Ваня в ответ только покачал головой и рассмеялся. Разложив всё до мелочей, он пошёл на кухню, где сейчас вертелся Саша. Он готовил ужин. — Тебе помочь? - заметив, что блинчик вот-вот сгорит, спросил Ваня. Не дожидаясь ответа, он подошёл к плите и перевернул блин. Пушкин улыбнулся, решив заварить чай, раз готовку на себя взял Пущин. Вместе приготовив ужин, они наконец сели за стол. — Видимо теперь можно расслабиться и про готовку не думать? - усмехнулся Саша, пробуя блинчики, которые с душой приготовил Ваня. — Ну уж нет! Всё время я за тебя готовить не буду. - рассмеялся Пущин, выпивая чай.

***

После ужина, уже умывшись, вымывшись и переодевшись в простую одежду для сна, Саша лежал на кровати и перечитывал свои рукописи, пока Ваня умывался. За окном уже стемнело, в спальне горели свечи. Он перечитывал свои стихотворения, критикуя и думая, как бы лучше звучала рифма.