Благословение Бродячих Псов

Когда он вновь почувствовал твёрдую почву под ногами, то даже не сразу в это поверил. От этих мыслей его отвлекло появление фигуры в чёрной одежде, которая приближалась к ним нетвёрдой походкой. Присмотревшись, он воскликнул: — Чухара! Это и в самом деле оказался Чухара. Вид у него, правда, был весьма потасканный: одежда порвана, сам весь в грязи и помятый, словно по нему потопталось стадо скота. Услышав оклик Ацуши, он поднял руку и молча потёр лицо, не в силах разговаривать. Принц поспешил подхватить его под локоть. — Что с тобой случилось? Это они тебя побили? Тут он заметил позади Чухары две фигуры и подошёл ближе. Одной из них оказалась та самая чародейка в бело-голубом с метёлкой в руках. Она лучезарно улыбнулась: — Приятно видеть вас, Ваше Высочество. Хотя Накаджима понятия не имел, кто перед ним и как к ней обращаться, правила приличия никто не отменял, так что принц улыбнулся в ответ: — Приветствую друга на тропе самосовершенствования! Девушка в чёрно-зелёном бегло окинула Ацуши Накаджиму взглядом, но никакого интереса не выказала, а вот на Айрю её глаза задержались: наверное, сочла его подозрительным. Потоки воздуха подняли остальных из ямы, и женщины направились прямиком к Марку. Тот ничуть не удивился, ведь он уже встречал их на улицах города, пока притворялся А-Чжао. Он немедленно преклонил колени, опустил голову и тихо обратился к женщине в белом: — Повелительница Ветра. Накаджима оторопел. Повелительница Ветра? Он-то думал, это какой-то злой дух! Откуда ему было знать, что перед ним небожительница? И не простая, а та самая, которая недавно раздавала сто тысяч заслуг в круге духовной связи! Но затем он взглянул под другим углом на события прошедшего дня – и всё встало на свои места. Женщина в белом сказала: «Куда же они подевались? Неужели придётся отлавливать и убивать их по одному?» – и он подумал, что речь о нём и его товарищах, тогда как Повелитель Ветра говорила о солдатах Монтгомери! Он сделал поспешные выводы, вот и казалось, что каждое её действие окутано какой-то тёмной энергией. Ацуши невольно чувствовал уважение к небожителю, способному вот так запросто раздавать по сто тысяч заслуг. — Почему ты мне раньше не сказал, что это Повелительница Ветра? – с укором сказал он Чухаре. – Я-то думал, это оборотень, дух змеи, скорпиона или что-то подобное! Вот ведь позор какой! — Откуда мне было знать? – мрачно ответил Чухара. – Я никогда не видел Повелительницу Ветра в таком образе. В основном это… Неважно. Накаджима понял, что речь идёт о смене облика, и решил не вдаваться в подробности. — Что Повелительница Ветра делает в Монтгомери? – спросил он вместо этого. — Хочет помочь. Они разыскивали в городе солдат. И тогда принц вспомнил, как в первый раз спрашивал небожителей о Монтгомери. Повисло неловкое молчание, и внезапно началась новая раздача заслуг от Повелительницы Ветра – оказывается, это было проделано нарочно, чтобы отвлечь остальных. Тем временем Повелительница Ветра присела на корточки и обратилась к Фицджеральд-младшему, по-прежнему стоящему перед ней на коленях: — Я знаю всё, о чём вы говорили. – Марк Твен опустил голову. – Ты признаёшь, что две сотни лет заманивал путников в руины Монтгомери? Его уже поймали с поличным; отпираться было бессмысленно, и Фицджеральд-младшему оставалось только ответить: — Да. — Зачем? — Вы ведь давно уже меня подозревали? И сами обо всём догадались. — Эти неупокоенные души служили неопровержимым доказательством того, что в свою бытность смертным ты по локоть замарал руки в крови. Это могло помешать тебе с дальнейшим продвижением, верно? Твен молчал – не соглашался и не спорил. Накаджима не удержался от вопроса: — Почему ты сразу их не убил? Зачем было скармливать им живых людей, пытаться утолить их жажду ненависти? Ты приносил в жертву плоть и кровь одних, чтобы насытить других… — Он не мог, – сказал Айрю. И действительно, за каждым шагом небожителя вроде Марка Твена неустанно следят тысячи глаз. Он был скован по рукам и ногам: не мог в своём истинном воплощении спуститься на землю и разом уничтожить все эти пронизанные ненавистью души солдат; не мог отправить против них свою армию. С самого начала все пытались закрывать глаза на события минувших дней, а излишнее внимание к ним наделало бы слишком много шума. Единственное, что оставалось Фицджеральд-младшему, – обратиться А-Чжао. Никто бы не подумал на него, ведь все знали, что змеи-скорпионы подчиняются Люси. А он с помощью ядовитых тварей заманивал путников в город и скармливал разъярённым духам, чтобы развеять их злобу. Безупречный план. — Фрэнсис Скотт Кей Фицджеральд ни за что бы так не поступил, – сказала Повелительница Ветра. – Боюсь, на сей раз ты перешёл черту. Генерал отправил в Монтгомери своего двойника, который творил здесь бесчинства почти две сотни лет, сбивал людей с пути, вёл их на погибель, прямо в руки воинам Монтгомери, пожиравшим их тела. Как ни посмотри, это было серьёзное преступление. — Да, знаю, – ответил Марк и склонил голову. Закончив разговор, Повелительница Ветра повесила метёлку на пояс, поднялась и улыбнулась Накаджиме, сложив руки в почтительном приветствии: — Ваше Высочество Наследный Принц, наслышаны о вас. Так звучало обычное формальное приветствие. Ацуши бы предпочёл, чтобы о нём не слышали вовсе, но ничего не поделаешь, так уж принято, поэтому он улыбнулся в ответ: — Ну что вы… Я тоже много слышал о Повелительнице Ветра. — Прошу прощения за недавнее. — Недавнее? О чём вы? — Разве не вы по пути попали в песчаную бурю? Накаджима вспомнил и снова ощутил на зубах скрип песка. — Это моя работа, – призналась бессмертная. Ацуши непонимающе посмотрел на неё, и Повелительница Ветра пояснила: — Мне не хотелось, чтобы вы приближались к Монтгомери. Но надо же – вам всё нипочём! Вы добрались до города окольными путями. У Накаджимы зародилось нехорошее предчувствие: сначала Повелитель Ветра пыталась не допустить их в город, затем появилась так внезапно… Принц молчал, ожидая, что ещё скажет его собеседница. И та не заставила себя ждать: — Мой совет Его Высочеству Наследному Принцу: не стоит вам вмешиваться в это дело. Ацуши взглянул на скорчившуюся на земле Люси. Он уже догадался, что будет дальше: когда это дело станут рассматривать в небесных чертогах, покровители Фицджеральда-младшего тут умолчат, здесь добавят пару деталей – и в итоге вся вина за случившееся ляжет на девушку. Повелительница Ветра явилась именно затем, чтобы выгородить Фицджеральда-младшего, для чего бы ещё? Накаджима с невозмутимым видом шагнул вперёд, заслоняя собой Люси, и сказал как можно более мягко: — Боюсь, ваш совет слегка запоздал, ведь я уже увяз в этом деле глубже некуда. Повелитель Ветра улыбнулась ему: — Не беспокойтесь. Можете забрать с собой советника Монтгомери. Этого Ацуши не ожидал. Он оторопел, а Повелитель Ветра продолжила: – Мы знаем обо всём, что произошло. Люси достигла ранга «свирепой», это правда. Но в городе мы наблюдали за ней: она поймала воинов Монтгомери в магический круг и отпустила пленных торговцев. Советник не вредила смертным, а спасала их. Единственные, кого я забираю с собой, это генерал Фицджеральд-младший и Кэ Мо. Не волнуйтесь, больше я не собираюсь никого обвинять. Накаджима почувствовал облегчение, но в то же время и стыд. — Мне так неловко! Я зря подумал… — Ваши сомнения понятны. Часто обитатели небесных чертогов ведут себя не лучшим образом. Тут вмешалась женщина в чёрном. Она больше не считала нужным скрывать своё нетерпение: — Вы закончили? Если да, то пойдём. — Ой, послушай, – воскликнула Повелитель Ветра, – ну к чему такая спешка? Чем дольше ты ворчишь, тем дольше тянется разговор! – Но всё же развернулась и вытащила из-за пояса складной веер. – Ваше Высочество Наследный Принц, если у вас нет ко мне вопросов, тогда до встречи в небесных чертогах? Ацуши кивнул, и Повелитель Ветра раскрыла свой веер. На лицевой стороне было написано слово «ветер», а на внутренней красовались три наклонные линии, похожие на потоки воздуха. Похоже, это был какой-то артефакт, магическое оружие. Налетела буря, поднимая с земли пыль и мелкие камни. Накаджима закрыл лицо рукавом, чтобы защитить глаза, а когда ветер стих, обе женщины, Марк Твен и Элис уже исчезли; остались Ацуши, Айрю, Чухара и Люси, всё так же лежащая на песке.