3
23 февраля 2026 г., 16:11
«Я думал, что всё закончилось, что это был лишь один раз. Я ошибся…
Пол в подъезде был таким холодным…»
В ту ночь Майк вернулся в квартиру через час. Наутро он не обсуждал это с Уиллом. А вечером он купил три пары беруш. Уилл уже в третий раз в конце недели оставался где-то до поздна. Майк полностью уверен, что и в этот раз он приведёт своего любовника. Майк одного понять не мог: почему именно у них дома? Что, у этого бездаря нет денег на квартиру? Живёт с родителями? Может ведь снимать отель. Делать это раз в неделю не так уж и сложно, даже чаще – не сложно. А может, он женат? Фантазировать можно было бесконечно, но он мог спросить Уилла напрямую. У лучшего друга появился парень и нет ничего такого, чтобы узнать об этом побольше. Уилл бы рассказал ему. И это ведь «Ничего серьёзного». Почему тогда он приходит снова? Этой ночью Майк не просыпался. Даже проснулся довольно рано, на часах было десять утра. Уши слегка болели после беруш, но ничего, он бы терпел сколько угодно. Раз в неделю – не проблема. Он застыл прямо на пороге своей комнаты, когда открыл дверь. Третья. Пара. Обуви. В груди неприятно кольнуло, скорее, даже больно. Это были туфли. Лаковые чёрные туфли, какие носят с костюмом. У них было свидание? Нахрена так наряжаться? В прошлый раз вместо туфель были поношенные кроссовки. Его внимание привлекает дверь в ванну. Свет включён, и вода бежала из крана. Совершенно не думая, он дёргает ручку и распахивает дверь. И он не ошибся. Перед ним парень в одних брюках, склоняющийся над их раковиной. Он резко оборачивается, схватившись за грудь от испуга. У него подкачанное тело, ровная спина, тёмные волосы, которые ещё вчера, видимо, были уложены назад, но сейчас пряди чёлки выбивались, падая на лоб. Массивная челюсть, густые брови, орлиный нос… Восточные корни. Лет двадцать пять на вид. – Оу, я… и-извини, я не закрыл дверь, – парень начал паниковать. Лицо Уилера нечитаемо, – Прости ещё раз..! Я… Уилл вышел из комнаты, услышав голос. – О, Майк, – он говорил довольно ровно, без неловкости, – Прости, если разбудили. А это… – Уилл замолчал, указывая на парня, будто забыл его имя. – Я Адам, очень приятно, – он улыбнулся Майку и протянул руку для рукопожатия. Рука Майка была занята дверной ручкой и не собиралась её отпускать. Вместо этого Уилл сам взял его за запястье, вытягивая из ванны. – И пора бы уже одеться, верно? Вообще-то мы договаривались, что ты уходишь раньше. – говорит Уилл каким-то непонятным тоном, не свойственным ему. Каким-то… наигранно милым? Будто родитель с ребёнком, – Давай недолго. – заталкивает его в свою комнату и закрывает дверь. – Прости, – выдыхает он и подходит к Майку. Его голос становится прежним, – Он правда должен был уже уйти… – замолкает, обращая внимание на то, что глаза Майка всё ещё были направлены прямо перед собой, на зеркало над раковиной. Уилл смотрит на их отражение и снова на Майка, – Что? Он что, взял что-то из твоих вещей? Майк помолчал и отпустил взгляд, ответив тихое: «нет». – Ладно… Майк, ты говори, если тебя что-то смущает, ты же знаешь. Уилл уходит после того, как Майк кивает ему. Уилер закрывается в ванне, скидывает с себя одежду, встаёт под душ и выкручивает ручку крана до самой холодной температуры и самого сильного напора. Майк не переносит холодную воду.***
Уилл написал, что придёт как всегда, в семь вечера. Майк мог бы приготовить что-то на ужин, но вместо этого ходит по комнате Уилла из угла в угол. Чисто, кровать заправлена, рабочий стол не завален, никаких новых вещей или предметов. Будто никого постороннего здесь никогда не появлялось. Что, даже не дарит ничего? Даже цветов? Любимые Уилла – пионы. Белые. Да, банально, но это они. Майк на всю жизнь запомнил, потому что у самого на них аллергия. Да он бы и без этого запомнил. Он вышел из его комнаты, шагнул в свою и взглянул на кровать. К приходу Байерса она уже была передвинута к противоположной от их с Уиллом общей стене. – Майк, ты… – сказал Уилл, опёршийся о косяк комнаты Уилера, – Это зачем? – Это, знаешь… Просто творческий порыв, – выдумал Майк, – Нравится? – Пойдёт, – Уилл смеётся и закатывает глаза, – Пойдем, я взял еды на вынос.***
«Я видел его. В ванной. В нашей ванной… Уилл ничего мне не рассказывает, я боюсь спрашивать, боюсь услышать, что он счастлив. Это так не правильно…
…Я передвинул кровать к другой стене, лишь бы быть как можно дальше от этого. Не так близко…»
