Метод Ландо Норриса

      Пятница. Погода Лондона наконец расщедрилась на теплое солнышко с самого утра. Температура стала не убийственно февральской, а переквалифицировалась в нежный март, насколько вообще сырость и слякоть может быть нежной.       А вот любимая парочка на нежности сегодня не скупилась. К огромному несчастью Норриса, Оскар помирился с Лили и теперь ходил за ней по пятам, словно мальчик на побегушках. Это злило. Но так даже лучше. Если Пиастри никак не может оставить свою любимую одну даже на секундочку, чтобы услышать далеко не радостные для него, но такие приятные для Ландо новости, то пусть эта информация дойдет сразу до обоих. Меньше придется объяснять, что именно Оскар забыл дома у Ландо, или он у него.       Задний двор университета понемногу начинал распускаться цветами, окутывая воздух вокруг приятным ароматом. Макс и Ландо сидели на одной из лавочек. Второй держал в руках скетчбук, что-то черкая карандашом с хмурым видом.       — Лан? — позвал Ферстаппен, подняв одну бровь.       Британец не ответил. Проект Уэббера оказался не шуточным, а безумно сложным! И теперь Оскару просто придется помогать, иначе их обоих выгонят из универа с позором. Из-за того, что они мутят и тупые. Полноценное комбо.       — Ну подойди к нему сейчас, скажи, что вас специально напрягли. Главное, про причину ни слова, иначе тебе пизда. Его красивые ручки придушат тебя прямо на глазах Знаймер. И очень сомневаюсь, что она будет оплакивать твое тело, — ухмыльнулся Макс, отводя в сторону взгляд, представляя, как это могло бы выглядеть. — Иди, — он толкнул друга в плечо.       — Блять, ладно! — злобно выдохнул Ландо и резко встал, направляясь к ничему не подозревающему австралийцу.       Он поравнялся с парочкой, нависая над ними, скользнул взглядом по Лили, но не задержал его, будто она была пустым местом. Девушка закусила щеку, чтобы не сматериться при своем парне в ответ на такую грубость. Она чуть ли не дымилась от простого присутствия Ландо в поле ее зрения, а тут он сам подошел, да еще и явно не просто так.       Но Норрису было плевать, что там думает эта Лили. Ему нужно было поговорить с Оскаром и как можно скорее, чтобы за выходные они уже начали хотя бы идею проекта обдумывать, а еще лучше — делать набросок и намечать размеры макета.       — Оскар, нам нужно поговорить, — сухо сказал Ландо, не выражая заинтересованности, хотя таковая была.       — О чем? — вмешалась Знаймер, кладя свою ладонь на руку Оскара и переплетая их пальцы.       Ландо сжал зубы.       — Не твое дело, — огрызнулся он, не глядя. — Оскар. Пошли.       Он все же надеялся, что получится обсудить без посторонних.       — Мы не можем поговорить тут? — уточнил Пиастри.       — Нет.       — Нет, можете! — уже повысила голос Лили. — Какие у тебя дела могут быть с моим парнем?       О. Не Оск, не Оскар Пиастри, а «мой парень». Будто этот статус что-то значит.       — Лили, я скоро, — пообещал Оскар, поднимаясь.       — Что?! Ты серьезно уйдешь с ним и оставишь свою девушку одну?       Ландо раздраженно выдохнул. Ему начала надоедать вся эта ситуация. Он твердо положил ладонь на плечо Пиастри и толкнул того назад, чтобы тот вернулся на свое место. Оскар уставился на него с удивлением в глазах.       — Окей. У нас секретов нет. Значит, слушай. Оскар, нам дали дополнительный проект.       Австралиец провел рукой по лицу, будто стирая усталость, хотя та была слышна в его голосе. Только какая именно усталость? От проектов или от Ландо?       Знаймер чуть не позеленела. Ландо даже на секунду испугался ее взгляда, который грозил закончить его жалкое, по ее мнению, существование прямо здесь и сейчас.       — Какой проект?       — Нужно спроектировать здание какое-то, — отмахнулся Норрис, закусив губу и направив взгляд в небо. Само кокетство. Вот только Оскару еще далеко для распознания таких намеков.       — Блять...       Ого, что это?! Оскар Пиастри матерится? Это что-то новое. И любопытное.       — Ладно, каков план? — его голос прозвучал хрипло.       — На выходных можем сделать наброски и хотя бы прикинуть по масштабу. Я что-то накидал в блокноте, но пока это просто бред, не соединенный смыслом.       Ландо покрутил в руках блокнот, чуть сильнее сжав обложку, ощущая пальцами плотный картон. Он хотел, чтобы Оскар засмотрелся на побелевшие костяшки, но быстро откинул внезапное желание в сторону.       — Дай посмотреть, — Пиастри протянул руку, намереваясь взять скетчбук, но Ландо резко его отдернул, глядя прямо в глаза Оскара. — Ландо?       — Что?       — Дай, — слегка растерянно попросил Оскар.       — М-м, нет. Я еще не закончил набросок.       — Ландо, блять, просто покажи, что уже есть и с чем нам придется работать! — повысил голос он, вновь удивив своим матом Норриса.       Но Ландо только ухмыльнулся уголком губ, кладя блокнот обратно в рюкзак.       — Вот придешь завтра — покажу, — подытожил британец, разворачиваясь на пятках в сторону Макса. — Адрес сообщением скину. Бывай, — отсалютовал он и ушел.       Один один, Оскар Пиастри. Ты вышел из кабинета после приглашения сходить на картинг, а сейчас уже я заставлю твою душеньку чуток поволноваться. Сутки, не более, но этого достаточно, чтобы я поселился в твоих мыслях не просто как раздражающая заноза, а как необходимость.

***

      Вечером он скинул адрес своей квартиры, которая была явно велика для одного человека, но зато гарантированно сдерживала бешеную энергию Ландо. Макс в который раз стоял на кухне, кидая капсулы в кофемашину, делая для Норриса любимый капучино с множеством сиропов, которые были настолько сладкими, что можно было спокойно впасть в сахарную кому.       — У тебя случится диабет, — крикнул с кухни Ферстаппен.       — Главное, что ты будешь здоров, Макс, — ответил Ландо, приземляясь на стул и беря в руки горячий кофе.       — Как у тебя еще не появилась аллергия на сахар?       Макс забрал свою кружку, которую Ландо уже действительно считал его собственностью, и повернулся к другу с пытливым взглядом.       — У меня аллергия только на это ледяное ебало, — британец разблокировал телефон, показывая фотку Оскара из инстаграма. Макс хмыкнул. — Смешно тебе?       — Да. Да, Лан, мне очень смешно с того, что ты готов разрушить чужие отношения ради мести.       — Не делай из меня злодея.       — О, как ты мог подумать. Ты сам прекрасно с этим справляешься. И я в этом тебя поддерживаю, если что, так что не целься в меня кипятком, блять!       Ландо медленно поставил кофе на место, уткнувшись носом в телефон. Австралиец молчал, даже не читая смс. Наверняка проводил время со своей распрекрасной Лили. Возможно, сейчас он заправляет ей прядь волос за ухо прямо в тот момент, когда на большом экране начинается романтическая сцена. А Знаймер смущенно отводит взгляд, нерво перебирая кольца на пальцах. В такие моменты Ландо думал, что она не кольцо крутит, а плетет паутину своего высокомерия, только вместо пряжи — нервы британца, которые вот-вот станут настолько тонкими, что их можно будет разорвать голыми руками, даже не прикладывая особых усилий.       — Видел ее вчерашнюю сторис? — вскользь спросил Ферстаппен, делая еще один глоток, чувствуя, как горячая жидкость приятным теплом разливается по горлу.       Пытливый взгляд зеленых глаз дал понять, что Ландо не видел. Лили заблокировала его на всех аккаунтах. Но Макс заботливо сделал скриншот.       Оскар и Лили стоят напротив окна, за которым во всю оживал ночной город, рассыпаясь в воздухе миллионом огней. В отражении Пиастри стоит позади, держит девушку талию, как бы притягивая к себе, и целует в щеку. А Лили с улыбкой до ушей смотрит в объектив. Будто прямо на Ландо.       — Мороз по коже, — цокнул Норрис, и отмахнулся от мобильного.       Макс коротко рассмеялся.

***

      С самого утра Ландо летал по квартире, собирая разбросанные носки, моя забытую посуду и вообще почти проводя генеральную уборку. Все сопровождалось недовольным мычанием голландца, который разлегся на диване, а Ландо задевал его свисающую руку пылесосом. Правда, Ферстаппена пришлось экстренно будить и выставлять за дверь, потому что Оскар, как интеллигентный человек, написал, что будет через десять минут.       — Ландо, клянусь, я тебе это припомню! — возмутился Макс, хватаясь пальцами за дверной проем, пока ловкие руки Ландо толкали его из квартиры.       — Все, Макс! Потом поговорим!       — Тебе пизда на математике, Норрис, я в твой тест даже одним глазом не посмотрю!       — Я тоже тебя люблю, иди уже! — дверь закрылась.       Ровно через десять минут в дверь постучали. Ландо уже минут пять топтался возле порога, переминаясь с ноги на ногу и наворачивая маленькие круги по прихожей, но театрально выждал время, якобы на то, чтобы подойти к двери, прежде, чем открыть.       — Привет, — первым поздоровался Норрис.       — Привет, — в тон ответил Оскар.       Ландо сделал приглашающий жест рукой и тот вошел в квартиру.       — Чай, кофе?       — Давай ты мне набросок покажешь, а там посмотрим, — он поднял одну бровь.       Терпи, Ландо, терпи.       Рабочая зона была организована в гостинной на низком столике, где британец уже успел разложить все необходимые материалы. Пиастри занял противоположный конец дивана. Просто отлично.       — Это то, что ты придумал? — австралиец поднял блокнот, развернув его к напарнику.       — Да? — растерянно согласился он.       — Не подходит.       — Что?! Почему?       — Твоя идея не выдержит и порыва ветра, — констатировал Оскар и положил скетчбук обратно на стол.       Ландо неотрывно смотрел на склонившего голову над бумажками Оскара, думая, как незаметно пронести труп из квартиры, если он прямо сейчас свернет ему шею.       — Я же сказал, что это только набросок, блять... — буркнул он под нос.       Обсуждение затянулось. Оскар почти на пальцах объяснял Ландо, как должна выглядеть концепция, чтобы она не только была устойчивой, но и понравилась Уэбберу. Ландо кивал болванчиком, искусно делая вид, что у него айкью варьируется где-то рядом с креветкой, хотя он прекрасно знал, о чем тот говорил.       — А вот тут нужно добавить что-то интереснее, чем обычная колонна... — Оскар взглянул на Ландо, который что-то печатал в телефоне. — Ты будешь слушать?       — Оскар, ты скучный, — жалобно выдохнул он.       — Ты уже говорил.       — Буду повторять столько раз, сколько потребуется, чтоб ты наконец это понял. Давай сделаем перерыв? Мы три часа уже пытаемся прикинуть, где правильнее должен упасть кирпич.       Послышался усталый выдох и такое же согласие. Норрис сдержался от того, чтобы не начать потирать руки в предвкушении вопросов, которые сейчас польются на Оскара. Из этих выходных нужно выжать максимум.