Когда падают чемпионы

Самолёт пробивает облака, и город под ними раскрывается медленно — тёмная река, черепичные крыши, острые шпили, будто иглы, направленные в небо.  Прага выглядит так, словно пережила слишком многое, чтобы удивляться ещё одной спортивной драме. Ксения сидит у иллюминатора, прижавшись виском к холодному стеклу. Под глазами - синеватые тени. Она не спит, но и не смотрит. Просто дышит неглубоко, осторожно. Илья сидел рядом и считал её вдохи. Будто если перестанет считать — что-то оборвётся. Сидеть в тишине было уже невозможно. Страх, что он её потеряет, преследовал его. Он и так еле уговорил родителей забронировать ему место возле девушки, потому что иначе он бы сошёл с ума. Ксения же этого не знала. И, по мнению Малинина, не должна была знать. Он замечает всё. Как она сглатывает. Как сжимает пальцы.  — Ты как? — спросил он тихо. — Нормально. Ложь звучит почти мягко. Он кивает. Потому что если начнёт давить — она закроется. — Я тебе перед выходом положил в портфель шоколад, — немного неуверенно сообщил парень. — Перекуси, пожалуйста, ты слишком болезненно выглядишь. А в аэропорту точно будут журналисты. Он решил, что лучше спихнёт всё на других, нежели признается, что сделал это из-за переживаний о девушке. А по-другому она вряд ли бы согласилась поесть.  — Хорошо, — безразлично ответила Ксюша и достала из портфеля сладкое.  Там лежала её любимая шоколадка с лесными орехами. Он позаботился даже об этом. Волкова слегка улыбнулась.  — Спасибо.  Илье этого было достаточно. После той ночи он стал более мягким к девушке. Ведь более подробно понял о её состоянии. Но всё равно внутри было чувство, что он что-то упустил.  Но что именно - не знал.  Вышли, на удивление, из аэропорта быстро. Журналистов много не было. Так как тренерский штаб скрыл точное время полёта. Не отвечая ни на что, вся команда фигуристов последовала в свой автобус.  Площадка перед аэропортом была максимально странная: непонятные мосты, остановки, пара полос. Всё было не так, как дома в Америке. Здесь был другой воздух и вообще другой менталитет.  Сев в автобус, они все дружно поехали в самый центр Праги. На Вацлавскую площадь (Václavské náměstí). Именно там фигуристы будут жить на период Чемпионата мира. Весь отель забронировали для разных сборных.  Ехали они через старые кварталы, поля и и разные заповедники. Мокрая брусчатка блестела после дождя. Снега здесь уже не было. Да и вообще в Праге снег - это редкость. На улице уже было достаточно тепло, так что можно было выходить в обычных ветровках.  Влтава тянулась тёмной полосой, будто разрезая город пополам. Ксении это чем-то напомнило Питер.  Но город все равно удручал и давил. Энергетика была холодная и высасывала силы. Эмбер Гленн что-то оживлённо снимает на телефон, смеётся, но смех быстро гаснет — все понимают, что впереди не туризм. Девушка сидит рядом с Алисой, которая, на удивление, была грустной, погрузившись в свой мир.  Ксюша смотрит в это время на мосты, так как они едут вдоль Влтавы.  Илья смотрит на неё. Ему страшно от того, какой хрупкой она выглядит на фоне этого тяжёлого, каменного города.  Парень на мгновение положил свою ладонь рядом с рукой девушки, не касаясь её. Он хотел ей помочь снова. Он начал таять.  Илья был в отчаянии. Он слишком был влюблён в неё, так что даже его тяжелый характер прогнулся под хрупкую Ксению.  Рука отдёрнулась.  *** Вся сборная оживлённо зашла в отель.   Высокий холл с золотистым светом. Тихая музыка. Запах кофе и полированного дерева. Всех их селят на одном этаже.  Парников селят поодаль.  Ближе к лифту уже располагаются комнаты одиночников.  В самой первой поселили Илью. На этот раз одного. Чтобы не было никаких конфликтов.  Рядом находилась комната Торгашёва и Брауна.  Напротив них жили Алиса и Эмбер. Девушки обе очень обрадовались такому расположению дел.  Ну а уже напротив комнаты Малинина жила Ксения. И тоже пока что одна. Изабо Левито с ними не поехала. Так как квоты было всего три. И ставки были сделаны на Волкову. И пока никто не мог понять, правильное ли это было решение.  Двери напротив были как вызов. Как напоминание, что никуда не спрятаться. В коридоре тихо. Чемоданы катятся по ковру без звука. Ксюша вставляет карточку. Дверь щёлкает. Она на секунду оборачивается. Их взгляды сталкиваются. Он хочет сказать: «Я рядом». Но говорит только: — Отдохни. Она кивает и исчезает за дверью. Малинин лишь быстро набирает кого-то по телефону. И когда трубку взяли, сказал:  — Петь, привет! Сможешь помочь?..... Фигурист зашёл в комнату.  *** Ближе к вечеру сборной разрешили выйти и погулять. Чтобы насладиться городом и отдохнуть перед решающим стартом.  Спускаясь вниз, девушка услышала знакомые голоса.  Кто-то усердно ругался со стойкой регистрации. Возле нее стояли Петросян, Гуменник и Дикиджи. Только им разрешили в этом году выступать от своей страны. Поодаль о чём-то по телефону разговаривала Этери Георгиевна.  На удивление, Волкова не сразу замечает, что рядом с этой шайкой почему-то находится сам Илья. Её Илья.  Он о чём-то серьезно говорил с администратором на английском.  Аделия замечает Ксюшу первой. И мигом подлетает к той и сильно обнимает.  — Боже, я так соскучилась, — со сбившимся дыханием говорит русская спортсменка.  Ксения даже опешила от такого. Она не ожидала, что кто-то будет вот так её ждать и так обнимать. Но всё же обняла подругу в ответ.  Стало лучше.  —Я…я тоже скучала, — выдавила из себя блондинка, — А что здесь происходит? Петросян слегла напрягалась.  — Нас хотят поселить на другой этаж от вас. А это гений, — брюнетка хотела указать пальцем на Малинина, но ей вдруг закрыли рот и убрали её руку.  Гуменник хитро улыбался. — Привет, дорогая!!! Да у нас просто проблемы с ключами. А английский плохо знаем, — виновато сказал он. — Илюша помог.  Петросян недовольно вырывается из хватки своего парня.  — Но…. — И я тебя люблю, солнышко, — перебивает её сразу парень и целует в макушку.  Ксюша озадаченно смотрит на своих друзей. Она не понимала, что происходит. Но сразу видела, что её где-то обманывают. Но сил допытываться не было. Тем более сейчас все пойдут гулять.  Пока компашка выясняла отношения, к ним уже подошли Илья и Влад.  Влад спокойно кивнул Ксении и улыбнулся. Илья с недоверием посмотрел на того и сказал:  — Адель, вот твой ключ. Будешь жить с Волковой, — снова эта фамилия.  — Что? — выдала Ксения. — Ну мы договорились, что вам будет веселее. Еле-еле разрешили, так как разные сборные и разные оплаты.  Фигуристка, разумеется, была рада, что теперь будет жить с подругой. Но было всё равно обидно, что её мнение не спросили. А вдруг она была бы против?  — Идите пока заселяйтесь, а мы пошли со сборной погуляем по городу, если что - звоните, — продолжил Малинин. Блондинка уже хотела пойти вместе с друзьями, но её остановили. — А ты куда? Ты со мной гулять. Ой, с нами, — поправил резко он.  Девушке ничего не оставалось, как попрощаться с российскими фигуристами и последовать за своим «наставником», который вывел её на улицу уже ко всем стоящим там.  Прага была волшебной в центре. Разноцветные домики, красивые украшенные фасады, везде ездят старые трамваи и счастливо ходят люди. Сборная решила пройтись пешком. Пользоваться общественным транспортом ни у кого не было желания.  Пока они шли вдоль площади, Андрей пытался устроиться рядом с Ксенией и даже в один момент взял её за руку. Волкова сразу вырвала её и убрала в карман, осуждающе глядя на Торгашёва. Тот лишь виновато улыбнулся и пошёл дальше.  Илья всё видел. Видел и начинал закипать. Но пешая прогулка продолжилась. Карлов мост был полон людей, как и обычно. Это самый привлекательный объект для туристов. Так что без них тут просто не обойтись в любое время суток. Музыкант играл на скрипке. Ветер холодный, режущий.  За горизонт уже садилось солнце, атмосфера свободы резко окружила их. Романтика. Все Американские спортсмены принялись делать селфи на фоне такой красоты. Иногда к ним подходили фоткаться и снимать видео. Были даже пара людей, которые одарили спортсменов небольшими подарочками.  Волковой дали мягкую игрушку в виде зайца. Она была небольшой, но очень качественно сделанной. Коллеги начали смеяться, что она один в один как это животное: такие же большие глаза и миловидная внешность. Она лишь тихо усмехнулась. И правда, похоже…. Ксения аккуратно шла вперёд. Брусчатка была слишком скользкой, а учитывая ещё её проблему с лодыжкой, она не смогла устоять на больной ноге. Девушка оступилась и начала падать.  Илья ловит её мгновенно. Ладонь крепко сжимает запястье. Слишком крепко. — Осторожно. Она поднимает на него глаза. В этих глазах был страх. Страх, который резко смешивался с холодом и безразличием.  — Я не стеклянная, не разобьюсь, — язвит она. — А мне так не кажется. Он не отпускает сразу. Только через минуту разжимает пальцы, и теперь идёт рядом — ближе, чем раньше.  Между ними всё ещё ничего не решено. Но это явно был прогресс.  Этот момент подпольно фоткает Эмбер с Алисой. И игриво улыбаются друг другу.  — Слишком милые, — начинает Лью. — На их свадьбе фотоальбом им подарю! — Эмбер победно вскинула подбородок. В тени рядом с ними находился Торгашёв. Который сильно сжимал кулаки и прожигал взглядом эту «парочку». Он просто так не сдастся. Малинин ещё пожалеет. Она будет его. И только его.  У Андрея уже была одержимость этой хрупкой девушкой.    *** В номере у Эмбер с Алисой был мягкий свет. Пледы. Несколько бокалов вина. — Чуть-чуть, чтобы снять напряжение, — говорит кто-то. Часть сборной решила собраться и по-взрослому отдохнуть. Они даже пригласили к себе Петросян с двумя её друзьями.  Все уже громко смеялись и разговаривали между собой. Пили не все.  Ксюша понимает, что пить много ей нельзя: она сидит на антидепрессантах. Поэтому, когда ей пытаются налить алкоголь, девушка отказывается, ссылаясь на то, что не пьёт. Правду сказать было нельзя.  Но и никто на это не обращает внимание.  Время летит быстро, на колонке была включена громкая музыка. Ребята уже танцевали.  Эмбер очень активно обсуждала что-то с Аделией. Это было максимально странно: девушки вроде не были так близки до этого. Лью стояла в сторонке и обиженно смотрела на происходящее.  Ксюша решила подойти ближе к фигуристкам.  — И давно вы так близки?  — О, Ксеня, познакомься, это моя птичка. Мы всё время пытались тебе помочь и следить за твоим здоровьем, — пьяная Петросян явно наговорила лишнего. За что получила подзатыльник от старшей.  Волкова немного застопорилась. Она не ожидала такой подставы, в глубине души надеясь, что эти сплетницы ничего не ляпнули Малинину.  Но внутри всё равно стало теплее: у неё появились друзья, которые о ней заботятся и помогают. Даже если она сама этого не просила.  — Адель, что всё-таки было в отеле? — решила воспользоваться она ситуацией.  Петросян молчала, но в итоге не выдержала. И под осуждающий взгляд Гленн, сказала: — Илья не хотел оставлять тебя в комнате одну. Боялся, вдруг что случится. Сначала ссорился, чтобы тебя поселили к нему. Но вы немного разного пола и не в браке, поэтому федерация запретила. Он так там метал всё и вся, — брюнетка покачала головой, — Потом увидел меня и предложил альтернативу. Я согласилась, так как очень хотела жить с тобой.  Это было очень неожиданно, даже слишком. Виски запульсировали. Она медленно посмотрела в сторону Ильи: он о чём-то разговаривал с другими членами сборной.  Девушка решила выйти на балкон и подышать воздухом.  В это время Андрей Торгашёв допивал уже будто сотый бокал. Он был пьян вусмерть. Пелена в его глазах вызывала только лишь отвращение.  Сначала он просто шутит. Потом его шутки становятся острыми.  Андрей подходит к Илье. — Интересно, выдержит ли она до произвольной, — бросает он. Тишина наступает мгновенно.  Илья поднимает голову. — О чём ты? Андрей усмехнулся. — Я про мою будущую девушку, — перед Ильей сразу же встали Гуменник и Дикиджи. Они знали, что он может сорваться. А устраивать очередной скандал перед Чемпионатом не хотели. Торгашёв попятился назад. — Ну… не всё же тебе рассказывают. — Говори чётче, иначе я придушу тебя прям здесь, — сквозь зубы сказал Малинин.  Где-то вдалеке кричит Эмбер: — Молчи, урод, она тебя просила! Хватит обижать мою крошку!  Но девушку будто никто не услышал. Андрей был слишком пьян. И держать за зубами язык не мог.  — Про стресс-реакцию лодыжки у нее. Или ты думаешь, что она просто так пропустила тренировки и резко перестала прыгать четверные? — он громко рассмеялся. — Или про то, что она теперь на антидепрессантах и пьёт таблетки? Или то, что у неё РПП и она после каждого приёма пищи блюёт? Слова падают тяжело. Как камни.  Он подозревал, что что-то не так. Но настолько сильно был увлечён своими проблемами, что забил полностью на Ксеню. Он же видел, что она морщится при каждом прыжке. Видел, как на ней висит одежда. Видел, как резко у неё перестали получаться четверные. И уже случайно замечал непонятные таблетки в её сумке, когда клал ей шоколад. Но уделил этому особого внимания.  Его это злило. Злило, что он не заметил этого. Знали почти все, кроме него. Он снова не первый. Он снова проиграл. Ему не доверяют. И Малинин сам себя в этом винил.  Он не помогал девушке сам. Он трусил. И его это погубило. — КАКАЯ, БЛЯТЬ, СТРЕСС-РЕАКЦИЯ ЛОДЫЖКИ? — он срывается и кидается на Торгашёва. Который ехидно улыбался ему и даже не вернулся. Два фигуриста вовремя остановили Илью и силой оттащили подальше.  В комнату на шум заходит Ксения. Все взгляды направляются на неё.  Сердце забилось сильнее. До неё начало доходить происходящее. — Ксения, какие таблетки? — на выдохе говорит блондин.  Удар. Он узнал. Не от неё.  — Почему я узнаю это так?— продолжил он.  — Потому что ты бы начал меня спасать! — срывается она. — А что в этом плохого?! — Я не хочу быть проблемой! Андрей смеётся. Илья резко поворачивается к нему. — Заткнись и иди на хуй, — голос сел от злости. Но всё равно был более сдержанным.  Все пытаются осознать происходящее и как-то помочь. Эмбер и Аделия сразу же побежали к Ксении в попытках успокоить её. Остальные пошли разруливать конфликт двух фигуристов. Которые вот-вот и разбили бы друг другу лица. Ксюша просто вышла из номера Эмбер, держа рюкзак перед собой, как щит. Коридор отеля был пустой. Лёд и ледяные тренировки уже казались тысяче миль позади, а Прага мерцала в окне за пределами стены. Она сделала шаг к лифту, чтобы спуститься на улицу, когда услышала тихий, почти дружелюбный голос позади: — Ксю… Она обернулась. Это был Андрей, который решил последовать за ней. Лёгкая улыбка на лице, но взгляд слегка блуждающий, напряжённый. Алкоголь явно был лишним.  — Андрей, я… — она сделала шаг назад, но он оказался рядом слишком быстро. — Расслабься. Я просто хочу поговорить. Он сделал шаг ближе. Его рука легла на её руку — сначала почти невинно, как будто случайно. Но он не убирал её. — Не трогай меня, — резко сказала Ксюша, отдёрнув руку. Ей стало безумно страшно. У нее даже не было сил отбиваться.  — Да ладно, ты же такая хрупкая… — он шагнул ещё ближе, ладонь коснулась её талии. Почти невинно. Почти. Ксюша замерла. Сердце колотилось. Она была беспомощной в этой ситуации. Её состояние не позволяло сделать ровным счётом ничего. Ей было противно от этих касаний. И в целом от Андрея.  — Убери руку! — почти шёпотом, но твёрдо. Он встал слишком близко. Настолько, что ей пришлось отступить. Стена оказалась за спиной. Он не толкал её. Он просто не давал выйти из ловушки.  — Ты просто ещё не понимаешь, что я тебе нужнее, чем он, — его голос был устрашающий.  Он уже хотел наклониться ближе к девушке и поцеловать её, но в коридоре раздался громкий звук шагов. Кто-то уверенно направлялся в их сторону.  Илья появился из коридора. Его глаза прищурились от злобы. Он сразу понял о намерениях бывшего друга. Поэтому, чуть выдохнув, помчался на помощь Ксении.  Его лицо было белым от ярости, но он не кричал. Не делал резких движений. Он просто встал рядом и молча убрал руку Андрея с талии Ксюши, крепко, но без насилия. — Я говорил уже тебе, — Голос был тихий, его тон не допускал грубых возражений. — Последний раз повторяю. Не приближайся. Андрей отшатнулся, понимая, что перегнул. Ещё секунда — и напряжение между ним и Ильей было бы почти осязаемо. Ксюша села на ближайший стул, стараясь успокоить дрожь в руках. Илья облокотился рядом, не касаясь её, но его взгляд говорил больше, чем тысячи слов. — Ты не должна позволять… — начал он, но Ксюша перебила: — Я не позволяла! — А я не могу смотреть, как кто-то даже пытается… — его голос дрогнул, но внутри горел огонь. Она посмотрела на него — глаза блестят от слёз. Её чуть не разбили до конца. Чуть не воспользовались её хрупким положением дел. Это очень злило фигуриста.  Илья резко вскочил, будто ему нужно было избавиться от всей накапливающейся злости: — Будь что будет, — парень резко обнял девушку. Его трясло уже самого от переизбытка эмоций.  Ксюша чуть дрожала, но не отдалялась. Он впервые её обнял. Обнял вот так.  Для каждого из них это было тем, что нужно в такой период жизни. Им нужна была разрядка. Андрей пробормотал себе что-то под нос и ушёл в свою комнату, Илья не отпускал Ксюшу, словно весь мир перестал существовать, кроме них двоих и их сильного, почти болезненного чувства друг к другу. — Почему ты скрываешь от меня свои проблемы? — всё-таки отстранился фигурист. — Потому что ты и так смотришь на меня, как на сломанную, — она всё ещё хлюпала носом.  — Я смотрю, потому что я переживаю. — Я должна быть лучшей! — это был крик души.  — Кому ты должна?! — парень уже раздражался.  Тишина. Она отодвигается от парня чуть дальше.  — Если я провалюсь… ты уйдёшь. Он будто получает удар в сердце. Илья не понимает, что на это ответить. Страх заполонил всё тело. — Ты правда так думаешь?, — единственное, что смог сказать он.  Она не отвечает. Он делает шаг вперёд. Слишком близко. Девушка чувствует его дыхание. Илья смотрит на её губы. Она — на его. Мир сжимается до узкого коридора и их неровного дыхания. Ещё шаг — и всё изменится. Ещё секунда — и граница исчезнет. Он выдыхает. Закрывает глаза. И отступает. — Я доведу тебя до комнаты, нужно отдохнуть.  Это звучит как поражение. Она остаётся стоять, будто потеряла равновесие. Он уходит к своему номеру. ***  Вся сборная уже разошлась, две хозяйки комнаты сидели напротив друг друга.  Алиса чем-то была явно обеспокоена. Гленн себе места не находила от её состояния.  — Милая, что случилось? — всё-таки решилась спросить она.  Лью подняла на неё пустой взгляд.  — Ты весь вечер пробыла с Аделией, — в её тоне был слышен упрёк, — Последние дни только и беспокоишься то о ней, то о Ксюше. А как же я?  Старшая очень сильно удивилась от такого поведения подруги. Такое было впервые. Её ревновали?  — Крошка, я не понимаю, почему ты так говоришь? — она обняла девушку, хотя та и пыталась вырваться.  — Ревную я, блять! — это звучало как гром среди ясного неба.  Пазл в голове Гленн не сходился.  — Но как же Мили? У тебя есть вообще-то девушка, — напомнила она. Лицо Алисы помрачнело. Плечи опустились.  — Мы расстались. Она мне изменила.  Пазл сложился.  *** Ксюша выходит на общий балкон поздно ночью. Уснуть никак не получалось, особенно после происходящего. Город светился внизу. Золотые огни отражались на мокрой брусчатке. Где-то всё ещё гуляли люди и пели песни.  Илья неожиданно появляется рядом. Она не знала, что парень получил sos-сообщение от Петросян. И сразу же выбежал в поисках Волковой.  Малинин без слов снимает толстовку и накидывает ей на плечи. Она не смотрит на него. Просто медленно переплетает их пальцы. Первая. Он сжимает в ответ. Ни признаний. Ни клятв. Только тёплая ладонь в холодном воздухе. Прага не вмешивается. Город стоит веками. А у них — всего несколько дней, чтобы не разрушить друг друга окончательно.