Когда падают чемпионы

Комната была наполнена мягким светом. Лампа у зеркала горела ровно, почти убаюкивающе, и от этого становилось спокойнее на душе. Особенно после недавней допинговой ситуации, когда всё буквально трещало по швам. Ксюша все еще не осознавала всей полноты происходящего. До сих пор не заходила в интернет, чтобы почитать статьи и комментарии злых людей. Да и тренеры не советовали это делать. Она изолировалась от всего мира. Даже сегодня, после общей показательной программы, Илья молча вывел девушку через черный выход арены, пытаясь не пересекаться ни с кем. Но от церемонии награждения и банкета отказаться было невозможно: Малинины настояли на присутствии девушки на этих мероприятиях. Именно поэтому в комнате двух подруг активно проходили сборы. За окном Прага медленно погружалась в сумерки. На удивление, погода сегодня была прекрасная: солнце играло в отражении стекол, на цветущих деревьях уже пели птицы. Город оживал после мрачной и серой зимы. Теперь столица Чехии стала ощущаться совершенно по-другому. Здесь запахло свободой, надеждой на лучшее. В комнате витал еле уловимый запах пудры, который активно перебивал лак для волос. Он противно проникал в лёгкие, заставляя кашлять каждого присутствующего здесь. И уже на заднем фоне слышался аромат любимого парфюма Ксюши. Black Opium Over Red. Этот запах вишни и кофе заманивал в свою ловушку сразу. Особенно учитывая безумную любовь блондинки к ягодам. На вешалке у окна висело платье Ксюши. Оно будто светилось. Нежно-голубое, холодное, как утренний лёд. Ткань переливалась при каждом движении света, словно покрытая тонким слоем инея. Лёгкая органза спадала вниз слоями — волнами, рваными и неровными, будто они выросли сами по себе, а не были пришиты. Подол уходил в асимметрию: спереди короче, сзади длиннее, с каскадом нежных рюшей. Полупрозрачная ткань мягко пропускала свет. Стиль девушки всегда удивлял Петросян. Все ее наряды выглядели нереальными. Будто сошедшими со страниц какой-то сказки. В этом была её изюминка. Перед этим одеянием стояла уже накрашенная и уложенная Волкова. Ее босые ноги упирались в холодный пол, заставляя мурашки пробежаться по всему телу. Она просто смотрела на платье, задержавшись на нём дольше, чем собиралась. — Ты его гипнотизируешь или собираешься надеть? — голос подруги разрезал тишину. Девушка пыталась вывести аккуратную стрелку на своем глазу, чуть приоткрыв рот. Ксюша вернулась из своих мыслей в реальность, спокойно развернувшись к брюнетке. — Я еще думаю, — тихо ответила она. — Ты уже двадцать минут думаешь, — Адель закатила глаза и отложила свою косметичку. С макияжем было покончено. Зевнув, Петросян принялась рассматривать свой наряд на сегодня. Цвет платья был очень глубоким. Винным, роскошным. Ткань плотная, чуть бархатистая на вид, мягко собиралась на талии, подчеркивая силуэт. Из-за невысокого роста фигуристка предпочла короткую длину, чтобы зрительно добавить себе несколько сантиметров. В следующий миг подруга уже натянула платье на себя, чтобы не терять лишнее время. Белые полупрозрачные рукава спадали с плеч, оголяя ключицы. Лёгкая ткань собиралась у запястий, добавляя воздушности. И красивый большой бант элегантно лежал на груди. Это было идеальным балансом для спортсменки из России. Одновременно показать не только ее силу, огонек в глазах, но также нежную и ранимую натуру девушки. Телефон брюнетки зазвонил. Громко цокнув, она подняла трубку. На ее лице читалось возмущение. Как будто те, кто были на другом конце провода, ужасно бесили юную даму. — АЛЛО! — закричала эта «милая девушка». — Гуменник, ты вообще обалдел? Какой спортивный костюм? — такое чувство, что Петросян готова была сейчас убить своего парня. — Еще раз повторяю, — она тяжело выдохнула, — Мы покупали тебе классный костюм. Надень его! — из телефона послышался бубнеж , что вызвало еще больше эмоций у подруги. — Делай, что хочешь. Но только потом ходи и оборачивайся. Люблю. — Адель сбросила трубку и села на кровать, опустив голову на руки. — Петя опять буянит? — пошутила Ксюша. Брюнетка коротко улыбнулась и махнула рукой, показывая, что смысла говорить об этом нет. Она лишь внимательно осмотрела свою подругу и ее платье, которое почему-то все еще висело на вешалке. — Ты боишься его надеть? Ксюша криво усмехнулась. — Я боюсь выйти туда, — ее взгляд опустился куда-то вниз. Петросян просто молча подошла к вешалке и аккуратно сняла платье. С такой осторожностью, будто в её руках находилось что-то невероятно хрупкое. Смотреть на то, как страдает близкий человек, она больше не могла. — Надевай, — легкая ткань оказалась уже в руках растерянной Волковой. — А если… Руки блондинки затряслись, глазами она искала хоть какую-то поддержку, хоть что-то, что смогло бы ее спасти. Сейчас она испытывала страх, разочарование, тревогу. Эмоции ярким списком появились у нее в голове. Как и советовал врач. — Если «что»? — Аделия подняла бровь. — Если все будут смотреть? В комнате воцарилась тишина. Ксюша действительно боялась сейчас мелькать у всех на глазах. Она боялась осуждения, давления… В общем, снова стать слабой в глазах других. Петросян крепко обняла подругу: — Они всё равно будут смотреть, — прямо сказала она, но без малейшей грубости. — Даже если ты выйдешь в мешке… — Ксюша на секунду задумалась. — Так что лучше будь красивой. Люди не перестанут осуждать, зато ты будешь чувствовать себя уверенно. Волкова понимала: всё, что сейчас говорит подруга – правда. Нужно сиять назло всем. Особенно когда она сама знает, что ни в чем не виновата. Но больше всего ее радовало то, что рядом были близкие друзья, которые несмотря ни на что оставались рядом. Даже после всего произошедшего. Где-то в глубине души ей было безумно стыдно за себя. За то, что втянула всех в опасную игру с Торгашевым. Ее губы крепко сжались. Ксения ловко сняла футболку. Прохладный воздух коснулся оголенной кожи. Перебирая пальцами ткань, девушка все-таки смогла натянуть на себя платье. Ткань легко скользнула по плечам фигуристки. Она была настолько нежной и воздушной, что будто гладила кожу. Ксюша осмотрела себя. Осталось только последнее – затянуть корсет. На помощь сразу же пришла Адель. Ловкими движениями она начала расправлять шнуровку. — Стой ровно. Блондинке ничего не оставалось, кроме как послушаться. Петросян долго возилась с лентами, но в итоге успех взял верх. — Сделай глубокий выдох, быстро! — снова скомандовала она. Волкова со всей силы выдохнула остатки воздуха из лёгких и, не успев даже понять происходящее, слегка вскрикнула. Талию и грудную клетку резко сдавило. Аделия ловко завязала бант сзади. Сможет ли она выдержать в этом весь вечер? А ведь еще и каблуки надо надевать… Ну зачем она на это согласилась? — Чёрт… — тихо начала Аделя, с интересом оглядывая подругу. — Что? — в голове пульсировало напряжение. Будто что-то не так. Но Петросян молча отошла назад и покрутила пальцем, намекая на то, чтобы Волкова последовала его примеру. Еще не отойдя от таких пыток, Ксюша все-таки выполнила просьбу девушки. И начала медленно поворачиваться, чтобы в глазах не потемнело. — Ты выглядишь шикарно. Я завидую Илье. Пауза — В смысле? — голубые глаза блондинки недоуменно округлились. Она не понимала, при чем тут платье и Малинин. — Илье? В ответ раздался смех. — Когда Андрей исчез с горизонта, у вас снова вернулась химия с нашим американским приятелем! В груди резко екнуло. Это было безумно приятно слышать, но признавать факт не хотелось. — Я не знаю где Андрей. Да и вроде ничего не поменялось. — Никто не знает где он. Может, Илюша что-то расскажет, — почему-то от такого прозвища Волкову будто ударило током. Почему Адель называет его так? Они ведь просто друзья. Ревность признавать было тяжело. — А про Малинина не ври, я вижу, как вы смотрите друг на друга. Молюсь, чтобы вы оба наконец перестали вести себя как дети. И вообще, посмотри на себя! Как дети. Да, Ксюша была согласна. Ей уже самой все осточертело, хотелось уже спокойствия и счастья. Но, учитывая всю ситуацию, это казалось невозможным. А Илья… С Ильей она обязательно разберется позже. Сейчас слишком страшно. Обдумав все сказанное подругой, фигуристка развернулась к зеркалу. И замерла. В отражении на нее смотрела незнакомая девушка. Другая. Ее кожа казалась бледной, но благодаря макияжу на щеках был красивый румянец, спасавший ситуацию. Плечи открыты, выставляя напоказ тонкие, изящные ключицы. Платье прелестно струилось вниз, подчеркивая хрупкую фигуру. Она выглядела такой чистой и невинной. Словно ангел. — Вау. — единственное, что смогла выдавить из себя Ксюша. — Оо, дааааа! — протянула Аделия. — Малинин, держись! Сегодня испытание будет сложнее, чем на соревнованиях. — На её лице появилась хитрая ухмылка. Ее больно ударила в бок блондинка. — Ладно-ладно, прекращаю! Петросян забавно вскинула руки вверх – так, как обычно делал Гуменник. Это был один из фирменных жестов парня. Как говорят в простонародье: с кем поведешься, от того и наберешься. Фраза явно про них – сладкая парочка сама не замечала, как они начали копировать мимику и привычки друг друга. — Кстати, чего Петя звонил? — Да он, блин, как обычно, — брюнетка села на кровать, активно жестикулируя. — Я купила ему костюм! — дальше диалог уже вылился во что-то большое. Девушка долго объясняла личные проблемы, какие шутки ее бесят. И вообще все. Только одна фраза немного смутила Ксюшу. — Влад тоже с катушек поехал. — Адель будто сама не поняла, что сказанула, поэтому затараторила дальше. Это продолжалось минут пятнадцать, пока телефон снова не зазвонил. Это был злой Дикиджи, который посоветовал им поторопиться. Иначе их обеих будут выносить силой. И правда, время пролетело незаметно – юные дамы уже опаздывали. — Забыла сказать, — кинула мимолетно Петросян, убирая в сумку помаду. — Завтра перед самолетом нашу сборную вызывают на допрос. — Заметив возмущенный взгляд подруги, она продолжила: — Насчет твоего дела. Так как мы близко общаемся, нам нужно дать показания. Обе девушки поникли. Одна – из-за переживаний за подругу. Вторая – из-за того, что её проблемы коснулись близких людей. Кого еще втянут в это дело?

***

Дверь номера закрылась мягко, едва слышно — только слабо уловимый щелчок замка. Две подруги остановились прямо перед выходом из отеля. Буквально пару шагов и их окутает легкий весенний ветерок сердца Европы. Аделия чуть повернулась к зеркальной панели на стене, поправляя рукав своего платья — медленно, аккуратно. Мельком задержала взгляд на своем отражении. Перед ней уже стояла не та маленькая девочка до Олимпиады. Взгляд стал более серьезный, черты лица заострились. Брюнетка накинула на себя белую полушубку, которая для данной погоды подходила идеально. Ее примеру последовала и Волкова, надевая на себя темно-синее пальто, чтобы не заболеть. Погода была еще обманчива и непостоянна. — Готова? — коротко спросила Петросян, даже не глядя на Ксюшу. Блондинка не ответила сразу. Её взгляд был направлен вперёд — туда, где стеклянные двери готовы были со звуком отвориться и пустить их в объятия города. — Нет, — тихо, но честно. А затем первая ринулась вперед на встречу своим страхам. Аделия по доброму засмеялась и чуть бегом догнала подругу. — Отлично. Начинаю узнавать тебя. Шаги были уверенными и жёсткими — чёткое цоканье каблуков раздавалось по холлу, отражаясь от гладких стен и пола. Звук был ровный, почти отточенный. Но внутри у Ксюши всё звучало иначе. Как обратный отсчёт до того, от чего уже нельзя убежать. На диванах вдоль стены сидели спортсмены из разных сборных. Кто-то смеялся, откинувшись на спинку, кто-то листал телефон, лениво пролистывая экран, кто-то обсуждал что-то вполголоса, наклонившись ближе к собеседнику. Все фигуристы выглядели безупречно. Широкие улыбки озаряли их лица. Когда две хрупкие фигуры девушек появились в проходе, несколько человек почти сразу обратили на них внимание. И уже через пару секунд за ними начали подтягиваться другие спортсмены сборной США. Будто они только и ждали свою сокомандницу. Сейчас стоило держаться вместе. У одного из диванов сидели парники Америки. Алиса Ефимова оживлённо что-то рассказывала, активно жестикулируя руками, а рядом с ней внимательно слушала Эмилия Зингес. — Да я тебе говорю, это было не случайно, — с жаром продолжала Алиса, — Он специально сделал вид, что не понял музыку. Эмилия тихо засмеялась, прикрывая рот рукой. Рядом с ними сидели их партнеры, уткнувшись в телефоны, будто происходящее их вообще не касалось. Когда Ефимова заметила Ксюшу, она на секунду замерла. А после дружелюбно кивнула головой в знак приветствия, расталкивая парня рядом с собой. Тот недовольно глянул на девушку, но встал. Эмилия последовала её примеру, поэтому помахала Волковой. Ее новая сборная была на ее стороне. Это сильно радовало. Друзья стояли у выхода. Чуть в стороне от общего потока людей, которые постоянно проходили мимо, не задерживаясь ни на секунду. Три разные фигуры, которые уже были друг другу как родные. Илья стоял собранный, почти неподвижный. С тем самым напряжением в плечах, которое появляется не от усталости, а от внутреннего контроля, когда ты держишь себя в руках чуть сильнее, чем обычно. На нём было длинное чёрное пальто, строгий силуэт которого делал его выше и ещё более закрытым. Из-под него выглядывал воротник белой рубашки. Светлые волосы были уложены небрежно, как будто он провёл по ним рукой уже прямо перед выходом и не стал и исправлять. Влад находился рядом. Его поза была свободнее, чем у других. Вес смещён на одну ногу, плечо чуть опущено, руки не напряжены. Чёрный бомбер выглядел на нём идеально. Сидел на парне как влитой, будто он родился с ним сразу же. Пётр внимательно наблюдал за входом в отель, ожидая свою прекрасную и любимую девушку. Сбоку разумеется раздавались подколы от лучшего друга. — Потерял свою Джульетту? — прыснул Дикиджи. — Влад, я тебя щас утоплю где нибудь! — второму прилетел щелбан по лбу. Они стали веселясь бегать друг за другом, пытаясь отомстить. Чуть дальше от них у стеклянной перегородки, стояли две красиво наряженные девушки. Они были погружены друг в друга настолько, что внешний мир будто не существовал. Склонившись ближе, почти соприкасаясь плечами, они разговаривали тихо, иногда переходя на полушёпот, понятный только им двоим. Иногда старшая игриво водила пальцем по открытым участкам тела Лью, но как только замечала взгляды со стороны, прекращала. Никто еще не знал о тесной связи девушек. Двери отеля разъехались медленно, почти лениво, словно не спешили выпускать их наружу. Холодный воздух коснулся кожи сразу. Лёгкий, весенний, но после тёплого холла заметно ощутимый. Ксюша услышала звук своих каблуков раньше, чем осознала, что уже идёт. И именно он первым выдал их появление. Разговор сбоку между двумя «лучшими подругами» прекратился, они нехотя отстранились друг от друга. Обе сразу же обернулись в сторону дверей. Дикиджи перенес вес с одной ноги на другую, так как уже устал стоять и ждать всех. Он еще раз кинул короткую шутку в сторону Гуменника. А после увидел их. Его бровь едва заметно дернулась. Взгляд задержался чуть дольше, чем должен был. — Ну всё… — тихо пробормотал он себе под нос, почти беззвучно, — Я влип. Он провёл ладонями по лицу, резко, будто пытаясь стереть с себя это внезапное состояние, и глубоко вдохнул, на секунду зажмурившись. Пётр, стоявший рядом, уловил это мгновенно, но не стал ничего говорить. Вместо этого он быстро двинулся вперёд, к девушкам, как будто перехватывая момент. — Наконец-то, — выдохнул он почти с облегчением и крепко обнял свою девушку, кружа ее вокруг себя. — Ты сегодня очень красивая, — проговорил он. Девушка засияла, — Не красивее моих программ, но да! Она тут же шикнула на него, толкнув в плечо. Как обычно без шуток не получилось. Говори не говори, было бесполезно. — Ксюш, ты тоже сегодня супер, — не забыв о подруге, продолжил парень, — Свела с ума аж двух парней, — добавил он, чуть качнув головой в сторону стоящих позади фигуристов. Волкова не поняла о чем речь. Точнее, не полностью. Илья — это было очень очевидно. А вот что на счет второго? При чем тут Влад? Уже второй раз за день ей кидали какие-то намеки. Илья поднял голову самый последний из всех. Его движение было небрежным, как будто он наконец вышел из своего мира, вернувшись в реальность. Но как только его взгляд нашёл Ксюшу.. ..весь мир замер. Дыхание сбилось на долю секунды. Спина выпрямилась слишком резко. Их взгляды с Ксенией остановились друг на друге. И никто не решался отвернуться. Но это был не вызов. Не попытка что-то доказать. Малинин просто не мог не смотреть на стоящую впереди девушку. Он даже не заметил рядом с ней маленькую Петросян, которая тоже выглядела превосходно. Его взгляд прошёлся по Волковой медленно. Он вглядывался в каждый миллиметр ее тела. Как ткань платья ложится, двигается при каждом шаге. Ее тонкие пальцы, сжимающие клатч чуть сильнее, чем нужно. Она будто сошла с обложки волшебной сказки. Волкова тоже в это время внимательно осматривала американца. И вдруг поняла, что не привыкла видеть его таким. Обычно Малинин был всегда либо в спортивном, либо в обычной повседневной одежде. А здесь все было строго, официально. И это привлекало ее сильнее. В животе появились те самые противные бабочки. Ксюша незаметно сжала кулаки. Адель была права, как только Андрей исчез с горизонта, между ней и Малининым что-то снова зажглось. Но все равно нужно держать дистанцию. Думать головой, а не всплесками эмоций. Илья моргнул, он чуть повёл плечом, вдох, как перед стартом, и… сделал шаг вперёд. — Ты… — начал парень. Мыслей было слишком много. Они путались, наслаивались друг на друга, и каждая казалась либо слишком простой, либо совершенно не той. Ксюша посмотрела на него, чуть прищурившись. Илья провёл рукой по затылку. — Ты сегодня… — снова попытался он и опять сбился. — Выглядишь… как-то по-другому.— Он сам услышал, насколько это звучит странно. — В смысле… — быстро добавил блондин, нахмурившись. — Не то чтобы плохо. Наоборот. Очень даже хорошо. Ксения на секунду зависла, не зная, как реагировать. Но уголок её губ всё же едва заметно дрогнул. — Отличный комплимент, — тихо сказала она. Илья выдохнул сквозь нос, коротко усмехнувшись самому себе. — Я не умею это делать, честно, — пробормотал он и слегка ударил себя по лбу. В его голосе было больше раздражения на себя, чем неловкости. — Хотел сказать нормально, получилось как обычно. Говорить Малинин никогда не умел. — Ты красивая, — всё-таки добавил он, уже тише, почти себе под нос. И это прозвучало честнее всего остального. Ксюша на секунду задержала на нём взгляд. И внутри что-то дрогнуло. Ответить девушка все равно не успела, так как к ним приблизился Влад. — Брат, ну кто тебя учит такому, — он наигранно засмеялся и приобнял друга. Внутри него все разрывалось на тысячи кусочков. Но он обещал себе. Нельзя. — Ты выглядишь так… — Дикиджи повернулся к Ксюше, чуть склонив голову, словно действительно подбирая слова. Но без той растерянности, что была у Ильи. — Как будто богиня сошла с небес. — О боже… — не выдержал Пётр, сгибаясь пополам от смеха. — А ещё на меня гнал. Ты сам-то слышишь себя? Влад только усмехнулся краем губ. — Завидуй молча. Волкова слегка покраснела. Толи от смущения, толи от неловкости ситуации.. Илья в это время молчал. Его челюсть едва заметно напряглась. Взгляд скользнул в сторону Влада, коротко и холодно. Он выпрямился чуть сильнее. Ксюша открыла рот, будто собираясь что-то ответить. Но ее снова нагло перебили, уже второй раз за вечер. — Так, всё, по автобусам, — голос резко ударил по ушам, — Alright, athletes, on the bus — now. Otherwise we won’t make it to the ceremony, we’ll be in the subway begging for spare change… because I’ll get fired. — Роман прокричал еще громче, его голос отдавался эхом в небесах. Он вышел из отеля, на ходу застегивая пальто, и остановился перед ними, окидывая всех быстрым, цепким взглядом. Этот взгляд задержался на миллисекунду на рядом стоящих Илью и Ксюшу. И на небольшое расстояние между ними. — Fast, — добавил он уже спокойнее, — Misha, stop smoking, otherwise I'll shove this cigarette somewhere far away from you. Он снова бросил взгляд на сына с девушкой. На лице появилась слегка грустная улыбка. Аделия тихо начала диалог с тренером сборной США. — А вы случайно не знаете, где Этери Георгиевна? А то она не отвечает. — А, она щас с Таней договорит и выйдет. Ваш автобус вон тот желтый, — мужчина указал ладонью куда-то в даль и пошел дальше торопить своих подопечных. — Ну всё, — Обернулся Петя к Илье, — Нам придется попрощаться, но не надейтесь, что это надолго. Девушки в это время уже стояли и обнимались, шепча друг другу на ухо сплетни. Эмбер исподтишка снимала это на свой телефон на память. Такие искренние моменты встречались редко. Алиса в это время быстро печатала что-то в телефоне. Когда Гленн попыталась заглянуть, она мгновенно отвернула экран. Через пару минут все разошлись. Сборная США двинулась к своему автобусу. Высокие ступени, холодный металл поручней, свет внутри — слишком яркий после улицы. Ксюша замедлилась на секунду. Она неуверенно оглядела свою обувь и напрягалась. На ней был довольно неплохой высоты каблук. И забираться по таким небольшим ступенькам было крайне неудобно. Разумеется Малинин, оказался рядом раньше, чем она успела что-то сказать. — Давай, — начал он и протянул свою руку в сторону девушки. Его движение не было настойчивым, просто предложение. Просто рука. Ксюша сглотнула застрявший в горле ком. Она внимательно осмотрела руку фигуриста. И чуть обдумав ситуацию, вложила свою ладонь в его. Ведь в этом ничего нет. Правда? Рука была очень теплой. На душе сразу появилось чувство безопасности, хотя страх как обычно присутствовал с ней. Блондин чуть сжал пальцы, помогая ей подняться. И только когда она оказалась внутри салона — отпустил. Снаружи Пётр молча наблюдал за этим. Переведя взгляд на напряженного Дикиджи, подошел к нему ближе. Парень положил свою руку на плечо друга. — Ты знал, на что шёл. — Знал, — Влад усмехнулся. — Но неприятно всё равно. Хотя… — пожал плечами, — главное, чтобы она была счастлива. Петросян так же наблюдала за тем, как силуэты приятелей скрылись в автобусе. — Пусть хоть немного побудут вместе, — тихо сказала она, — Надеюсь, что разберутся. Пока Андрея нет. — Мы не знаем, когда он вернется, — пожал равнодушно плечами Петя. На этом моменте взгляд брюнетки потяжелел. — Значит, нужно использовать это время, — добавила она. — Влад, все будет хорошо. Главное, что она счастлива. Дикиджи просто кивнул. Автобус же мягко тронулся. Внутри было намного теплее, чем на улице. Приглушенный свет еле еле освещал салон. Спортсмены рассаживались, переговариваясь вполголоса. Кто-то уже уткнулся в телефон. А кто-то просто откинулся на сиденье. Ксюша ловко уселась у окна. Она обожала такие места, так как в них можно было наблюдать за происходящим на улице. А такое она любила. Рядом с глухим шумом опустилось еще одно тело. Илья, перебирая вещи в карманах, уселся поудобнее в кресле. Автобус неожиданно сильно качнуло. Поэтому девушка с небольшой силой врезалась головой в плечо Малинина. И замерла. Илья ничего не сказал на это, просто продолжил сидеть на своем месте. Волкова не двигалась, будто проверяла реакцию парня, можно ли так делать или нет. В ответ она не получила ничего. Она настолько сильно устала, что бездумно осталась лежать на его плече. Через несколько минут Ксюша закрыла глаза. И моментально уснула, прижимаясь к блондину все ближе и ближе. Сил не оставалось от слова совсем, а появившиеся проблемы со сном, лишь усиливали недомогание девушки. Илья просто замер. Изначально он хотел посидеть в инстаграме, но планы резко изменились. Ему было страшно даже дышать, лишь бы этот момент не прекратился. Он чувствовал как поднимается грудная клетка блондинки. Как ее ресницы дрожат во сне. Как умеренное дыхание упирается ему почти в шею. Внутри взорвались тысяча фейерверков. Спустя долгое время на нем лежала девушка его мечты. Да, хоть и не прям в таком ключе, как хотелось, но лежала. А это значит, что если убрать с дороги Торгашева, Волкова точно будет его. Илья еще раз посмотрел на неё. Какая же она была милая. Малинин сделает все, чтобы этих моментов было больше.

***

Автобус остановился незаметно, без резкого толчка и скрипа тормозов, будто просто устал двигаться и решил замереть. Ксюша почувствовала это сразу. Так как то самое спокойное укачивающее движение исчезло. До этого всё было странно спокойно. Тёплый воздух в салоне, приглушенный гул двигателя, редкие, почти убаюкивающие голоса где-то впереди. Она не сразу открыла глаза, так как яркий свет ламп начал слепить юную девушку. Ксюша сонно потянулась, зевая. А после легла обратно на нагретое место. Щека коснулась чего-то мягкого. Это было не стекло. Тогда на чем она все это время спала… Волкова как ошпаренная взлетела со своего места, чуть не бьясь головой об верхнюю панель. Она широко распахнула глаза и увидела напротив себя удивленного Илью. Он аккуратно схватил девушку, чтобы та не упала или не дай бог, ударилась обо что-то. Ксюша все таки села обратно. Сердце готово было выпрыгнуть из тела. Виски пульсировали. Неужели она все это время проспала на плече Ильи? Она не помнила, как оказалась здесь. Не помнила, в какой момент позволила себе настолько расслабиться, чтобы просто… уснуть. Да, она была очень сильно уставшей после показательных и сборов, но не настолько же…. И самое главное, он ее не отодвинул. Блондинка вдруг остро осознала, насколько близко они были. На столько, что она могла с легкостью прикоснуться губами к его шее… Стоп Стоп О чем она думала? О какой шее? Нельзя было переходить грань, нельзя. Не все решено, не все! Хотя и хотелось…. И от этого было страшно. Чем ближе он к ней, тем тяжелее контролировать себя. Потому что в голове, как всегда, всплыло другое лицо. Андрей. Мысль оборвалась, но оставила после неприятный осадочек. Она в миг осознала на сколько ей стало холодно. Как будто вместе с этим прикосновением у неё забрали что-то важное и теплое. Волкова опустила взгляд на свои руки, сжала пальцы, стараясь вернуть контроль. — We've arrived, — тихо сказал кто-то спереди, и это окончательно вернуло её в реальность. Все спортсмены принялись собирать вещи и готовиться выходить на площадь перед ледовой ареной. — Ты… — начал Илья и сразу же замолчал. Он не знал, что можно было сказать в этой ситуации. — Ээээй, голубки, — протянула с заднего сиденья довольная Гленн, — Как провели свои сорок минут дороги? Сразу было видно, что девушка наблюдала за ними почти весь путь. Рядом с ней хихикнула Алиса, немного отводя взгляд. Ее поведение было максимально странным в последнее время. Все спихивали это на стресс. — А вам как? — Малинин решил перевернуть эту некую игру. — Понравилось лапать друг друга? После этой фразы две девушки покраснели и закашляли. Они не думали, что хоть кто-то заметит их близкие объятия, ведь они сидели в самом самом конце. Но фигуристки часто недооценивали внимательность своего белобрысого друга. — Илья…, — пыталась оправдаться Эмбер. — Я жду объяснений чуть позже, не сейчас. В начале автобуса очень громко начал кричать Роман. Он пытался всех выгнать из железного убежища, ведь времени почти не оставалось. Именно поэтому две «лучшие подруги» направились в сторону выхода, стараясь игнорировать присутствие остальных. Ксюша сглотнула, пытаясь переосмыслить все. — Извини, — тихо сказала она, сама не до конца понимая, за что именно извинялась. Илья нахмурился. — За что? Его это даже немного задело. Ксюша лишь покачала головой, не находя слов. Потому что объяснить, это значило бы признать слишком многое. А она пока не была готова. Пауза повисла между ними, наполненная тем, о чём никто не сказал. — Пойдём, — наконец произнёс он мягче, уже без попыток разобраться. Он поднялся первым, чуть отступив в сторону, давая ей пространство. И только потом протянул руку, чтобы помочь. Девушка сразу же ответила на этот жест. Все спортсмены спокойно прошли в сопровождении тренерского штаба в огромный зал. Пространство было широким, с высокими потолками и ярким, почти безжалостным светом, который не оставлял ни одной детали в тени. По периметру стояли диваны, низкие столы, складные стулья. На некоторых диванах уже расположились фигуристы из других стран. Кто-то сидел расслабленно, закинув ногу на ногу, кто-то нервно перебирал ткань костюма, кто-то что-то активно обсуждал с тренером. У одной компании вообще была включена колонка из которой играла довольно активная музыка. Вокруг нее весело танцевали некоторые спортсмены, в их руках уже находились какие-то сомнительные стаканы. Волкова непроизвольно засмеялась внутри себя. Даже до начала мероприятия кто-то начал пить, но это наоборот добавляло свой шарм, делая помещение более живым. Гул голосов стоял неописуемый. Разговоры на разных языках переплетались, смех вспыхивал то тут, то там. Цокали каблуки о пол. Ткань платьев и костюмов тихо шуршала при каждом движении. Этот зал был специально сделан для подготовки перед пресс-центром и ожидания своей очереди. Именно поэтому за одной из «дверей», которая была прикрыта шторами громко захлопали и закричали. Звуки щелчков камеры были слышны даже отсюда. Значит кто-то уже вышел на «красную дорожку» Сборные держались группами. Это было почти инстинктивно. Американцы стояла чуть в стороне, но вместе. Джейсон что-то рассказывал, активно жестикулируя. Алиса стояла, скрестив руки, слушала, но время от времени отвлекалась на телефон, быстро пролистывая экран. Чуть дальше Гленн поправляла прядь волос, глядя на своё отражение в стекле, и тихо комментировала разговор с кем-то рядом. Остальные также занимались своими делами, поддерживая общий диалог. Они выглядели как огромная семья, это было здорово. В сборной России в основном была жесткая конкуренция. Вспомнив о российских спортсменах, девушка оглядела зал, пытаясь найти своих друзей. Но их, к сожалению, еще не было. Немного опаздывали. В стороне, выбиваясь из общей взрослой серьёзности, громко бегала Лиза. Она звонко смеялась и искренне улыбалась окружающим, прячась за спинами спортсменов, как за укрытиями. За ней, уже не скрывая лёгкого раздражения, бегала Татьяна Валерьевна, пытаясь поймать её. Но та лишь ловко ускользала из рук мамы. — Лиза, стой! — но та только смеялась громче, — Мне нужно доплести косички! Как ты на люди выйдешь! В какой-то момент девочка резко сменила направление и подбежала к Ксюше, спрятавшись за её спиной, она уткнулась в ткань платья, будто это было самое надёжное место во всём зале. Ксюша машинально обернулась, чуть растерявшись, но уже через секунду присела ниже, чтобы оказаться с ней на одном уровне. Малинина младшая крепко обняла девушку своими маленькими ручками. — Сюша, спаси меня! — она странно выговорила имя фигуристки. Вдруг из ниоткуда появился Илья. Он по доброму улыбался младшей. — Иди сюда, — парень протянул руку, пытаясь забрать сестру. Но Лиза только сильнее прижалась к Ксюше и упрямо покачала головой. — Я только с ней. Это прозвучало настолько уверенно, что блондинка невольно улыбнулась. — Лиза, мне нужно сделать тебе прическу! — еще раз повторила тренер. — Татьяна Валерьевна, давайте я сама. Я умею, — от этого маленькая девочка лишь радостно запрыгала. Малинин на секунду завис, а после еще более мягко улыбнулся двум леди. Его мать наиграно развела руками и пошла дальше по делам. Волкова аккуратно усадила девочку перед собой и начала заплетать косички. Пальцы двигались почти на автомате — спокойно, аккуратно, привычно. У нее никогда не было младшей сестры или брата, поэтому данные моменты заставляли ее сердце биться быстрее. Да, в раздевалках часто фигуристки помогали друг другу с волосами и одеждой. Но все равно оно ощущалось по другому. Именно в этот момент Ксюша начала чувствовать взгляды. Они были не прямые. Просто небольшое давление в области спины. Блондинка пару раз резко обернулась. Но каждый раз картина была одинаковой, все спортсмены просто занимались чем-то своим. Но ощущение чего-то странного не покидало ее. И все таки ее слух уловил некоторые моменты: Сбоку, чуть дальше, стояли три бельгийки. Они говорили тихо, но не настолько, чтобы нельзя было услышать обрывки. — Может, поэтому она так много прыгает? — сказала одна из них и косо покосилась в сторону Волковой. Сердце неприятно защемило. — Она даже почти не устала после проката, заметили? Вся компания ободряюще закивала. — Все спортсмены из России с допингом! Вспомните только дело Камилы Валиевой! Ксюша не хотела это слушать. Она правда пыталась сосредоточиться на косичках, на пальцах, на прядях волос. Но все равно все их фразы лезли куда-то под корочку мозга. Как фоновый шум, который невозможно выключить. Ильи рядом уже не было. Поэтому нужно было просто собраться и достойно себя вести, особенно рядом с ребёнком. Лиза, до этого спокойно сидевшая, вдруг подняла голову и посмотрела на Ксюшу снизу вверх. — А зачем они так? — тихо спросила она, — Давай скажем Илюше и он их накажет. Ее янтарно-карие глаза уставились на фигуристку. Пальцы остановились, переставая делать колоски на голове девочки. — Они думают, что я их немного обманула, — Ксения пыталась говорить об этой теме мягко и осторожно. В ответ она получила только: — Да знаю я все, но ты не виновата! — маленькие кулачки ударили по столу. Только сейчас Волкова поняла, как они были похоже с Ильей. Одинаковые повадки, привычки, манера голоса. Просто копия. Ксения сама и не заметила, как уже пару минут рядом с их столиком сидела Алиса Лью, и внимательно слушала и наблюдала за происходящим. Русский она, конечно, не могла разобрать. А вот сплетни трех спортсменок в легкую. Она резко встала чуть впереди, спиной к Ксюше, будто случайно перекрывая линию обзора. Но только американка знала, что это не было случайностью. А после девушка подошла ближе к ним. И чуть наклонив голову, спокойно и без повышения голоса сказала: — Эй, курицы. Чем больше энергии тратите на разговоры, тем меньше шансов прыгнуть хотя бы одинарный. Лью даже не стала ждать ответа. Просто слегка задела одну из них плечом и ушла обратно, как будто ничего не произошло. Три бельгийки возмущено засуетились. В душе Ксюша посмеялась, и правда они были похожи на куриц. Но понять, почему Алиса так поступила, она не могла. В последнее время девушка стала очень странной и скрытой. Будто стала ненавидеть всех вокруг. То холод и агрессия, то наоборот. Бельгийки недовольно переглянулись. Одна уже открыла рот, явно собираясь что-то сказать. Но в этот момент за спиной Ксюши появился Илья. — Всё нормально? — тихо спросил тот. И этого оказалось достаточно. Девушки цокнули, отвернулись и отошли в сторону, больше не продолжая разговор. Ксюша медленно выдохнула. И только сейчас поняла, насколько сильно сжимала подол своего платья.. Время выходить на публику подошло. Их остановили буквально за пару шагов до входа. Девушка с бейджем быстро пробежалась глазами по списку, не поднимая взгляда, что-то отметив галочкой. Рядом стоял мужчина с наушником, который говорил технические моменты в микрофон. Сердце Ксюши билось неровно, срываясь с ритма, будто пыталось обогнать само себя. Роман двинулся первым, взяв под руку свою жену. Они уверено прошли вперед под шумные крики прессы. Чуть впереди них вприпрыжку шла Лиза. Её шаги были легче, почти пружинистые, она оглядывалась по сторонам с искренним интересом, будто всё происходящее просто обычная игра. Илья и Ксюша шли следом. Они не касались друг друга, но были слишком близки. Малинин видел, как девушка напряглась, боясь сделать шаг дальше. — Я рядом, как всегда — тихо, почти неслышно. Ксюша кивнула едва заметно и направилась вслед за тренерами. Они вышли в больше яркое помещение. Дорожка тянулась вперёд — длинная, черная, глянцевая. Свет отражался в ней, как в воде, и из-за этого всё пространство казалось немного нереальным. По бокам металлические ограждения, которые огораживали зону между спортсменами и камерами. За забором было слишком много людей. И с микрофонами и с камерами. Помещение запомнилось тысячью голосами, разобрать нормально что-то было невозможно. — Ksenia! — Over here! — Look this way! Имя звучало слишком часто. Камеры были вытянуты вперёд, объективы направлены прямо на них. Роман и Татьяна не сбавляли темпа. Их шаги оставались чёткими, Лиза на секунду махнула кому-то в толпе, за ограждением мило вскрикнули. — What about Andrew Torgashev?! Упоминание этого человека ударило сильно. Ксюша заметила как Илья напрягся. Он уже был готов защищать девушку, но вспомнив где они, успокоился. Фигуристка сбилась, поэтому чуть не споткнулась об подол своего платья. Малинин сразу же среагировал и подхватил под руку спутницу. — Игнорируй, — сказал он. Голоса усилились. — Are you still in contact with him? — Did he help you? — Are you hiding something? Вспышки били в глаза, оставляя белые пятна, которые мешали видеть. Ксюша пыталась держать взгляд прямо, как учили, но он всё равно срывался на лица, на движения, на отдельные слова, которые цеплялись за сознание. — Or is Malinin with you again?! Внутри снова что-то оборвалось. «С одного на другого…» Эта мысль всплыла сама, чужими голосами, чужими интонациями. А ведь правда, со стороны это выглядело максимально странно. То сначала она с одним на публике, потом с другим. Она снова начала чувствовать себя грязной, поэтому слегка сжалась. В глазах потемнело. Дышать стало тяжело. Звуки резко пропали, оставляя девушку в тишине. Она не видела ничего вокруг себя. Ее трясло от страха. — Кс… — начал Малинин, уже понимая, что произошло. Но было поздно. Ксения повернулась к нему, на глазах поступали слезы. У девушки начиналась паническая атака. В парне уже закипало напряжение, которое слишком долго копилось. — Leave this person alone, she has it hard enough as it is. На секунду шум сбился. Камеры поднялись выше. Кто-то даже сделал шаг вперёд. —But she took doping, she needs to answer for her mistakes. Роман обернулся мгновенно. — Илья, это провокация. Игнорируйте, — это звучало как предупреждение. Но вдруг на этот комментарий начала отвечать сама Волкова. Оба мужчины уставились на нее. — You can continue to believe the rumors. In the meantime, I will continue to develop, — она натянуто улыбнулась, — And I will become stronger in spite of everyone. There will be no more comments, — она не повышала голос. На ее ресницах все еще оставалась влага. Но след от небольшой панической атаки исчез полностью. Подняв высоко голову, девушка прошла дальше, останавливаясь в некоторых местах для фоток. Гордость за девушку накрыла Малинина. Его девочка смогла дать отпор. Она смогла. И он в ней не сомневался. — Ilya, can I take a photo of you and Volkova? — послышалось рядом. Парень посмотрел на девушку, и убедившись в ее согласии, встал рядом и улыбнулся. Щелк. Они встали еще ближе. На щеках блондинки появился румянец. Шелк. Илья дрожащими руками, взял девушку за талию. Его ладони начали потеть. Щелк. По телу девушки прошли мурашки. Но обдумывать свою реакцию было некогда. Обычное фото между спортсменами. — Can I take a photo of your family together? — раздалось где-то. Татьяна мило улыбнулась и кивнула, подзывая к себе своих детей и мужа. Ксения осталась стоять на месте, не хотела простить семейную фотографию. Но Роман вдруг воскликнул: — Э, Ксюша, сюда пойди, — он притянул ее ближе к Илье. А потом осуждающе посмотрел на сына, — Ты чего не следишь за ней. Тот лишь стыдливо промолчал и слегка обнял девушку. Лиза встала между ними и широко улыбнулась во все 32 зуба. Щелк. Помимо Ильи, Ксюшу притягивает к себе уже Роман. Делая их компанию более семейной. Щелк. Ксюша кладет голову на плечо Ильи. Это ведь же просто фото. Да, Ксю? Щелк. Решение было принятое за секунду стало чем-то очень важным. Хотя в душе девушка чувствовала себя не в своей тарелке, так как все таки это была чужая семья. Но все равно было приятно осознавать, что они рядом. А дальше все было как в тумане. Присоединившиеся остальные спортсмены, весело позировали на камеру. Для каждого это было ярким событием. К ним даже пустили ближе российских спортсменов, разрешая сделать общую фотографию. Илья и Ксюша стояли по центру прислонившись к друг другу. Потому что людей много, а нужно было уместить всех в кадр. Именно поэтому. Сбоку от них обнимались счастливые Петя с Аделей. С другого края под ручку улыбались Эмбер и Алиса. И только с самого края стоял немного поникший Влад Дикиджи. Шелк. — Я ХОЧУ С ВАМИ, — кричит Лиза и бежит к ребятам. Она снова установится посередине. Ксюша и Илья слегка ее приобнимают. Вдвоем. Щелк. Спортсмены больше ни на какие провокации не велись. Поэтому сразу после этого направились на церемонию вручения, которая должна была начать через минут пятнадцать. Они скрылись за дверью. Щелк.

***

Дверь за их спинами закрылась почти бесшумно — мягко, без хлопка, но возникало чувство, будто кто-то аккуратно отрезал их от всего, что осталось снаружи. Торжественный зал был еще огромней, чем предыдущий. Настолько, что взгляд не сразу мог его охватить целиком. Но здесь пространство казалось уютным, мягкое освещение лилось сверху от прожекторов, добавляя свою изюминку. Высокий потолок уходил вверх, теряясь в полумраке, где уже не различались детали, только тени конструкций. Пространство будто растворялось над головами, создавая ощущение бездонности. По периметру стояли круглые столы аккуратно расставленные на одинаковом расстоянии друг от друга. Белые скатерти ложились идеально ровно, без складок, стеклянная посуда ловила свет и тихо поблёскивала, а в центре каждого стола стояли небольшие композиции из живых цветов. Их Ксюша заметила сразу, поэтому именно они первыми смягчили напряжение внутри. В центре зала возвышалась сцена. Чёрный невысокий подиум с подсветкой по краям, которая делала его контуры чуть размытыми. За ним находился большой экран, пока ещё тёмный, но уже готовый в любой момент ожить, показывая имена и лица победителей в различных номинациях. Волкова с детства не любила такие показные мероприятия. Так как было слишком много внимания, по правде говоря, было обидно не получить ничего в такие моменты. Сейчас ситуация была намного сложнее. Если бы не допинг, девушка получила бы по-любому хоть что-то, особенно с таким чистейшим и сильнейшим прокатом. Но сейчас… у нее забрали эту возможность. Спортсмены постепенно заполняли зал. Кто-то уже уверенно направлялся к своим местам. Снова знакомое шуршание ткани, лёгкий стук каблуков и приглушённый смех. Сборная США заняла несколько столов ближе к сцене. Не в самом центре, но достаточно близко, чтобы всё видеть. Как и обычно свои к своим. Кто-то уже отодвигал стулья с неприятным скрипом, а кто-то уже во всю распивал вредные напитки, дурманящие разум. В этом было что-то домашнее. Волкова шла позади своей команды. Она двигалась медленнее, чем остальные, пытаясь привыкнуть к такому масштабу. Давно уже такого не было в ее жизни. «Все пройдет хорошо». Она пыталась убедить себя в этом, но дыхание всё равно оставалось чуть сбитым, как после бега. Девушка не сразу заметила, что идет не одна. Илья шёл рядом с ней почти беззвучно. Он не касался её и не тянул. Блондинка почему-то думала, что парень уже давно улетел вперед к своим друзьям, но ошибалась. Малинин не отходил от нее и на секунду, так как хотел быть ее поддержкой и опорой. — Сюда, — тихо бросил он, едва заметно кивнув в сторону стола. Место уже заняли Эмбер и Алиса, разговаривая между собой. — Сладкая моя, давай после шоу полетим куда-нибудь на море? — накручивая локон волос на палец, спросила старшая. Алиса немного смутилась, не зная, что отвечать на это. — Глянем, что будет дальше, — выловила из себя девушка, на что получила неодобрительный прищур Гленн. Снова никаких четких ответов. Никакой стабильности. — Алис, а можно ответить нормально? — голос стал более раздраженным, хотя улыбка все еще оставалась на лице. Лью начала метаться из стороны в сторону, пытаясь придумать хоть какой-то выход из ситуации. Поэтому увидев двух приближающихся к ним друзей, громко закричала: — Мои любимые! Я так скучала! — она встала и бросилась на шею ошарашенной Волковой. Илья вопросительно посмотрел на Эмбер, на что та просто отмахнулась и разочарованно уставилась в стеклянный стакан перед собой. Уже усевшись за стол, к ним присоединился радостный Джейсон Браун. Он с энтузиазмом начал показывать что-то на своем телефоне. — Смотрите какой кадр поймал! На экране виднелась фотография зала, куда только только заходили спортсмены. Красивый свет падал на пол, создавая изящную атмосферу. Американцы начали оживленно общаться между собой. Алиса умоляюще просила Джейсона пофоткать ее на фоне сцены для инстаграмма. Они выглядели очень живыми. — Илья, а почему мы не можем сесть к Аделе, Пете и Владу? — спросила Волкова у блондина. — Обычно все садятся по сборным. Можно, конечно, по-другому. Но за каждым столом может сидеть только по шесть человек, — немного грустно ответил он, — А нас чуть побольше. Да и лучше пока не сильно на публике светиться с российскими спортсменами, особенно… — Малинин прервался. — «Особенно…» что? — Особенно после скандала с допингом. Не дай бог начнут приплетать твой старый штаб, — он обречено опустил голову. Илья до последнего не хотел говорить в слух про это, так как боялся сделать девушке больно. Но та лишь одобрительно покачала головой. — Это логично. Вот только меня уже сегодня сравнивали с Валиевой. Парень удивленно поднял бровь: — Те бельгийки что-ли? — Ага. — Но ты же понимаешь, что у вас с Камилой немного разные ситуации? — осторожно спросил он. Ксения понимала. Ситуации были разными, но все равно были схожие моменты. Она до сих пор была уверена, что пятнадцатилетнюю девочку на Олимпиаде двадцать второго года подставили, как и Волкову. Только у одной были политические мотивы, а у второй личные. И, к сожалению, Валиеву так и не смогли оправдать. Точнее даже и не пытались, что было очень грустно, ведь одну из самых талантливых фигуристок просто загубили. Ксюша никогда не была слишком близка с Ками. Хотя они часто соревновались между собой еще в юниорах, но просто общение не шло. Где-то внутри появилось резкое желание написать девушке и обсудить все. Может быть, она этим и займется, но чуть позже. Несмотря на это, внутри нарастало глухое беспокойство. Ведь Камилу никто не защитил, а просто отстранили и забрали медали. Отстранили. Волкова только сейчас осознала масштаб проблемы. И какие последствия могут быть. А если сегодня она последний раз была на мировом льду? Вдруг, она больше не сможет соревноваться? — Да, — отозвалась в итоге она фигуристу. О своих переживаниях и мыслях девушка решила не говорить. Не хотела нагружать его еще больше. А тем более рассказывать о своих слабостях. Как бы сильно ее не тянуло к Илье, она оставалась осторожнее к каждому своему действию. С другой стороны стола тихо скрипнул ещё один стул. Кто-то остановился рядом, колеблясь. Будто не мог решить садиться на это место или нет. — Можно к вам? — прозвучал голос где-то сверху. Ксюша сразу же подняла голову. Перед ней возвышался канадский спортсмен. Стивен Гоголев. Он был одет в красивый приталенный костюм, который подчеркивал его тонкую фигуру. Почему-то он напоминал девушке потерянного щеночка. Интуиция говорила ей, что это очень хороший и светлый человек. И что ему можно доверять. — О, Степка! — Илья на чистом русском поздоровался с парнем, пожав тому руку. А после уже на английском продолжил, — Конечно садись. Гоголев с облегчением выдохнул и сел за стол, отвечая на разные вопросы от сидячих рядом ребят. В какой-то момент нервы над парнем снова взяли вверх. — Слушай… — он повернулся к Ксюше, чуть наклонившись ближе и понизив голос, — Если что… ну… это всё фигня. Он пробормотал это быстро, почти на одном дыхании. Поняв, что выразился довольно сумбурно, замялся. — В смысле не фигня, а… — Стивен коротко выдохнул, провёл рукой по волосам, — Ты поняла. Ксюша смотрела на него секунду. И вдруг неожиданно даже для самой себя — улыбнулась. Улыбка была почти незаметной, но настоящей. Девушка сразу осознала то, что хотел донести до нее спортсмен. — Поняла. — Просто… — он пожал плечами, уже чуть спокойнее, — У нас уже были такие истории. Не у нас, но… — Гоголев на секунду задумался, — Ты не первая. И не последняя. Он явно не хотел утешать девушку. А просто сказать правду, как на самом деле есть, ведь действительно ситуация с допингом была не очень редкой в спорте. — Очень оптимистично, — тихо вставил Илья. Ксюша на секунду повернула голову. Он сидел рядом, чуть откинувшись на спинку стула, но взгляд его был направлен на Гоголева. Чуть прищуренный. Малинин явно произнес это с иронией. — Я стараюсь, — усмехнулся тот в ответ. И в этот момент за столом раздался лёгкий смех. Живой и искренний. Это то, в чем нуждалась Ксения в последнее время, напряжение внутри девушки начало спадать. Не все люди винили ее во всех грехах, многие были рядом и поддерживали ее. Она была не одна. Андрей был неправ, когда говорил, что девушка никому не нужна. Он просто пытался убедить ее в обратном. Как хорошо, что Торгашева здесь не было. — Кстати, Ксюш, — ее снова отвлек Гоголев, — Ты общаешься с Изабо? — Ты про Левито? — девушка не совсем догоняла, что хотел от нее парень. Тот покачал головой, соглашаясь. — Иногда, а что? Щеки Стивена покраснели от смущения. — Она просто мне нравится давно… — он замялся, — Хотел бы узнать, как с ней сблизиться. — А почему ты не спросил у Эмбер или Алисы? Они точно знают это лучше меня. И это было правдой. Три фигуристики уже не первый год проводили свое время вместе на одном льду, став уже друг другу второй семьей. — Я переживаю, что они сразу же ей все расскажут, так как подруги, — взгляд парня грустно опустился на стол. Он нервно перебирал свои пальцы. На счет Алисы девушка не могла утверждать, а вот Гленн… — Я напишу Изабо чуть позже и попытаюсь наладить контакт, — почти на ухо сказала она Стивену, чтобы никто не услышал, — А вот на счет Эмбер я бы подумала, это самый надежный человек из всех кого я встречала!!! Глаза канадца сразу же засветились от счастья. Он одними губами сказал «спасибо» и продолжил диалог с остальными. Свет на сцене внезапно вспыхнул. Лица людей за столами стали чётче, резче, а сама сцена почти нереальной, как отдельный мир, куда сейчас по одному будут выходить и возвращаться уже с наградами. Музыка, до этого мягкая и фоновая, постепенно набрала глубину. Разговоры начали стихать сами собой, словно кто-то незаметно убавил громкость у всего зала. — Ladies and gentlemen… Голос ведущего разнёсся ровно, без малейшего напряжения. Он будто заполнял пространство, укладывался в него, как ещё один слой декора. Ксюша выпрямилась почти рефлекторно, как перед очередными соревнованиями. Только сейчас под ногами не лёд и падать здесь… немного иначе. — We are honored to welcome you to the official ISU Awards Ceremony… Люди начали громко аплодировать и свистеть. Илья на секунду коснулся плеча девушки и мягко улыбнулся, показывая, что он все еще здесь. Время летело быстро. Номинации сменялись друг за другом. Награду «Лучший новичок в этом сезоне» получила совсем юная Ами Накаи. Девушка светилась от счастья, когда ей в руку передали холодный метал. Щелк. «Лучшая программа в сезоне» досталась великой Каори Сакамото. Она плакала от переизбытка эмоций, ведь это были ее последние соревнования. Щелк. Награду «Самый красивый костюм» разумеется забрал сам Илья Малинин. Это было настолько очевидно, что он даже не обрадовался этому. Щелк. Люди поднимались друг за другом, сменяясь. Наградили и многих тренеров за хорошую работу. Да и многих спортсменов. Влад так же получил награду на удивление всем. «Открытие года». И действительно, для парня это были самые первые международные соревнования. И сразу же на них он прыгнул легендарный четверной аксель, который до этого получался только у Малинина. Многих это поразило. Волкова радостно хлопала в ладоши, гордясь за своего близкого друга. — Влад, что вам помогало на этом тяжелом пути? — спросил ведущий. Дикиджи замялся, но все таки ответил: — Просто у меня есть один человек ради которого я не мог сдаться, — он не отрывал глаз от Ксюши. Но она не придала этому значение. Друг всегда искал поддержу в своих близких. И это наверняка не было исключением. Зал снова громко зааплодировал. Все кроме Ильи. Он тоже заметил этот взгляд на девушку. Внутри появилась злость, который быть не должно, ведь Влад стал для него хорошим другом, который всегда помогал. Тогда почему теперь все так? — Спасибо, Влад! Надеемся узнать имя этого прекрасного человека! Многие засмеялись. Щелк Мероприятие снова продолжилось в своем темпе. Кто-то давал интервью чуть дольше остальных. А кто-то делился своими секретами и будущими планами. — …and now… Голос ведущего чуть изменился. Не сильно, но достаточно, чтобы это почувствовалось. Он стал мягче, тише, как будто создавая паузу. Ксюша моргнула. Как будто возвращаясь в момент. — A special recognition award. Тишина снова повисла в зале. Такое явно было впервые, незапланированное. Интрига нарастала с каждой секундой. Ксюша нахмурилась едва заметно. Смысл дошел до нее не сразу. — For outstanding resilience, artistic expression, and contribution to this season’s most memorable performance… Рядом уже чуть напрягся и Илья. Это было легко заметить, находясь в пару сантиметрах от парня. — Ksenia Volkova. Мир на секунду остановился. Звук будто провалился, стал глухим, как под водой. Свет слишком ярким. А свое же дыхание чужим. Ксюше, наверное, показалось, что произнесли ее имя. Но как только сидящие рядом друзья начали кричать и радоваться, поддакивая девушку в сторону сцены до нее дошло. Ксюша не двигалась. — Ксень… — голос Ильи рядом был тихим, но абсолютно реальным. — Иди, — мягко добавила Эмбер, слегка коснувшись её руки. Это прикосновение было коротким, но достаточным, чтобы запустить движение. И Волкова встала. Шаги давались ей странно, будто не ее. Ноги становились ватными от переизбытка эмоций, сцена становилась все ближе и ближе. Блондинка ловила на себе множество взглядом. И все они были разными. — КСЮША ДАВАЙ! — прокричал с другого конца зала Гуменник. Сердце забилось сильнее. Крик российского спортсмена подхватили и другие, пытаясь поддержать девушку. На некоторых лицах была небольшая злость, но Ксеня пыталась это игнорировать. «Они все равно будут смотреть», — сказала Петросян» На сцене свет оказался почти ослепляющим. Он бил прямо в лицо, стирая детали зала. Люди превратились в силуэты, в размытые пятна за пределами света. Она не видела их, но знала, что они там. Награду ей протянули с улыбкой. Стеклянная статуэтка оказалась неожиданно лёгкой и холодной. — Congratulations, — ведущий пожал девушке руку, — Ксения, мы рады видеть вас здесь после всего случившегося. — Спасибо — Позвольте задать Вам вопрос. Что же случилось? — это немного ввело в ступор юную спортсменку. Волкова сразу начала искать взглядом своих тренеров. Но яркий свет не позволил ей этого сделать, хотя где-то внутри она чувствовала, как ей качает головой из стороны в сторону Роман. Говорить все подробности нельзя, но и уходить без ответа тоже. — Спасибо большое за вопрос, — она широко улыбнулась, — Не могу сказать всех подробностей, но я буду со своей командой бороться за справедливость до конца, — в зале одобрительно захлопали. — А что на счет различных слухов и фотографий на просторах интернета? Вас часто видели то с Торгашевым, то с Малиным, — это безумно напрягало, — Андрей говорил что-то за ваши отношения. Это правда? Кому принадлежит ваше сердце? Пальцы сжались на стекле статуэтки так сильно, что граненный рельеф впился в кожу до боли. — Личная жизнь на то и личная, простите, — фигуристка с большими усилиями выдавила из себя кривую улыбку, что дало ведущему сразу понять, что пора заканчивать. Волкова ощутила на себе тяжелый взгляд. Это был Илья. Она не видела его, но знала. Щелк.

***

После официальной части зал словно выдохнул. Присутствующие значительно расслабились. То напряжение, которое держало людей за плечи на протяжении всей церемонии, постепенно отпускало. Банкет начался почти незаметно: без громких объявлений, без чёткого сигнала. Просто в какой-то момент музыка стала громче, свет мягче, а люди живее. Одни уже тянулись к бокалам, другие расслабляли ворот рубашек, кто-то просто откидывался на спинку стула, позволяя себе выдохнуть, и этого оказалось достаточно. Ритм зала сменился. Алкоголь разливался быстрее, чем вода. Кто-то пил аккуратно, кто-то заметно быстрее, чем стоило. На лицах появлялся лёгкий румянец, движения становились расслабленнее. Тренеры и организаторы растворились где-то по краям зала, появляясь лишь изредка, кидая быстрый взгляд и уходя снова в тень. Зал наполнялся настоящей жизнью, в которой больше не было места пресс-центру, папарацци и этому давящему вниманию. Камера разумеется все равно были, но совершенно иные. Некоторые из спортсменов уже ходили с телефоном, снимая всё подряд: смех друзей, танцы, случайные моменты. Кто-то записывал короткие видео для тик тока, пробуя тренды. — Подожди, подожди, ещё раз, — раздалось где-то сбоку, — Ты слишком серьёзно смотришь, мы не на интервью вообще-то! — Я не умею не серьёзно, — ответил кто-то, и рядом сразу засмеялись. Музыка отзывалась во всем теле, центр зала постепенно освобождали от столов, чтобы было место для движения. Люди этим пользовались, поэтому уже через несколько минут кто-то танцевал на том месте не обращая внимания ни на кого вокруг. И на фоне этого общего движения особенно чётко ощущались те, кто не до конца растворился в этом вечере. Ксюша все еще стояла с краю зала. В её руке был бокал с прозрачным содержимым. Она держала его больше для вида, чем из желания сделать хотя бы глоток. Пальцы сжимали стекло чуть сильнее, чем нужно, и это было единственным, что выдавало внутреннее напряжение. Хотелось быть как все: громкой, живой, беззаботной. Хотелось танцевать до сбитого дыхания, смеяться слишком громко, говорить глупости и не контролировать каждое своё движение. Но вместо этого внутри сидел страх лишнего взгляда, лишнего слова, нового повода для обсуждений. Хотя на самом деле ей просто не хватало еще сил позволить себе быть свободной. Рядом, почти сразу, как будто почувствовав это состояние, появилась Эмбер. — Ты выглядишь так, будто сейчас сбежишь от нас, — тихо сказала она, наклоняясь ближе. Ксения слабо усмехнулась, не отрывая взгляда от толпы. — На каблуках я не убегу. — Значит, снимешь их и сбежишь, — спокойно парировала Эмбер. На этот раз уголок губ всё же дёрнулся сильнее. Гленн легко могла поднять настроение. — Что у вас с Алисой? — поинтересовалась блондинка, заметив вдалеке веселящуюся Лью. Девушка явно уже была подвыпившей, позволяя себе обниматься с кем попало. Эмбер тяжело вздохнула и тоже направила взгляд в сторону своей подруги, что сейчас энергично танцевала в центре зала, а после отвернулась. — Ничего серьезного похоже, — это звучало отчаянно. — В последнее время между вами будто что-то изменилось, — спокойно заметила она, перекатывая в руках стакан, больше для того, чтобы занять пальцы, чем из желания пить. Музыка на фоне резко поменялась, в следствии чего, вся толпа очень громко закричала. Это заставило фигуристку чуть сжаться и прикрыть уши. — Это секрет только, — глаза Гленн потемнели. — Я ее люблю и мы целовались, — сказано все было на одном дыхании. Но это совершенно не удивило стоящую рядом подругу. — Так в чем проблема? Эмбер не ответила сразу. — Она не хочет отношений, — ответила она тише. — И… постоянно избегает ответственности. Последние слова повисли между ними чуть дольше, чем остальные. И это уже звучало не как жалоба, а как приговор, который она сама не до конца готова принять. Бесшумно возникнув рядом, перед ними оказалась Алиса, держа в руках уже не первый бокал. Она внимательно осмотрела двух подруг, остановившись на нетронутом напитке Ксюши. — А ты че не пьешь ? — задала вопрос она. Похоже девушка не слышала диалог между ними, что было очень хорошо. Американка уже немного теряла контроль над своим телом, поэтому оперлась на рядом стоящий стол. Ксюша покачала головой. — Не хочу. Алиса задержала на ней взгляд ещё на секунду, будто хотела что-то добавить, но в итоге просто кивнула. — Тогда я напьюсь за нас двоих, — добавила девушка и взяв за руку Гленн, потащила их в центр зала, уводя ее все дальше и дальше от Волковой. Эмбер одними губами произнесла «прости» и отдалась напору Лью. Ксюша не сразу поняла, как ноги сами увели её от края зала. Она просто пошла не думая, ведь простоять весь вечер в одном месте было плохой перспективой. Адель она заметила первой. Та стояла рядом с Софой Самоделкиной, которая одна из первых покинула российскую сборную после всех событий. Девушка явно расцвела после перехода за Казахстан. Две дамы о чём-то оживлённо говорили, периодически взрываясь смехом.. — О, вот и ты, — Адель первой заметила её и сразу улыбнулась. — Мы уже думали, ты ушла. Соня обернулась и со всей силы обняла Волкову, та лишь слегка шагнула назад, явно не ожидая такой реакции. — Ну наконец-то я тебя увидела! — голос был звонким, — Все соревнования тебя поймать не могла! Как я соскучилась! Девушки между с собой действительно очень давно не общались, наверное как раз с того самого перехода Сони в другую страну. Самоделкина всегда была очень ярким и дружелюбным человеком. Настолько доброго и искреннего она еще не встречала, поэтому обняла ее в ответ. Ксюша растерялась и поэтому не сразу ответила: — Я тоже скучала. — Эй, я щас ревновать начну, — наигранно топнула Петросян, она а шутку начала разнимать фигуристок. — Отстань, мелкая, — засмеялась Софа. Аделия принялась ее щекотать. Ксюша поймала себя на том, что впервые за вечер почувствовала себя там, где должна была быть. — Как там в Казахстане? Сборная хорошо приняла? — решила все таки узнать она. Фигуристка начала рассказывать все быстро, размахивая руками, почти не давая Ксюше вставить слово. То о том, как ее чуть не выгоняли из российских штабов, так и о том, как от нее отказывались. И что на самом деле все оказалось намного сложнее, чем девушка представляла себе. Но зато она была счастлива и ни о чем не жалела. Соня была безумно благодарна Казахстану за эту поддержку. — Мишка жаль не приехал сейчас, — уже грустно сказала она. — Очень крутой челик, обязательно познакомлю! В это время парни держались отдельной группой. Влад стоял чуть в стороне. Руки в карманах, бокал нетронутый, он вообще не пил сегодня, а просто наблюдал на все со стороны. Петя же смеялся громче остальных, уже заметно попьянев. Он хлопал кого-то по плечу, слишком резко, но без злости попутна рассказывая свои шутки. Малинин же стоял чуть ближе к центру, смеясь с Гуменника, который прямо сейчас пытался взять на руки злого Дикиджи, чтобы Браун сфоткал их. Илья решил не пить сегодня много, чтобы оставаться адекватным и в случае чего прибежать на помощь Ксюше, которая, кстати, сейчас о чем-то активно болтала с подругами. Не смотря на маленькое количество употребленного алкоголя, его взгляд уже помутнел. Поэтому при виде девушки, внутри него все полыхало. И сдерживать это он не мог. В этот момент его Ксюшу со всей силы обнимает спортсменка из Казахстана. «Надо спросить у Миши, как она связана с Волковой» — подумал он. Но в груди что-то сжалось. Он бы очень сильно хотел бы быть на месте той самой Софы и так же обнимать хрупкую девушку. Дотрагиваться до нее своими руками, касаться там, где ему хочется. — Илюха, сюда иди! — прокричал Петя. Американец был безумно благодарен ему за это. Ведь еще чуть чуть и его мысли пошли бы в какое-то другое русло, — Возьмите меня с Владом на руки! — друзья сразу же сделали то, что им сказали, — БРАТ, Джейсон! Фоткай меня! — это было сказано на чистом русском, но, к счастью, иностранец с камерой понял, что от него хотят, — Я загадаю желание между этими двумя влюбленными дураками! Все из компании замерли, даже подвыпивший Малинин. Он вопросительно посмотрел на еще больше разозлившегося Влада. — Он долбоеб, — единственное, что смог сказать он. А после слегка ударил Гуменнику по лицу, — Хуйню не неси, дебил. Илья попытался отвести того в сторону. — Хорош, ты видишь, что он пьян? — его палец указал на уже сидевшего на полу друга, который похоже даже не осознал, что его ударил лучший друг, — Завтра поговорите спокойно. — Владюшааа, я такоооой дурак, — протянул Петя. За этим всем ошеломленно наблюдал Джейсон Браун, который не понимал абсолютно ничего, из того, что говорили парни. Пока шла эта вся разборка, к плечу Волковой легонько дотронулись. Она вздрогнула почти незаметно, но резко обернулась. Перед ней стояла Каори. Она не вписывалась в общий шум. Не было ни громких жестов, ни широкой улыбки, только спокойный и внимательный взгляд, будто она видела чуть глубже, чем остальные. Каори слегка кивнула остальным девушкам, мягко поприветствовав их, и только потом снова посмотрела на Ксюшу. — Мы сможем отойти и поговорить? — голос был мягким, тихим. Блондинка сразу же согласилась на предложение японки, поэтому две фигуристки направились в более тихое место, где их не смогут отвлечь. Шум толпы остался за спиной, и в этой внезапной тишине стало даже немного неуютно. Каори остановилась первой. Между ними повисла пауза. — Что ты хотела? — первой не выдержала Ксюша. Каори на секунду опустила взгляд, затем чуть прикусила губу, будто подбирая слова, которые не хотели складываться правильно. — Я хотела сказать тебе это раньше, — начала она спокойно, однако голос стал чуть охрипшим. — Но не было момента. Блондинка напряглась, но не перебила. Уважение должно было присутствовать, особенно сейчас. — Мне… обидно, — тяжелый выдох, — Но не из-за тебя! — она начала слегка качать головой, ее глаза открылись шире. — Из-за ситуации. Из-за того, как всё закончилось, — ее пальцы сжались. — Ты заслуживала самого лучшего завершения. Прости. — Да, Волкова частично была виновата за такой смутный конец ее карьеры. Ксеня на секунду отвела взгляд в сторону, туда, где снова мелькали огни и движение зала, словно ей нужно было за что-то зацепиться, чтобы не провалиться в это признание. — Я уверена, что ты не виновата. И я даже знаю. Я видела твои тренировки, твои заваленные программы. Человек с допингом так бы не смог,— она чуть мягче посмотрела на Ксюшу. — Просто… даже если я хотела золото, я хотела, чтобы это было честно до конца. — Она слабо усмехнулась, но без радости. — Я надеюсь, что правда вскроется и ты получишь свою золотую медаль. Русская спортсменка долго не отвечала. А после просто шагнула ближе и обняла Каори. Сначала осторожно, будто проверяя, можно ли. Потом крепче. Сакамото ответила не сразу, но через пару минут поддалась навстречу. И в этом объятии не было ни соревнований, ни оценок, ни медалей. Только две хрупкие фигуристки, которые стали жертвой большого спорта. Музыка медленное начала сменяться на совершенно другую волну, захватывая каждого присутствующего здесь. Ещё секунду назад зал жил бешеной энергией, громкими криками, а сейчас что-то изменилось. Не все сразу поняли, что произошло. Но когда диджей протараторил в микрофон: «Дорогие друзья, медленный танец!», народ стал разделяться на парочки. Ксения стояла чуть в стороне, всё ещё под впечатлением разговора с Каори. Эмоции внутри не успели улечься, и от этого всё вокруг ощущалось странно размытым. Она не замечала, как на нее пристально смотрит один из присутствующих. Илья. Он не решался подойти к хрупкой девушке сразу. Поэтому просто стоял и прожигал ее взглядом. Малинин пытался выбрать момент и не испортить сложившуюся ситуацию. В голове начали всплывать картины из прошлого. Андрей и Ксюша. Когда Илья не предпринимал никаких серьезных действий и поэтому его любимую увели. Сейчас он не мог позволить себе наступить на старые грабли, поэтому сделал первый шаг. А после второй. — Потанцуем? — голос у него был тихим. Музыка уже полностью заполнила пространство, и отказ звучал бы громче, чем остальные звуки. Да и кого тут обманывать. Волковой безумно хотелось потанцевать с парнем, почувствовать тепло его тела. Нельзя переходить грань. Итак много контакта друг с другом. Но это же просто танец… Танец двух друзей. Ничего же страшного? И она кивнула. Парень аккуратно коснулся её руки , будто спрашивая разрешения. Не получив отказа, он начал выводить ее в центр зала к остальным танцующим парам. Первое движение было неловким и оба это почувствовали. Блондинка чуть сильнее сжала пальцы на его плече, не сразу попадая в ритм. Она почувствовала, как плечи Малинина напряглись. И при каждом зрительном контакте, он уводит взгляд. — Ты напряжён, — тихо сказала она. Он чуть выдохнул. — Ты тоже. Ритм музыки немного изменился, поэтому фигурист прижал девушку к себе сильнее, сжимая ее тонкую талию. Ее нежное голубое платье переливалось под светом прожекторов и при каждом движении развивалось в воздухе. Пару шагов и поворот. Ксюша уткнулась носом в шею Ильи, что заставило того напрячься еще сильнее. Его дыхание начало сбиваться, а руки прижимать девушку все ближе и ближе. Между ними уже не осталось никакого расстояния. Ксюша перестала думать, куда ставить ноги. Илья перестал считать движения. Они больше не боялись смотреть друг другу в глаза и теперь тонули вдвоем в омуте глаз. С другого конца зала за ними внимательно наблюдал Влад. Он резко взял в руки первый попавшийся бокал и выпил залпом, слегка поморщившись. Он не моргнул, когда увидел, как Илья ведёт Ксюшу в танце. Только челюсть напряглась сильнее. Рядом кто-то что-то сказал ему, но он не ответил. — Влад? — голос Пети где-то рядом прозвучал уже глухо. Он не повернулся и просто сделал шаг в сторону бара. Гуменнику ничего не оставалось делать, как подойти к своей девушки и пригласить ее на танец. Он был уверен, что ей это было безумно важно. Илья этого не видел. Он всё ещё держал Ксюшу в танце. В какой-то момент его рука начала опускаться ниже талии, но он во время смог себя остановить. Девушке явно не хотелось такого развития сюжета. Знал бы он, как ошибался. У Волковой уже тысячу раз все перевернулось внутри. Где-то глубоко завязался узел, заставляя девушку с болью кусать губы, отгоняя навязчивые мысли. — Ну какая химия! — сказала Эмбер, танцуя в обнимку с Лью, которая еле стояла на своих двоих. — А давай поспорим, через сколько они переспят? — Алиса подмигнула своей «лучшей» подруге. — А вообще я бы хотела тебя…., — она прошлась пальцами по груди старшей. Та отстранилась от нее. — Мы на публике, не перегибай, — сдела замечание девушка. Лью обиженно надула губки, — Я надеюсь только на одно, чтобы ничего не утекло в сеть. И чтобы это не узнал Андрей. Алиса нахмурилась и посмотрела еще раз на танцующую парочку. — Ставлю на эту неделю в Праге. Музыка почти подходила к концу. Но как минимум двоим из зала этого сильно не хотелось. Ведь этот «дружеский» танец сближал их с каждой секундой. Еще раз сделав разворот, Илья наклонил девушку, смотря на нее жадным взглядом. Мелодия закончилась. Между их лицами оставалось буквально пару сантиметров. Еще чуть чуть и это расстояние исчезло бы вовсе. Его прерывистое и горячее дыхание обжигало губы девушки. — Ребята, там Владу плохо! — резко ворвалась Аделия, парочка тут же отодвинулась друг от друга, делая вид, что ничего не было, — Его там чуть не рвет, давайте поедем в отель, — умоляюще проговорила она. Все сорвались с мест, Малинин попутно стал вызывать такси. Помочь другу было очень важно, но внутри горело разочарование, еще пару секунд, и они бы поцеловались. Но все было испорчено. С краю зала радостно стоял Джейсон Браун, снимая эту милую картину на свой мобильный телефон. Он не заметил, как сзади к нему подкрался Роман Скорняков. — Дорогой мой, — Браун подскочил на месте от неожиданности, — Спокойно-спокойно. Хотел бы тебя предупредить, — тишина, — Будь аккуратен с Торгашевым. — Что? — Я изучил камеры наблюдения на вашей стороне после одной жалобы, — мужчина развел руками. — И я прекрасно видел вашу командную работу. Сказанные слова заставили Брауна напрячься. Неужели их тренер действительно знал, что было тогда в коридоре между его сыном и Андреем? — Мы больше не общаемся. Я сразу понял, что дело пахнет жаренным, когда внезапно Волкова начала встречаться с ним. — он грустно улыбнулся, — Простите. Тренер одобрительно покачал головой. Его птичка знала очень много всего.

***

Сегодняшнее утро началось у всех по-разному. Большинство спортсменов сейчас собирало свои вещи в аэропорт, некоторые все еще гуляли по городу, наслаждаясь последними часами пражского воздуха.  Ксюша не помнила как вчера добралась до отеля, потому что удачно уснула на одном из диванов в коридоре. А дальше она уже проснулась в своей мягкой и теплой кровати. На удивление, подруги в номере не были. Поэтому спросит о окончании вчерашнего вечера было не у кого. Вещи Петросян были уже аккуратно сложены в чемодан, только косметичка и зарядки небрежно валялись на столе.  В душе стало немного грустно. Ей не хотелось прощаться со своими друзьями.  Несмотря на это, Волкова уже какое-то время сидела в холодном и просторном кабинете адвоката сборной, пытаясь собраться с мыслями. Ее позвали сюда не просто так. А значит дело начало двигаться в какую-то сторону.  Но вот в какую, был вопрос.  Мистер Коллинз, да именно так звали этого высокого и статного мужчину, как обычно задумчиво перебирал документы на своем рабочем столе, вчитываясь в их содержимое.  Они находились в помещении только вдвоем, так как у тренеров появились какие-то дела, а брать кого-то другого было ненадежно.  Стресс брал вверх над девушкой. Страх перед неизвестностью заставлял сжиматься всем органам внутри ее тела. Ксюша уже пару минут не могла спокойно усесться на кресло, вечно то спасая с него, то садясь слишком напряженно.   Но разумеется это не помогало.  Мужчина все таки заметил изменения в поведении девушки напротив, поэтому решил больше не мучать ее и начать цель ее визита:  — Дело официально зарегистрировано, — он пролистнул папку, — начата процедура антидопингового расследования по линии ISU и WADA. Ксения замерла, переставая возиться на месте. Ее тело потяжелело. В голове исчезли абсолютно все мысли, заставляя ее просто пялиться в одну точку где-то в окне. Руки стали неметь.  Ее будто окунули в ледяную воду без предупреждения. Разумеется это было очевидным и эти дни она себя подготавливала к такому исходу. Но слышать это в живую и официально, а не просто где-то и от кого-то, было в сто раз хуже, чем представлять это в голове.  Значит это реальная действительность.  — Сейчас у нас есть две пробы, — продолжил он, — проба A дала положительный результат. Проба B…— Колиннз сделал паузу, обдумывая следующие слова, — Задерживается.  Волкова сразу же вышла из состояния ступора. Пора уже реально оценивать ситуацию. Если нет пробы В, могут ли быть проблемы с этим? Не сделают ли ее виновной окончательно только по одной?  — Это плохо или хорошо? — тихо спросила Ксюша. Адвокат же посмотрел прямо на неё, грустно улыбаясь.  — Это редкость , но бывает, — очередная папка была отложена в сторону, — Но затягивание пробы B всегда вызывает много вопросов.  Майкл пододвинул в сторону девушки какую-то бумажку.  — Сейчас нет еще подтверждённого второго результата. Но так как процесс запущен, нужно подробнее разобраться в деле.  Ксюша почувствовала, как внутри что-то сжалось сильнее. — Это значит… меня уже считают виновной? — голос сорвался на последнем слове. — Изучите пожалуйста документ перед вами, — на автомате ответил тот, — Если дело запущено, то вы в любом случае уже часть его. Пока не будет окончательного решения, Вы невиновата.  Фигуристка пододвинула листок к себе ближе и принялась внимательно читать содержимое его, водя пальцем по каждой строке. Чтобы точно не упустить ничего важного.  POWER OF ATTORNEY. Девушка напряглась, но продолжила дальше.  I, the undersigned, Ksenia Volkova, hereby authorize Michael Collins, acting on behalf of the United States Figure Skating Federation, to represent my interests in all matters related to the ongoing anti-doping investigation. Он заметив это сказал:  — Вам нужно подписать доверенность, — его палец тыкнул в одну из строчек договора, — На меня. Чтобы я мог официально представлять ваши интересы перед федерацией, антидопинговыми органами и прессой. Девушка снова опустила взгляд на документ.  This authorization extends to interactions with, including but not limited to: — International Skating Union — World Anti-Doping Agency — national anti-doping agencies and disciplinary panels Взгляд снова поднялся.  — Без этого вы будете вынуждены отвечать на запросы напрямую, — уточнил Коллинз, — А это сейчас небезопасно, как минимум для вашей психики.  The representative is granted the authority to: — provide statements on my behalf — submit documents and evidence — engage in negotiations with relevant parties — make decisions within the scope of the legal defense strategy Голова уже шла кругом. Слова путались, цеплялись друг за друга, теряя смысл. — А что обнаружили… — она запнулась, — в пробе? Вопрос повис в воздухе. Майкл молча пододвинул к Волковой очередную бумажку, где было написано слишком много непонятной информации. Девушка либо сходила с ума, либо действительно это было что-то на очень умном.  Поняв смятение собеседницы, мужчина начал объяснения.   — В пробе A обнаружены следы вещества, — название он будто специально не произнес, проверяя реакцию девушки. Та лишь растерянно переводила взгляд то с бумажки то на него, — Мелдоний. Имя препарата было знакомым и лежало где-то на поверхности сознания. Но вспомнить подробности она не могла.  — Это… — она нахмурилась, пытаясь поймать мысль, но та ускользала, — Я не помню… простите. Ксюша чуть поникла, опустив взгляд. Мужчина понимающе кивнул головой, как будто ожидал такого ответа.  — Это препарат, который используется для поддержки сердечно-сосудистой системы, — спокойно объяснил он. — Повышает выносливость, ускоряет восстановление. — увидев, что девушка его внимательно слушает, он продолжил — С 2016 года входит в список запрещённых веществ. Но, — добавил он сразу, — Концентрация небольшая, поэтому шансов у нас оправдать тебя больше.  Ксения подняла на него взгляд. Это давало надежду.  — То есть это может быть ошибка? Ей кивнули.  — Но, я не принимала ничего такого, — резко сказала она. Руки сами развелись в стороны, будто пытаясь доказать это жестом. — Препарат не мог попасть в организм случайно? — спокойно начал задавать вопросы он. — Возможно, кто-то из вашего окружения принимает его? В голове сразу же вылез снова образ русской спортсменки — Камилы Валиевой. Как по интернету гуляла легенда про разделочную доску и препарат для сердца дедушки фигуристки. К сожалению, это подтвердить и оправдать никто не смог. После того случая Ксюша стала более внимательной к таким моментам. Допинговый скандал на Олимпиаде стал уроком для многих спортсменов сборной.  — Нет, — уже более жестко ответила Ксюша, — У меня в окружении только фигуристы и тренера, не думаю, что кто-то из них принимает препарат. Тогда бы я не сидела здесь одна, — последнее было сказано с ноткой иронии, что посмешило адвоката. — Значит будем надеется, что это либо системная ошибка либо внешнее воздействие, — это было сказано тише. Неужели Майкл намекает ей на диверсию? Может он тоже осознает всю ситуацию?  — Вы хотите сказать, что меня подставили?  — Я хочу сказать, что выводы пока делать рано, — осадил он, —Это может быть просто неправильное хранение пробы, ну или же…. , — и не договорил. Ксюша смотрела на него очень внимательно. Но Коллинз уже ответ взгляд, открывая снова свою папку, — Давайте вернемся к доверенности. Сил на споры у Волковой уже не было, поэтому наперекор своему волнению, она продолжила читать содержимое на бумажке, которая все это время ждала ее. I acknowledge and accept that any actions taken by the authorized representative within this mandate shall be considered as taken with my full consent. Это было важной частью. Доверять людям было тяжело, но она прекрасно осознавала, что сама не справится и не выдержит. Майкл уже не первый раз помогал ей с документами в юридическом плане, поэтому она мысленно  согласилась с происходящим..  This Power of Attorney shall take effect upon signing and remain valid until the conclusion of the proceedings or its formal revocation. Она нащупала рукой на столе железный корпус ручки, и сжимая подняла ее. Signature: ___________ Date: ___________ Ксения еще раз пробежалась по доверенности и подняла взгляд на адвоката. Тот лишь спокойно наблюдал за ней, ожидая пока она закончит.  Пальцы сжали ручку еще сильнее. Громко выдохнув, девушка поставила подпись.  31.03.2026  Мужчина так же никак не отреагировал на этот жест, просто молча забирая у девушки подписанный документ, кладя его в сканер. Нажав на приборе кнопки, он продолжил:  — Еще одна важная деталь. Сейчас будет проводиться опрос ближайшего вашего окружения.  — Кого? — единственное, что смогла выдавить Ксюша. Голос прозвучал тише, чем она хотела. Ей стало безумно страшно за то, что ввязала в эту историю других людей. И в особенности друзей.  — Почти что с ночи начали вызывать на опрос близких вам людей, — начал мужчина. Теперь у Ксюши сложился пазл в ситуации с отсутствием подруги рано утром. Но все же, как она попала в номер… — Тренера, некоторые спортсмены, врачи и люди, следящие за вашим питанием. — закончил со списком он, — Это стандартная процедура, никто не обвиняется. Просто сбор информации. Последняя фраза хоть немного облегчила тревожное состояние девушки.  — Ксения Дмитриевна, — неожиданно было слышать от иностранца свое отчество, особенно зная, что у них такого не было, — Вы и Илья будете так же проходить опрос, но немного позже. Послезавтра. Вам выбили места чуть позже, чтобы успеть поговорить с другими людьми до отлета.  Илья будет с ней? И его значит это заденет…  — Все нюансы расскажу вам уже в день опроса вместе с Ильей, а сейчас в принципе можете идти отдыхать, — закончил адвокат.  Волкова поблагодарила мистера Коллинза за его помощь и направилась в сторону двери, надеясь, что когда выйдет отсюда, все закончится.  Но вдруг в след ей закричали. — Забыл сказать! — Майкл уже встал из-за стола, чтобы догнать юную фигуристку. — Пресса уже работает. И любые эмоции и действия могут сыграть против вас. Советую вам не заходить в различные сот сети, чтобы не стало хуже.  Мужчина говорил правильные вещи. Все эти дни она остерегалась своего телефона как огня, боясь даже заходить в переписку с друзьями.  — Любой контакт с Ильёй тоже может быть интерпретирован неправильно, — эта фраза ударила девушку в самое сердце, — Сами знаете, слухи дело такое.  Особенно после откровений Андрея Торгашева о вас.  Значит мужчина тоже знал подробности ее личной жизни и наблюдал за этим. Ксюша медленно вдохнула, осмелившись задать один давно терзающий ее вопрос: — Кто родители Андрея? И не знаете куда он пропал?  Адвокат неожиданно напрягся. Его острые скулы стали еще более выделяющимися. Будто ответы на эти вопросы были чем-то очень секретным.  — Скажу вам некоторую информацию, но пообещайте, что больше не будете лезть туда сами.  Ксюша нахмурилась.  — Э… Обещаю, — это звучало двояко, вуалируя от точного ответа до неуверенного вопроса.  — Родители Андрея представители ISU. Поэтому будьте аккуратны с этой фамилией. Где сам Торгашев младший я не знаю, — он опустил глаза, — Это всё, что я могу сказать. А теперь идите.  Волкова скрылась за дверью ошарашенная. Теперь в ее голове начали соединяться мысли.  Значит все это правда. И те самые Торгашевы на какой-то странице в браузере являлись родителями Андрея. Но тогда задевался вопрос. Почему интернет выдавал ей информацию о том, что у пары не было детей?  Кто на самом деле Андрей и где он был? 

***

Аэропорт встретил их относительной тишиной, после недавно произошедших мероприятий. После шума зала, вспышек камер и тысячи голосов здесь всё казалось приглушённым, и даже спокойным. Объявления тянулись где-то сверху, чемоданы глухо стучали колёсами по полу, и даже разговоры звучали тише, чем обычно. Автобусы подъехали один за другим, двери открылись и поток людей медленно вытек наружу. Не конкуренты, не победители. Просто уставшие люди, у которых только что закончился один из важнейших этапов в жизни. А у кого-то и вовсе последнее соревнование в карьере. Ксюша вышла одной из последних. Внутри было странное состояние: опустошения и радости одновременно. Будто было неимоверно грустно, что все вновь разъезжаются, и далеко не факт что когда-то еще пересекутся, но вместе с тем и радость что пришёл конец бесконечному круговороту событий в ее жизни. И можно немного выдохнуть от соревнований. Главное не на пару лет… Но было кое что еще, что гложило девушку изнутри. Взгляды. Они чувствовались какой клеткой кожи, вызывая волну неприятных мыслей у фигуристки, нестабильное моральное состояние давало о себе знать. Открытых обвинений не было, да и признаться честно, презрения тоже, но эти вечно изучающие взгляды не давали покоя. Скользили. Задерживались на долю секунды дольше, чем нужно. Напряжение после вчерашнего вечера будто увеличилось, не понятно от чего. Может от выигранной награды? Она же под следствием, как может так смело выходить на сцену перед «чистыми» спортсменами. Или что-то другое стало причиной этого? Вроде ничего не происходило. Девушка не пила. Только танцевала с ребятами и с Ильей. Тот медленный танец все еще не выходил из ее головы. Но разве это могло бы стать причиной для взглядов? Что такого в обычном танце хороших друзей? Волкова не могла понять. — Ты как? — тихо спросила Эмбер, оказавшись рядом так незаметно, что Ксюша ненароком вздрогнула. — Нормально. — Чересчур быстро ответила она. К ним подошла Алиса, засунув руки в карманы худи, взгляд был спокойным, но и внимательным. Былой расслабленности и пофигизма за девушкой уже не наблюдалось. — Нас сегодня всю ночь мучали, — пожав плечами, сказала ,как-бы между делом, она. — Ты же знаешь? Поэтому мы все и не выспались. Слова прозвучали немного неприятно. Ведь причиной недосыпа стала сама Ксеня. Внутри все сжалось. — Знаю, — кивнула Ксюша. И снова повисла гнетущая тишина. Никто из них не стал продолжать, не стал углубляться в эту тему, дабы не мучать Волкову, хотя-бы сейчас, ведь натерпеться ей еще придется, не зря же она остаётся в Праге на дальнейшее выяснение, а не летит со своей сборной домой. Блондинка хотела было уже что-то сказать, просто чтобы разбавить чем-то эту тишину, как вдруг услышала: — Эй. Она обернулась. Перед ней снова оказалась Каори. Спокойная, и милая как всегда. Ксюша автоматически шагнула к ней, после вчерашнего диалога их взаимоотношениях стали более теплыми. — Я… — Каори на секунду замолчала, подбирая слова. — Я буду держать за тебя кулочки. Слова прозвучали так просто, и от этого не менее честно. Ксюша же ответила не сразу. — Мы с тобой еще встанем на один пьедестал, когда все наладится и нам отдадут заслуженные медали, — добавила чуть тише она: И это уже попало глубже, сильнее. В словах японки была лишь правда, но что-то все равно задело виновницу всего скандала. Ей стало очень больно за собеседницу. Ведь ее последнее соревнование выдалось не сильно удачным. Она думала об этом и вчера, но почему-то сейчас это ранило сильнее. — Жалко, что больше мы не встретимся на соревновательном льду. И это было единственное, что она смогла выдавить из себя, было ужасно тяжело. Каори сделала шаг вперёд и коротко обняла её. — Зато точно увидимся на разных шоу. Передаю пост самой великой фигуристки теперь тебе, — она звонко рассмеялась, — Береги себя. — Ты тоже. Когда она отстранилась, стало немного легче. Не потому что проблема исчезла — просто потому что её наконец назвали, пусть и не полностью. Дальше девушка попрощалась с остальными спортсмена из других стран, желая им удачи. Пытаясь оттянуть самый болезненный на сегодня момент, блондинка сама не заметила, как пролетели минуты. — Ты меня задушишь, — пробормотала Ксюша в плечо Аделии. — Я тебя убью, если ты не приедешь летом, — смех, больше нервный, чем радостный сорвался с губ. Сквозь слёзы. — Ты первая разревелась! — Волкова ткнула подругу в грудь. Она сейчас сама готова была заплакать. — Я не реву, — тут же возмутилась Аделия, но голос дрогнул. Они отстранились, посмотрев друг на друга, и тотчас же снова примкнули в уже более долгие и крепкие объятия. Не как просто товарищи или спортсмены, что с уважением относятся друг к другу, а как люди, которые понимают, что сейчас их раскидает по разным концам мира — Не пропади тут, — тихо сказала брюнетка. — Ты тоже, прошу…— голос начал надрываться. Она глубоко вдохнула запах парфюма подруги, пытаясь запомнить каждую мелочь перед тем, как она сядет в свой самолет. — Пиши. Даже если не хочешь. Ксюша фыркнула сквозь подступающие слезы. — Особенно если не хочу? — Особенно. И девушки обе не выдержали. Они уткнулись вдвоем друг другу в плечо и тихо начали всхлипывать, прижимаясь сильнее. — Давай ты поедешь с нами, умоляю, — глаза Петросян покраснели, тушь на ее глазах давно потекла, добавляя в эту ситуацию еще больше драмы. — Я бы очень хотела, но ты же понимаешь… — Лето?— неожиданно спросила Аделия. Это было единственное время, когда Ксюшу могли отпустить к себе на родину повидаться со всеми. Если, конечно, ее не дисквалифицируют, как другу спортсменку. Тогда придется возвращать точно. Паника снова начала окутывать девушку, поэтому она сразу ответила: — Лето. Это обещание нужно было выполнить. — И вообще, знаешь какая беда у меня! — начала быстро тараторить Адель, чтобы успеть точно рассказать все подруге до самолета. — У нас в сборной новая девочка появилась, перевелась из сборной Казахстана! Ксения поднял брови. — Обычно наоборот из России переводятся… — Да, но там какая-то личная цель, вроде бы семейные обстоятельства, — начала вспоминать ее подруга. — Соня кстати сказала, что это сестра Шайдорова! Этот факт еще больше добил Волкову. Сестра Шайдорова, победителя олимпийских игр этого года, переехала в Москву и перешла в штаб Тутберидзе? Это было что-то новенькое. — Так, а какая это проблема для тебя? — немного непонимающе спросила блондинка. — Ты знаешь, как Этери любит новеньких и уделяет им внимание, — на лице было разочарование, — Так она еще и ультра си сейчас восстанавливает после перерыва. Конкуренция! — ее голос стал более хриплым от эмоций. Ксюша обняла еще раз брюнетку и попыталась успокоить. — Я уверена, что вы подружитесь, — она начала аккуратно гладить девушку по голове, — Как зовут то ее? — Александра Ксенофонтова. Имя звучало очень знакомым, хотя Волкова была на сто процентов уверена, что не пересекалась с ней раньше. Будто это был человек из какой-то другой параллельной вселенной. Где-то сбоку, послышались радостные возгласы, подходя к последнему коридору, все начали оживляться — Алиса, а ты создала нам чат? — спросил Гуиенник. — Конечно, — отозвалась Алиса. — Я его еще создала вчера. — Уже, ты скоростная что-ли, – усмехнулась Гленн и приобняла ее. Американка цокнула и чуть отстранилась от подруги: — Я просто самая смышленная, — съязвила она и послала старшей воздушный поцелуй, заставляя ее слегка покраснеть. Все начали смеяться, кто-то добавил что-то про легендарные мемы Петруччо. Кто-то уже спорил, кто будет первым вылетать с чата за спам. И разговор сам собой подхватил всех. Не имеющий смысла, легкий и непринужденный, но такой нужный именно сейчас. — Вы обязаны приехать как можно скорее! — сказала Эмбер, указывая на Ксюшу и уже подошедшего Илью. — Мы подумаем, — ответил Илья. — Нет, не подумаете, а приедете. Он усмехнулся, наклонившись чуть ближе к Ксюше: — Видишь? У нас нет выбора. Она улыбнулась, снова разворачиваясь к Гленн, что раскрыла свои руки для последних объятий. И именно в этом шуме, пока разговоры заново набирали обороты, чем и воспользовался Илья, незаметно отошел в сторону, направляясь к российскому фигуристу, что стоял чуть подальше ото всех, успев вдоволь наговориться с каждым дороге. А именно Владислав Дикиджи. — Ты в последнее время стал каким-то другим. — довольно холодно начал Илья. Влад стоял спиной к нему, глядя в сторону зелёного коридора, он не обернулся сразу, но явно услышал сказанное. — Все меняются, — коротко бросил парень. — Но ты изменился не как человек, а как друг. Пауза повисла в воздухе, осознавая лёгкое напряжение. Дикиджи все таки повернулся к Малинину. Его глаза были черными, как ночь. Он смотрел прямо на него. И Илья сделал шаг ближе. — Расскажи, что происходит. Неожиданно взгляд Влада погрустнел, а губы сжались сами по себе. Он слегка усмехнулся. — Пока не время. Блондин сжал челюсть от возмущения. — Ты серьёзно? — его спина напряглась, а кулаки сжались до боли. Он готов был прибить своего друга прямо сейчас и прямо в данный момент. Но свидетелей явно было слишком много. — Более чем. — ответил ему парень. Малинин лишь шумно выдохнул, не понимая почему парень говорит с ним загадками, поэтому решил сам спросить прямо: — Это связанно с Ксюшей? — задавать такие вопросы было слишком тяжело морально. Так как мои одной похожей мысли тело парня закипало от ревности. Но попытка выяснить хоть что-то провалилась. Влад только нервно сглотнул слюну. — Не дави на неё только. Илья тут же опешил, не зная что сказать. — Я не… — Давишь, — перебил Дикиджи. — Дай ей пространство, пусть сама решит с кем хочет общаться и как, — продолжил он, это было неприятно, — Не будь Андреем, прошу, — взгляд брюнета стал еще более потерянным. Такое сравнение ударило по эгу Американского спортсмена. Его главным страхом сейчас было как раз то, что он может делать так же как Торгашев, не осознанно. — Она девочка, — добавил Дикиджи уже тише. — И ей нужна мягкость. А агрессии у неё и так в жизни хватает. Малинин ничего не ответил, глядя вперед, потому что… спорить было не с чем. — Знаешь, когда мы только с ней увиделись, мне было пятнадцать, а ей тринадцать, — неожиданно произнес он, грустно смотря в сторону смеющейся Волковой. — На нее давили очень сильно на счет программы. Просили не ставить сложную, так как в том сезоне не было толковых соперников, а ее здоровье желало лучшего, — он рассмеялся . «Подросток стоял прямо у бортика спокойно разминая мышцы. Он старался не отвлекать других присутствующих на льду. Влад с самого детства был очень спокоен и застенчив, что часто мешало ему пробиваться в люди и зарабатывать себе авторитет. Да и ему будто и не нужно было это все. У него никогда не получались идеально чистые прыжки, парень всегда был на заднем фоне, пока другие юниоры покоряли пьедестал. Да и вообще все чаще и чаще тренера говорили о его переводе куда-то в другое место, ведь все было бесполезно. Недавно в их штаб перевелся новый тренер — Сергей Орлов. Довольно забавный мужичок, невысокого роста, который неплохо проводил тренировки. С ним будто легче стоять на льду, но какой-то подвох в нем был. С собой на новую арену мужчина привел одну из своих спортсменок. Маленькую и хрупкую девочку, которую казалось прямо сейчас унесло бы ветром. Да и вообще, как она стоит на льду? Дикиджи часто наблюдал за ней исподтишка, ведь оказалось, что эта юная дама, была выдающейся фигуристкой из юниорок. В свои тринадцать лет она уже прыгала почти все четверные. Не хватало только риттбергера и тройного акселя. Последний не давался ей вообще. Она буквально не успевала останавливать свой корпус, от чего с громким хлопком падала на лед. Влад каждый раз прикрывал глаза на ее паданиях. Он представлял насколько больно это было, но вот только сама блондинка не показывала не единой эмоции. Будто ничего не чувствовала вообще. Разумеется они лично никогда не пересекались. Да и вообще не знали имен друг друга. На одной из тренировок он услышал, как ее отчитывал Орлов, строго донося до нее информацию. У малышки оказались проблемы со здоровьем и развивающаяся анемия, что могло привести к ухудшению состояния и случайным потерям сознания прямо на соревнованиях. Поэтому ей запретили прыгать сложные элементы хотя-бы на этих стартах. Все равно равных ей не было, зато хоть состояние свое приведет в норму. И девочка не сказала ничего. Вообще. Она просто молча поехала по льду, зло бья коньками по поверхности. И заглядевшись куда-то вдаль, блондинка неожиданно и для себя и для Влада врезалась ему в грудь и упала. Дикиджи сразу же запаниковал и принялся извиняться перед ней, подавая руку. Та оценивающе осмотрела парня и хмыкнула. Она быстро встала со льда и отряхнулась. Разумеется сама. Рука Влада осталась нетронутой, что сильно задело и так закрытого мальчика. — Следи, где стоишь, — съязвила она, и оценивающим взглядом осмотрела незнакомца. — Ты че трясешься? За руку не взяла? — ее недовольное выражение лица тут же изменилось и она звонко рассмеялась, — Прости, до свадьбы нельзя, — пожала она плечами. Голубые глаза фигуристки сразу отпечатались где-то на подсознании. Она сто процентов была ведьмой, ведь другого объяснения резкому влечению не могло и быть. В голове у Влада сразу появилась мысль: «Когда нибудь я обязательно на тебе женюсь..» — Ай, ладно, — отмахнулась «будущая жена» парня. И только сейчас до него дошло, что все это время он просто в наглую пялился на нее, — Меня Ксюша если что зовут, удачи! — и она поехала дальше, изящно скользя по льду. Дикиджи не успел сказать и слова. «Ксюша» Следующий их такой контакт был уже на самом соревновании, где и запрещал тренер делать сложные элементы Ксении» — Угадай, что она сделала? — иронично спросил он у Малинина. Илья долго не задумывался, он прекрасно знал характер Волковой. — Откатала со сложными элементами? Дикиджи громко рассмеялся. — Хуже, брат, она прыгнула в программе четверные прыжки, которые до этого не умела. И впервые в жизни приземлила тройной аксель, — слеза ностальгия покатилась по его щеке. «После программы Ксении Волковой стоял весь небольшой зал арены. Ей очень громко аплодировали и кричали. Только что девочка тринадцати лет наичистейше приземлила 3 четверных прыжка, один из которых был злосчастный риттерберг, который она даже не пыталась никогда прыгать. И тройной аксель, приземлив его первый раз в своей жизни без удочки. За бортиком стоял покрасневший от злости — Орлов, пока его ученица радостно махала зрителям. После проката она нашла все еще удивленного от увиденного — Дикиджи. И догнав его, резко испугала парня. — БУУУ, —Ксюша выпрыгнула из-за угла корча смешную рожицу. Влад чуть не упал от неожиданности, на что получил уже привычный смех девочки, — Какой ты пугливый! — она слегка ткнула его в плечо, встав на мизинцы. Ее рост не позволял другого. — Как тебя зовут то? — Влад, — дрожащим голосом ответил он. — Владюшаааа, — мило улыбнулась она и пошла куда-то дальше, — Еще увидимся, Влад! Тонкая фигура Юниорки скрылась за поворотом коридора. Дикиджи так и остался стоять на том же месте. Этот день перевернул его жизнь с ног на голову. После этого у парня появилась мотивация побеждать. Катать шикарно, стать лидером, чтобы быть по стать великой Ксении Волковой. С этого момента так и началась их близкая дружба с голубоглазой блондинкой. И ради нее на одном из главных стартов парень прыгнул четверной аксель. Влад посвятил его ей.» Тяжело выдохнув, брюнет подошел ближе к Илье и слегка его приобнял, хлопая по плечу: — Потом поговорим. А то мы с ребятами опоздаем на самолет. — его друг последовал примеру и обнял Дикиджи несмотря ни на что, — Береги ее и себя. — Ты тоже себя береги. Российский спортсмен одобрительно кивнул и развернулся, следуя в сторону турникетов, уже порядком вымотанный от всего. Илья проводил его взглядом, но не сразу ушел с этого места, потому что слова всё ещё мелькали в голове. Он был прав во всем. А Илья… — Ребята, фото! — Кто-то из американской команды махнул рукой. Все начали подтягиваться, кто-то наклонился, кто-то закинул руку на плечо, кто-то не успокаиваясь продолжал смеяться портя кадр. Щёлк. — Ещё раз! Щёлк. — Это на память, — тихо сказал Джейсон, опуская телефон. И на секунду будто правда стало тише. Словно все одновременно подумали об одном и том же. Конец этапа. Но пауза длилась недолго, жизнь снова вернулась — в голосах, движениях, прощаниях. Тренеры, чемоданы, наставления, к некоторым даже успевали подбигать фанаты, прося автограф. Были также и журналисты. Не такое большое их количество как на банкете, но тем не менее они там были, что и заметили тренера сборных. — Не светитесь сильно, — спокойно сказал Роман, когда Илья подошёл ближе. Он кивнул. — Понимаю. — Вы же знаете, они любят додумывать, того чего не было, — мягче добавила Татьяна. Ксюша стояла рядом, слушала, чуть сжав пальцы. — Мы аккуратно, — тихо сказала она. Татьяна посмотрела на неё и улыбнулась. — Я знаю. И было в этом что-то такое родное, тёплое и домашнее. То чего ей так не хватало все это время. — А ты с нами не поедешь? — вдруг спросила Лиза, появляясь рядом. — Я не смогу.. — Жаль, я буду по тебе скучать.. — А по мне, меня что уже выгнали из семьи? — наигранно возмутился Илья и принялся щекотать сестру. Та звонко засмеялась, пытаясь выбраться из плена брата. В итоге Малинин все таки поддался девочке, за что получил в колено ногой от нее. — Обойдёшься. Ксюша тихо рассмеялась, обнимая сестру Ильи. Та лишь посильнее прижалась к ней шепча что-то неразборчивое в кофту. Ну вот и все. Время улетать. После того, как все исчезни за стеклянными дверьми, парень все таки подошел к Ксении. Неловко почесав затылок, он остановился рядом. — Я… хотел сказать. Ксюша повернулась к нему, вопросительно смотря. — Что? Он вновь провёл рукой по затылку, чуть натягивая их, явно собираясь с мыслями. Его нервная привычка. — Ты справишься. «Ты идиот?» – раздалось в голове. Он замолчал на секунду, потом добавил: — И… я рядом. Слова не были идеальными, не теми, которые обычно говорят в такие моменты. Но Ксюша поняла и была благородная ему, хоть и выглядел он крайне нелепо и мило. — Я знаю, — тихо ответила она, улыбнувшись. Малинин слегка выдохнул, радостно отвечая на ее улыбку. Радуясь, что девушка начинала возвращаться в прежнее русло. Она становилась той кем была. И где-то сбоку, чуть дальше от них, Влад на секунду остановился, он забыл свою кепку у Джейсона, что брал ее для фотографии, и сейчас вернулся чтобы забрать ее, но застал такую сцену. Смотрел. На то, как они стоят слишком близко, улыбаются друг другу, разговаривают. «И он понял, что обязательно женится на ней.» Дикиджи усмехнулся, заставляя себя оторвать взгляд от них, пока этого никто не заметил. — Ты сам виноват. Знал на что идёшь. — почти шепотом сказал он и направился обратно. Внутри всё еще что-то больно кололо. Чуть поодаль стояла Этери Георгиевна, пересчитывая всех своих спортсменов, вошедших в нужный зал. Убедившись, что все на месте, женщина достала свой билет и двинулась за учениками. Её взгляд задержался на Ксюше перед тем, как нужно было отсканировать штрих-код. Без осуждения, с тревогой что была ранее. Что она уже никогда не забудет. Она понимала, нет, знала, что всё это — только начало. С ее фавориткой случилось тоже самое, ей не дали шанса на спасение. Оставалось только надеяться, что эта фигуристка станет исключением. Тренер Российской Федерации скрылась. Волкова вместе с Малининым направились на улицу, попутно заказывая такси на новый адрес. Рафаэль решил не ехать с ними в аэропорт, поэтому вызвался перевезти вещи двух спортсменов, пока они заняты. На улице температура стала еще выше, чем была. Но это все равно не меняло настроение девушки. Она только что проводила всех своих близких в другие страны. В ее голове внезапно возник вопрос, который она так и не задала подруге. Поэтому немного подумав, она подала голос. — Илья, как я вчера попала в отель? — это было произнесено на автомате. Ксюша заметила, как парень немного замялся и покраснел. — Илья? Он чуть тихо рассмеялся. — Ты уснула после того, как выпила свои таблетки, — начал он, пожав плечами, — И никто тебя не смог разбудить, поэтому пришлось везти тебя домой. Девушка не совсем поняла о чем говорит Малинин. — В смысле везти домой? Как? — мысли не хотели соединяться в ее голове. А как она оказалась тогда в комнате? — Я донес тебя на руках.