Ледяное пламя соперничества

Последний день каникул. Тренировка. Даби стоял у борта с лицом каменнее, чем лёд под ногами. Команда выстроилась вдоль бортика, никто не решался даже кашлянуть. — Итак, — начал Даби голосом, не предвещающим ничего хорошего. — Кто-нибудь помнит наш последний матч? Тишина. — Я спросил — кто-нибудь помнит? — повысил голос Даби. — Помним, — буркнул Киришима. — Помните, да? Четвёртое место в лиге проиграло десятому? Помните это позорище? — Помним, — уже громче ответили несколько человек. — Хорошо. — Даби обвёл взглядом команду. — Значит, вы понимаете, почему сегодня у нас не просто тренировка. Сегодня у нас день исправления ошибок. И наказания. Он вытащил из-за спины лист бумаги. — Вот список всего, что вы сделали не так в том матче. Я его составлял всю дорогу назад. Хотите зачитать? — Не хотим, — быстро сказал Каминари. — А придётся. — Даби развернул лист. — Нарушение игровой дисциплины — 12 эпизодов. Потеря шайбы в средней зоне — 8 раз. Невыполнение тренерской установки — 5 раз. И отдельным пунктом — полное отсутствие взаимодействия в звене Бакуго-Тодороки. Бакуго дёрнулся, но промолчал. Шото даже глаз не поднял. — За это, — Даби сложил лист, — у нас сегодня будет специальное наказание. Все, кроме Бакуго и Тодороки, отрабатывают стандартные упражнения. А эти двое... Он сделал паузу. — Будут кататься в одной пятёрке весь день. В одном звене. Вместе. Каждое упражнение. Каждую смену. И если я увижу, что они не пасуют друг другу — вся команда будет бегать кросс после тренировки. Поняли? — Поняли, — ответили все. Бакуго сжал клюшку так, что побелели костяшки. Шото остался бесстрастным. Тренировка началась. Первое упражнение — вход в зону с пасом. Бакуго получил шайбу, Шото открылся слева. Бакуго проигнорировал, пошёл в обводку, потерял шайбу. — БАКУГО! — рявкнул Даби. — ТЫ КУДА?! — Я сам. — ТЫ ДОЛЖЕН БЫЛ ПАСОВАТЬ! ЕЩЁ РАЗ ТАК — ВСЕ БЕГУТ! Бакуго выдохнул, но ничего не сказал. Следующая смена. Шото с шайбой, Бакуго открыт справа. Шото отдал пас — жёстко, в клюшку. Бакуго принял, но даже не глянул в сторону Шото. Просто поехал дальше. — УЖЕ ЛУЧШЕ! — крикнул Даби. — НО МОЖНО ЕЩЁ И ГОЛ ЗАБИТЬ, А НЕ ПРОСТО КАТАТЬ! К концу тренировки все вымотались. Бакуго и Шото, несмотря на вынужденное соседство, не обменялись ни словом. Только пасы — короткие, сухие, без взглядов. В раздевалке было тихо. Киришима подсел к Бакуго. — Ну как ты? — Нормально. — Вы с ним хоть поговорили бы. — Не о чем. Киришима вздохнул и отошёл. Шото сидел в другом конце, пил воду и смотрел в стену. Иида рядом пытался завязать разговор, но быстро понял бесполезность. --- Новый учебный год. Апрель. Первая неделя апреля в японском университете — это регистрация на курсы, новые расписания, встречи после каникул. Команда «Хёка Райдзин» снова окунулась в учёбу, но мысли у всех были о хоккее. И о том, что двое их лидеров до сих пор не разговаривают. На лекциях они садились подальше друг от друга. На тренировках — выполняли задания, но без души. Даби метал громы и молнии, но ничего не менялось. — Я не понимаю, — жаловался он Ястребу вечером в кабинете. — Они как будто специально делают всё, чтобы меня довести. То дерутся, то молчат. Сейчас хуже, чем когда дрались. — Я помню своё обещание, — сказал Ястреб, поправляя идеально уложенные волосы. — Дай мне неделю. — Делай что хочешь, — махнул рукой Даби. — Хуже уже не будет. --- Ястреб влетел в аудиторию как всегда — с улыбкой, с колонкой, с идеальным пиджаком. Сегодня он был особенно энергичным. — Всем привет, мои любимые хоккеисты-мученики! — провозгласил он, выключая музыку. — Сегодня у нас особое задание. Практическое. По командной психологии. Студенты заинтересованно зашевелились. — Задание простое и сложное одновременно. — Ястреб раздал листы бумаги. — Каждый получает список заданий. Они разные. Выполнять их нужно будет в парах, которые я сейчас объявлю. И да, это домашнее задание на ближайшие две недели. Сдавать лично мне, с отчётом о проделанной работе. — А если не сделаем? — спросил Монома. — Тогда автомат по психологии вы не получите. — Ястреб улыбнулся так, что стало ясно — он не шутит. Пары объявлялись: — Киришима и Мина. Каминари и Джиро. Серо и Монома. Сако и Иида. Шинсо и Момо. А Бакуго и Тодороки — вместе. В аудитории повисла тишина. — Чего? — выдохнул Бакуго. — Того. — Ястреб даже не моргнул. — У вас особое задание. Вот листы. Он подошёл к ним и вручил каждому по конверту. — Там всё написано. Встречаетесь два раза в неделю, выполняете, записываете результаты. Вопросы? — Да, — вскочил Бакуго. — Я не буду с ним ничего делать. — Будешь. — Ястреб посмотрел ему прямо в глаза. — Потому что это важно. Для команды. И для вас обоих. Бакуго хотел возразить, но под взглядом Ястреба почему-то промолчал. После пары они вышли в коридор. Шото открыл конверт, прочитал. Бакуго сделал то же самое. Внутри был лист с заданием: «Подготовить совместный анализ трёх игр соперников (видео прилагается) с разбором тактических ошибок и презентацией для команды. Срок — две недели. Встречаться для работы не менее трёх раз. Результат представить на тренировке». — Это ещё хуже, чем я думал, — сказал Бакуго. — Согласен, — кивнул Шото. — Но делать надо. — Когда встречаемся? — Завтра после пар. В библиотеке. — Ладно. Они разошлись. --- Бакуго пришёл с ноутбуком, Шото — с планшетом и записями. Сели за дальний стол, подальше от любопытных глаз. — С чего начнём? — спросил Шото. — С первой игры. Включай. Они смотрели видео молча. Бакуго иногда делал пометки, Шото записывал что-то в блокнот. — Вот здесь ошибка, — сказал Шото, останавливая запись. — Защитник ушёл в угол, оставил зону. — Вижу. — Бакуго склонился к экрану. — Нападающий этим воспользовался. — Если бы наш игрок подстраховал... — Но не подстраховал. Они переглянулись. — Ладно, — сказал Бакуго. — Пиши: ошибка позиционирования. Так прошёл час. Они обсуждали игру, спорили, но уже без злости. Просто рабочие моменты. — На сегодня хватит, — сказал Шото, когда начало темнеть. — Завтра в это же время? — Ага. Они разошлись. Ничего личного, только работа. ––– — Смотри сюда, — Шото ткнул в экран. — Этот момент мы можем использовать. — Где? — Вот, видишь, вратарь смещается влево. Если бросить в правый угол — шанс есть. Бакуго присмотрелся. — Не факт. Он быстро возвращается. — Но щель есть. — Рискованно. — А ты не любишь риск? — Люблю, но просчитанный. Шото усмехнулся. — Ты когда на льду — не просчитываешь. — На льду другое. — А здесь? — Здесь мы разбираем врага. А не себя. Они снова спорили, но уже с интересом. --- — Презентацию делаем вместе? — спросил Шото. — Давай разделим. Ты первую половину, я вторую. — Хорошо. Соединим потом. Они работали молча, но рядом. Иногда переглядывались, иногда спрашивали что-то. Без напряга. Когда закончили, Бакуго посмотрел на часы. — Два часа ночи, блять. — Ага. — Шото собирал вещи. — Завтра покажем. — Ты как? — Нормально. А ты? — Тоже. Они вышли из библиотеки вместе. На улице было темно и холодно. — Ну, пока, — сказал Бакуго и пошёл в сторону общаги. — Пока, — ответил Шото и пошёл к набережной. Но в этот раз они не чувствовали вражды. Просто усталость.  --- 20 апреля. День рождения Бакуго. Утром Бакуго проснулся от того, что Киришима прыгал по комнате. — С днём рождения, Кацу! — Заткнись, — простонал Бакуго, но без злости. — Держи! — Киришима вручил ему небольшую коробку. Внутри лежал новый чехол для клюшки, с его номером и надписью «King Explosion». — Сам заказывал, — гордо сказал Киришима. — Спасибо, — буркнул Бакуго. Днём, на парах, к нему подходили пацаны и поздравляли. Каминари подарил смешные носки с хоккейными клюшками. Серо — набор крутых наклеек на шлем. Сако — бутылку дорогого виски (с запиской «для особого случая»). Иида — книгу о великих хоккеистах с автографом одного из них. Шинсо — просто открытку с надписью «Будь здоров, бомба». А от родителей пришла посылка. Мама положила его любимые онигири, которые он обожал с детства, и тёплый вязаный свитер, который она сама связала. И письмо: «Сынок, мы гордимся тобой. Береги себя. Мама и папа». Бакуго долго смотрел на свитер, потом аккуратно убрал в шкаф. — Вечером приходи в общагу, — сказал Киришима. — Мы там кое-что организуем. — Что? — Сюрприз. --- Вечер. Общага, общая гостиная. Когда Бакуго зашёл, гостиная была полна народу. Шарики, гирлянды, плакаты «С днём рождения, Кацуки!» На столе — гора еды, пицца, сладости и несколько ящиков пива и соджу. — СЮРПРИЗ! — заорали все хором. Бакуго замер. Среди присутствующих были не только хоккеисты, но и Мина, Джиро, Момо, Урарака, даже Ямада заглянул (и быстро слинял, сказав, что «старикам тут не место»). — Вы охренели? — спросил Бакуго. — Ага! — ответил Каминари. — Садись, именинник! Вечеринка началась. Кто-то включил музыку, кто-то разливал напитки. Бакуго пытался отбиваться, но быстро понял, что бесполезно. — За Кацуки! — поднял тост Киришима. — ЗА КАЦУКИ! — грянула толпа. Бакуго выпил. Потом ещё. Потом ещё. Киришима через час куда-то исчез вместе с Миной — они ушли на крышу общаги, просто сидеть и смотреть на звёзды. Никакого интима, просто хотели побыть вдвоём. — Они такие милые, — вздохнула Урарака, глядя им вслед. — Ага, — согласилась Момо. Бакуго сидел в углу, уже изрядно пьяный, и наблюдал за всем этим. Было шумно, весело, и почему-то на душе тепло. Шото тоже был здесь. Сидел в другом конце комнаты, пил соджу и молчал. На него никто не лез — все знали, что он не любитель шумных тусовок. Но сегодня он почему-то остался. Где-то через час Каминари, уже изрядно бухой, заорал: — А давайте в правду или действие! — ДАВАЙ! — поддержали остальные. Началась игра. Все по кругу выбирали правду или действие. Доходило до смешного: Момо пришлось станцевать, Каминари — признаться в любви Джиро (он и так постоянно это делал, но под ржач повторил), Серо — съесть лимон с солью и не скривиться. Дошла очередь до Шото. — Тодороки! — Мина сияла. — Правда или действие? Шото подумал. — Действие. — О-о-о! — оживилась компания. — Тогда... обними Бакуго! Бакуго, сидевший через пару человек, дёрнулся. — Чего?! — Правила такие! — захихикала Мина. — Давай, Тодороки, не ломайся. Шото встал. Нетвёрдой походкой подошёл к Бакуго. Тот сидел, вжавшись в диван, и смотрел на него как на врага народа. — Только попробуй, блять, — прошипел Бакуго. — Давай быстро, я уже не могу больше пить. — Шото наклонился и обнял его. Коротко. Просто положил руки на плечи и прижался на секунду. Бакуго замер. В голове пронеслось: «Что за херня?!» Но тело почему-то отреагировало само — он машинально поднял руки и хлопнул Шото по спине. Типа тоже обнял. — Вау, — сказал Каминари. — Исторический момент. — Заткнись, — рявкнул Бакуго, отталкивая Шото. Шото отошёл, сел на место, допил соджу. Лицо невозмутимое, только щёки чуть красные — то ли от выпивки, то ли от чего ещё. Игра пошла дальше. Бакуго ещё пару раз попадался, но отделывался правдой. Мысли путались. Он всё ещё чувствовал тепло там, где его касался Шото. --- Через два часа вечеринка пошла на спад. Кто-то уже спал прямо на полу, кто-то допивал остатки. Киришима с Миной так и не вернулись с крыши — наверное, уснули там под звёздами. Каминари и Серо спорили о чём-то несвязном. Бакуго вышел в коридор проветриться. В голове гудело, ноги заплетались. Он прислонился к стене и закрыл глаза. Через минуту дверь открылась. Вышел Шото. Увидел Бакуго, остановился. — Ты чего тут? — спросил он. — Стою. Шото тоже прислонился к стене. Рядом. Метр между ними. — Там душно, — сказал Шото. — Ага. — Перепил. — Я тоже. Они помолчали. Потом Шото вдруг повернулся и посмотрел на Бакуго. — У тебя... — Он протянул руку к его лицу. — Подводка размазалась. Под правым глазом. Бакуго замер. Рука Шото приближалась. Медленно. Осторожно. В голове у пьяного Бакуго что-то щёлкнуло. Алкоголь ударил в виски. «Он сейчас... он что, хочет...» Сердце ёкнуло. Шото почти коснулся его щеки. — БЛЯТЬ! — выпалил Бакуго, отскакивая от стены. — ХОРОШО, Я ПРОЩАЮ ТЕБЯ! ВСЁ, МИР! ОТВАЛИ НАХУЙ! Он развернулся и, слегка пошатываясь, быстро пошёл по коридору к своей комнате. Шото остался стоять с протянутой рукой. — Я просто... поправить хотел, — сказал он пустоте. Потом пожал плечами, опустил руку и медленно побрёл в свою сторону. В голове шумело, мысли путались. Он дошёл до комнаты, открыл дверь, рухнул на кровать и отключился. А Бакуго влетел в свою комнату, закрыл дверь и прислонился к ней спиной. — Что это было? — прошептал он. — Почему я это сказал? В комнате было тихо. Киришима ещё не вернулся. Бакуго сполз по двери на пол и уставился в потолок. Он сам не знал, простил ли за ту ссору или за то, что заставил сердце биться быстрее. Он так и уснул на полу, в одежде, с одной мыслью: «Что за херня со мной происходит?» --- Бакуго сидел в столовой и тупил в телефон, когда Киришима подлетел к нему с сияющей рожей. — Кацу, ты видел? — Чего? — Вот это! — Киришима сунул ему телефон под нос. На экране было видео. Бакуго и Шото на тренировке с младшим составом. Они стояли близко — очень близко — и Шото поправлял хват клюшки Бакуго. Со стороны выглядело... по-гейски. Подпись: «Наши звёзды хоккея 🔥❄️ #ХёкаРайдзин #БакугоТодороки». Бакуго подавился кофе. — ЧТО ЗА ХЕРНЯ?! — Это вчера сняли, — Киришима довольно скалился. — Уже сто тысяч просмотров. — СТО ТЫСЯЧ?! — Ага. И комменты... — Киришима полистал. — «Они такие милые», «Шипперю», «Когда свадьба?», «Лучшая пара сезона». Бакуго выхватил телефон, вчитался. Потом швырнул обратно. — ЭТО ЖЕ ТРЕНИРОВКА БЫЛА! — Ну да. А выглядит как свидание. — ЗАТКНИСЬ! Киришима заржал и убежал, оставив Бакуго в состоянии ядерного взрыва. --- Днём ранее. Тренировка с младшим подготовительным составом. Это детки, которые ещё не учатся в Хёке, но прошли отбор в подготовительный состав при университете в начале этого учебного года. Кацуки и Киришима попали в Райдзин по такой же схеме.  Даби объявил об этом за два дня: — В четверг у нас совместная тренировка с младшим составом. Их тренер — Сасаки Тайга. Бывший профи, жёсткий мужик, но справедливый. Будем работать над взаимодействием и передачей опыта. Бакуго, Тодороки — вы показываете мастер-класс по атаке. Киришима, Шинсо — защита. Остальные — работа в группах. Сасаки оказался высоким, сухим мужиком лет сорока, с седыми висками и вечным прищуром. Он привёл двадцать пацанов, которые только мечтали попасть в основной состав. — Значит, так, — начал Сасаки, когда все собрались у борта. — Мои орлы смотрят на ваших звёзд и облизываются. Покажите им, как надо работать. Без драк, без понтов. Просто хоккей. Тренировка началась с разминки. Бакуго и Шото должны были показывать упражнения для нападающих — вход в зону, броски с разных позиций, взаимодействие в атаке. — Смотрите сюда, — сказал Бакуго, выходя на лёд. Щёлкнул по шайбе — та влетела в угол. — Это простой бросок. А теперь с пасом. Шото встал справа. Бакуго отдал ему шайбу, Шото вернул — идеальный треугольник. Бакуго щёлкнул — гол. — Видели? — спросил Шото у мелких. — Пас должен быть точным, приём — мягким, бросок — быстрым. Мелкие кивали, раскрыв рты. — А теперь вы, — скомандовал Сасаки. Пацаны высыпали на лёд и начали отрабатывать. Бакуго и Шото ходили между ними, поправляли, показывали. — Ноги шире ставь, — рявкнул Бакуго на одного. — Ты не на дискотеке. — Локоть выше, — спокойно сказал Шото другому. В какой-то момент они оказались рядом у одного из мелких. Тот никак не мог понять, как принимать шайбу на скорости. Бакуго показывал, Шото поправлял, и они столкнулись плечами. — Извини, — буркнул Бакуго. — Нормально, — ответил Шото. Мелкий смотрел на них круглыми глазами. — Вы всегда так... близко работаете? — А ты как думал? — фыркнул Бакуго. — Хоккей — контактный спорт. — Я про вас, — мелкий засмущался. — Вы вроде... ну... ссорились всё время, а сейчас... — Сейчас мы работаем, — отрезал Шото. — Делай упражнение. Мелкий закивал и продолжил. Дальше было упражнение на взаимодействие в атаке. Бакуго и Шото должны были показать, как разыгрывать шайбу в численном большинстве. Они встали в центр, Сасаки вывел четырёх защитников из младшего состава. — Давай, — кивнул Шото. Бакуго отдал пас, Шото принял, ушёл от защитника, вернул. Они двигались как одно целое — без слов, без взглядов, просто чувствуя друг друга. Бросок — гол. — Охренеть, — выдохнул кто-то из мелких. — Это как так? — спросил другой. — Тренироваться надо, — ответил Бакуго, вытирая пот. — И доверять партнёру, — добавил Шото. В этот момент один из пацанов — кажется, его звали Кода — достал телефон и щёлкнул их. Бакуго и Шото стояли рядом, разгорячённые, мокрые, и Шото как раз смотрел на Бакуго, а Бакуго — куда-то в сторону. Кадр вышел что надо. — Ты чего снимаешь? — нахмурился Бакуго. — На память, — испугался Кода. — Можно? — Свали, — буркнул Бакуго, но без злости. Кода свалил. А вечером выложил фото в инстаграм с подписью: «Звёзды Хёка Райдзин в деле. Учимся у лучших 🔥❄️ #хоккей #хёкарайдзин #бакуго #тодороки». --- Бакуго уже добил завтрак и шёл на пару, когда его догнал Каминари. — Эй, Бакуго! Ты видел? — Чего опять? — Ты с Тодороки звезда интернета! — Каминари сунул телефон. — Смотри, сколько лайков! На фото было то самое — они с Шото, близко, мокрые, и Шото смотрит на него. Комментарии: «ОНИ ТАКИЕ КРАСИВЫЕ» «Шипперю с первой тренировки» «Когда уже поцелуются?» «Лучшая пара сезона» «Бакуго сверху? Или Тодороки? Спорят в комментах» — ЧТО ЗА БРЕД?! — заорал Бакуго. — Не бред, а хайп, — ухмыльнулся Каминари. — Тебя уже в тиктоке мемасами делают. Бакуго вырвал телефон, пролистал. Там было всё: нарезки с игр, где они стояли рядом, гифки с их стычками, переделанные в романтические сцены, и куча постов с хештегами #BakuTodo и #Todobaku. — Я УБЬЮ ЭТОГО КОДУ! — Поздно, — Каминари забрал телефон. — Уже полмиллиона просмотров. --- Весь день Бакуго ходил как в аду. Киришима скидывал ему тиктоки в вотсап с подписями: «Смотри, это вы с Тодороки», «Они тебя любящим сделали», «Тут вы целуетесь в ии, прикольно». Сказать, что Кацуки ахуел, это ничего не сказать.  На парах на него косились. В столовой кто-то хихикал за спиной. Даже Айзава, который обычно ничего не замечал, поднял бровь, когда Бакуго залетел на пару с красной рожей. — Бакуго, у тебя температура? — НЕТ! — Странно.  — ВСЁ НОРМАЛЬНО! Айзава пожал плечами и продолжил лекцию. Шото в это время сидел в другом конце аудитории и делал вид, что ему всё равно. Но пальцы сжимали ручку так, что она трещала. Он тоже видел это фото. И комменты. И тиктоки. И всё это бесило до скрежета зубов. — Ты как? — шепнул Иида, сидевший рядом. — Нормально. — У тебя ручка трещит. — Куплю новую. Иида понял, что лезть не стоит. --- Даби сидел за столом, пил кофе и смотрел в потолок. Напротив в кресле развалился Ястреб, листая ленту в телефоне и довольно улыбаясь. — Ты видел? — спросил Ястреб. — Видел. — Даби потёр переносицу. — Полмиллиона просмотров, да? — Уже шестьсот тысяч. И мемы. Много мемов. — Охренеть. — Даби вздохнул. — Мои игроки теперь звёзды интернета. Не из-за хоккея, а из-за... этого. — Из-за шипперства, — поправил Ястреб. — Это называется шипперство. Люди любят романтику. — Какая романтика? Они друг друга ненавидят! — Ну... — Ястреб задумался. — Сейчас уже не факт. Ты видел их на тренировке? Они работали как одно целое. — Это хоккей, блять! Они должны работать как одно целое! — А люди видят другое. Даби открыл рот, чтобы возразить, но в этот момент дверь распахнулась. В кабинет влетели Бакуго и Шото. Оба злые, красные, взъерошенные. Бакуго — с телефоном в руке, Шото — с каменным лицом, но с бешеными глазами. — ЭТО НЕВОЗМОЖНО ТЕРПЕТЬ! — заорал Бакуго с порога. — Сделайте что-нибудь, — добавил Шото. Тихо, но жёстко. Даби и Ястреб переглянулись. — Что именно? — осторожно спросил Даби. — ЭТО! — Бакуго сунул им телефон. На экране было видео, где они с Шото якобы «мило общаются» на тренировке, наложена романтичная музыка и подпись: «Когда понимаешь, что ненависть — это любовь ❤️». — Мило, — прокомментировал Ястреб. — НЕ МИЛО! ЭТО ПИЗДЕЦ! — Спокойно, — Даби поднял руки. — Давай разберёмся. Шото шагнул вперёд. — Мне пишут в директ. Незнакомые люди. Предлагают встречаться с Бакуго. Советуют, как признаться в любви. Присылают арты. — Арты? — переспросил Ястреб. — Где мы... — Шото запнулся. — В разных позах. Даби закрыл лицо рукой. Ястреб, наоборот, оживился. — Интересно, в каких? — НЕ ВАЖНО! — рявкнул Бакуго. — ВАЖНО, ЧТО ЭТО ДОЛЖНО ПРЕКРАТИТЬСЯ! — Сядьте, — сказал Даби, указывая на стулья. — Оба. Бакуго и Шото сели. Даби посмотрел на них, потом на Ястреба. — Ты психолог. Предлагай. Ястреб задумался, постучал пальцем по столу. — Вариантов несколько. Первый — игнорировать. Хайп сойдёт сам через пару недель. — Не сойдёт, — отрезал Шото. — Я смотрел статистику. Только растёт. — Второй вариант — выступить с официальным заявлением, что вы просто партнёры по команде. — И что это даст? — спросил Бакуго. — Скажут, что мы скрываемся. — Верно, — кивнул Ястреб. — Шипперы любят теорию заговора. — Третий вариант? Ястреб посмотрел на них. Хитро прищурился. — Третий вариант — подыграть. Немного. Использовать хайп в своих целях. — ЧТО?! — Спокойно. — Ястреб поднял руку. — Я не говорю целоваться на камеру. Я говорю — дать им то, что они хотят, но в рамках приличия. Например, сделать совместное интервью, где вы будете дружелюбны. Или постить фото с тренировок, где вы вместе. Но без романтики. Просто партнёры. Люди увидят, что вы нормально общаетесь, и успокоятся. — Или наоборот разгорячатся, — заметил Даби. — Риск есть, — согласился Ястреб. — Но если они увидят, что вы не обращаете внимания, хайп сдуется быстрее. Бакуго и Шото переглянулись. Взгляд — злой, но в нём мелькнуло что-то общее. — Я не буду с ним дружелюбным, — сказал Бакуго. — Я тоже, — сказал Шото. — А вы уже, — усмехнулся Ястреб. — Вы сейчас сидите рядом и не орёте друг на друга. Это прогресс. — Мы орём внутри, — буркнул Бакуго. — Главное, что снаружи тихо. Даби вздохнул. — Ладно. Делаем так. Вы продолжаете тренироваться как обычно. Не обращаете внимания на хайп. Если будут вопросы от прессы — отвечаете, что вы партнёры по команде и только. А через пару недель посмотрим. — А если не сойдёт? — спросил Шото. — Тогда будем думать дальше. — Даби откинулся на спинку стула. — А теперь идите. Мне ещё с этим разбираться. — Он кивнул на телефон с мемами. Бакуго и Шото встали. У двери Бакуго обернулся. — Даби-сан. — Что? — Если этот Кода ещё раз выложит фото — я его убью. — Он уже выложил. Поздно. — Всё равно убью. — Иди уже. Бакуго вышел. Шото за ним. В коридоре они остановились. Тишина. — Ну и хуйня, — сказал Бакуго. — Бесит. Они постояли ещё секунду. — Ладно, — сказал Бакуго. — Я в общагу. — Я тоже. Они пошли в разные стороны.  --- Ночью Бакуго лежал в кровати и листал тикток. Киришима уже дрых, развалившись звёздочкой. Бакуго наткнулся на очередное видео: они с Шото на льду, замедленная съёмка, музыка, и подпись: «Когда он смотрит только на тебя». — Блять, — выдохнул Бакуго. Он посмотрел на видео ещё раз. Шото действительно смотрел на него. Не на шайбу, не на ворота — на него. — Да похуй, — сказал Бакуго и убрал телефон. Но уснул не скоро. --- Команда уже разошлась. Даби ушёл последним, бросив на прощание: — Свет погасите, когда закончите. И дверь закройте. Бакуго и Шото остались вдвоём. Обычная история — после каждой тренировки они задерживались дольше всех. Сначала чтобы доказать друг другу, кто круче. Потом просто привыкли. Сегодня отрабатывали буллиты. Бакуго забил десять, Шото — девять. Бакуго скалился, Шото молча злился. — Ещё? — спросил Шото. — А слабо? — Не слабо. Но через пятнадцать минут оба выдохлись. Стояли, опираясь на борта, тяжело дыша. — Ладно, — сказал Бакуго. — На сегодня хватит. В душ. Они пошли в раздевалку. Молча. Устало. Раздевалка была пустой, тёплой, пахло потом и резиной. Бакуго стянул майку через голову и бросил на скамейку. Шото делал то же самое, но медленнее. Краем глаза он следил за Бакуго. Не специально. Просто так получалось. Бакуго стоял к нему спиной, стягивая штаны. Мокрые волосы прилипли к шее, лопатки двигались под кожей, на пояснице играли мышцы. Талия — узкая, подтянутая, с чёткими линиями пресса, уходящими вниз. Шото замер. «Почему у него такая талия? — подумал он. — Он же парень. Откуда...» Он смотрел, как Бакуго нагибается, чтобы снять носки. Движение плавное, но мощное. Мышцы спины перекатываются, ягодицы напрягаются. «Блять, — Шото поймал себя на том, что пялится. — Что я делаю?» Внизу живота шевельнулось что-то тёплое. Очень не вовремя, блять. Бакуго вдруг резко обернулся. — Ты чего уставился? Шото моргнул. Лицо — каменное, внутри — пожар. — Ничего. Задумался. — О чём? — О тренировке. — Ага. — Бакуго прищурился. — Ты смотрел на меня. — Я смотрел в твою сторону. — Одно и то же. — Нет. — Шото отвернулся, начал стягивать штаны. — Иди в душ. Бакуго хмыкнул, но спорить не стал.  В душевой шумела вода. Шото встал под соседнюю лейку. Смотрел прямо перед собой, стараясь не поворачивать голову. Но мысли... «Нравятся ли ему парни? — думал Шото. — Он никогда не говорил. Ни с кем не встречается. Всех посылает. Но эта талия... и как он двигается... блять, заткнись». Он почувствовал, что внизу снова теплеет, и резко включил холодную воду. — ТЫ ЧЕГО? — заорал Бакуго из-за перегородки. — ЛЕДЯНУЮ ВРУБИЛ?! — Извини, — ровно сказал Шото. — Случайно. — СЛУЧАЙНО?! У МЕНЯ ТЕПЕРЬ ХУЙ ОТПАДЁТ! — Не отпадёт. — ТЫ ОТВЕЧАЕШЬ?! Шото усмехнулся про себя. Холодная вода помогала. Мысли успокаивались. — Выходим через пять минут, — сказал он. — Я закончил. — ВАЛИ, — донеслось из-за стенки. Шото выключил воду, вытерся, оделся. Сел на скамейку ждать. Когда Бакуго вышел — мокрый, злой, с размазанной подводкой под глазами, — Шото снова поймал себя на том, что смотрит. — ЧЕГО ОПЯТЬ? — Ничего. Пошли. — Пошли. Они вышли на улицу. Ночь, фонари, холод. — Ты куда? — спросил Шото. — В общагу. Через парк. — Я через набережную. — Ну и иди. Шото кивнул и пошёл. Но через десять шагов обернулся. Бакуго стоял под фонарём, смотрел на него. — Чего? — крикнул Бакуго. — Ничего. — Тогда вали! Шото ушёл. А в голове всё ещё была эта талия. --- Они зашли вместе. Ястреб сидел за столом, листая их отчёт. Кивнул на стулья. — Садитесь. Они сели. — Отчёт хороший, — сказал Ястреб. — Подробный, структурированный, с выводами. Даже не ожидал. — Мы старались, — сухо сказал Шото. — Я вижу. — Ястреб отложил бумаги. — Но знаете, в чём проблема? — В чём? — насторожился Бакуго. — Вы делали это как работу. Как задание. А нужно было — как возможность узнать друг друга. — Мы не хотим узнавать друг друга, — отрезал Бакуго. — Врёшь. — Ястреб улыбнулся. — Вы уже узнали. Просто не признаётесь. Бакуго открыл рот, чтобы возразить, но Ястреб поднял руку. — Поэтому я даю вам ещё одно задание. Последнее. — НЕТ! — вскочил Бакуго. — Да. — Ястреб был спокоен. — И оно простое. Сходите вместе куда-нибудь. В кино, в кафе, в парк. Просто проведите время вдвоём. Без хоккея, без отчётов. Просто как люди. — ЗАЧЕМ?! — Чтобы понять, что вы не враги. — Ястреб посмотрел на Шото. — Ты согласен? Шото подумал. Посмотрел на Бакуго. — А если я откажусь? — Тогда автомат по психологии вы не получите. — Ястреб развёл руками. — И Даби расстроится. — Шантаж, — констатировал Шото. — Мотивация, — поправил Ястреб. Бакуго и Шото переглянулись. В глазах у обоих была ненависть. К Ястребу. К ситуации. Друг к другу — уже меньше. — Ладно, — выдохнул Бакуго. — Куда идти? — Решайте сами. Отчёт не нужен. Просто сходите. И всё. --- Они встретились у входа. Бакуго в чёрной толстовке и джинсах, Шото в сером свитере и тёмных брюках. Выглядели как два незнакомца, случайно оказавшихся рядом. — Куда? — спросил Шото. — Откуда я знаю. Ты предлагай. — Я не знаю. — Ты шоппинг любишь? — Нет. — И я нет. — Бакуго посмотрел на вывески. — Тогда в кино? — Можно. Кинотеатр был на третьем этаже. Они купили билеты на ближайший сеанс — какой-то боевик, ничего особенного. Взяли попкорн и колу. — Последний ряд? — спросил Шото, глядя на схему зала. — Да, там экран полностью видно, — сказал Бакуго. — Хорошо.  Они зашли в зал. Народу было мало — человек десять. Последний ряд был пуст. Они сели в центре, Бакуго справа, Шото слева. Между ними подлокотник. Фильм начался. Стреляли, взрывали, бегали. Бакуго смотрел, жевал попкорн. Шото тоже смотрел, но краем глаза следил за Бакуго. На экране кто-то кого-то спасал. Бакуго потянулся за попкорном, их локти соприкоснулись. Оба замерли на секунду, потом отодвинулись. — Извини, — буркнул Бакуго. — Нормально. Они снова уставились в экран. В какой-то момент Бакуго почувствовал, что Шото смотрит на него. Повернулся. — ЧЕГО? — Ничего. — Шото отвернулся. — Просто думаю. — О чём? — О том, что ты когда не орёшь — нормальный. — Я не ору. — Сейчас нет. А обычно орёшь. — Заткнись и смотри кино. Шото усмехнулся и уставился на экран. Они досмотрели до конца. Ничего не обсуждали. Просто сидели рядом. В какой-то момент Бакуго задремал — голова чуть склонилась, плечо почти касалось плеча Шото. Шото замер, боясь пошевелиться. Смотрел на него. На размазавшуюся подводку, на приоткрытые губы, на то, как он дышит. «Красивый, — подумал Шото. — Блять. Красивый». Бакуго дёрнулся, проснулся, мотнул головой. — Я уснул? — Немного. — Блин. — Бакуго потёр лицо. — Фильм кончился? — Почти. Они досмотрели финальные титры в тишине. Когда вышли из зала, Бакуго потянулся. — Ну и херня. Сюжет никакой. — Ага, — согласился Шото. — Но посидели нормально. — Пойдёт. Они стояли в фойе. Люди проходили мимо. — Ну, я пошёл, — сказал Бакуго. — Ага. Бакуго ушёл. Шото смотрел ему вслед. А через час в интернете появилось новое фото. Они сидят в последнем ряду кинотеатра. Бакуго спит, склонив голову, почти касаясь плеча Шото. Шото смотрит на него. Свет с экрана падает на лица. Подпись: «Последний ряд кинотеатра Хёка. Они даже не скрываются 😍 #БакугоТодороки #ХёкаРайдзин #ЛюбовьНаЛьду». --- Киришима влетел с телефоном. — КАЦУ! ТЫ ВИДЕЛ?! — ЧЕГО ОПЯТЬ?! — ВЫ С ТОДОРОКИ В КИНО! — Киришима сунул телефон. — Смотри, уже миллион просмотров! Бакуго уставился на фото. На себя спящего. На Шото, смотрящего на него. — ЭТО КОГДА СНЯЛИ?! — Не знаю. Но это пиздец как мило. — НИЧЕГО НЕ МИЛО! МЫ ПРОСТО В КИНО ХОДИЛИ! — На последний ряд, — подмигнул Киришима. — ТАМ ОБЗОР ЛУЧШЕ! — Ага. Конечно. Бакуго схватил телефон, пролистал комменты: «ОНИ СПЯТ ВМЕСТЕ» «Шото смотрит на него как на смысл жизни» «Свадьба когда?» «Лучшая пара года» «Они реально встречаются, это уже не шипп» — Я УБЬЮ ЭТОГО ФОТОГРАФА! — Поздно, — сказал Киришима. — Ты теперь звезда. Звезда любви. — ЗАТКНИСЬ! Киришима заржал и убежал. Бакуго остался один. Смотрел на фото. На Шото. На себя. — Блять, — сказал он тихо. — Почему он так на меня смотрит? Он не знал ответа.  --- В это же время. Комната Шото. Шото сидел на кровати и смотрел в телефон. Фото уже разослали все кому не лень. Иида написал: «Тодороки, ты в курсе?» Каминари скинул с подписью «LOVE IS IN THE AIR». Даже Даби прислал: «Завтра поговорим». Шото смотрел на фото. На себя. На Бакуго. — Дурак, — сказал он тихо. — Чего уставился? Но сам знал, почему. Потому что не мог отвести взгляд. Он лёг, уставился в потолок. Мысли путались. «Нравятся ли ему парни? — думал Шото. — Может быть. Он никогда не говорил. Но... он не отшатнулся. В душевой. В кино. Он не бесился больше обычного». Шото закрыл глаза. Перед глазами стояла талия Бакуго. Плечи. Губы. — Блять, — выдохнул он. — Он меня убьёт. --- Бакуго влетел в кабинет без стука. Шото вошёл следом, чуть спокойнее, но с таким же каменным лицом. Даби сидел за столом с чашкой кофе и смотрел в ноутбук. Поднял глаза, вздохнул. — Чего опять? — Ты знаешь чего! — Бакуго швырнул на стол телефон. На экране было то самое фото из кинотеатра. — ЭТО! Даби посмотрел на фото, потом на них. — Красиво вышли. — НЕ СМЕШНО! ЭТО ИЗ-ЗА ТВОЕГО ДОЛБАНОГО ЯСТРЕБА! — Во-первых, успокойся, — спокойно сказал Даби. — Во-вторых, что он сделал? — ЗАДАНИЯ СВОИ! — Бакуго начал ходить по кабинету. — ИЗ-ЗА НИХ МЫ ВЕЗДЕ ВМЕСТЕ! А ЭТИ ДОЛБАНЫЕ ШИППЕРЫ ТОЛЬКО ЭТОГО И ЖДУТ! — Ты преувеличиваешь, — начал Даби. — Нет, — перебил Шото. — Он прав. Мои друзья теперь мне мемы присылают. Киришима каждое утро скидывает Бакуго новые тиктоки. Даже Айзава сегодня спросил, не хотим ли мы сделать совместный проект по статистике. Сказал, что это повысит вовлечённость студентов. Даби подавился кофе. — Айзава? Шутит? — Он не умеет шутить, — ровно сказал Шото. Бакуго остановился и ткнул пальцем в Даби. — Твой Ястреб своими заданиями сделал так, что нас теперь вся школа шипперит! Мы не можем в столовую зайти, чтобы кто-то не хихикал за спиной! А вчера первокурсницы подарили нам парные браслеты! — И что вы с ними сделали? — спросил Даби. — ВЫБРОСИЛИ! — Зря. Красивые были. — ДАБИ! — Ладно-ладно. — Даби поднял руки. — Я понял. Ситуация хреновая. — И ЧТО ТЫ СДЕЛАЕШЬ? Даби задумался. Почесал затылок. — Если честно? Понятия не имею. Бакуго открыл рот, чтобы взорваться, но Шото положил руку ему на плечо. Бакуго дёрнулся, но замолчал. — Даби-сан, — сказал Шото. — Мы серьёзно. Это мешает. Нам. Команде. Всему. Даби посмотрел на них. Долго. Потом вздохнул. — Хорошо. Я поговорю с Ястребом. Он психолог, может, придумает, как это разрулить. Обещаю. — Когда? — спросил Бакуго. — Сегодня вечером. А теперь идите. У вас тренировка через час. Бакуго хотел ещё что-то сказать, но Шото потянул его к двери. — Идём. — Но он... — Идём. Они вышли. Даби смотрел на закрытую дверь, потом на телефон с фото. --- Команда разошлась часа два назад. Даби ушёл последним, но Бакуго и Шото остались. Уже привычно. Сегодня они отрабатывали взаимодействие в атаке. Даби оставил им ключи — сказал, чтобы сами решали, сколько тренироваться. Они решили, что до упора. — Давай ещё раз, — сказал Бакуго, подбирая шайбу. — Устал, — ответил Шото. — Слабо? — Нет. Просто устал. — Ну и сиди. Бакуго поехал в угол, начал накатывать шайбы и щёлкать по воротам. Шото сидел на скамейке, пил воду и смотрел. Бакуго двигался красиво. Мощно. Каждое движение — выверенное, злое, но плавное. Шото смотрел на его спину, на то, как напрягаются мышцы, как он дышит. — Ты смотреть пришёл или тренироваться? — крикнул Бакуго, не оборачиваясь. — Отдыхаю. — Отдыхай. Шото встал, вышел на лёд. Подъехал к Бакуго. — Дай шайбу. — Сам возьми. Они начали играть один в один. Без судей, без правил, просто на чистом адреналине. Шото атаковал, Бакуго защищался. Потом менялись. Дышали тяжело, скользили, падали, вставали. В какой-то момент Бакуго зацепился коньком за борт и начал падать. Шото рванул к нему, схватил за руку, но по инерции полетел сам. Они рухнули на лёд, Шото сверху, Бакуго снизу. — АЙ, БЛЯ! — заорал Бакуго. — СЛЕЗЬ! — Сейчас, — Шото попытался подняться, но коньки скользили. — Не могу, скользко. — ТЫ ЧЕ, ТОЛСТЫЙ?! — Я не толстый. Я тяжёлый. — ОДНО И ТО ЖЕ! Шото кое-как приподнялся, сел на Бакуго верхом. Посмотрел на него. — Шлем сними. Проверить надо. — ЧЕГО ПРОВЕРЯТЬ?! — Голову. Ты ударился. — НЕ УДАРИЛСЯ! — Сними. Бакуго закатил глаза, но начал расстёгивать шлем. Шото сделал то же самое. Отбросил свой в сторону, наклонился ближе. — В глаза смотри. — ЧЕГО?! — Проверяю реакцию зрачков. — ТЫ ВРАЧ, БЛЯТЬ? — Нет. Но знаю, как проверять. Шото приблизил лицо. Смотрел в глаза Бакуго. Серый и голубой — в красные, злые, но почему-то замершие. Бакуго смотрел в ответ. Дышал тяжело. Шото был близко. Очень близко. — Зрачки нормальные, — сказал Шото. — На свет реагирует. — Отвали уже. — Сейчас. Но он не отвалил. Смотрел на Бакуго. На его губы. На то, как они приоткрыты, как дыхание сбивается. «Похуй, — подумал Шото. — Горит сарай, гори и хата». Он наклонился и поцеловал Бакуго. Коротко. Жёстко. Губы в губы. Бакуго замер. Всё тело выключилось. Мозг закоротило. Только одно ощущение — тёплые губы Шото на его губах. Секунда. Две. Бакуго оттолкнул Шото так, что тот отлетел в сторону и врезался в борт. — ТЫ ОХРЕНЕЛ?! — заорал Бакуго, вскакивая. Шото сидел на льду, смотрел на него. Лицо спокойное, внутри — ураган. — Извини, — сказал он. — Адреналин. Я не хотел. — АДРЕНАЛИН?! ТЫ МЕНЯ ПОЦЕЛОВАЛ! — Случайно. — СЛУЧАЙНО НЕ ЦЕЛУЮТ! — Я подумал, что это... ну... — Шото запнулся. — Неважно. Он встал, отряхнулся. Поднял свой шлем. — Заканчиваем на сегодня. — ЧТО?! — Я устал. Тренировка окончена. Шото пошёл к выходу со льда. Бакуго стоял, сжимая кулаки, и смотрел ему вслед. — СТОЙ! — крикнул он. Шото не обернулся. Тишина. Дверь закрылась. Бакуго остался один. — Что это было? — прошептал он. Внутри всё кипело. Злость, непонимание, и ещё что-то... тёплое. То, что осталось на губах. Он коснулся пальцами губ. Где только что были губы Шото. — Блять, — выдохнул он. И побежал. --- По дороге в общагу. Бакуго нёсся через парк как угорелый. Сердце колотилось. В голове — каша. «Он меня поцеловал. Поцеловал. Зачем? Почему? Адреналин? Какой нахуй адреналин?» Он вспомнил руки Шото на своей талии. Когда тот пытался подняться. Тёплые, сильные пальцы, сжимающие его. — Блять, — снова выдохнул Бакуго. Ему понравилось. Руки на талии. Губы на губах. Всё это дерьмо, которое должно было бесить — понравилось. Он влетел в комнату, хлопнул дверью. Киришима подскочил на кровати. — Кацу? Ты чего? — НИЧЕГО! — Ты красный как рак. — Я ТРЕНИРОВАЛСЯ! — В два часа ночи? — ДА! Киришима посмотрел на него подозрительно, но решил не лезть. — Ладно. Спокойной ночи. Бакуго рухнул на кровать, уставился в потолок. В голове — Шото. Его лицо. Его губы. Его руки. — Что за херня со мной? — прошептал он. Ответа не было. Только тепло, разливающееся по телу, и злость на это тепло. --- В это же время. Комната Шото. Шото сидел на кровати и смотрел в стену. Иида уже спал, тихо посапывая. Шото коснулся своих губ. — Идиот, — сказал он тихо. — Что я наделал? Он не знал ответа. Знал только одно: ему не было противно. И что Бакуго не ударил его сразу. Просто оттолкнул. — Может, он тоже... — начал Шото и оборвал себя. Нельзя загадывать. Слишком страшно. Он лёг, закрыл глаза. Перед глазами стоял Бакуго. Злой, красный, с размазанной подводкой. Красивый. — Блять, — выдохнул Шото в темноту.