И новый наступит день

Ночь была тёплой. Они сидели на крыше — высокой, откуда видно всю деревню. Огни горели в окнах, где-то вдалеке смеялись люди, пахло летом и свободой. Наруто протянул Саске онигири — аккуратные треугольники, завёрнутые в нори. — Держи. Твои любимые. Саске взял. Посмотрел на еду, потом на Наруто. — Откуда знаешь? — Ты сам когда-то говорил. Наверно в детстве. Я запомнил. Саске ничего не сказал. Откусил маленький кусочек. Жевал медленно, будто пробовал на вкус не рис, а само время. — Вкусно, — сказал наконец. Наруто расплылся в улыбке. — Я знал! Курама говорил — не парься, но я знал, что тебе понравится! — Ты с лисом советовался? — в голосе Саске проскользнуло что-то похожее на удивление. — Ага. Он ворчал, но помог. Деньги дал. — Лис дал тебе деньги? — Ну, не прям дал. Сказал, где лежат. Я когда-то заначку делал, забыл. А он помнит. Саске хмыкнул. Почти незаметно. Но Наруто заметил. — Ты улыбнулся! — заорал он. — Ты улыбнулся, Саске! — Не улыбнулся. — Улыбнулся! — Заткнись и ешь. Наруто заржал и впился зубами в онигири. Рядом, на крыше, сидел тот, кто был нужен. Было хорошо. Тихо. Правильно. — Слушай, — начал Наруто с набитым ртом. — А помнишь, как мы в академии... Он говорил и говорил — про старое, про глупое, про то, что было и что могло бы быть. Саске слушал. Иногда отвечал — односложно, но отвечал. Иногда молчал. Но был здесь. А потом Наруто почувствовал — тишина. Он обернулся. Саске исчез. Крыша была пуста. Онигири, недоеденный, лежал на том месте, где только что сидел друг. Мир стал серым. Тихим. Страшным. — Саске? Тишина. — Саске! Наруто рванул — и провалился в темноту.

***

Он открыл глаза. Потолок. Белый. Больничный. Трещина в углу. Сердце колотилось как бешеное, дыхание рваное, рубашка прилипла к спине. "Нáруто?" — голос Курамы был тихим, без обычной ворчливости. — Я... — голос сел. Наруто сглотнул. — Я здесь. "Кошмар?" — Не знаю. Просто... сон. Дурацкий сон. Он сел на кровати, обхватил себя левой рукой. Трясло. Не от холода. — Я скоро, ты только держись, — прошептал он в тишину. — Дождись меня. Сна больше не было. Ночь медленно, час за часом, уступала рассвету. Но солнце так и не показалось. Небо было серым, пасмурным, с низкими тучами. Ветки какого-то дерева беспорядочно бились о стекло, втянутые в ветряное колесо. Наруто сидел на кровати, пялился в стену и не мог заставить себя встать. Вчерашний сон не отпускал — липкой тревогой сидел под ложечкой, мешал дышать. К назначенному часу дверь открылась, но вместо Сакуры в палату вошла медсестра. На бледной коже проступал яркий персиковый румянец. —Д-доброе у-утро, Наруто-сама, меня... —Э? Стой-подожди! — Наруто вскочил и сам покраснел нещадно — Какой "сама"? Можно просто по имени! — парень, размахивая рукой, подошёл ближе и кривовато улыбнулся. —Как я могу! — медсестра замялась, но продолжила. — Мен-ня зовут М-мияки Хар-руми. Сакура-сан сейчас в оп-перационной, поэтому се-егодня Вы под моим н-наблюдением, Наруто-... сан! — девушка нервно поправила свои кудри. —Очень приятно, Харуми-сан! За разговором и процедурами Наруто смог немного отвлечься. Новая знакомая оказалась очень весёлой и шумной. Она много говорила, благодарила Наруто и рассказывала о переживаниях. Вся утренняя неловкость улетучилась без следа. "Она меня достала" — в очередной раз проворчал Курама. "Эй, так нельзя!" "Тогда сделай что-нибудь, я больше не могу это слушать" "Харуми-сан старается быть вежливой" — Наруто устало вздохнул и выглянул в окно. —Ну, хоть воздух очистился. —Вы правы, Наруто-сан! После дождя и впрямь дышится лучше! — девушка взглянула на него и опустила глаза в медицинскую карту. — Так, все процедуры вы выполнили. Сейчас Вам необходим отдых. Давайте пройдём обратно в палату. Эта перспектива угнетала. Наруто из последних сил отгонял мрачные мысли, концентрировался на разговорах. Но в стерильной палате, в одиночестве, всё вернётся. От волнения уже начинали потеть ладони. "Эй, Нáруто, — и, не дождавшись реакции, лис продолжил. — У меня есть идея" "Какая?" "Тебе нужно потренироваться" "Обязательно, — парень заворчал на автомате, но через секунду задумался всерьёз. — А у тебя есть мысли, как это организовать?" "Есть. Попроси у этой кунай. Пусть хоть как-то будет полезна" "Не говори так, про Харуми-сан. Да и вряд ли она согласится..." "Не ной. Говори давай" —Харуми-сан. А могу я вас попросить? —Конечно! — глаза девушки загорелись. —Эм... Понимаете, вчера баа-... Точнее, Цунаде-сама сказала, что я быстро выздоравливаю, — блондин неловко подергал кончики отросших волос. — Да и на улице погода позволяет. Могу я ненадолго выйти? —Ну... — медсестра задумалась. — Только если ненадолго. —Спасибо! Спасибо большое! — Наруто быстро обнял её и затараторил — И можете, пожалуйста, занести в палату пару кунаев? Я пока сменю одежду! Спасибо ещё раз! — и прежде, чем Харуми успела отреагировать, парень скрылся. Скоро Наруто уже стоял на заднем дворе госпиталя, сжимая в левой руке два куная. Пахло травой и землёй после дождя, пели птицы и их песни разлетались во влажном воздухе по всей округе. Это успокаивало. Он размялся — как мог, одной рукой. Покрутил кунаи, привыкая к весу. Попробовал метнуть в ближайшее дерево. Первый ушёл в сторону. Второй воткнулся, но криво. — Чёрт, — выдохнул Наруто. — Совсем отвык. "Ты не отвык, — поправил Курама. — Ты и не привыкал" — Молчал бы, а! Он подошёл, выдернул кунаи, вернулся на исходную. Снова бросил. Лучше, но всё равно не то. — Ладно. Ещё раз. Он тренировался минут сорок. Сосредоточенно, выплескивая все накопившиеся эмоции: злость, отчаяние, бессилие. Пот градом катился по лицу, но он не останавливался. Пока не почувствовал — кто-то смотрит. Наруто обернулся. У забора, чуть поодаль, стояла Хината. В своей обычной фиолетовой кофте, сжимая руки на груди. Смотрела на него — и в лице было что-то... странное. Будто она хотела подойти, но не решалась. — Хината! — Наруто улыбнулся и махнул рукой. — Привет! Ты чего там стоишь? Иди сюда! Девушка вздрогнула. На секунду показалось, что шагнёт вперёд. Но вместо этого она вдруг резко развернулась и почти побежала прочь. — Эй! — крикнул Наруто. — Ты куда? Наруто постоял, глядя на пустую дорожку. Отвернулся. — Странная она какая-то, — сказал он. "Дурак ты", — вздохнул Курама. — Чего сразу дурак? "Того. Метай давай" Наруто пожал плечами и снова взялся за кунай.

***

Шикамару вошёл в кабинет Хокаге и сразу понял: здесь было жарко. Не в прямом смысле — окна раскрыты, ветер шевелил бумаги на столе. В переносном. Воздух будто искрил от напряжения, которое ещё не выветрилось. Цунаде сидела в кресле, сжимая незажжённую сигарету. Барабанила пальцами по деревянной поверхности стола. Какаши стоял у окна, прислонившись плечом к косяку, — поза вроде расслабленная, но Шикамару видел, как напряжена рука, сжимающая подоконник. — Что случилось? — спросил он, прикрывая дверь. Цунаде перевела на него взгляд. Коротко, хлёстко: — Советники. Шикамару мысленно закатил глаза. Ну конечно. Где советники — там проблемы. Он прошёл к своему креслу и будто бы перенесся на пару часов назад. — Вы просите разрешение на свидание. Голос Хомуры звучал ровно, но в нём угадывалось что-то — не то удовлетворение, не то предвкушение. Он сидел на диване, рядом — Кохару, перед ними — Цунаде и Какаши. На столе лежал официальный бланк, ожидающий подписей. — Просим, — подтвердила Цунаде. Тон — сталь, прикрытая вежливостью. Хомура взял бланк, пробежал глазами. Передал Кохару. Та тоже прочла, медленно, вдумчиво, будто выискивала ошибки. — Узумаки Наруто, — произнесла она вслух. — Герой войны. Безусловно, заслуживает... внимания. Но вы можете гарантировать, что свидание не навредит следствию? — Я буду сопровождать лично, — отозвался Какаши. Голос спокойный, но внутри — тугой узел. — Вы, — Кохару подняла на него взгляд. — Хатаке Какаши. Бывший сенсей обоих. Это не кажется вам... необъективным? — Это кажется мне разумным, — Какаши выдержал её взгляд. — Я отвечаю за безопасность. И за Наруто. И за то, чтобы свидание прошло в рамках дозволенного. Хомура и Кохару переглянулись. Короткий безмолвный диалог, понятный только им двоим. — Хорошо, — сказал Хомура. — Мы поставим подписи. Цунаде чуть расслабила плечи — на миллиметр, незаметно. — Но. Это «но» повисло в воздухе, как занесённый меч. — Но, — продолжил Хомура, — с рядом условий. — Каких? — Цунаде нахмурилась. — Первое. Свидание не может длиться дольше пятнадцати минут. Это не встреча старых друзей, а следственное мероприятие. Время фиксируется. — Приемлемо, — кивнула Цунаде. — Второе. Присутствие охраны обязательно. Двое шиноби у двери. Хатаке может находиться внутри, но не вмешиваться в разговор. — Приемлемо. — Третье. — Хомура сделал паузу. — Никакого физического контакта. Какаши дёрнулся, но сдержался. — Это уже перебор, — начал он. — Это необходимость, — перебила Кохару. — Учиха Саске — опасный преступник. Мы не можем допустить, чтобы во время свидания произошло что-то, что... — она подобрала слово, — ...укрепило бы их связь. Свидание должно быть формальным. Контролируемым. — И как вы себе это представляете? — Какаши шагнул вперёд. — Они будут сидеть через стекло? — Не обязательно. — Хомура улыбнулся. Тонко, ядовито. — Но ваша задача — проследить, чтобы Узумаки не делал глупостей. Вы же знаете своего ученика. Он импульсивен. Эмоционален. Может попытаться обнять, утешить, пообещать что-то. Это недопустимо. Какаши молчал. Смотрел на старика, и в глазах его медленно закипало что-то, чему лучше было не давать воли. — Мы понимаем вашу привязанность к ученикам, Хатаке, — добавила Кохару. — Это похвально. Но она же мешает вам видеть картину целиком. Саске — не тот мальчик, которого вы учили в команде. Он — преступник. И ваша задача — помнить об этом. Даже когда Наруто забудет. — Я помню, — выдавил Какаши. — Надеемся. — Хомура взял перо, обмакнул в чернила, поставил подпись на бланке. Кохару сделала то же самое. Три печати легли рядом. — Разрешение действительно на завтра, с десяти до одиннадцати утра, — сказал Хомура, пододвигая бланк к Цунаде. — Ровно пятнадцать минут. Охрана будет ждать. Не опаздывайте. Он поднялся. Кохару — следом. Направились к выходу, но в дверях Хомура обернулся: — И ещё, Хатаке. Передайте Узумаки: если он попытается устроить сцену или вытащить Саске силой — свидание прервут немедленно. А сам он потеряет право на повторные визиты. Вы же не хотите, чтобы ваш любимый ученик пострадал из-за собственной горячности? Дверь закрылась. Тишина. Цунаде выдохнула. Длинно, шумно, как после драки. — Мрази, — сказала она без эмоций. Констатация факта. Какаши стоял, глядя на дверь. Пальцы сжимались в кулаки и разжимались снова. — Они специально, — сказал он. — Всё это. Условия. Слова. Чтобы показать свою важность. — Знаю. — Цунаде взяла бланк, ещё раз проверила подписи. — Но разрешение у нас. Остальное меня сейчас не интересует. Какаши кивнул. Развернулся и отошёл к окну. Закрыл глаза. Пятнадцать минут. Никакого контакта. И Наруто, который не умеет держать себя в руках, когда дело касается Саске. Прекрасно. — Картину целиком, — прошептал он. — Они хотят, чтобы я видел картину целиком. Через несколько минут в кабинет вошёл Шикамару. —Значит 15 минут, мало. —Много, — поправил Какаши — С учётом, что они вообще не хотели давать это разрешение. Цунаде чиркнула спичкой и, наконец, зажгла сигарету. Затянулась, выдохнула. —Ладно, — сказала она. — С этим разобрались. Шикамару, у тебя что? —Работаю. — он указал на гору из свитков и заметок. —Давай-ка я составлю тебе компанию. — Какаши отошел от окна и сел напротив под одобрительной улыбкой Цунаде. Так прошло несколько часов. Они тихо переговаривались, стараясь не отвлекать Хокаге от заполнения протоколов. Шикамару диктовал, Какаши слушал, иногда переспрашивал, иногда делал пометки. — ...вот это показание, — Шикамару подвинул лист. — Старушка, которой он помог в детстве. До резни. Это хорошо, показывает, что он был нормальным ребёнком. — Плоско, — сказал Какаши. — Скажут: "Был. А потом стал монстром". Нужно что-то, что свяжет это с его более поздними поступками. Шикамару нахмурился. — Например? — Например... — Какаши задумался. — Ты проверял дела его миссий? Командных, до побега? — Проверял. Там стандарт. — А спасения? Кого он вытаскивал? Прикрывал? Шикамару пролистал пачку. — Есть пара эпизодов. Но они мелкие. — Мелкие — не значит неважные. Покажи закономерность. Он всегда прикрывал команду, даже будучи ребёнком. А потом, когда ушёл... — Какаши сделал паузу. — Когда ушёл, он перестал это делать. Потому что не было команды. Свяжешь? Шикамару смотрел на него с уважением. — Свяжу. Это можно громко обыграть. — Работай. Они углубились в бумаги. Какаши оказался неожиданно въедливым — выискивал детали, на которые Шикамару не обратил внимания, задавал вопросы, заставлял перепроверять. — Вот здесь, — Какаши ткнул в один из отчётов. — Миссия в Стране Чая. Он нарушил приказ. — Нарушил? — Шикамару вчитался. — Точно. Ему велели ждать подкрепления, а он пошёл вперёд. — И что сделал? — Спас заложников. Один. — Вот. Он нарушал приказы, когда это было нужно для дела. Не из вредности, а потому что считал правильным. Это тоже характер. И это можно использовать. Шикамару кивнул, делая пометки. — А тут, — Какаши перевернул лист, — ошибка. — Где? — Ты записал, что он отказался от миссии по сопровождению. А в оригинале — его отстранили. Разница есть. Шикамару присмотрелся. — Чёрт. Точно. Я перепутал. — Бывает, — Какаши откинулся на спинку стула. — Ты слишком загружен. И это нормально. Поэтому я здесь. Шикамару посмотрел на него. Какаши выглядел усталым, но спокойным. Злость, с которой он столкнулся утром, ушла, сменившись сосредоточенностью. — Спасибо, — сказал Шикамару. — Не за что, — Какаши уже снова смотрел в бумаги. — Давай дальше. У нас мало времени. В этот момент дверь открылась, и в кабинет влетела Шизуне — запыхавшаяся, с кипой бумаг в руках. — Цунаде-сама! — выпалила она. — Шестой район! Там проблемы с восстановлением! Подрядчики требуют дополнительные ресурсы, иначе не успевают к сроку, а без них люди останутся без жилья, и... Цунаде вздохнула. Посмотрела на Шикамару. — Шикамару, займись. — Я? — он поднял бровь. — Я вообще-то защиту готовлю. — Ты мой советник. — Цунаде стряхнула пепел. — Разберись с распределением команд генинов на помощь. Чтобы и подрядчики были довольны, и люди не мёрзли. А защиту... — она кивнула на Хатаке. — Какаши пока сам разберется. В ответ Хокаге получила два усталых вздоха, но спорить никто не стал. Шикамару забрал у Шизуне бумаги, бегло просмотрел. — Генинов, значит... — пробормотал он. — Ладно, попробуем. Он уже направился к выходу, но в дверях обернулся. — Какаши-сан? — М? — Спасибо. За помощь. Какаши махнул рукой. — Работай. Шикамару вышел. В кабинете стало тихо. Цунаде курила, глядя в окно. Какаши сидел за столом, перебирая бумаги. Потом сказал негромко: — Они правы в одном. — В чём? — Я слишком привязан к ним. К обоим. Цунаде усмехнулась. — Это не слабость, Какаши. Это наше преимущество. Какаши промолчал. За окном садилось солнце. Завтра в десять утра он поведёт Наруто к Саске. А пока — работа. Бумаги. Подготовка.

***

Вечер опустился на Коноху тихий, прохладный. Наруто сидел на кровати, смотрел в стену и уже не пытался ничего делать. Мысли разбегались. Сердце колотилось где-то в горле в ожидании новостей. — Узумаки Наруто. Он поднял голову. На подоконнике сидел АНБУ. В маске тигра, с рыжими волосами, торчащими из-под капюшона. — Твою ж... — Наруто подпрыгнул. — Ты чего пугаешь?! — Простите, — голос звучал приглушённо, но молодо. — Какаши-сан просил передать. — Что? АНБУ спрыгнул и вложил свиток в протянутую ладонь. — Завтра в десять утра он зайдёт за вами. Будьте готовы. — ниндзя кивнул и растворился в темноте. Наруто остался один. Посмотрел на свиток. Потом развернул. Там было всего несколько слов, выведенных каллиграфическим почерком Какаши: «Разрешение получено. Завтра в 10. Будь готов. Не глупи» И подпись. Наруто выдохнул. Выдохнул так, будто всё это время не дышал. Долго сидел, глядя на луну. Потом лёг, уставился в потолок. "Спать будешь?" — спросил Курама. — Не знаю. Попробую. "Только не думай о нём" — А о ком мне ещё думать? Курама промолчал. Наруто закрыл глаза. Ночь тянулась бесконечно долго.