Yu—ki

Какаши с трудом заставил себя открыть глаза. Яркий свет пробивался сквозь кроны деревьев и падал прямо на лицо, заставляя нахмуриться. Он попытался пошевелиться, но картина, что появилась у него перед глазами заставила застыть на месте.  У небольшого костра сидела Юкине. Её руки больше не сковывала верёвка, а на коленях развалился Паккун, лениво позволяя чесать себе живот. Чуть в стороне, напротив неё, расположился Итачи, размеренно вороша ветки в костре. Они о чём-то разговаривали и выглядели так, будто были старыми знакомыми. — Я умер? – только и смог тихо произнести Хатаке. Парень тут же вскочил и быстро подошёл к командиру, опускаясь на одно колено. — Какаши-сан, вы не умерли, – спокойно сказал Итачи, проверяя место ранения. — Всё затянулось.  Шиноби резко дёрнулся, пытаясь подняться, но бок тут же пронзила острая боль, и он с глухим выдохом откинулся обратно к дереву. Девушка даже не шелохнулась. Лишь краем глаз наблюдала за его безуспешными попытками. — Ты, – бросил Какаши, глядя на неё. — Почему не убежала?  — Не успела, – раздраженно бросила Юкине, даже не повернувшись к нему.  Хатаке перевел взгляд на Итачи, что изо всех сил пытался сдержать смех. Он прикрывал рот кулаком, но плечи всё равно подрагивали. — Вообще-то, она… – начал он, прокашлявшись. — Не говори! – отчаянно воскликнула девушка, резко дёрнувшись. Паккун недовольно заворчал, скатившись с её коленей, и лениво подошёл к Какаши. — У меня нет времени ждать пока ты проснешься, – заявил он. — Я привел Итачи. Можешь развеять призыв.  — Видел я, как ты торопился, – сухо заметил шиноби. Он всё же быстро сложил руки в печать и пес исчез в клубах дыма.  Какаши снова посмотрел на Итачи. — Нужно поговорить. Он с трудом поднялся на ноги и подошёл к девушке, всё так же сидящей чуть в стороне от костра с вытянутыми ногами. Бросил короткий взгляд на её запястья, с алыми кровоподтеками.  — Подумаешь, что это хорошая возможность убежать, – начал он тихо, наклонившись практически к самому ухо. — Я правда сломаю тебе ноги.  Юкине ничего не ответила. Только гордо отвернулась и начала копаться в сумке. Достала горсть ягод и, полностью игнорируя его присутствие, методично закидывала их в рот, глядя на огонь. Хатаке выпрямился и кивком указал в сторону леса. Они отошли на небольшое расстояние, оставляя девушку в поле зрения, но не позволяя ей расслышать разговор. Какаши опустился на поваленное дерево, упёрся локтями в колени и устало посмотрел на подчинённого. — Докладывай. Итачи ровно встал напротив, стараясь говорить твёрдо. Только уголки губ всё равно время от времени предательски дёргались. — Мы с нинкеном нашли вас на рассвете, – начал он отчёт. — Вы сидели у дерева в луже крови. Около вас лежала девочка, предполагаю, цель.  Он запнулся, подбирая слова.  — Увидев меня, она выставила вперёд ваш кунай… словно держа впервые. Хатаке нахмурился и снова посмотрел на девушку. Та спокойно ела ягоды и меняла бинты на руках. Он перевёл взгляд обратно. — И что ты сделал?  — Конечно моментально выбил оружие из рук и повалил на землю, — ответил Итачи так, будто это было очевидно.— Она пыталась брыкаться…. И укусить меня.  — Тогда как, скажи пожалуйста, – обманчиво спокойно начал Какаши. — Как получилось так, что открыв глаза я увидел как вы мило болтаете у костра. Итачи заметно выпрямился, сцепив руки за спиной. Он немного замялся, подбирая слова прежде чем дать ответ.  — Она не поняла, что мы с вами союзники, когда выставляла оружие против меня, – всё же начал он. — А после мы немного разговорились и…  — И? — Я не почувствовал в ней сопротивления, отпустил, – виновато опустил голову Итачи. — Да и Паккуну она вроде приглянулась.  — Я заметил, — раздраженно выдохнул Какаши, закатив глаза. — Почему тогда она сказала, что не успела убежать?  — Мне не известно. Когда я вас нашёл, она и не пыталась. Оба замолчали.  Какаши несколько раз глубоко вдохнул сквозь маску холодный воздух, втягивая запах мокрой листвы. Он поднялся на ноги, жестом указывая возвращаться в сторону лагеря.  К этому времени девушка закончила со своими делами и просто сидела, подставив руки к костру. Она автоматически подняла взгляд, когда к ней подошли две тёмные фигуры. — Вставай, – коротко бросил Хатаке. — Нужно идти.  Практически весь день они прошли молча.  Со свободными руками идти оказалось куда проще, и девушка почти не отставала, лишь иногда спотыкаясь о камни и с тихим ругательством падая на землю. Итачи шёл рядом с ней, помогая каждый раз вставать, а Хатаке был чуть впереди, проверяя дорогу.  До Конохи оставался ещё день пути. Когда на горизонте показалась небольшая деревня, Юкине резко остановилась. — Ночуем там. — Нет, – ровно сказал Какаши. — Мы можем пройти ещё дальше, до темноты.  — Я никогда не ходила на такие большие расстояния за один день, – запротестовала девушка. — Если я ещё раз посплю на мокрой земле, получу воспаление легких и умру. Это будет твоя вина!  Он резко остановился, от чего она по инерции врезалась в его спину. Тихо ойкнув, девушка схватилась за нос и опустилась на корточки. Какаши так же медленно присел рядом. — Стоит ли напоминать, — тихо сказал он, наклоняясь ближе, — Что будет, если ты попробуешь сбежать? — Да ты уже задрал напоминать, — выплюнула она ему прямо в лицо. — Поняла я!  Хатаке закатил глаза и резко поднялся, потянув её за руку вверх. Она пискнула от неожиданности, вцепившись в него, но он тут же отпустил и пошёл дальше. — Он всегда такой? – прошипела девушка больше себе под нос, потирая запястье. Но идущий рядом Итачи все равно её услышал.  — Я знаю его только таким. Хотя… сейчас он еще злее.  — Это как то связано с женщиной, которой нужно лечение?  — Да, – коротко ответил он. — Она жена дорогого ему человека.  Юкине замолчала, погружаясь в свои мысли. Она слишком хорошо знала это на что способен человек, что бы защитить близких ему людей. Понимала, но… Проблема в том, что она не врала, когда говорила, что не уверена что сможет помочь.  Постоялый двор, на котором они остановились оказался чище и лучше, чем тот в котором она работала последние пару недель. В нём приятно пахло едой и на входе был маленький сад. Юкине невольно замедлила шаг, всматриваясь в красивое дерево в самом его центре.  Какаши прошёл внутрь и быстро заплатил владельцу за самый дешевый номер. После чего Итачи аккуратно дёрнул девушку за рукав, наклоном головы указывая на вход.  В номере она первая побежала в душ, громко захлопывая за собой дверь.  Двое шиноби остались в комнате, раскладывая небольшие спальники на полу.  — Я не чувствую в ней ничего особенного, даже поток чакры слабый, – тихо сказал Итачи. — Она точно цель?  — Она явно знает Цунаде, и я видел у неё несколько седых прядей на голове. – раздражено сказал Какаши. — У нас нет времени на поиски другой.  — Я знаю, просто…  — Разговор окончен.  Хатаке поднялся и быстрым шагом вышел из комнаты, резко закрыв за собой дверь. В этот момент из ванной вышла Юкине с полотенцем на плечах. Она наклонила голову, вытирая волосы, и Итачи действительно заметил несколько серебристых прядей, проступивших под смытой краской. Она выглядела его ровесницей. Поэтому седина в чёрных волосах казалась странной, почти чужеродной. Девушка шумно опустилась на кровать, забираясь под одеяло, практически с головой. В поисках удобной позы она проворочалась минут пять, наконец-то затихнув.  Итачи пару минут боролся с собственным любопытством, но всё же произнес.  — Почему не сбежала вчера ночью? – тихо спросил он. — Это была твоя единственная возможность.  Она понимала это. И проклинала себя за то, что дёрнулась залечить рану похитившему её шиноби. Не хотела признавать, что снова не рассчитала сил и после не смогла даже подняться на ноги, что бы убежать. Не нужно было лечить его. — Знаю, — всё же тихо ответила девушка, уткнувшись в одеяло. — Это была ошибка.  Он отвел от неё взгляд, вновь возвращаясь к чистке оружия. На несколько долгих минут в комнате повисла тишина. Каждый из них думал о своем.  — Итачи… Он поднял голову. — Женщина, которой нужна помощь… она заслуживает её? — осторожно спросила Юкине. — Её ребёнок выжил? — Я не знаю, кто заслуживает жить, а кто умереть, – просто ответил он. — Кажется, если об этом задумаюсь, сойду с ума. Но… Она была хорошим человеком, – он сделал небольшую паузу, размышляя, можно ли это рассказывать. — Её ребёнок выжил.  — Вот как, – она немного вылезла из под одеяла и посмотрела ему в глаза. — Спасибо.  — К чему ты это спрашиваешь...? Дверь резко распахнулась. Какаши вошёл в комнату и поставил на стол пакет с едой. Запах оказался настолько приятным, что девушка мгновенно отбросила одеяло и подошла ближе. — Такояки!  Она перевела на шиноби быстрый взгляд, словно спрашивая разрешения, и он лишь быстро кивнул.  Юкине взяла свою часть и села на стул, быстро откусив первый кусок. Она расслабленно выдохнула, съев еще одну штуку.  — С вами с голоду умрешь, – протянула она. — Как вы едите те странные пилюли вообще.  — Дело привычки, – сказал Итачи беря свою часть и садясь рядом за стол. — Иногда они даже не горькие.  — Да что ты? – удивилась она, хмуря брови. — А он мне сегодня дал какую-то до противного горькую.   Она повернулась к стоящему у окна парню. Тот лишь хмыкнул в ответ, решив не отвечать на этот выпад. Опустился на свой спальник и забрался внутрь.  — Итачи, дежуришь до двух, затем разбуди, – он перевел взгляд на девушку. — Выходим в шесть. К вечеру должны быть в Конохе.  После этих слов он сразу же отвернулся к стене, его дыхание было ровным и создавалось впечатление, что он сразу же заснул. Итачи быстро съел свою часть ужина и поблагодарив за еду, без шумно вышел из комнаты.  Она тихо убрала со стола оставшуюся еду в пакет и аккуратно залезла в кровать, с головой накрывшись одеялом. Сон не шел, хоть голова и была ватной от недостатка сна. Мысли путались, сбиваясь в рой из сомнений и переживаний.  Размышления ни к чему не приводило, а только сильнее загоняли в яму.  Ей было страшно увидеть в каком состоянии была та женщина, ведь она только раз вытаскивала человека с того света. И в итоге чуть не умерла сама.  Что будет в этот раз? Сколько придётся заплатить за её лечение и осталась ли у неё такая цена?  Ответ ей не нравился.  Утром они вышли как и обещал Какаши, в шесть утра. Глаза слипались от полу бессонной ночи, голова всё ещё гудела, а живот снова предательски сжался. Они шли практически без остановок и то и дело ускоряясь, что совсем выбивало девушку из сил.  К полудню воздух стал тяжёлым и тёплым. Солнечный свет пробивался сквозь кроны резкими пятнами, ослепляя и сбивая ритм движения. Пот стекал по спине, одежда неприятно липла к коже, а каждый подъём по каменистому склону отзывался тупой болью в икрах. Где-то высоко стрекотали насекомые, и этот однообразный звук казался ей бесконечным, как и сама дорога. Несколько коротких участков Какаши пронес её на спине, устав слушать просьбы о привале. Солнце опускалось всё ниже, окрашивая стволы деревьев в медный цвет, а длинные тени тянулись под ноги, будто стараясь удержать их на месте. Ветер стал холоднее, принося запах дыма и далёкой готовящейся еды – первый признак близости людей. И уже к вечеру на горизонте показалась граница деревни Листа.  Она смотрела на неё, стараясь не показывать эмоции. Но кончики пальцев предательски подрагивали, заставляя то и дело разминать их.  Когда перед ними появились трое шиноби в деревянных масках, Юкине вздрогнула так резко, будто кто-то дёрнул за невидимую нить. Воздух словно на мгновение стал тяжелее – даже листья над головой перестали шевелиться. Она инстинктивно шагнула назад и почти сразу прижалась к Хатаке, не осознанно ища защиты там, где её не могло быть. Сердце глухо ударило о рёбра. На секунду ей показалось, что это снова наёмники.  Но ни Какаши, ни Итачи даже не потянулись к оружию. Один из пришедших сделал шаг вперёд. — У нас приказ, как можно быстрее доставить объект, – коротко отчитался он. — Времени не осталось.  Слова прозвучали сухо, без эмоций, будто речь шла не о человеке. Какаши схватил её за локоть неожиданно резко. Пальцы болезненно впились в кожу, и прежде чем она успела возмутиться, он выставил её вперёд, почти передавая в руки незнакомцам. — Эй! Юкине дёрнулась, пытаясь вырваться, но слова застряли в горле. Один из АНБУ повернул к ней голову, и пустые прорези маски сверкнули красным.  В следующее мгновение земля исчезла из-под ног. Чужое плечо резко ударилось под рёбрами, выбивая из легких воздух. Мир резко перевернулся, волосы скользнули вниз тяжёлой волной, а лес оказался где-то далеко, качаясь и расплываясь. АНБУ встал чуть в стороне, с уже не сопротивляющейся девушкой. Держа её на плече так, словно она ничего не весила.  — Это обязательно? – холодно спросил Какаши. — Она бы и так добровольно дошла.  Он стоял неподвижно, но руку разжал не сразу, словно только сейчас заметил, что уже держит пустоту. — У нас нет времени, возиться с ней, Какаши, — отрезал шиноби, уже разворачиваясь. — Состояние Кушины ухудшилось. Цунаде считает, что она не проживет до утра.  На мгновение никто не двинулся. Закатное солнце пробилось сквозь кроны деревьев, вспыхнув на белой маске. Затем пространство словно сложилось само в себя и все трое исчезли, оставив после себя только взметнувшиеся листья и тихо оседающую пыль. Итачи исчез следом, не сказав ни слова. Руки сами собой сжались в кулаки. Сердце билось неровно, тяжело, будто пыталось вырваться наружу. На секунду ему показалось, что воздуха не хватает и грудь сдавило изнутри. Он медленно снял маску, позволяя холодному вечернему воздуху коснуться лица, и сделал несколько коротких вдохов, заставляя дыхание выровняться. Сейчас было главное, что он успел привести девчонку.  Остальное… решится.