Yu—ki

С приходом весны, беспорядок в саду было уже не возможно игнорировать.  Каждый раз, возвращаясь с тренировки, невольно задерживала взгляд на одиноком дереве, что стоял посередине участка. Она уже разобрала завалы подгнившей листвы у его основания, но плющ, опутавший корни и ствол, полз по веткам и забирался на крышу дома, не давая ей покоя. Юкине ощущала почти физическое раздражение при виде сухих веток, в хаосе разбросанных по всему саду.  Заросшие дорожки особенно беспокоили её, когда она сидела рядом с упрямо рыбачащим Хатаке, что каждый раз отказывался от помощи. Может ему просто нравился процесс… Юкине не знала. И постепенно это стало доставлять странное удовольствие и ей: она ловила себя на мысли, что часы тянутся медленно, но спокойно, а её дыхание становится ровным, почти совпадая с тихим ритмом парня. Моменты тишины, что царили между ними во время рыбалки, незаметно стали частью повседневной рутины в конце долгого дня. Монотонные круги, расходящиеся от поплавка, завораживали и уводили мысли в лёгкий транс. Редкие снежинки, что падали с ветвей, тут же таяли на воде, оставляя после себя едва заметные круги. Юкине ловила мелкие детали: как свет солнца играет на воде, как ветер трогает серебристые волосы, как его пальцы спокойно и точно перебирают леску. — Сегодня совсем пусто, – тихо ворчал Хатаке, выдыхая пар изо рта , который моментально растворялся в прохладном воздухе. — Ага, – тихо сказала девушка, потирая ладони в попытке хоть как то их согреть.  Предлагать помощь она уже давно перестала. Какаши оказался упрям, как баран, и со временем это даже перестало её раздражать. Ей стало интересно просто наблюдать за его сосредоточенностью, за медленными, точными движениями пальцев, за тихой привычной энергией, что она ровным потоком ощущала от него в эти моменты. — Не хочешь рамен? – тихо спросил он, убирая удочку.  — Мог бы и не спрашивать, – быстро ответила она, и тут же вскочила на ноги, чуть не поскользнувшись на мокром камне. Одна только мысль о том ароматном супе, моментально вернула безграничное желание к жизни и она судорожно начала поправлять на себе одежду, приводя в порядок скомкавшуюся ткань.  Юкине этого уже не заметила, быстрым шагом направляясь в дом, но уголки его губ слегка заметно дрогнули вверх. Хатаке выдохнул очередное облако пара, в холодном вечере и подцепил кончиками пальцев пустое ведро, направившись за девушкой.  Он лишь взял кошелек и быстро сменил жилетку, на менее потрепанную и опустился на диван. Из комнаты девушки доносился шум и кажется упало что-то тяжелое. Какаши откинул голову на изголовье дивана и вытянул одну ногу вперёд. Усталость последних дней и короткие миссии, о которых он даже не говорит Юкине с каждым днём тяжелым грузом накапливались в мышцах.  Рука сама легла на лицо, скрывая глаза за сгибом локтя. Он лишь вполуха прислушивался к шуму в доме. С тех пор как Юкине заполнила собой это пространство, ему всё сложнее было представить, что здесь снова станет так же тихо, как раньше. Он чуть повернул голову и приоткрыл глаз, смотря из-под сгиба локтя. Взгляд снова остановился на нелепой вазе, которую девушка купила во время их последнего похода на рынок. Тогда он сказал, что это пустая трата денег, но она лишь скептически подняла бровь, посмотрела на него как на последнего идиота и всё равно купила её. Когда шум в доме все же стих он убрал руку, медленно поднимая голову. В проходе уже стояла Юкине, в одежде, которую он, кажется, ещё не видел. Она встала в странную позу, выставляя вперёд два пальца, а другую руку уперев в бедро.  — Ну как? – воодушевленно спросила она, вздёрнув нос. — Купила на прошлой неделе.  Красиво.  — Знал бы Третий, на что ты тратишь бюджетные деньги, – единственное, что в итоге сказал Хатаке, слегка закашлявшись. — Урезал бы тебе финансы.  Юкине нахмурилась и тяжёлым шагом прошла мимо него к двери. Она резко натянула куртку и начала обуваться, уже не слушая, что он там продолжал говорить. — Юкине.  Она упрямо затягивала шнурки, делая узел слишком тугим, и что-то сердито бубнила себе под нос про грубого сухаря.  — Да ками… – выдохнул парень, уже стоя за ней. Он опустился на корточки, наблюдая, как у неё надулись щёки и она с ещё большим усердием мучает шнурки. — Тебе идёт, – тихо сказал он почти у самого её уха. Юкине дёрнулась назад так резко, что едва не потеряла равновесие и Какаши машинально придержал её за плечо. Она поспешно поправила волосы, пытаясь скрыть уши, и быстро вскочила на ноги. — Пошли уже, – запинаясь пробормотала Юкине, схватившись за ручку двери. — Ты мне должен вкусный ужин!  Какаши тихо хмыкнул и поднялся следом. Вечер уже окончательно опустился на деревню. Узкие улицы Конохи наполнялись мягким светом фонарей, а воздух стал холоднее и чище. Где-то неподалёку хлопнула дверь, из открытых окон тянуло тёплым паром и запахами еды. Юкине шла впереди быстрым шагом, иногда оглядываясь через плечо, будто проверяя, идёт ли он за ней. Какаши не спешил, просто шёл следом, слушая тихий вечерний шум деревни. Когда впереди показалась знакомая вывеска раменной, в воздухе уже чувствовался густой запах бульона и жареного чеснока. Юкине остановилась у входа и глубоко вдохнула. — Всё, я спасена, — довольно пробормотала она. Какаши тихо усмехнулся и отодвинул для неё занавеску над входом. Тёплый пар и шум голосов сразу накрыли их изнутри. Мужчина средних лет сразу же помахал им рукой, приветственно улыбнувшись.  — Мне пожалуйста двойную порцию, – улыбаясь воскликнула девушка, уже садясь на свободное место у барной стойки.  — Приветствую, – рассмеялся мужчина, подмигнув стоящему за ней парню.— Для подружки Какаши, даже сделаю скидку! Тот лишь вскинул руку, в знак приветствия и тихо опустился на соседний стул.  — Еще немного и я умру с голоду, – страдальчески протянула Юкине, опуская голову на стол. — Дал бы мне сразу рыбку поймать и уже бы съели её.  — Ты жалуешься, что плачу за наш ужин? – выгнул он бровь, скучающе облокотившись подбородком на ладонь. — Я почти оскорблен.  — Не драматизируй, – рассмеялась Юкине поднимая голову. — Я когда голодная, меня лучше не злить.  — Ага, заметил.  Перед ними быстро оказались две тарелки с ароматным супом и девушка без промедления приступила к еде, наспех пожелав ему приятного аппетита.  Но он не торопился. Взгляд, на не совсем аккуратно ужинающей девушке задержался дольше, чем следовало. Она ела быстро, почти жадно, время от времени тихо шипя от горячего бульона. Прядь волос выбилась из хвоста и теперь упрямо падала ей на лицо, а через пару секунд и вовсе оказалась в тарелке. Юкине недовольно фыркнула, попыталась убрать её палочками и только сильнее размазала бульон по волосам. Какаши тихо выдохнул в маску. Смотреть на это почему-то оказалось неожиданно… спокойно. — Можешь есть, – кое как проговорила девушка с набитым ртом. — Я уже перестала пытаться узнать, что у тебя под маской.  — Не интересно? – спросил он, все же разломив свою пару палочек и перемешав содержимое тарелки.  — Было, – без стеснения ответила Юкине, вытирая прядь волос, что она случайно утопила в супе. — Но видимо для тебя это важно, раз ты даже дома её носишь.  Хатаке вновь посмотрел на девушку, чуть прищурившись, будто пытаясь понять, серьёзно ли она это сказала. Тон её был слишком спокойным, в нем не было любопытства или привычной попытки поддеть. Юкине тем временем снова склонилась над тарелкой, подцепляя лапшу палочками и осторожно дуя на неё, чтобы не обжечься. Пар от бульона поднимался вверх и на мгновение закрывал её лицо мягкой дымкой. — Просто привычка, – тихо сказал он спустя пару минут.  Юкине на секунду задумалась, глядя в свою тарелку, где жирные капли бульона лениво плавали между лапшой и кусочками мяса. — Можешь не объясняться, – она подняла взгляд на него и слегка пожала плечами. — Я сама не люблю, когда в мою жизнь лезут без спроса. Какаши медленно перемешал лапшу в тарелке. От бульона поднимался густой аромат чеснока и соевого соуса. Пар мягко поднимался вверх, слегка запотевая стекло над стойкой. — Наверное, — сказала она после паузы. — У каждого есть странные привычки. Она снова втянула лапшу и тут же зашипела. — Ай… горячо! Какаши тихо усмехнулся. — Ничему тебя жизнь не учит. Это уже какой раз? — Потому что каждый раз надеюсь, что она остынет быстрее, — проворчала девушка, обмахивая рот ладонью. Она на секунду откинулась назад на стуле и довольно вздохнула. Тепло раменной постепенно разгоняло вечерний холод. Пар поднимался от кастрюль за стойкой, смешиваясь с запахами соевого соуса, чеснока и варёного мяса. В углу кто-то громко обсуждал прошедшую миссию, звякала посуда, и иногда хозяин кухни перекрикивался с помощником. Но у их части стойки было неожиданно спокойно. Юкине снова склонилась над тарелкой. — Всё равно странно, — пробормотала она. — Как ты вообще дышишь в ней весь день? — Прекрасно. — Ложь, — тут же улыбнулась она. Какаши лениво приподнял бровь. — И почему же? Юкине ткнула палочками в сторону его лица. — Потому что я однажды видела, что было, когда ты в ней подавился чаем.  Хозяин раменной громко рассмеялся и Какаши медленно перевёл на него взгляд. — Предатель, — тихо заметил он. А за окном тем временем вечер окончательно опустился на Коноху, и мягкий свет фонарей ложился на улицу перед раменной, где уже становилось тише. Следующие недели прошли почти… рутинно.  Относительно. Юкине неожиданно обнаружила, что садоводство действует на неё почти успокаивающе. Каждое утро она выходила во двор и продолжала свою маленькую войну с упрямым плющом, который плотными кольцами опутал старое дерево у стены дома. Лоза цеплялась за кору, пробиралась в трещины дерева и тянулась вверх с такой настойчивостью, словно это был её дом, и это она тут чужая.  Юкине методично освобождала ствол, аккуратно отрывая липкие плети одну за другой. Бинты на руках быстро покрывались тёмными следами земли и сока растений, но она почти не обращала на это внимания. Когда с плющом удавалось справиться, она принималась за сорняки, вычищала тонкие зелёные ростки из щелей между каменными плитами дорожек, осторожно поддевая корни ножом. Работа была медленной, почти медитативной. Даже старый фонтанчик, который долгие годы стоял пересохшим и заброшенным, теперь снова тихо журчал водой. Струя стекала по потемневшему камню и собиралась в неглубокой чаше, где отражалось бледное утреннее небо. Несмотря на бесконечные тренировки, после которых ломило всё тело, сад стал для неё странной точкой опоры. Чем-то неизменным в цепочке событий, на которые она никак не могла повлиять.  Методичное повторение одних и тех же действий – рвать, очищать, складывать ветки в аккуратные кучки. Все это постепенно приносило ощущение спокойствия, которого ей так не хватало.  — Тебе не обязательно мне помогать, — тихо сказала девушка, вытирая пот со лба тыльной стороной ладони. — Мне правда нравится сам процесс. Итачи стоял рядом у ограды, осторожно распутывая ветку жимолости, которая каким-то образом умудрилась зацепиться за деревянные перекладины. — Я и не помогаю, — спокойно отозвался он, поправляя прядь волос, которую ветер снова скинул ему на лицо. — Просто пришёл проведать тебя. — Он на мгновение оглядел двор, который за последние недели действительно начал выглядеть заметно ухоженнее. — Хотя, похоже, ты даже не собираешься отрываться от этих сорняков. Юкине тихо усмехнулась, стряхивая землю с ладоней. — Прости. Я успеваю заниматься этим только по утрам. Пока за мной не пришёл мой мучитель и не утащил на очередную тренировку. Она бросила быстрый, почти подозрительный взгляд в сторону дома, словно одно упоминание Хатаке могло каким-то образом его призвать. Солнце только поднялось над старой черепицей крыши и теперь мягкими лучами освещало сад. Свет ложился на влажную траву, скользил по каменным дорожкам и заставлял капли воды в фонтане мерцать. В воздухе витал запах сырой земли и первых весенних цветов. Юкине на секунду остановилась и опустилась на ближайший камень, переводя дыхание. После работы спина приятно ныла, а прохладный ветер немного охлаждал разгорячённую кожу. — Как поживает Неооба? – спросила Юкине, убирая очередную сухую ветку. — Давно к ней не заходила.. — Кажется, она опять потеряла кота, – хмыкнул Итачи, борясь с веткой жимолости. — Загляни к ней на днях, а то она уже всем соседям про тебя рассказала.  — Какой кошмар, — тихо рассмеялась Юкине, поднимаясь с камня. Она подошла ближе, что бы помочь с очередной упрямой веткой, что не хотела поддаваться. Но стоило сделать шаг ближе, как у входа в сад появился Хатаке.  Он остановился у калитки, будто на мгновение оценивая происходящее. Руки, как обычно, были спрятаны в карманах, плечи слегка напряжены, а взгляд — тяжёлый, холодный и цепкий, сразу же нашёл Юкине и по спине пробежал неприятный холод. — Ты ещё пять минут назад должна была быть на полигоне, – грубо сказал он, делая шаг ближе. Голос прозвучал ровно, но в нём отчётливо чувствовалось раздражение. Юкине вздрогнула и машинально отступила на полшага назад, будто только сейчас вспомнила, что стоит рядом с Итачи. — У меня ещё было время, — буркнула она, стараясь звучать увереннее, чем чувствовала себя на самом деле. — Было, — спокойно согласился Какаши. — Пять минут назад. Юкине тихо цокнула языком и покосилась на Итачи. — Видишь? — пробормотала она. — Я же говорила. Итачи медленно выпрямился, отпуская ветку жимолости. Листья тихо зашуршали, возвращаясь на место. Он слегка наклонил голову, переводя спокойный взгляд с Юкине на Хатаке. — Похоже, это моя вина, что я отвлек Юкине, Какаши сан, — произнёс он ровным, лишённым эмоций голосом. — Похоже, – коротко ответил Хатаке, не сводя с него взгляд.  Несколько секунд между ними повисла странная тишина. Даже журчание фонтана и тихий шелест листвы вдруг стали казаться слишком громкими. Юкине почувствовала это напряжение почти физически и неловко перемялась с ноги на ногу. — Ладно, — тяжело вздохнула Юкине, стягивая перчатки. — Пошли уже, за очередной порцией унижений.  Она бросила их на камень у дорожки и направилась к калитке. Какаши задержал взгляд на Итачи ещё на пару секунд, после чего резко отвернулся и вышел на улицу. Он даже не проверил, идёт ли девушка следом. Просто пошёл быстрым, широким шагом. Юкине пришлось почти бежать, чтобы его догнать. — Куда ты так несёшься? — спросила она, тяжело выдыхая, когда наконец поравнялась с ним. — Раньше ты не ругался, когда я опаздывала. Коноха только начинала просыпаться. Со стороны улиц доносился стук открывающихся ставен и негромкие голоса торговцев. Где-то неподалёку звякнула посуда, из домов тянуло запахом свежего риса и жареной рыбы. По дороге лениво прошёлся кот, недовольно покосившись на спешащих шиноби. Трава вдоль тропинки ещё была влажной после росы и тихо шуршала под ногами. — Тебе нужно быть серьезнее, – не оборачиваясь бросил ей парень. — Кажется, ты не до конца понимаешь, что от этого, на миссии будет зависеть твоя жизнь.  Юкине фыркнула, поправляя сумку на плече. Она уже чуть ли не бежала, пытаясь поспевать за парнем.  — У меня ещё есть пара месяцев в запасе, — отмахнулась она. Какаши ничего не ответил. Но его руки в карманах медленно сжались в кулаки. Костяшки побелели так сильно, что это стало заметно даже сквозь ткань перчаток. Юкине это заметила. И заметила, как напряглась его спина, нахмурив брови, но не решилась спросить что-то ещё.  Через несколько минут они уже вышли к знакомому тренировочному полигону. Поле всё ещё было укрыто тонким утренним туманом. Капли росы лежали на траве, сверкая в лучах поднимающегося солнца. Вдалеке тихо шуршали листья деревьев, и где-то в кроне лениво перекликались птицы. Какаши резко остановился у края площадки и Юкине едва не врезалась в него. Он повернулся к ней и медленно размял плечо, словно проверяя, как двигается сустав. — Сегодня отработка защиты, — коротко сказал он. — И я не хочу слышать жалоб. Юкине уже открыла рот, чтобы возразить, но тренировка началась раньше, чем она успела что-то сказать. Первый бросок отправил её на землю так быстро, что она даже не успела понять, что произошло. Холодная трава ударила в спину, выбивая воздух из лёгких. — Поднимайся. Она поднялась. Второй бросок оказался не мягче. Потом третий. И четвёртый. Через несколько минут мир превратился в череду коротких падений, тяжёлого дыхания и влажной травы, липнущей к одежде. После очередного броска Юкине осталась лежать на спине, глядя в светлеющее небо. Грудь судорожно поднималась от сбившегося дыхания, в горле стоял металлический привкус крови и пыли. — Я больше не могу, – простонала она, уже даже не пытаясь подняться с холодной земли. — Просто убей меня уже.  — Поднимайся, – холодно ответил парень, возвышаясь над ней. — Такими темпами, ты не сможешь нормально ходить на миссии.  Юкине приподнялась на локтях и посмотрела на него с раздражением. — Вот и отлично. Нашёл чем пугать. Какаши закатил глаза и резким движением схватил её за руку, поднимая на ноги. Она пошатнулась, едва удержав равновесие, и тут же согнулась пополам, упираясь ладонями в колени. Изо рта вместе с воздухом вырвался комок пыли. На вопреки её ожиданию, на этот раз он не напал. Просто стоял рядом и молча смотрел. Этот взгляд — спокойный, непроницаемый — раздражал почти сильнее самой тренировки. Юкине выпрямилась и, сведя брови, посмотрела на него. — Что?!  Но парень не ответил, отводя глаза.  — Что это был за взгляд? — резко переспросил она. Линия его челюсти сжалась, выдавая напряжение. Но слова, что прозвучали дальше, он сказал до пугающего спокойно.  — Было принято решение приобщать тебя к миссиям раньше, чем было запланировано. Юкине замерла. Слова будто на секунду повисли в воздухе. — Появилось задание, где ты будешь необходима.  Её лицо вытянулось и она не понимающе уставившись на парня. Еще пару минут назад у неё в запасе было несколько месяцев, которые только что резко сократились. Она ведь ещё даже не продумала до конца план побега.  — Ваш Хокаге обещал мне пол года, – раздраженно заявила девушка, делая несколько шагов к шиноби. — Вы никогда не держите обещания, да?  — Это непредвиденная ситуация, — ответил Какаши тем же ровным голосом, но спустя мгновение добавил уже тише. — Я узнал об этом только сегодня, на собрании.  Хатаке тоже сделал шаг вперед. Расстояния между ними не осталось. Было только напряжение, что ощущалось, кажется, физически. Юкине не хотела отводить первая взгляд, словно если сделает это, проиграет.  Она словно старалась казаться больше, расправив плеч и даже привстав на носочках, будто это могло придать ей хоть немного суровый вид, по сравнению с закаленным в боях шиноби.  — Я понимаю, что для тебя это неожиданность, – тихо сказал Хатаке, по прежнему не отводя взгляда. — Ты будешь выступать в миссии исключительно как целитель, а мы будем твоим сопровождением. Остального сказать не могу.  — Опять кого-то лечить? – зло бросила Юкине. Она яростно толкнула его руками в грудь, но парень не сдвинулся с места. — Зачем вы вообще меня тренируете, если я точно умру после ещё одного исцеления?!  — Ты не поняла, — сказал Какаши уже мягче, потянувшись к ней рукой. — Человек не при смерти. Нужно обычное лечение. Юкине резко ударила его по руке, отбрасывая ту в сторону, но взгляд она так и не отвела. — Когда? – раздраженно прошипела она.  — Две недели.  Юкине резко отвернулась. Она подхватила сумку и быстрым шагом направилась к выходу с полигона. Трава тихо шуршала под её ногами. Какаши не стал её останавливать, удерживать и даже не окликнул. Он остался стоять посреди поля, медленно переводя взгляд со спины уходящей девушки на собственную ладонь.  Пальцы медленно сжались. И так же медленно разжались. Он ведь не собирался её касаться. Тогда зачем потянулся?

***

Примечание: Автор сломал палец кек Но! На левой руке, живем живем. Спасибо, что прочли главу. И отдельное спасибо за каждый комментарий, что вы оставляете! Мы плавно двигаемся к завершению арки, я в шоке.