Yu—ki

Это лето было первым, которое Юкине провела в неком зыбком подобии стабильности.  Дни складывались из тренировок, в которых она отчаянно пыталась преодолеть собственное чувство беспомощности. Они были наполнены небольшими миссиями, не выходящими за пределы деревни, тихими вечерами у Кушины в квартире и садом, ставшим её личным оплотом спокойствия. И Хатаке.  Сначала, ей действительно захотелось принять то предложение и сбежать из его дома, стоило им только вернуться. Неловкость после того поцелуя, не давала покоя ещё несколько недель, выливаясь в её настороженных взглядах, при каждом его не навязчивом касании. Даже если он просто случайно задевал её плечом на кухне или пытался неловко коснуться после возвращения с миссии.  Это казалось нереалистичным и первое время, Юкине неосознанно ждала подвоха.  Было странно.  Неловко.  Слишком волнительно, до дрожи в пальцах, от одного только взгляда. Все неправильные эмоции, что она душила в себе по отношению к нему, больше не требовали подавления. Но вместо них пришло другое. Растерянность.  Потому что она до сих пор не верила в реальность происходящего. Чувство, что все слишком хорошо, плотно засело в груди, в ожидании удара.  Но его не происходило. Иногда ей даже казалось, что он смущается не меньше её самой. Ведь вся его напускная уверенность рушилась при первом же касании, после которого он почти сразу одергивал себя, боясь лишний раз дотронуться или сказать что-то не то. Но лето тянулось медленно.  И вместе с ним медленно спадало и напряжение, отдавая место другому — тишине.  Больше не было громких слов или настойчивых прикосновений. Но она снова сидела на соседнем камне, пока он несколько часов пытался поймать рыбу. Вновь жаловалась на невкусный чай, что он купил по скидке. Постепенно переставала вздрагивать стоило задержать руку на её спине дольше необходимо, привыкая к теплу его рук так же естественно, как когда-то привыкла к его неизбежному присутствию в собственной жизни. Они не говорили о том, что между ними происходило. Но, кажется, это было и не нужно. — Ты уверена? — нахмурился Какаши, делая шаг назад.  — Абсолютно.  Юкине, без тени сомнения сократила расстояние, что он выстраивал с каждым коротким шагом, пока его спина гулко не ударилась о холодное дерево. Видеть девушку настолько воинственной было редкостью, а ощущать её касания по-прежнему странно, но… Сейчас было ещё и страшно.  — Я просто посмотрю, — не унималась Юкине, загоняя его в угол. — Хватит уже сопротивляться!  Ей порядком надоели его недельные отключки после коротких использований, как он его назвал «шарингана». Юкине упорно пыталась заставить его позволить осмотреть себя, но он либо сбегал от неё, либо и вовсе менял тон беседы, пока она не забывала, что вообще собиралась сделать.  Юкине выставила руки вперёд, упирая их в стену по бокам от парня, с чёткой уверенностью, что не позволит снова сбить себя с мысли его напускной уверенностью, что он вычитал в тех похабных книгах. Она понимала, что он мог в любую секунду поменять положение сил, поэтому в ход пошли козыри.  — Сам сядешь на диван, или тебе помочь? — она приподнялась на носочках, невинно заглядывая ему в глаза.  — Ну помоги, — с усмешкой посмотрел на неё Какаши, представляя очередную лекцию или хотя бы уговоры.  Вопреки ожиданию, Юкине больше ничего не сказала, резко дёрнув его за футболку и парень качнулся, едва устояв на ногах. Последние дни он выглядел особенно плохо, чем она без зазрения совести и воспользовалась, толкнув его.  Хатаке упал на диван, сдавленно зашипев и попытался подняться, но Юкине уже села рядом и надавила рукой ему на грудную клетку. Она оказалась слишком близко, сама того не замечая, от чего все его тело напряглось ещё сильнее.  — Ты сам сказал «ну помоги», — услужливо напомнила ему девушка, не давая подняться. — Расслабься. Она уже потянулась к хитай-ате, но его пальцы мгновенно сомкнулись вокруг её запястья.  — С ним всё в порядке, — упорно продолжал врать Какаши, хотя у самого перед глазами до сих пор стояла мутная пленка. — Тебе не о чем волноваться.  — Не ври мне. Он устало прикрыл видимый глаз. — Я не… Она даже не дала ему договорить. Спокойно переплела пальцы с его рукой и отвела её в сторону.  — Ты теряешь сознание после пары минут использования, — перебила она. — У тебя мигрени по несколько дней. И чакра скачет так, что это чувствуется даже без сенсорики. Юкине чуть нахмурилась, уже тише добавляя: — Я по твоему идиотка?  Какаши ничего не ответил, многозначительно отворачиваясь, за что получил не сильный щипок в бок. Юкине придвинулась ближе, касаясь его коленом, от чего он снова дёрнулся, пытаясь отстраниться. Но ей было наплевать.  — Ты уже и это подготовила, — выдохнул он, обречено покосившись на кувшин с водой у дивана.  — Да, сегодня у тебя не было и шанса.  Вода покорно последовала за её движениями, обволакивая запястья ровным потоком. Свободной рукой она вновь потянулась к повязке и осторожно сдвинула её вверх, от чего волосы сразу же упали на лицо. Она провела по ним пальцами, аккуратно убирая с лица.  Какаши замер, словно завороженный, следя за каждым её движением. Кажется, даже не дыша. Плечи не произвольно напряглись, стоило ей снова провести рукой по его волосам.  Шаринган выглядел хуже, чем она думала. Покрасневшие сосуды тянулись тонкими лопнувшими нитями, а чакра вокруг глаза пульсировала неровно, болезненно. Будто сам организм пытался вытолкнуть из себя чужую силу. Юкине нахмурилась. Пальцы мягко коснулись кожи под глазом, и Какаши едва заметно вздрогнул. Это мгновенно отдалось внутри неприятным холодом. — Давно так? — настойчиво спросила Юкине. Энергия запульсировала, пока она продолжала держать ровный водный поток на кончиках пальцев.  — Пару дней. Она с силой сжала его подбородок свободной рукой, заставляя Какаши устало прикрыть здоровый глаз. — Хорошо. Несколько недель. Юкине чуть придвинулась ближе, продолжая придерживать его лицо, чтобы он не отворачивался. — Ты вообще понимаешь, насколько всё плохо? — она постаралась сказать это как можно серьёзнее, наконец внушив ему эту простую мысль.  — Сейчас мне сложно думать о чём-то кроме того, что ты слишком близко. Она замерла, на секунду забыв о цели такой близости. Вода под пальцами слегка дрогнула и пару капель упало на водолазку парня, отчего Юкине поспешила вернуть поток назад в кувшин.  — Не заговаривай мне зубы, — прищурилась она, пытаясь скрыть разливающееся по телу смущение.  — Получается? — К сожалению, да. Какаши лениво усмехнулся, наблюдая за ней из-под полуприкрытого глаза. И от этого взгляда у Юкине предательски покраснели уши. Она не двигалась, завороженно всматриваясь в пересеченный шрамом глаз, в котором горела алая радужка.  Рука снова потянулась к нему, словно в трансе желая прикоснуться, но Какаши мягко коснулся её плеча, отстраняя. — Потренируешься со мной?  Юкине пару раз моргнула, сбрасывая новождение и непонимающе уставилась на него, переваривая услышанное.  — Ты себя видел? — скептически подняла брови девушка, поспешив отстраниться. — В таком состоянии, у тебя против меня нет и шанса.  — Пользуйся случаем, — усмехнулся он поднимаясь на ноги и возвращая на место повязку. Он быстро накинул куртку и прошел к двери. — Пойдем.  Юкине даже не шелохнулась. Только медленно откинулась на спинку дивана, вытягивая ноги на журнальный столик. Она демонстративно сцепила руки на груди, наблюдая за ним снизу вверх с ленивым вызовом, который она последнее время стала себе позволять рядом с шиноби.  Несколько секунд было даже тихо.  За открытым окном шумели листья, холодный ветер заканчивающегося лета пробирался в дом вместе с запахом влажной земли и недавно прошедшего дождя. На низком столике остывал чай, забытый ещё полчаса назад, а тусклый свет лампы возле стены растекался по деревянному полу мягким янтарным пятном.  Дом Какаши всегда казался ей слишком пустым для одного человека.  Слишком тихим.  Но иногда это ощущение исчезало. — Юкине, — насмешливо протянул он, уже стоя у двери. — Ты же знаешь, что бывает в таких случаях.  — Ничего не знаю, — невозмутимо ответила девушка. — Если ещё пол года назад я бы душу продала надрать тебе зад, то сейчас, я отказываюсь бить лежачего. Мне же тебя и откачивать потом. Какаши тихо хмыкнул, поправляя маску на лице, пытаясь скрыть дрогнувшие уголки губ.  — Значит, сама не пойдешь? — последний раз, почти учтиво, поинтересовался парень.  — Нет. — Точно? Юкине демонстративно устроилась удобнее, почти сползая на бок. Пару секунд он просто смотрел на неё. Потом медленно выдохнул через нос, будто смиряясь с чем-то неизбежным и направился обратно к дивану. Он даже не попытался её уговорить. Юкине поняла это в тот самый момент, когда он вместо очередной ленивой реплики вдруг шагнул к дивану. Спокойно. Неторопливо. С подозрительно невозмутимым видом, который у него всегда появлялся перед какой-нибудь откровенно раздражающей выходкой. — Даже не думай, — мгновенно прищурилась она, подбирая ноги. — Уже. И прежде чем Юкине успела отодвинуться дальше, он легко подхватил её поперек живота и бесцеремонно закинул себе на плечо. Мир резко перевернулся. — Какаши! Возмущенный вскрик эхом ударился о стены гостиной, а сам Хатаке только тихо хмыкнул, будто ничего необычного не происходило вовсе. — Ну вот, — невозмутимо заметил он, направляясь к выходу. — Так гораздо быстрее. — Поставь меня обратно! Юкине тут же начала вырываться, колотя его ладонями по спине, больше от уязвленной гордости, чем всерьез пытаясь освободиться. Под пальцами ощущалось напряжение мышц даже сквозь ткань куртки, и это почему-то раздражало ещё сильнее. Потому что этот идиот, похоже, вообще не смущался. — Бесишь, — вымученно протянула Юкине, пытаясь съехать с его плеча.  — Да, ты уже говорила.  В его голосе слышалась откровенная улыбка. Дом тихо поскрипывал половицами, пока он без спешки направлялся к двери. Где-то позади осталась теплая полутьма гостиной, запах чая и стук веток о приоткрытое окно. — Прекрати дёргаться, — лениво бросил он. — Или я решу, что тебе понравилось. — Ой да иди ты, — сквозь зубы выдохнула Юкине, снова ударив его ладонью по спине. — Когда ты вырубишься от переутомления, я брошу тебя прямо там!  — Правда? — с издевкой переспросил Хатаке, выходя на улицу.  — Гая позову! Он тебя пусть лечит!  — Ну вот теперь правда страшно, — улыбнулся парень, поудобнее перехватывая, брыкающуюся девушку.  Ладонь сместилась выше, удерживая её крепче, чтобы она окончательно не съехала с его плеча. Тепло его руки ощутимо скользнуло вдоль задней поверхности её бедра, немного над коленом, и Юкине мгновенно замерла. Но не потому что испугалась. Хуже.  — О, — протянул он задумчиво. — Почему притихла? Щеки вспыхнули так резко, что стало почти больно. Слава Ками, с такого положения он не мог видеть её лица. Юкине раздраженно стиснула зубы, чувствуя, как он буквально наслаждается ситуацией. Она кое как дотянулась, и коротким, точным движением надавила пальцами в сплетение чакры у колена. — Что ты… — только успел начать он. — Юки!  Нога подогнулась и они оба с шумом рухнули в траву перед домом. Влажная после дождя земля мягко ударила в бок, трава пружинисто смялась под ними, а где-то совсем рядом хрустнула ветка недавно посаженного куста жимолости. Какаши успел выставить руку, смягчая падение, но этого оказалось недостаточно, чтобы избежать полного хаоса. Юкине наконец скатилась с его плеча, судорожно хватая ртом воздух, где-то на границе между смехом и возмущением. — Ненормальная, — выдохнул Какаши где-то совсем рядом. В его голосе не было ни капли злости. Юкине перекатилась на спину, убирая с лица растрепавшиеся волосы. Холодная трава приятно охлаждала разгоряченную кожу, немного проясняя голову, после такой глупой выходки.  И все бы ничего. Если бы через секунду она не поняла, в каком именно положении они упали. Какаши навис совсем близко. Слишком близко. Одной рукой всё ещё упираясь в землю возле её головы, второй машинально удерживая её за бедро, сам не до конца поняв, что держать уже не обязательно.  Юкине замерла. Он тоже. На короткое мгновение между ними повисла странная, почти оглушающая тишина. Слышно было только тяжелое дыхание, шелест травы от ветра и где-то вдалеке шум из соседнего дома. С такого расстояния она слишком отчетливо видела его. Серебристые волосы, упавшие на повязку, странное тепло, что мешалось с усталостью в полу прикрытом глазу.  Когда взгляды встретились, стало совсем плохо.  И Какаши выглядел не лучше неё.  Сбившееся дыхание, которое он даже не пытался скрывать. Красные уши, что было немного видно под взъерошенными волосами. Когда он слегка качнулся вперёд, Юкине окончательно задохнулась. Зажмурившись, она с остатками сил и самообладания толкнула его в плечи, сбрасывая с себя и быстро поднялась на ноги.   — Совсем уже страх потерял? — пыталась отдышаться девушка. — Я передумала!  Какаши поднял на неё взгляд, с которого так и не сошла усмешка. Он прекрасно знал, что Юкине по-прежнему, остро реагировала на его касания, не говоря уже о большем. И всё же… постыдное чувство разочарования против его воли поднялось изнутри.  — Что передумала? — переспросил парень, не до конца вслушиваясь в её слова.  — Передумала, что не хочу бить лежачего.  Юкине смотрела на него сверху вниз, сложив руки на груди с плохо скрываемым раздражением, тесно перемешавшимся со смущением. Она нахмурила брови и прежде чем отвернуться и быстрым шагом пойти к полигону, бросила короткое:  — Пошли уже.  Он вновь усмехнулся, проведя ладонью по взъерошенным волосам.  Трава тихо зашелестела под его шагами, когда Какаши наконец поднялся следом. Почти незаметная заминка в движении, короткое напряжение в плечах, когда он выпрямился во весь рост. Юкине это заметила, но упрямо отвернулась, намереваясь воспользоваться шансом сбить его череду побед над ней.  — Какая кровожадность, — протянул Какаши ей в спину. — И это после того, как я так заботливо вынес тебя из дома? Юкине даже не обернулась. — Ещё слово, и я тебя утоплю. — Звучит заманчиво.  Она раздраженно фыркнула, ускоряя шаг. Дорога до полигона заняла всего несколько минут. Вечерний воздух после дождя был прохладным и влажным, пах землей, мокрой древесиной и рекой неподалеку. Ветки тихо качались над тропинкой, цепляясь друг за друга листвой, а под ногами мягко пружинила сырая трава. Когда впереди наконец мелькнула темная гладь воды, она резко остановилась у самого берега. Полигон встретил их привычной пустотой — старые тренировочные столбы, примятая земля, влажный песок у кромки реки. Какаши только успел лениво поднять взгляд на неё. — Ну? Уже передумала… Юкине резко взмахнула рукой. Вода взорвалась вверх мгновенно. Мощный поток с грохотом ударил Какаши прямо в грудь, окатив его с головы до ног прежде, чем он успел сложить хоть одну печать. Несколько секунд стояла почти идеальная тишина. С мокрых серебристых волос стекала вода. Ткань жилета потемнела и тяжело прилипла к телу, а с кончиков пальцев медленно капало на траву. Юкине невинно улыбнулась. — Ой. Какаши медленно вытер ладонью воду с лица и тяжело вздохнул. А в следующую секунду, после пары печатей, проделанных с такой скоростью, что она даже не успела их понять, вода у берега резко дернулась ему навстречу. Юкине мгновенно ушла в сторону, позволяя водяному хлысту с треском разбить тренировочный столб за её спиной, и тут же сократила дистанцию. Сейчас всё, чего ей хотелось, сбить ухмылку с его лица.  Локоть в ребра, подсечка, ладонь в плечо и связка атак, вынуждающие его отступать. Какаши блокировал удары на автомате, но слишком медленно. Усталость заметно тормозила его реакции, и Юкине чувствовала это с каждой секундой всё отчетливее. — Что такое? — выдохнула она, уходя от его попытки перехватить запястье. — И это всё?  — Ты сегодня просто очаровательно жестокая.  Она замялась лишь на мгновение от неожиданности его слов, но всё же смогла заставить его потерять равновесие.  Резкий разворот и Какаши тяжело рухнул спиной в мокрую траву, шумно выдыхая сквозь зубы. Юкине мгновенно оказалась сверху, прижимая его за плечо и уже почти дотянулась к кунаю, спрятанному на его бедре. Почти. Потому что Какаши внезапно усмехнулся. — Попалась. Юкине не успела даже выругаться. Его рука резко скользнула по её запястью, дёргая в сторону, и мир снова перевернулся слишком быстро. Через секунду уже её спина впечаталась в траву, выбивая воздух из легких, а Какаши оказался сверху, удерживая оба её запястья одной рукой. Тяжелое дыхание смешалось с холодным воздухом, а пара капель воды с его мокрых волос упала ей прямо на шею.  — Нечестно, — выдохнула Юкине, пытаясь освободиться. — Шиноби не жалуются на нечестные приёмы. — Я смогла тебя победить! Ты упал, — раздраженно дёрнулась Юкине, пытаясь освободить руки.  — А ты поверила. Это было даже немного обидно. Какаши тихо хмыкнул. Хватка на её запястьях наконец ослабла, и через секунду он сам скатился в сторону, тяжело падая спиной в примятую траву рядом. Как бы он не делал вид, что все в порядке, силы действительно закончились.  На несколько минут они оба замолчали.  Только пытались отдышаться после короткой, но выматывающей схватки. Над полигоном уже окончательно опустился вечер. Последние отблески заката медленно догорали где-то за деревьями, окрашивая край неба в глубокий оранжево-синий цвет, а от реки всё сильнее тянуло прохладой. Конец лета ощущался особенно остро именно в такие моменты: в холоде влажной травы под спиной, в ветре, который уже не приносил дневного тепла и слишком ранней темноте. — Сделаешь мне подарок? — тихо спросил он, лениво поворачивая к ней голову.  Юкине нахмурилась, продолжая смотреть на темнеющее над головой небо. — И с чего бы? — приподнимаясь на локтях, возмутилась девушка.  Она поежилась, проводя ладонью по шее, влажной от воды и прилипших прядей волос.  Рядом послышался тихий шелест ткани.  Какаши лежал, закинув одну руку под голову, и лениво смотрел куда-то вверх, в темнеющее небо между качающихся ветвей. Сейчас, в этой полутьме, он выглядел непривычно спокойным, даже почти расслабленным. Только сбившееся дыхание всё ещё выдавало усталость. — Потому что я ничего не сказал, когда ты разбила мою кружку? — попытался сбить её с мысли парень.  — Так ты заметил? — вспыхнула Юкине, резко развернувшись к нему. Уголок его губ снова дёрнулся в знакомой ленивой усмешке. Потом Какаши неожиданно сел. Её тело едва заметно напрягалась, когда она заметила, как он медленно вытаскивает из подсумка небольшой свиток. — Куплю я тебе новую, только не убивай, — попыталась отшутишься Юкине, отползая чуть в сторону.   — Сам куплю потом, — не обращая внимания на её замешательство, спокойно продолжал Хатаке. — Сейчас я хочу другое.  Она подозрительно прищурилась, но Какаши уже развернул свиток на траве. Старые печати мягко блеснули в остатках вечернего света. И в этот момент Юкине окончательно напряглась.  — Предубеждаю, я снова окачу тебя водой, — попыталась пригрозить, уже без прежней уверенности. Но он проигнорировал эту угрозу.  — Что ты… Короткое движение пальцев, всплеск чакры и над свитком с хлопком поднялось облако дыма, от которого Юкине закашлялась, закрывая нос руками.  — Йо, Какаши. Только не говори, что опять вызываешь меня посреди… Паккун осекся на полуслове. Маленький нинкен перевел взгляд с Какаши на сбитую с толка девушку, потом обратно, и после короткого вздоха громко чихнул.  — Она вообще в курсе что ты хочешь сделать? — скептически фыркнул пес, подходя ближе к Юкине и ткнув в неё лапой. — Мне конечно нравится, как она гладит, но у нас вообще-то высокая планка заключения контрактов.  Нинкен тем временем бесцеремонно уткнулся холодным носом ей в ладонь. Юкине машинально опустила взгляд, окончательно сбившись с мысли, моргнула, неосознанно потянувшись к маленькому ушку. Паккун сначала раздраженно фыркнул, но почти сразу сам подставил голову ближе, по-прежнему с раздражением глядя на Хатаке.  — Какой контракт? — спустя пару движений опомнилась Юкине. — Я не буду ничего… Эй!  Короткая вспышка боли обожгла ладонь и она попыталась отдернуть руку, но Какаши только крепче сжал её, и тонкая полоска крови медленно выступила на коже. Прежде чем девушка успела вырваться или хотя бы осознать происходящее, он спокойно прижал её руку к свитку. Печати вспыхнули чакрой. Воздух вокруг тяжело дрогнул и черные символы начали медленно расползаться по бумаге, впитывая кровь. Юкине застыла, потрясенно наблюдая за происходящим и вторая рука, по прежнему лежащая на голове мопса, сжала его за затылок.  — Полегче дамочка, — вырвался из под её руки нинкен. — Можешь и не так сильно радоваться.  Юкине одёрнула руку, когда чужие пальцы перестали удерживать её.  — Что ты сделал? — зашипела она, не сводя взгляда с возмутительно спокойного лица Хатаке, словно ничего и не происходило.  — Ты заключила с нами контракт, — так же невозмутимо ответил Паккун, обращая куда больше внимание на чесавшийся бок. — Мои поздравления. А теперь развей призыв. И так вытащил меня по среди ужина. Юкине почти задохнулась от спокойного тона, которым эти двое обменивались. Она резко вскочила на ноги, уставившись на раскрытую ладонь, перепачканную свежим кровоподтеком, что уже расползался по бинтам.   — Благодарю за сотрудничество, — так же отозвался Какаши, уже сворачивая свиток. — Свободен.  Он сложил пару печатей, и воздух вновь наполнился густым дымом, в котором так же резко, как и появился, исчез нинкен. На небольшом полигоне вновь стало тихо, за исключением разъяренного сопения девушки, которое она даже не пыталась скрыть.  — Какого чёрта? — повысила голос Юкине, привлекая к себе ленивый взгляд человека, что, кажется, даже не думал раскаиваться.  Он тихо хмыкнул, наконец поднимаясь на ноги. Движение вышло медленнее обычного, едва заметная усталость после драки всё ещё чувствовалась в каждом жесте. Он чуть поморщился, расправляя плечи, но почти сразу снова спрятал это за привычным спокойствием. Только взгляд стал серьёзнее. — Юкине, — начал он, но почти сразу был перебит.  — И только попробуй сейчас сказать, что это для безопасности, — предупредила его Юкине подходя ближе и ткнув пальцев в грудь.  — Это для твоей безопасности, — совершенно спокойно закончил Какаши.  Она снова ударила его в грудь, на этот раз сильнее, молча, занесла руку для следующего удара, но он перехватил её кулак, намеревавшийся пробить в нём дыру. Затем второй, что последовал за первым.  Юкине дёрнула обеими руками, собираясь подключить ещё и ноги, но хриплый голос у самого уха заставил её замереть на месте.  — Нинкены смогут найти тебя где угодно, — его голос звучал ровно, без уже привычной насмешки. — Просто сложи печать призыва и если что-то случится, они придут первыми.  Она устало прикрыла глаза, уткнувшись лбом ему в плечо.  — Ты мог нормально все объяснить, — уже без прежней злобы выдохнула Юкине. — Меня бесит твоя привычка все контролировать. Я могу и сама о себе позаботиться.  — Знаю, — тихо выдохнул парень над головой. — Это последний раз.  Юкине отстранилась и со всей силы ущипнула его за щеку, отчего он непонимающе уставился на неё.  — Врёшь, — прищурилась девушка, не отпуская его лицо, и не давая отвернуться. — Как дышишь.  — Ага… Какаши коротко выдохнул, возвращая на лицо лёгкую ухмылку. Рука легла поверх её запястья, но Юкине резко отстранилась, слегка толкнув его в грудь. Она резко развернулась, пытаясь скрыть проступившие красные пятна на щеках.  — Клянусь, в следующий раз, я натравлю на тебя Гая, — бросила девушка, быстрым шагом направляясь к дому.  — В самое сердце, — обреченно вздохнул Хатаке, тихо проследовав за ней.  Тихий шелест ветвей и запах свежей травы после дождя. Если бы она тогда знала, что некое подобие стабильности закончится так скоро… постаралась бы продлить даже такие моменты.