Почему притягиваются противоположности

      Илья открыл дверь, приглашая внутрь гостя. Петр неловко зашёл в уже знакомый номер, держа в руках флакон шампуня как средство самообороны. Он прошёл к "любимому" креслу, плавно опускаясь. Илья проходит следом, сбрасывая куртку на ходу  под закатывание глаз Пети, у которого обычно все было чисто и аккуратно - так легче концентрироваться. Замечая это, Малинин усмехнулся и ,как будто бы назло, похожим образом снял с себя толстовку, оставаясь в спортивных штанах и обтягивающей футболке. Петр наблюдает за этим настолько спокойным взглядом, почти откровенно смеющимся и одновременно крайне внимательным, не моргая. Блондина это даже раздражает. Он снова смеется надо мной!       — Итак, - начинает Илья, — Почему ты игнорировал меня? - он решает встать в уверенную позицию - нависнуть над оппонентом. Опирается на край стола, совсем рядом с Петей, явно не до конца понимающим происходящее.         — О чем ты? Когда? - Петр правда пытался припомнить в какой момент он мог проигнорировать Малинина. Они после утренней тренировки вроде не общались, или..       — Я тебе писал. А ты просто прочел и все, - фыркнул почти по-детски Илья, отворачиваясь, делая вид, что обижен.       — Сегодня? Ты уверен?.- Петр тянется к карману, вынимая телефон и быстро находя инстаграм. Действительно, сообщение от Ильи есть и даже прочитано. Почему Гуменник этого не помнит? Фигурист смотрит на время отправки и сопоставляет факты, щёлкая себя по лбу.       —А, ой.. Да, правда. Извини. Я был на звонке с Владом, мы играли. Наверное случайно смахнул. - действительно немного виновато сказал Петя. — Ты из-за этого думал, что я злюсь?       — С Владом? - Илья повернул голову к собеседнику, игнорируя его последние слова. Вопрос вышел раньше чем фигурист успел о нем подумать. Он уже хотел перевести тему, сказав, что ответ Петра  устроил, однако его перебили.       — Влад Дикиджи. Мой друг и отличный фигурист. У него тоже были шансы попасть.. сюда.- уже немного тихо, опустив голову , ответил Петя. К горлу поднималось что-то, что давно должно было забыться. Они мечтали о Олимпиаде оба, прошли вместе огромный путь, поддерживали друг друга. Были не то что друзьями - почти братьями. Дикиджи был искренне рад за Петю и от счастья прыгал почти до потолка, но Гуменника порой жгло необъяснимой виной чтоли? Они  не говорили об этом, но в молчаливых взглядах и теплых братских объятиях все было понятно и без слов.       — Хм.. и какой он? - просто спросил Илья, слегка отведя взгляд и скрестив руки на груди. Он заметил мимолетную перемену в лице Пети и решил начать копать. Хотелось равновесия какого-то.. А то стратег в одну ночь прочел всего Малинина. А вот что Илья знал о Петре?. Вопрос должен был звучать как обеспокоенное любопытство, но больше был похож на допрос ревнивца.       Гуменник поднял взгляд и стал выглядеть совсем невинно. Распущенные волосы, удивлённые глаза, смотрящие снизу вверх. Илья на мгновение застыл.       — Он  хороший человек. Катается красиво, со мной на одном уровне боролся за квоту. Видел бы ты его вращения! Очень ответственный и умеет поддерживать. Настоящий друг.. - с восхищением в голосе ответил Петр, который думал, что Илья интересуется потенциальным "коллегой".  Малинин же слушал, слегка сжав кулаки и не отрывая взгляда от русского. Петя говорил искренне и это было слышно по голосу, по горящим глазам. Илья поймал себя на том, что завидует. Мысль неприятным холодом пробежалась по спине. "Он хороший человек" Илья хотел  чтобы Петя говорил так и про него. Или только про него.. Он встрепенулся, нельзя было позволить властилюбивому голосу руководить. Не сейчас, не когда Гуменник рядом.       — Он бы тебе понравился.. - закончил речь Пётр, уставившись на Илью, который запоздало понял, что прослушал основную часть.       — Как ты? - спросил Малинин совершенно обычно, потом замолчал, подумал. Вроде правильно сказал? Илья имел ввиду, что характеры Влада и Пети должны быть похожи, раз они так близки. Все таки он часто тупил в непостижимом русском языке..       Петр уставился на собеседника, пытаясь проанализировать, что конкретно имел ввиду Илья. Это был комплимент? Или вопрос с подвохом? В конце концов блондин освободил Петю от неловкости.       — А.. у тебя есть его фото? - вдруг спросил Илья резко, сам не зная зачем. Наверное, чтобы продолжить диалог. Однако, что то в мозге подсказывало, что Малинин просто хотел увидеть, о ком Гуменник может говорить так хорошо. Петя наклонил голову в бок, будто бы с немым вопросом, но после пожал плечами, начиная искать что-то в телефоне. Фигурист протянул устройство  Малинину, где было открыто фото: Гуменник и Дикиджи обнимались, лица абсолютно счастливые, особенно у Влада.       —Это самое недавнее.  Я тогда узнал, что смогу поехать на Олимпиаду. Это было.. невероятно. - пояснил Петя, слегка смущенно отводя взгляд. Илья внимательно всматривался в фото, наверное, дольше чем следовало. Такие.. искренние. Абсолютно настоящие, естественные.       —Влад. - начал Илья, будто пробовал звучание имени, — Он тогда знал, что проиграл? - вопрос получился словно  грубым, неприятным. Петр замолчал, не зная как правильно ответить. В груди снова что-то колыхнулось, немного забытое, даже слегка болезненное. Говорить что- либо в целом по этому поводу не хотелось. Поэтому Гуменник выдал сухое:       —Да.       Илья удивился. Искренне, не скрывая эмоций, он был почти ошарашен, впервые видя, чтобы человек после проигрыша так улыбался. В системе мира Малинина проиграть — было сродни с началом апокалипсиса или концом света. Что Гуменник, что этот Влад : ломали его  восприятие.       — Он.. не выглядит расстроенным. - констатировал Илья. Ещё раз пробежался по фотографии глазами, по переплетающимся телам. Внутри что то вспыхнуло - колючее, злое. Но быстро испарилось, так что блондин даже не успел что то осознать.       — Влад был очень рад за меня - с теплотой добавил Петр, — я же говорю, он - настоящий друг. Честно говоря, я сам не знаю каким образом он был в состоянии так поддержать меня. Внутри у Малинина сжалось все. "Настоящий". Приятно ощущалось на мыслях, в памяти. Кто был настоящим у Малинина? А он сам-то настоящий?       Петя наблюдал со стороны за всем спектром эмоций Ильи: как тот хмурился, прищуривался , глядя оценивающе, как губы дрожали в полуулыбке, потом складывались в тонкую полоску. Ловил и странный, серьёзный взгляд, когда Малинин увидел фото.       — Ты в порядке? - тише спросил Петр, вставая с кресла,чувствуя себя не на своем месте,пока Илья стоял. Несчастный шампунь все же оставил внизу. Резко Малинин ощутил насколько Гуменник был выше и крупнее(раньше Илье с видео казалось, что тот довольно хрупкий и тонкий),  а еще то, что отступать в случае чего некуда. Сзади - стол, спереди - "соперник".       —А? I mean yes.. А что? - затараторил блондин, сглотнув, пряча взгляд куда-то на готический рисунок лонгслива Петра.       —Ты пялишь в мой телефон уже минут 5, наверное. - усмехнулся Петя по-доброму. —Влад так понравился? Он будет в восторге, когда узнает. "да не он, а .."       Мысль Малинин не продолжил, даже в своей голове. Он поднял взгляд, всматриваясь в внимательные глаза напротив. Ладно, скрывать от себя, что Петр ему симпатичен было глупо. Это не было влюблённостью(наверное), это был интерес, любопыство. К чему-то, что Малинин никогда не видел, к тому кого не мог контролировать и полностью понять. И не то что понять, даже предсказать следующее действие Петра было тяжело. Однако этим он и манил. Своим другим умом, своей речью со смешными паузами в стиле "угадай, че выкину", своими шутками. Петр своим образом напоминал буддисткого монаха, познавшего дзен и свою нирвану. Это было почти завидно; такое спокойствие на олимпиаде!       —Аллё? - помахал рукой Петя. - Спустись с небес на землю, Quad God - с улыбкой продолжил он, аккуратно забирая из рук Ильи телефон, однако, не задерживая на нем внимание. —Ты чего задумчивый такой? - прямо спросил Гуменник, чувствуя себя от части растерянно.       — Ничего. - на автоматизме произнес Малинин, все еще думая. Петр же , который был очень скромным по натуре человеком и раскрывался крайне тяжело, чувствовал себя лишним в комнате. Он понимал, что Илья - резвый, тревожный и как оказалось чувствительный. Гуменник думал, что Малинину должно быть просто стыдно выпроводить Петю прямо сейчас. Так что стратег решил взять все в свои руки. Он аккуратно забрал флакон, чуть отдаляясь, как будто просто хотел размяться. Но тщетно.       — Ну, я по..-       —Куда? Стоит Илье нормально задуматься - как с Петей в этот же момент что-то произойти должно! Малинин тут рассуждает, знаете ли, по-взрослому, мудро, чувствуя себя при этом легче. А Гуменник что? Прячется от него! Разве звезда здесь не Бог квадов? Почему за Петром бегает Илья, а не наоборот.. Вот и сейчас, Илья крепко схватил удаляющегося за запястье. Он уже хотел дёрнуть Петю по-ближе, но во время себя осадил.       — И ты еще говоришь, что я сбегаю! Малинин вряд ли точно соображал, что делает. Но ему нравилось, как на губах Петра расцвела сначала робкая, потом почти азартная улыбка.       Значит Илье не все равно, наверное. Значит Петя здесь не просто так.       —А ты почему молчишь? - он решил взять на себя инициативу этой игры "кто кого больше обвинит". Между тем оба фигуриста так и остались стоять в несуразной позе: Илья держал Гуменника за руку, а тот застыл, не приближаясь, но и не уходя. Илья прищурил голубые, такие ясные и в одно время хитрые глаза. В тихом омуте черти водятся..       — А тебе какая разница чего я молчу? Может просто помолчать захотел - с игривой улыбкой протараторил Илья. Даже не запнулся.       — Тебе ведь есть разница тут я или нет, - активно парировал Петя. Малинин умолк, но ненадолго. Иначе бы русский понял, что блондин смирился с поражением. А Илья уж точно не смирился! Теперь, осмелев, он дернул Петра к себе и схватил за грудки.       —Now you will definitely stay here forever!       — Заканчивай на своем бассурманском болтать! Или тебя научить, Малинин? - Пете пусть и было немного не по себе, что он сейчас так откровенно играючи быковал на самого обсуждаемого фигуриста, но он не позволял себе отступить. Тем более напомнить кто это начал?)       —Себя научи! - Илье приходится позорно запрокинуть голову вверх, потому что Петр, сволочь такая, выпрямился. Малинин легко толкает соперника в грудь, как бы нарываясь, показывая, кто тут главный. Однако злобы или реального желания ударить ни у кого не было. Оба принимали эту небольшую "игру".       — Я буду защищаться! - смеясь, Гуменник вскидывает руку с зажатым в ладони шампунем.       — Я тебя сначала тут размажу, а потом на льду! - Илья улыбается искренне и тут же схлестывается с соперником в одну большую кучу. Драка не настоящая - игрушечная почти, у нее толком цели нет. Но много ли надо игривым сердцам? Сердцу Малинина уж точно. В ходе "битвы" флакон был отбит, а Илья Романович отступил к защитной крепости в виде стола. Петр не отставал, надвигался огромной темной тучей. Внешне и правда стал на нее похож: темные волосы распушились, глаза пылали, плечи расправлены, а руки готовы к обороне.       Где он еще увидит такого Гуменника? Илья в жалкой попытке спасения тянет руки вверх, сохраняя свое "оружие". Петя на это усмехается, ему в целом даже напрягаться не надо. Хватает Малинина за руку, тянет выше, усмехаясь. Несчастному Илье остается только встать на цыпочки, и уткнуться свободной рукой в плечо соперника. Впрочем и это тоже оказывается бесполезным.. Запыханный, красный, будто после тренировки, Илья поднимает глаза. Петр очень близко, можно рассмотреть его детально: переливы его глаз, его родинки, смешную форму губ и выраженные брови. Петя смеется, громко, раскатисто - ему правда легко. Можно подумать, что и врожденная скромность по-немногу сдает позиции. Шуточные перепалки - это в ходе всех дружеских отношений, причем он так натренирован братьями! Считай - не зря. Илья же порой замирает, дышать перестает когда Гуменник подворачивается слишком близко ( а как еще возможно в драке?)      Конечно, и друзья у блондина были, и весьма реальные стычки. Но тут было по-другому.. Почти все его друзья на русском не разговаривали, лишь единицы знали о реальных проблемах, а настолько спокойных товарищей можно было пересчитать по пальцам одной руки. И Пётр собрал в себе все. Этим и бесил, и соблазнял, гад непонятный. Илью вдруг своя беспомощность взбесила и он резко дергается, выхватывая руки. Скручивает Гуменника с такой силой , которой сам от себя не ожидал. Петя выдыхает сквозь зубы, тихо смеясь. Не сопротивляется,почти капитулирует:       — Илюха, ну ты даешь.. Звучание этой формы имени кажется правильным. Очень родным. И неясно отчего Илья лыбиться больше.       Вдруг раздается вибрация телефона. Илья моментально отпускает Петю, кидаясь к звуку знакомой мелодии одной из песен NF. На экране высвечивается : "mammy <3". Илья застывает. Его лицо сразу становится напряженным, сосредоточенным. Петя замолкает, смотрит внимательно: что заставило Илью так поменяться в моменте? Малинин делает глубокий, вдох, подносит телефон к уху, зависает над кнопкой "принять вызов". Он прикладывает палец к губам в немой просьбе молчания. А Петя говорить и не думает, Кажется тоже замирает. В голове мельтешит желание уйти, а с другой стороны , по удивительным обстоятельствам Петр совсем недавно итак знает, какие там у них отношения. Может поэтому Илья его не прогоняет. Может Илье безопасно.