Анемос

Греческая республика, Спарта.

15 мая 1990 года.

      Солнце уже встало над горизонтом, окрашивая небо в золотой цвет. Лучи коснулись лица Богдана, уснувшего на диване Маттиаса. Он поморщился и закутался в одеяло посильнее.       — Подъём! — раздался звонкий голосок Лены. — Ну же, ребята, давайте! А то мы опоздаем на занятия. Сегодня два сокращённых урока, а потом вечеринка у Давида.       — Сокращённые уроки? — высунулся Арес. — Это круто! Так мы можем провести время на вечеринке больше, чем в школе!       — Ты абсолютно прав, — поддержал его Тасос. — Бо, вставай! Мы опаздываем.       Пришлось подчиниться. Он совсем не хотел вставать и куда-то идти. Просто остаться тут, в тишине и покое, где его бы никто не трогал. Но у судьбы на него, как обычно, были свои планы.       Пытаясь разлепить глаза, он вдруг столкнулся с кем-то. И следом почувствовал прикосновение рук.       — Бо? Ты в порядке? — спросонья он не сразу узнал голос Маттиаса. — Остальные только и говорят, что об этой вечеринке, — он помолчал. — Ты так и уснул в моём свитере? Тебе не жарко было?       — Хочу спать, — хриплым голосом произнёс Богдан. — Я бы спал весь день, но проклятый Давид со своей вечеринкой…       — Да, меня тоже это бесит. Зачем мы вообще согласились? Но я не хочу, чтобы дело дошло до травли, поэтому…       — Ты прав, — Богдан обнял его. — Я тоже не хочу туда идти, но и изгоем быть не желаю. Всё-таки мой отец президент Греции.       — О таком разве забудешь? — закатил глаза друг.       — Вы идёте? — заглянул к ним Арес. — Нам нельзя опаздывать, тем более, уроки сократили! Лучший день, который только может быть!       Богдан, едва переставляя ноги, направился в ванную, чтобы умыться. Тасос заканчивал умываться и вздрогнул, когда он появился.       — Эй, ты чего как ходячее привидение?       — А ты чего такой живой? — ответил Ласкарис, подходя к раковине. — Спать хочу. Вот и весь рассказ.       — Ты опять вчера уснул позже нас?       — Возможно. Я, честно говоря, не помню, — хмыкнул Богдан, включая прохладную воду и умываясь.       — За тобой разве не заедут? — решил уточнить Тасос.       — Нет, я вчера отказался и сказал отцу, чтобы не забирал после школы, потому что мы будем у Маттиаса.       — Ловко ты это провернул.       — Чего вы там застряли? — Лена неожиданно появилась в дверях. — Давайте собираться, нас никто ждать не будет, если мы опоздаем!       Они вышли к остальным. Лена впихнула Богдану пирожок и сок, после чего пошла проверить, все ли на месте. Он хмыкнул.       — Чего она такая странная сегодня?       — Это ты такой, — пихнул локтем его Арес. — Более сонный, более рассеянный. Думаешь, Давид не заметит твоё состояние?       — Мне плевать на Давида, — он накинул куртку.       — А переодеваться не собираешься? — в голосе Маттиаса мелькнуло удивление.       — Нет, так пойду. Тем более, все мои кофты дома.       Он оглядел друзей, и в этот момент вчерашняя тревожность вернулась. Не может быть, она ведь ушла. Почему снова? Почему именно сейчас?       Воздуха стало резко не хватать, и он быстро вышел из дома.       — Богдан? — услышал он голос Маттиаса. Он всегда чувствовал, что не так с другом. Вот и сейчас вышел проверить, что с ним.       — Маттиас, я в порядке. Но не уверен, что на вечеринке будет всё спокойно.       — Почему ты так думаешь?       — У меня плохое предчувствие, — руки сжали семейную реликвию — медальон надел ему на шею отец в день его пятнадцатилетия, 26 января этого года.       — Это из-за медальона?       — Да он тут ни при чём. Это что-то внутреннее, Маттиас, — Богдан посмотрел по сторонам, чтобы убедиться, что их не подслушивают. — Слушай, я вчера пытался уговорить Давида перенести праздник в другое место.       — Ого, ты даже так решил? — Маттиас восхищённо посмотрел на друга.       — Да, но упрямый баран сказал, что хочет праздновать в клубе. Видите ли, это крутое место. Мне само по себе это название не нравится. Ласковый май, ерунда какая-то. Кто вообще до этого додумался?       — Эм… Владелец?       — В любом случае, это отстой, Маттиас. Мы должны быть осторожны.       Раздался смех, и из дома вышла Лена, а за ней Арес и Тасос. Арес как обычно корчил рожицы проходящим мимо людям, те лишь вздыхали и говорили, что он невоспитанный, и шли по своим делам. Тасос смеялся, так как уже смирился с идиотизмом друга.       — Значит, мы пойдём покупать подарок Давиду. У кого деньги есть? — задала наводящий вопрос Лена, доставая кошелёк из кармана.       Богдан вспомнил про сумму, которую ему дал отец.       — У меня есть деньги, — кивнул он. — Отец вчера дал много.       — Сколько?       Он хотел достать и дать Лене, но купюры подхватил ветер и понёс в противоположную сторону.       — Стой! Это мои драхмы! — Богдан бросился за ними.       — От пары купюр не обеднеешь, — хихикнул Арес.       Богдан остановился. Почему так? Раньше деньги от него не улетали. Вдруг это знак?       Лена осторожно забрала у него кошелёк, пересчитала деньги.       — Отлично, тут две тысячи драхм!       — Я не видел, какая улетела, но там было больше, — поник Богдан.       — Не переживай. Я вчера пекла пирог для Давида. Узнала у Евангелии, какой он любит. С собой взяла.       — Ты серьёзно была с нами на ночёвке с пирогом? — уставился на неё во все глаза Тасос. — Могла бы для нас тоже взять!       — Успеется. Идём покупать подарок!       — Ура! — отозвались все, кроме Богдана.       Магазинчик, куда зашли ребята, был небольшой. Тут продавалась всякая мелочовка: кассеты, значки, игрушки. На любой вкус и цвет. Если постараться, то можно было найти что-то ценное.       — Смотрите, шапка! — вдруг сказал Арес.       Друзья посмотрели туда, куда Арес показывал пальцем. Это действительно была синяя шапка, с изображением огонька. Небольшая, удобная, как раз то, что нужно Давиду.       — Идеально, — согласилась Лена.       Женщина-продавец подошла к ребятам.       — Что вам, дорогие мои?       — Вон ту шапку. И значок по «Утиным историям», если у вас есть, — попросил Тасос.       — Эту? — она показала на ту самую синюю шапку.       — Да!       — Хорошо, — шапка легла на прозрачный столик. — Так, «Утиные истории»… Посмотрим… Есть фигурки Дональда Дака, дяди Скруджа…       — Значки есть у вас?       — О, значки. Конечно, я их ищу, а они тут перед носом! Пожалуйста, молодые люди, — она протянула им небольшую партию значков с Дональдом Даком и Микки Маусом.       — Это нам подходит. Берём! — Лена протянула драхмы из кошелька Богдана. Богдан, конечно, был не против. У ребят не всегда были с собой деньги.       Рассчитавшись, Лена радостно похлопала в ладоши. Она взяла шапку и пихнула её в руки Ареса, а значки достались Маттиасу.       — Вот теперь точно всё, — выдохнул Арес. — Идём в школу!       Оба урока пролетели незаметно. Давид вёл себя иначе, чем обычно. Он хвастался новой игрушкой — машинкой на радиоуправлении, которая приехала из Америки. По словам его матери, этот заказ ехал в Грецию два месяца. И наконец Давид сможет её завести!       Богдан не мог успокоиться. Казалось, тревожность только усилилась, и он постоянно ощущал дрожь во всём теле.       Арес, сидящий рядом, широко улыбнулся.       — Наш подарок будет самым лучшим! Уверен, Давиду понравится! Да, Богдан?       — Ага, — рассеянный кивок. На большее он не был способен.       Давид всё ещё игрался с машиной, когда урок закончился. Оказывается, это уже был последний урок. Богдан моргнул. Когда время так быстро пролетело? Почему уже всё?       Давид подошёл к Ласкарису.       — Не забудь, что жду тебя в клубе. Сегодня. Только попробуй не прийти, — с милой улыбочкой он кивнул остальным и направился по своим делам.       Богдан только мог кивнуть. Давид не оставлял выбора.       Вечер приближался неумолимо. Если бы только можно было повернуть время вспять! Он снова коснулся медальона, пытаясь успокоить себя. Маттиас протянул ему стакан воды.       — Выпей, поможет. Я часто так делаю, когда сильно тревожусь.       Богдан благодарно покачал головой. Маттиас всегда был рядом.       Вода действительно помогла. Он вытер губы салфеткой, посмотрел на друга.       — Ты в порядке?       — Это я тебя должен спросить, — хмыкнул тот. — Ты всегда беспокоишься о других, а о себе не думаешь.       — Лена воспользовалась моими деньгами.       — Тебе не жалко же? Ни у кого с собой денег не было.       — Да, просто обидно немного. Я заплатил за общий подарок…       — Не ты, а Лена, — поправил Маттиас. — не будь жадным, Бо. Мы же всегда всё на всех берём.       Он тяжело вздохнул.       — Да, я понимаю. Прости меня.       — Ничего. Я бы на твоём месте тоже возмутился. Но если Лена что-то решила, то переубедить её нельзя.       — Это точно.       Они ещё немного поболтали, после чего присоединились к остальным. Арес заканчивал рассказывать историю, как от него однажды бегала какая-то собака.       — Ты уверен, что она бегала от тебя, а не за тобой? — подколол Богдан.       — Я когда-нибудь ошибаюсь? Конечно, она была от меня в восторге!       Все рассмеялись. Лена покачала головой.       — Богдан, ты извини, что с деньгами так получилось. Я тебе верну…       — Не нужно, что ты.       У ворот школы затормозила машина. Отцовская. Богдан хотел пойти к ней, но его остановил Маттиас.       — Если ты не придёшь, я буду плакать.       — Я приду, — горячо возразил Ласкарис. — пока, ребята!       И почти бегом побежал к машине под их: «Пока, Богдан! Увидимся на вечеринке!».       Он захлопнул дверь машины, сел, тяжело выдохнув.       Маркос покосился на него, но ничего не сказал.       Богдан провёл по лицу руками. Он вдруг понял, что очень устал. Машина тронулась с места, и его взгляд зацепился за пробегающие мимо здания.       Когда доехали до дома, Маркос внезапно окликнул Богдана:       — Мистер Ласкарис.       Богдан обернулся, задерживая руку на двери.       — Всё будет хорошо. Поверьте мне.       Ласкарис кивнул и спокойным шагом направился к дому.       Он умылся, причесал мятые белые волосы. Осторожно снял свитер Маттиаса. Почему-то вдохнул запах.       «Хочу оставить себе», — мелькнула эгоистичная мысль. Что он и сделал.       Одежды у сына президента было достаточно, поэтому он выбрал яркую жёлтую футболку и синие бриджи. Нацепил носки с изображением демона — это были его самые любимые. Потом оглядел себя. Он был более чем доволен своим внешним видом.       «Отец наверняка будет беспокоиться, — почти у самого выхода пронеслась мысль. — Нужно оставить ему записку».

«Папа,

Я на дне рождения Давида в клубе «Ласковый май». Это тут поблизости, ты наверняка знаешь, где.

Обнимаю, твой сын».

      Он оставил записку в прихожей на комоде и вышел, взяв деньги и ключи. Мало ли что захочет взять попить. Выходя, он коснулся медальона ещё раз, чтобы успокоить себя.       «Возможно, я себя накручиваю. Что такого может произойти? Всё будет хорошо, Маркос прав».       Он никуда не уезжал и ждал Ласкариса. Богдан сел в машину.       — Клуб «Ласковый май».       Маркос кивнул.       Машина тронулась с места. Назад дороги не было.       Небо было окрашено в красные и фиолетовые оттенки. Сумерки наступили слишком быстро. В это время года день всегда быстро заканчивался.       — Приехали, — произнёс Маркос.       — Спасибо, — кивнул Богдан.       — Хорошего вам отдыха, сэр.       Богдан улыбнулся и вышел из машины. Каждый шаг давался тяжело, будто всё тело налилось свинцом.       Маркос уехал. Юноша этого не слышал. Да и не особо прислушивался, если честно.       У двери в клуб его встретил Маттиас. Друг выглядел шикарно — на нём была красивая голубая рубашка, одна из лучших, которую он надевал только на день знаний, и такого же цвета брюки. На ногах лёгкие сандалии, как и у Богдана.       — Ты всё-таки пришел, — широкая улыбка появилась на его лице.       Богдан не мог не подарить ответную улыбку.       — Да, конечно. Я не мог не прийти.       — Свитер оставь себе, если тебе он так нравится, — хмыкнул друг.       — Что? Откуда ты…       — Я видел всё по твоему взгляду, как ты на него смотрел. Понял, что с кофтой придётся расстаться. Не беда, заработаю денег и куплю новый. Помнишь? Вместе хотели работать.       — И будем, — Богдан почувствовал прилив сил.       Маттиас хлопнул его по плечу, и они направились внутрь клуба. У входа стояло двое охранников, которые странно переглядывались. Но не это насторожило Богдана. Тревога как будто стала нарастать. «Still loving you» группы Scorpions играло на всю громкость, заглушая посторонние звуки.       Персонал тоже вёл себя как-то… Дёргано? Они постоянно о чём-то шептались по углам, но при этом бежали к столику Давида по его первому зову.       — Ласкарис! — громко позвал его Давид, пытаясь перекричать музыку.       — Давид! — махнул рукой Богдан.       Они с Маттиасом сели за столик.       — Тасоса и Ареса ещё не видел, — заявил тот. Евангелия, сидящая рядом, пила безалкогольную пина коладу. Давид быстро отобрал у подруги напиток и сделал пару глотков.       — Я думал, ты не приедешь, — сказал он.       — Я не мог не прийти. Всё-таки мы друзья.       — Да, ты прав. Друзья. Именно так, — он вернул напиток Евангелии. — Хорошая музыка. Люблю Скорпионс.       — Я тоже. Мы с отцом были на их концерте, когда мне было десять лет.       — Ого, да ты счастливчик! Никогда не слышал, чтобы ты об этом говорил.       — Особо не люблю о себе говорить.       — Я заметил, — на лице Давида мелькнуло уважение. — Молодец, Богдан. Рад, что ты здесь, — он протянул руку для рукопожатия.       Богдан пожал руку.       — Пойду танцевать. Сейчас играет какой-то русский рок.       — Это же Ария! — тут же оживился Богдан.       — Ты и их знаешь? А есть что-то, что ты не знаешь?       — Я много хорошей музыки знаю, — с гордостью заявил Богдан. — Арию включал отец. Я даже могу спеть!       — Так это же на русском, — удивилась Евангелия.       — Я знаю! Они следят за нами! Война им кажется игрою! Она приводит их в экстаз! Все эти игры не для нас! Не для нас, — начал танцевать он, качая головой в такт музыке, — не для нас!       Давид, Евангелия и Маттиас поддержали Богдана. Богдан двигался, как чувствовал мелодию. Как же он любил рок.       Неоновый софит озарял пространство вокруг.       — Война им кажется игрою, — продолжил он, — она приводит их в экстаз. Но зря играли мы с тобою. Все эти игры не для нас! Не для нас! Не для нас!       Маттиас подхватил.       — Не для нас!       — Не для нас!       — Е-е-е! Игры не для нас! — ощутив поддержку друга, Богдан стал петь уверенней.       — Классная песня, правда, я ничего не поняла, — запыхавшаяся Евангелия села за стол. Давид тоже тяжело опустился рядом.       — Это легенды русского рока.       Вскоре появились Арес и Тасос вместе с Леной. Ребята были в рубашках, как и Маттиас.       — Я что, один пришёл в жёлтой футболке? — рассмеялся Богдан.       — Похоже, что да, — пожал ему руку Арес. — Рад тебя видеть! Эй, Давид, это тебе подарок. Держи.       Он протянул однокласснику пирог Лены и пакет, где была шапка и значки.       Давид тут же полез в пакет. Достал шапку, улыбнулся.       — Тебе наверняка идёт, надень! — начала подначивать его Евангелия.       — Только потому, что ты этого хочешь, — подмигнул он. И надел шапку.       Ребята широко улыбнулись. Давиду очень шла шапка. Как раз идеально подходила к его сине-чёрной футболке.       — Пирог, Давид, попробуй, мы старались. Это от всех нас, — напомнила о себе Лена. Она была в лёгком розовом платьице, волосы забраны в пучок, а белые туфли на каблуках средней длины.       — Конечно, Лена, — кивает Давид. — Евангелия, открывай. Надо заказать ещё коктейлей. Официант!       Официант тут же подбегает. Богдан снова обращает внимание, что тот какой-то слишком осторожный. Его пальцы едва заметно дрожат.       — Что с вами? — спрашивает тот.       — Ничего, всё хорошо! Включить вам «Rock you like hurricane?». Любите Scorpions? — быстро произнёс он.       — Давайте, — ответил за Богдана Давид.       Заиграла музыка. Мужчина быстро принял заказ и исчез.       Богдану показалось, что в воздухе как будто запахло озоном. Что происходит?       — Ребята, вы ничего не чувствуете? — уточнил он.       — Ласкарис! Снова за своё, — возмутился Давид. — Не порти настроение! А то вышвырну.       Богдан неловко улыбнулся. И пошёл к выходу, чтобы проверить обстановку.       У входа стояли уже другие мужчины. Краем уха он услышал звук сирены. Долгий и протяжный.       — Что?       Он попытался выйти, но его не пустили.       — Никого не велено выпускать. Господин Давид не распоряжался.       — Простите, — от смущения Богдан не знал, куда себя деть.       — Богдан! Мы только пришли. Ты уже устал? — его нашёл Маттиас и осторожно взял за руки.       — Ты не заметил, что народа как будто стало меньше?       — Нет, ты чего? Наоборот больше! Все пришли на день рождения Давида! Пойдём, ребята нас обыскались!       — Маттиас!       Он замер.       — Не уходи далеко, хорошо? — Богдан захотел обнять друга. Что и сделал.       — Я с тобой до конца, помнишь? — ответил тот, поглаживая его по спине. — Там уже коктейли привезли, идём. Всё будет хорошо.       Почему сегодня все это говорят?       Богдан не нашёлся с ответом. Они вернулись за столик. Одноклассники танцевали, поздравляя Давида с днём рождения.       Может, сирена ему всё-таки приснилась?       Тревога не уходила. Но Арес не позволил ему грустить. Он затащил друга на танцпол, и Богдан попробовал втянуться в ритм. Скорпионс уже закончили играть, и он не мог понять новую песню. Это была просто мелодия. Что происходит, чёрт возьми?       Тасос подскочил к нему.       — Дай пять, Богдан!       Он вернул ему пять.       — Классная вечеринка, правда? — расхохотался Тасос. — Здорово, что ты с нами!       Сквозь музыку уши Богдана уловили странные звуки. Персонал куда-то исчез.       Ласкарис не мог понять, что это за звуки. Что такое? Он никогда подобного не слышал.       Раздались крики. Все начали бежать куда глаза глядят.       Почему-то в голове заиграла: «все эти игры не для нас…».       Богдана толкнули, он упал и стукнулся головой. На миг всё потемнело перед глазами, но это не помешало ему увидеть странно одетых людей. Они были все в чёрном и с автоматами. Зачем им оружие в клубе?!       Он быстро вскочил и бросился бежать. Короткие автоматные очереди рассекли воздух. Люди с криками падали на пол, окрашивая пол кровью.       В этом хаосе Богдан нашёл небольшой оранжевый диванчик в углу и спрятался за ним.       Звуки выстрелов не прекращались.       — Проводи массовую зачистку, Бурый, — услышал Богдан голос одного из мужчин. — Нужно всех убрать отсюда.       — Слушаю.       Богдан закрыл уши руками. Его трясло. Хоть бы не заметили… Почему… Кто эти люди? Зачем они пришли сюда? Что им нужно?       Он не знал ответа на все эти вопросы. Он молился, чтобы его не нашли. Надеялся, что с друзьями всё в порядке. Что они живы, как и Давид.       — Это что там за белая макушка, Бурый?       Нет…       Сердце ушло в пятки. Неужели его нашли?       Время остановилось. Богдан не хотел умирать. Он слышал какие-то хрипы, непрекращающуюся стрельбу. И при всём этом его нашли.       Проклятые белые волосы! Они станут ключом к его смерти!       Он вжался в пол, стараясь стать незаметнее. Шаги мужчин были где-то рядом.       Тело колотило неконтролируемой дрожью. Неужели это никогда не закончится? Что же с ним будет?..