Громкое падение

Я просто орудие Бога, орудие вашей судьбы, вот и всё.

И от колыбели до гроба веду вас и кто-то да будет спасён.

(Приход ангела бедоносца, Порез на собаке)

Петя жил от даты к дате. Сначала до трёх дней, потом до девяти, а потом и до сорока. Отлили дожди ноября, зимние морозы уже сковали Неву и обморозили чугунные мосты инием. Март растопил холод, а апрель заставил цвести сады Петербурга. Май и июнь ознаменовались наводнением туристами. Сборная по фигурному катанию на прошедших играх принесла ошеломительный успех. Новая гвардия под руководством незаменимой Этери Тутберидзе под своим флагом принесла своей стране три медали: золотую, серебрянную и бронзовую. Фигуристки заняли весь пьедестал. А ведь это только женская дисциплина. После возвращения России всех тех привелегий, на которые имели право другие страны, спортсмены стали навёрстывать упущенное. И вот уже вторые игры подряд Россия держала первое место в медальном зачёте. Пора отыграться и показать, на что способна эта страна и люди, живущие в ней. Но Пете не было до этого дела. Жизнь его в данный момент времени вертелась вокруг дочки. Ещё в октябре они с Аделей хотели поехать на Олимпиаду как комментаторы, ведь их старательно звали, но сейчас всё это разбилось в дребезги. Стоило трагедии случиться, так о них все забыли. Из всех этих подружек-фигуристок на похороны пришли лишь единицы. Единственное, что получил он от сборной, это двадцать четыре живые красные розы для могилы. Остальные затраты (такие как памятник и плата агенству) оплачивал Петя из своего кармана. Один Петя. Никто из родственников ему не пытался помочь. В частности, его семья и вовсе перестала с ним контактировать. Этим людям было легче поверить какому-то захудалому новостному агенству, оклеветавшему Аделю как самоубийцу, чем поверить её мужу. Большие возмущения вызвало отпевание гроба, когда их смутило, что её хоронили, даже не выяснив причину падения. С похорон Петя уехал с белым шумом в голове. И снова одинокая квартира. Снова запертая детская, снова холод от открытого внутри окна. Всё вокруг будто посерело. Мир обернулся в монохром, зазвучал белым шумом, изредка прерывающимся детским плачем. В июне Асю крестили. Нарекли рабой божьей Анастасией — как было и в свидетельстве о рождении — в день хороший, символический — 18 июня. Хоть это было и слишком поздно, Петя был только рад. 18 июня родилась Анастасия Романова, в честь которой назвали Асю. Пете к тому времени стало гораздо лучше. Отмолил он своё спокойствие, проще говоря. Но всё равно, за спокойствие души читал акафист раз в неделю по четвергам. И в один из таких вечеров, когда Петя менял в подсвечнике догоревшую свечу, Настя сидела в манеже, стуча погремушкой по полу. Она что-то пыталась сказать. И, наконец, выговорила: «Папа». Петя сначала не услышал. Но когда настойчивое лепетание повторилось, он обернулся. Настя стучала по всему подряд, беспокойно качаясь из стороны в сторону. — Что это с тобой? — Он спешно подошёл к манежу и уже хотел взять ребенка на руки. Как вдруг почувствовал запах жжёного пластика в коридоре. Сердце один раз стукнуло в ушах, предвещая неладное. Петя, крепко прижав ребенка к себе, вышел в коридор. Как вдруг он понял, что запах доносится из-за входной двери. Он осторожно открыл её. И в лицо ударил жар и запах горелого пластика. Он не сразу понял, что ему подожгли дверь. Показалось, что горит подъезд. Пете хватило секунды, чтобы обо всём догадаться, когда было относительно поздно. Страх, как мы знаем, творит с живыми существами немыслимое. Будь то человек или животное. А когда рядом дитёныш, то напуганная особь может и убить кого-нибудь. Петя крепче сжал Асю, которая от жара разревелась у него на руках. Он не знал, что делать. Он не хотел ее оставлять одну. Но и дверь потушить надо. В стрессовой ситуации, когда огонь горит в сантиметрах от его лица, ему думалось быстрее. Отойдя на два метра назад, он громко закричал, прося о помощи. — Блять, да помогите кто-нибудь! Мы тут сдохнем сейчас, сдохнем! Бегая по дому, как загнанный зверь, он пытался хоть что-то сделать. Петя пытался одновременно набрать воды в ведро, посадить Настю в слинг и позвонить пожарным. А он продолжал орать вместе с дочкой. На оры прибежала соседка с квартиры напротив с баклашкой воды. К ней через минуту прибежал мужчина с нижнего этажа, видимо, расслышавший крики и стук по батарее. Женщина принялась выливать содержимое на дверь. На силу они затушили. Вся пластиковая обшивка двери обгорела. Именно когда всё остыло, в квартиру повалили соседи. — Пётр Олегович, вы как? Он вышел из ванной, в одной руке держа ведро, а другой поддерживая ребенка. Волосы у него на голове стояли дыбом, а глаза бегали по посторонним а квартире. Ася продолжала надрываться. Всё было как положено. Пожарные приехали, полиция за ними. Стали ходить по соседям. Смотреть записи с видеокамер в подъезде. А Пётр лежал в кровати, пока Настя сидела рядом с ним, гладя его ручкой по голове, будто утешая. Она, в силу возраста, мало что понимала. Но она слышала молчание папы. Трогая его, она будто пыталась натянуть на лицо Пети улыбку. — Настя, не мучай отца. Пожалуйста, — Петя добавил последнее слово, натянув улыбку. Настя рассмеялась и навалилась на папу. Всю неделю мысли Петра были заняты этим поджёгом. Он точно знал, что дело было не таким простым, как могло показаться. Это был точно не разбой. Это был намеренный поджёг. Он видел записи с камер, выходящих на его дверь и дверь в подъезд. Поджигатель был одет в черную толстовку и, кажется, в расклешённые джинсы. Поднявшись на последний этаж, неизвестный облил дверь бензином, кинул три газеты, которые предварительно поджёг зажигалкой, и поспешно убежал. А дальше все как обычно. Никто ничего не видел, имя неизвестно, злоумышленник скрылся во мраке ночного Петербурга. Но Пётр знал, что это был не кто-то из его знакомых. Это был человек, которого он никогда в жизни не видел… Петя стал искать ответы в социальных сетях. В них он заходил редко. Последний раз был до свадьбы. Пока Настя спала, он штудировал Интернет. Подобное не составило труда. Пару кликов в «Тик-токе» по хештегу с именем Адели и самое популярное в поиске уже у него перед глазами. А под ним… Пользователь Celestia: Могу только посочувствовать Пете! Только же всё наладилось у них. Пользователь Зелёный кофе ответил (-а) пользователю Celestia: Тебе не кажется, что тут есть какая-то недосказанность? Как будто бы она не случайно погибла. Помните Екатерину Александровскую? Думаю, они чем то похожи, но чем, только бог знает. Пользователь ✨ ответил (-а) пользователю Зелёный кофе: Мне всегда это всё казалось странным. Как по моему, она завершила карьеру слишком рано. Можно же было стать тренером. А тут с концами ушла, ничего не объяснила. А потом подозрительно быстро вышла замуж. Ощущение, что на неё надавили. Пользователь Вареники-пельмени ответил (-а) пользователю ✨: Аделия никогда не была стабильна. С тех пор, как она упала на ОИ, она вечно чего-то боялась. Скованная какая-то девочка. Скорее, просто устала. Пользователь Зелёный кофе ответил (-а) пользователю Вареники-пельмени: Вспоминая её падения на земле, вы ей на том свете лучше не сделаете. Пусть спит спокойно, пусть её тут не дёргают. Пользователь Астана ответил (-а) пользователю Celestia: Хуйню не пиши. Довел ее ваш Петя. Да некому больше просто. И ушла она спонтанно из фк, потому что он хотел коньки на гвоздь повесить. Не удивлюсь, что он сам её и вытолкнул. Таких комментариев было хоть отбавляй. Без всякой на то причины в смерти Аделии винили Петю. Версий было много: ревновал и от ревности толкнул, пресовал морально и бла-бла-бла. Гуменнику от этого сделалось дурно. Он выбросил телефон, словно тот загорелся, и упал на кровать. Из глаз полились слезы, не сопровождаемые рыданиями. Ему было трудно осознать то, как быстро у людей сменилось к нему отношение. Раньше он был любимцем публики, тем, кем восхищались по всему миру. А теперь он кто? Убийца? Тиран? Последняя тварь, загубившая талант бедной Аделечки? Да он был готов загубить всю свою карьеру только ради любимой девушки. Он долго упрашивал её не уходить. Пускай она катается, пока не надоест. Но нет. «Петь, мне лично 28 скоро. Дай ты другим дорогу. Захочу, буду тренером. Но не сейчас. Нет-нет-нет! Хватит этих коньков с меня.» Этот саркастичный тон с лёгким заиканием всё ещё стоял в ушах Гуменника. В то время такой ответ лишь озадачил, но сейчас воспоминания о её речи ножом проехались по сердцу. Больнее всего было от мысли, что голос, сопровождавший его ежедневно, стал будто глохнуть. Люди, теряющие близких, часто этого не замечают, либо замечают, но поздно. Слишком поздно, когда голоса любимых окончательно затихают в их сознании. И Петя боялся момента, когда забудет её интонацию, её манеру речи. А, может, и вовсе перестанет узнавать её на фотографиях. Это, наверное, единственное, чего он боялся лишиться — лишиться не только физического присутствия, но и духовного. Настя, видимо почувствовав его беспокойство, заплакала в детской. Даже не вытерев слёзы, он встал.

***

Первый год жизни Насти был отмечен на другой квартире. После поджёга Пете было неспокойно, отчего они перебрались в квартиру в другом месте подальше от центра. На этот маленький праздник должны были приехать лишь несколько человек — мама Адели, Вероника Анатольевна и Даниил Маркович. Поэтому когда Петя получил сообщение от Малинина в духе: «Ничего не спрашивай, к вам летит Алиса» — его это озадачило. Во-первых, с появлением семей они перестали тесно общаться. Взрослые люди, в конце концов. А во-вторых, Алиса совершенно не знала русского языка. Либо знала, но очень худо. Петя уже забоялся, что её развернут. Но, каким-то образом красиво поморгав глазами перед работником аэропорта, её впустили. Петя и Алиса встретились у Исаакиевского собора. — Oh gosh! Она очень похож на мать. И тут Пётр понял, что стоит говорить с ней на ломаном английском, чем слушать её американский суржак. — Ты, наверное, устала в самолёте. — Ни капли. Но перейдём к подаркам. Алиса стала открывать чемоданы прямо на улице на глазах сотни туристов и местных. Настя рассмеялась, смотря на то, как какая-то новая тётя в бордовом пальто роется в чемоданах. В первую очередь в её руках оказались белые детские коньки. Петр тяжело вздохнул. — А это не от меня. Это Илья передал. Хотя, — И тут она повернула коньки внутренней стороной стопы. А там золотистым маркером были выведены автографы. На правом коньке от Алисы, а на левом от Ильи. — Считай, что и от меня. И не смотри на меня, как на неудавшемся фото. Я то адекватная. Уже в следующую секунду Петр был завален пакетами с игрушками от погремушек в розовых тонах, до кукол. С чего Алиса так расщедрилась, для него оставалось загадкой. — А сам то ты как? Держишься? Скучаешь по ней, наверное. — Конечно. Но я должен жить ради Насти. — Настя? Ах, точно. У вас же их Настями называют. Дальше Алиса планировала изучить новый город, наконец отстав от отца-одиночки. Вернувшись домой, загруженный до нельзя, так ещё и с ребенком в охапку, Петя обнаружил, что Даниил Маркович — какая неожиданность — тоже подарил Насте коньки. — Куда ей две пары? На руки как печатки наденет? — Ну так запасные. Вдруг коллекционировать будет, — заметила тёща, попутно что-то готовя. Петя заглянул у гостиную. А там, держа Асю на коленях, Вероника Анатольевна показывала ничего не понимающему ребёнку какую-то из коротких программ. Петя быстро её узнал — короткая программа Аделии на Зимней Олимпиаде 2026 года. Он осмелился войти внутрь. Тренер устало комментировала чуть ли не каждый шаг, разъясняя ребенку, что, где, да как, как будто она что-то понимает. Когда видео закончилось, будто подытожив, Вероника Анатольевна сказала: — Упорство, упорство и ещё раз упорство, Ася, и будешь через семнадцать лет кататься как мама. Даже лучше в сто раз. Всё прыгнешь и не оступишься. Может, Настя ничего и не понимала из того, что ей говорили, но большие глаза ребёнка первые за всю жизнь горели так сильно, будто два олимпийских факела в черном небе. А глаза у девочки были большие и чёрные, восточные. Может, лишь в них люди узнавали Аделию.