Toward the Brasil

      Сонхва по-прежнему пребывал в странном смятении, когда покинул кабинет Есана с папкой, полной сведений о его сейчас вполне уже достижимой мечте. В этот конкретный момент он был уверен в своих действиях как никогда и одновременно совершенно не понимал, что вообще творит.       Он степенно направлялся к лестнице, чтобы подняться к себе на этаж и с благоговейным трепетом изучить выданные ему бумаги, но был прерван парой сотрудников из Силового Отдела. Они вынырнули из-за ближайшего поворота, оба громко смеялись над какой-то только им известной шуткой, но не это заставило Сонхва впасть в ступор. Один из силовиков держал в руке что-то вроде короткого поводка, второй конец которого был подсоединен к тому самому современному полипластиковому костюму, что по новым требованиям заменял наручники для заключенных. Костюм этот покрывал все тело арестованного человека, а потому Сонхва не мог увидеть его лица. Кто бы это ни был, он из-за всех сил пытался вырваться из мертвой хватки сотрудника Отдела Безопасности под неуемный гогот последнего.       В какой-то момент оба силовика уставились на Сонхва, а затем, очевидно, разглядев на его груди отличающий значок, вежливо кивнули в знак приветствия. Сонхва заставил себя ответить тем же.       — Эй, Вы — новенький здесь? — радостно кинул ему один из силовиков, что держал поводок в руке. — Смотрите, че сейчас покажу!       Он вдруг выпустил заключенного из своей хватки, и тот по инерции от своих хаотичных движений сначала чуть не повалился на пол, но устоял на ногах и, почувствовав, что больше его никто не держит, помчался вперед к выходу на лестницу. Оба силовика ничуть не заволновались из-за его действий, и вскоре Сонхва понял почему — в полипластиковом костюме не предполагалось отверстий для глаз, и заключенный, видимо, ничего перед собой не видел. А потому бедняга просто врезался в стену рядом с проходом и все-таки упал на бетонную плитку. Не сумев подняться со связанными руками, он покатился вперед и в конце концов выкатился на лестницу. Смех силовиков стал только громче, когда из ведущего на лестницу проема начали доноситься звуки удара тела о ступеньки и жалобные вскрики.       Мозг Сонхва оцепенел от этого зрелища, он совершенно не в силах был выдать в ответ никакую нейтральную реакцию. Однако двоим сотрудникам отдела безопасности этого и не требовалось, они вовсю наслаждались происходящим, уже забыв про существование свидетеля. А он, в свою очередь, смог наконец овладеть собой, тут же развернулся на каблуках и быстро зашагал к лифтам, только бы убраться с этого этажа подальше.       Забравшись в скрипучий лифт Сонхва наконец выдохнул. Тот, на удивление, сразу же повиновался его просьбе и отправился вверх, как только он зашел внутрь, будто бы услышав его желание сбежать из этого места. Через полупрозрачную дверь лифта он тупо смотрел, как этажи медленно сменяют друг друга по очереди. Вот один этаж, полный серых коридоров, вот второй и третий, вот он проехал, к чертовой матери, свой этаж и даже не попытался с этим что-то сделать. Он встрепенулся только, когда за мутным прозрачным полипластиком показались очертания холла. В огромном полупустом статичном пространстве вдруг возникла подвижная фигура. Сонхва не мог поверить своим глазам — невысокий человек в рабочем комбинезоне стоял у стойки регистрации и живо жестикулировал, пытаясь донести что-то до администратора. Должно быть, Ким Хонджун и вправду был полным психом, раз заявился в Отдел Поиска самолично да еще и с какой-то претензией. Неужели он решил сэкономить отделу время и прийти с поличным?       Сонхва со всей силы вдавил кнопку остановки лифта, но тот не повиновался. Тогда он в приступе бессилия ударил по полупрозрачной двери и присел на корточки, чтобы не упускать из виду своего ангела, пока полипластиковая коробка медленно и неумолимо поднималась вверх. Двое в холле, очевидно, услышали шум со стороны лифтов и обернулись в его сторону. Это был третий раз, когда Сонхва встретился взглядом со своей мечтой наяву, и снова их разделяло нечто непреодолимое. Повинуясь эмоциям, он вновь ударил по двери, и неожиданно лифт тряхнуло раз, затем второй, а потом он и вовсе резко опустился вниз, будто собираясь упасть, но застрял посередине этажа. С тем же неприятным скрипом дверь вдруг поползла в сторону.       Не в силах осмыслить происходящее Сонхва поторопился выбраться наружу из образовавшегося проема, чтобы приземлиться на устланный серой плиткой пол ему пришлось спрыгнуть. Он осмотрелся — человек за стойкой и ангел из его снов оба стояли неподвижно, уставившись на него в изумлении, что было вполне объяснимо, учитывая его появление.       Сердце Сонхва неумолимо колотилось о ребра, пока он сокращал расстояние между собой и Ким Хонджуном. Даже просто оказаться рядом, дышать одним воздухом с человеком из его снов было ошеломляющим опытом. Он практически чувствовал, как ржавеют шестерни в его мозгу, как все мысли застывают в вязком желе. Оказавшись лицом к лицу со своей мечтой, он через силу заставил себя говорить:       — Ким Хонджун, — проговорил Сонхва не в силах скрыть из голоса благоговейный трепет, — вы — арестованы.       — Чт… — начал было отвечать тот, но Сонхва тут же перехватил его локоть крепкой хваткой и силой развернул его навстречу к выходу из министерства.       — Господин Пак!.. — окликнул его администратор, однако Сонхва уверенным тоном перебил его:       — Не беспокойтесь, господин… администратор! Ситуация под моим полным контролем, опасный… то есть подозреваемый будет арестован… то есть уже!..       — Какого, извините, хрена, Вы делаете?! — возмутился Хонджун, в ужасе озираясь по сторонам, видимо, в надежде на помощь со стороны. — В чем, черт возьми, Вы меня подозреваете вообще?!       — Пожалуйста, не сопротивляйтесь, — почти взмолился Сонхва, понизив голос до шепота, и продолжил, когда они покинули здание министерства, — мне нужно убрать Вас отсюда и срочно!       Хонджун, очевидно, понял эти слова по-своему и, метнув на него испуганный взгляд, вдруг вырвал локоть из его хватки и помчался прочь. Сонхва не сразу опомнился, но все же бросился за ним вдогонку, тот, конечно же, бежал по направлению к припаркованному за поворотом здания мусоровозу. И как он только поднялся так высоко с нижних этажей на этой огромной вонючей штуковине? Какие бы ни были у Хонджуна планы побега, Сонхва явно испортил их, забравшись следом за ним в водительскую кабину.       — Черт возьми, да что тебе от меня надо! — в ужасе завопил он, вжавшись в дверь у водительского сидения.       — Постойте, пожалуйста, выслушайте меня! — продолжал умолять его Сонхва, выставив вперед руку, будто бы пытался успокоить дикое животное. — Я не причиню вреда!       — Ты сказал, я арестован! Какого черта здесь происходит? — почти взвыл Хонджун. — Ты, мать твою, вообще кто?!       Сонхва собирался уже попробовать объясниться, как чуйка заставила его обернуться. Из министерства вышло несколько человек в форме Отдела Безопасности, и вслед за ними показался администратор, который им что-то старательно объяснял. Затем он жестом указал направление, в котором они находились. Мусоровоза не было видно, так как он был припаркован за углом, и, тем не менее, у Сонхва зашевелились волосы на затылке.       — Это сейчас не имеет значение, — сдавленным голосом проговорил он, — мы оба в полной заднице. Надо сматываться.       — Что ты несешь?! — продолжил истерику Хонджун. — Я никуда не поеду, пока ты в машине!       — Посмотри туда, — Сонхва молча указал в сторону входа в министерство, — ты и так намозолил глаза Отделу Поиска, так что, если эти парни доберутся до нас, это здание мы больше не покинем.       — Не неси чушь, — уперся Хонджун, — это ты затеял что-то странное, я лишь пришел, чтобы получить информацию о своем друге… это не преступление.       Сонхва в чувствах провел ладонью по лицу. Кто бы мог подумать, что до ангела из его снов так туго доходят очевидные вещи. Он вновь обернулся и обнаружил, что сотрудники Отдела Безопасности подошли к ним на расстояние крика и точно смотрят прямо на них. Он решил перейти к активным действиям.       — Все хорошо! Я арестовал его! — крикнул Сонхва силовикам и для достоверности своих слов указал на блестящий значок на его пиджаке, а затем показал большой палец вверх. — Все под контролем!       Сотрудники Отдела Безопасности в замешательстве переглянулись. Пользуясь моментом, Сонхва вновь повернулся к Хонджуну лицом и со смертельной серьезностью скомандовал:       — Поезжай.       — Не поеду, — передразнил его Хонджун, — с места не сдвинусь. Выметайся из моей машины, ненормальный!       Испустив полный отчаяния вздох, Сонхва вдруг вспомнил, что все еще держит в руках папку с досье. Он в спешке пролистал несколько страниц и, найдя нужную, ткнул ей практически в лицо Хонджуну.       — Вот! Видишь! Мне поручили твое дело, потому что ты — подозрительная личность первого порядка! — с чувством втолковывал ему Сонхва. — Буквально только что один очень страшный человек, глядя мне в глаза, сказал, что ты — конкретно ты — заноза в заднице у всего отдела! Они думают, что ты — террорист! Угроза! А ты пришел туда сам, на своих двоих еще и требуешь что-то! Да это ты ненормальный!       Хонджун пробежался глазами по тексту в документе, который сунул ему под нос Сонхва. По мере чтения глаза его все расширялись, а лицо стремительно теряло краску.       — Но… но я ведь не сделал ничего… — начал он, переводя взгляд то на Сонхва, то на бумагу.       — По-ез-жай. — вновь приказал Сонхва, в ответ на что Хонджун шумно сглотнул и, повернувшись вперед, вжал педаль газа в пол.       Сонхва боковым зрением покосился в сторону сотрудников Отдела Безопасности, что смотрели им вслед. Один из них в смятении почесывал затылок. Какое-то время они ехали в напряженной тишине, минуя мосты и платформы. Громоздкий мусоровоз был диковиной на средних этажах города, как и вообще любое дизельное транспортное средство, да еще и таких размеров, а потому скрыться незамеченными и затеряться у них явно не было шансов. Снующие по платформам и переходам между домами люди буквально останавливались, чтобы поглазеть на странную для этого места машину.       — Через несколько улиц нам придется оставить твою машину и двинуться пешком. Иначе нас выследят, — сообщил Сонхва.       — Ну уж нет, — вновь уперся Хонджун, — если ты решил, что я играю по твоим правилам — обойдешься. Сначала объясни мне по порядку, какого черта тебе от меня надо.       Сонхва повернулся к собеседнику и с обреченным вздохом приготовился к очень честному рассказу. Он, пожалуй, честно не рассказывал никому и ничего в своей жизни за исключением вчерашней ночи, когда ему пришлось объяснять Уену, зачем он переводится в Отдел Поиска. Сонхва мысленно прикинул, с чего стоит начать. Он мог бы состряпать что-нибудь вразумительное, вроде того, что он увидел, как простой рабочий парень добивается такой невиданной вещи, как компенсация за неправомерный арест, и у него вдруг взыграло желание справедливости. А мог еще сказать, что ненавидит эту систему и что хотел бы, чтобы министерство сгорело до тла со всеми его отделами. И что хочет спалить этот чудовищный нарост на обществе вместе с кем-то, кто не боится стоять за свои убеждения. Он мог бы выразиться адекватно, он мог бы вывернуть историю в свою пользу так, чтобы выглядеть героем или хотя бы человеком с принципами. Но глядя на лицо человека, который сказал ему однажды, что никто не видит звезды потому, что не смотрит вверх, он не смог солгать. А потому на одном дыхании вдруг выпалил:       — Меня зовут Пак Сонхва… и Вы мне снитесь уже долгое время. И в этих снах я… во снах я люблю Вас.       Хонджун сначала не подал даже виду, что распознал, что именно Сонхва ему ответил. Затем он слегка нахмурил брови, будто бы пытаясь найти смысл в этих словах.       — Ах, вот так, — проговорил он как-то отрешенно. Затем отвлекся от дороги и посмотрел на Сонхва в упор с каким-то особым, совершенно нечитаемым взглядом, — хм…       — Я понимаю, что это звучит как бред душевнобольного… — начал оправдываться Сонхва, — у меня нет никаких доказательств, вам придется просто поверить мне на слово. Почти каждую ночь я вижу Вас во сне… Вы… это Вы сказали мне найти Вас… я, правда, пока не знаю зачем, но уверен — наша встреча это судьба.       Хонджун снова повернулся в сторону дороги. Их тяжеловесное транспортное средство удивительно легко лавировало по улицам и мостам, ничуть не мешая маленьким и компактным авто, которыми пользуются жители средних уровней. Они плавно выезжали на перемостки и мягко входили в повороты на развилках так, будто и не сидели вовсе в мусоровозе, приспособленном для нижних широких автострад.       — Честно говоря, я и сам думал, что сошел с ума, когда увидел Ваше лицо в толпе в Отделе Регистрации, — снова заговорил Сонхва. Раз начав рассказывать, что у него на уме, он уже не мог остановиться. — Думал, что живу настолько скучной невыносимой жизнью, что начал уже путать сон и реальность. Но когда узнал, что это Вы — человек который самолично добился компенсации от Отдела Поиска, я понял — таких как Вы больше нет. Вы — удивительный человек, Ким Хонджун… Но министерству это не понравилось, конечно же. Они не могут допустить и мысли, что кто-то всерьез пытается добиться справедливости, они считают… что Вы заодно с террористами, пытаетесь подорвать их репутацию изнутри… но это ведь неправда, так?       — Хм… — только и ответил Хонджун, — продолжай.       — И я сразу понял, что Вас нужно вытаскивать из этого… беспорядка. Потому что никто и никогда на моей памяти не делал что-то для кого-то просто так, никто не пробивался через эту идиотскую систему только для того, чтобы оправдать другого человека… Потому что я и вправду понял, что я люблю Вас.       — Как скажешь, — просто проговорил Хонджун, по лицу которого совершенно нельзя было понять его настоящую реакцию.       — Я понимаю, как странно все это звучит. Такое признание — и от абсолютно незнакомого человека. Мне очень жаль, что я напугал Вас тогда в Вашем жилом блоке у семьи Чхве… Но я должен был что-то предпринять. Не переживайте о моем признании, я не потребую от Вас чего-то… такого. Я лишь хочу удостовериться, что Вы будете в безопасности.       — А ты, должно быть, возомнил себя рыцарем в сияющих доспехах, — просто проговорил Хонджун, не отвлекаясь от дороги. Сонхва едва подавил неловкий смешок от такого точного сравнения, — это я получается, прекрасная дама в беде?       — Ну… если мы уже заговорили об этом… — смутился Сонхва. Щеки его начали заливаться краской, когда он посмотрел на человека на водительском сидении так, будто видел его впервые. Не было смысла скрывать, что дело было не только в благородных поступках — Ким Хонджун, может, и не выделялся ростом, но даже самому придирчивому снобу было бы трудно отрицать его внешнюю привлекательность. Как будто все его черты пребывали в некой космической гармонии, отражая его удивительную натуру. Сонхва присмотрелся к множеству блестящих украшений в его ушах — смелый вызов рабочему дресс коду. Он задержал взгляд на скулах, затем на остром носе, а потом глянул на выразительные темные глаза, и бабочки в его животе запорхали с новой силой, — за такую красоту не грех вступиться.       На этом заявлении брови Хонджуна стремительно поползли вверх. Он даже чуть не проехал на красный свет светофора, но вовремя опомнился и успел затормозить.       — То есть… Я ничего такого не имел ввиду! — тут же вставил Сонхва, лицо которого уже горело от смущения. Кто виноват в том, что ему еще не приходилось признаваться в таких вещах?       — Так значит, я тебе приснился, — решил подытожить Хонджун, развернувшись к Сонхва лицом, — и ты… у тебя есть некоторые чувства. Ко мне. Поэтому ты хочешь защитить меня от злых нехороших министерских ищеек.       — Все так, — признал Сонхва. На попятную идти было уже поздно, — мне жаль, что пришлось вывалить на Вас все это.       — Ничего, — так же просто ответил Хонджун, — спасибо, что все объяснил.       Он оглядел своего невольного попутчика еще раз и вздохнул так, будто принял какое-то решение. Затем нажал на педаль газа, совершенно неожиданно изогнулся и врезал Сонхва свободной ногой прямо в бок. К ужасу последнего, удар был достаточно сильным, чтобы дверь у пассажирского сидения распахнулась и весь мир завертелся у него перед глазами. Только каким-то чудом он умудрился вовремя схватиться за часть кузова мусоровоза и распластаться по нему спиной так, чтобы его не зацепили проезжающие мимо машины.       — Остановись! Пожалуйста поверь мне! — что есть силы закричал Сонхва, стараясь, чтобы его голос пробился через шум дороги. Его пальцы скользили по покрытой грязевым налетом обшивке кузова. Мимо проезжающие водители сигналили им, а мусоровоз тем временем, набирал скорость.       — Еще чего! Расскажи этот бред кому другому! — прокричал ему в ответ Хонджун и вильнул рулем так, что Сонхва чуть не сбросило с кузова окончательно.       Он уцепился за верхний край кузова и уперся носками ботинок в выступы на его боку. В таком положении он мог только молиться о том, чтобы не соскользнуть вниз на стремительно проносящуюся мимо него бетонную мостовую. Сонхва сквернословил сквозь зубы, вкладывая все силы в то, чтобы подтянуться вверх. Лишь на чистом упорстве он смог втащить свое тело в кузов и рухнул обессиленный на кучу мусорных пакетов, выстилающих дно. Но он не дал себе времени на отдых: тут же вскочил на четвереньки и пополз к передней части кузова — там располагалось маленькое окно, через которое было видно водительскую кабину. Он постучал по ней, пытаясь привлечь внимание Хонджуна, и тот, обернувшись на пару мгновений, вновь заставил свое транспортное средство сделать резкий маневр. Сонхва отбросило к боковой стенке.       Но он по-прежнему не собирался сдаваться, в конце концов он гнался за человеком из своих снов так упорно, что отступать уже не было никакого смысла. Внезапно его посетила идея, и он как очумелый стал рвать мусорные мешки в поисках чего-нибудь, на чем можно было записать послание. Когда Сонхва отыскал наконец оборванную по краям бумажку, он быстро и коряво намалевал на ней найденным там же огрызком карандаша «ПОВЕРЬ МНЕ» и с громким стуком прислонил записку к маленькому окошку. Хонджун снова обернулся на стук, на этот раз лишь раздраженно фыркнул и закатил глаза. Затем он нажал какой-то рычаг на приборной панели, и все пространство вокруг Сонхва пришло в движение. Он в ужасе осознал, что стенки кузова начали медленно сближаться по направлению друг к другу.       — О господи! Ты не можешь так поступить! — завопил Сонхва.       Он чувствовал, как его ноги начинают проваливаться в стремительно сжимающуюся гору мусора. Он тут же постарался вытащить их, но без стабильной опоры он увязал лишь глубже. Тогда он схватился за верхнюю грань движущейся стенки мусорного пресса и снова попытался подтянуться вверх.       — Ты же не собираешься расплющить меня здесь на самом деле?! — снова закричал он уже без особой надежды, что его кто-то услышит.       Наконец ему удалось нащупать что-то твердое под ногами, и этого оказалось достаточно, чтоб оттолкнуться и влезть на пресс верхом. Оказавшись за пределами кузова, Сонхва понял, что скорость они набрали немалую, ветер хлестал его по лицу так, что ни черта не было видно. Он продолжил свой путь вперед к водительской кабине. На крыше кабины совершенно не за что было держаться, и Сонхва, молясь всем богам, в которых не верил, о спасении, распластался по ней на животе. Подобравшись совсем близко к боку кабины с водительской стороны, он несколько раз стукнул по окну в двери. Оттуда послышался испуганный вскрик, и машина вновь вильнула.       — Да ты никак не отстанешь! — вопил Хонджун, пока петлял по абсолютно прямой дороге, стараясь сбросить незваного пассажира с крыши.       — Просто поверь мне! — кричал Сонхва в ответ, удерживаясь на поверхности кабины почти только на силе собственной упрямости.       Когда ход машины немного нормализовался, Сонхва решил, что терять ему в целом уже нечего кроме своей висящей сейчас на волоске жизни, и медленно пополз в сторону лобового стекла. Он свесился так, чтобы заглянуть внутрь и посмотреть прямо в лицо Хонджуну, который тут же резко затормозил. От такого толчка Сонхва полетел кубарем на капот, а потом так же быстро скатился и с него. Затем все остановилось.       Первые пару секунд он думал, что умер. Затем понял, что висит в вертикальном положении, ухватившись за что-то ногами и руками так крепко, что он перестал вовсе чувствовать свои конечности. Он открыл один глаз, потом второй и обнаружил, что, наверное, исключительно на каком-то животном инстинкте уцепился за обширный передний бампер, благо он был сконструирован так, что на внешней обшивке оказались прочные трубы.       Затем он услышал хлопок водительской двери.       — … ты живой? — робко поинтересовался Хонджун, прежде чем обойти кабину с таким испуганным видом, будто он ожидал увидеть размазанный по дороге труп. Однако лицо его вмиг разгладилось, когда он обнаружил Сонхва в крайне унизительной позе: повисшего на переднем бампере его мусоровоза. — Так просто я от тебя не избавлюсь, да? — спросил он раздраженно, но и с некоторой толикой облегчения одновременно.       — Ты же осознаешь, что это — покушение на должностное лицо при исполнении? — ответил вопросом на вопрос Сонхва. — Я все еще могу по-настоящему тебя арестовать…       — Извини, но сейчас ты не выглядишь, как страшный злой агент Отдела Поиска, — прыснул Хонджун.       Сонхва лишь вздохнул и попытался аккуратно разжать мертвую хватку, которой держался за выступающие трубы. Справившись с задачей он осел на землю и перевел дыхание. Хонджун стоял над ним, глядя сверху вниз и пожевывая щеку, пока Сонхва отряхивал свой уже порванный в нескольких местах костюм и осматривал себя на предмет повреждений.       — Итак, у меня проблемы с Отделом Поиска, — подытожил Хонджун, — не исключено, что по твоей милости, — добавил он и закатил глаза, когда Сонхва поднял на него возмущенный взгляд, — но если верить твоим бредням — ты здесь, чтобы помочь. Окей, допустим так. Но если ты не собираешься все-таки оставить меня в покое, тогда у меня есть условия.       — Я слушаю, — с готовностью ответил Сонхва. Что бы он от него не потребовал, это все равно будет лучше, чем попытка раздавить его в мусорном прессе.       — Ты больше не будешь меня хватать, — с акцентом на каждом слове проговорил Хонджун, — вообще трогать не будешь. И про эти твои… любовные штучки тоже забудь. Не хочу ничего про это слышать. Теперь говорим только по делу.       — Я… понял, — просто согласился Сонхва. Он согласился бы на что угодно, лишь бы ангел из его снов пошел на контакт, однако это утверждение вызывало у него такое чувство, что бабочек в его животе, как будто, потравили дихлофосом.       — Итак, какой твой план? — спросил Хонджун, когда Сонхва встал наконец на ноги. Незамедлительно после этого вопроса последний снова впал в ступор.       — Если честно, я не ожидал, что встречу тебя прямо в здании министерства… — начал он, — если честно… я скорее действовал по обстоятельствам, чем следовал конкретному плану…       — Понятно, значит плана у тебя нет… — вздохнул Хонджун. Он развернулся к кабине и влез на водительское место, — ладно, тогда забирайся в машину, у меня еще есть дела на сегодня.       Только сейчас Сонхва спохватился и осмотрелся вокруг. Они проехали значительное расстояние от здания министерства и сейчас находились на гораздо более нижних уровнях города. Вокруг почти не было людей, и проезжая часть оставалась пустой все время, пока они разговаривали. Это объясняло, почему им в спину еще не начали сигналить разъяренные водители. Сонхва вдруг осознал, что понятия не имеет, что это за часть города и куда они направляются.       — Твои дела… — начал прощупывать почву Сонхва, когда устроился наконец на пассажирском сидении, — они находятся на нижних уровнях?       — А мы где по-твоему?       Сонхва вздохнул. Трудно было сосредоточиться на происходящем вокруг, когда он только что едва избежал ужасающей смерти. Хонджун хранил молчание, сосредоточившись на повороте, плавно направляя огромный мусоровоз по съезду с моста. Так они оказались практически на самой земле. В месте, в котором они находились, дома стояли значительно дальше друг от друга, жилые блоки встречались все реже, а смог стоял такой густой, что видно было только на расстоянии пары десятков метров. Сонхва как-то не сразу догадался, что едут они в сторону промышленного сектора.       Когда они выехали на прямую дорогу, Хонджун открыл бардачок свободной от руления рукой и, не глядя, вынул оттуда маску-респиратор. Так же, не отрывая глаз от дороги, он протянул ее Сонхва. Тот покорно принял предложенную ему вещь и повертел ее в руках.       — Никогда не видел респиратор? — спросил Хонджун, доставая себе вторую такую же маску.       — Как раз видел недавно точно такой же… — проговорил Сонхва, все еще разглядывая маску. В его сне она выглядела точно так же.       — А вы, ребята из министерства, действительно не в курсе, как живут рабочие, да? — фыркнул Хонджун. — Раз тебя так впечатлил обычный респиратор. Надень его, а то скоро станет очень трудно дышать.       Сонхва молча повиновался, ведь воздух вокруг них портился стремительно. Они проехали еще немного вдоль пустой дороги, затем снова поднялись на пару уровней вверх, а после выехали на обширную платформу. Здесь обзор оказался получше, и Сонхва смог наконец-то рассмотреть окружающий их пейзаж и в ту же секунду обомлел. На более открытом пространстве в отличие от обычного для центра Города частокола высоток было гораздо проще оценить масштаб построек вокруг. А потому вид огромного, возвышающегося вдали здания завода не мог не ввести Сонхва, всю жизнь проработавшего в тесном офисе, в благоговейный ужас. Здание даже не было видно полностью — очевидно, оно было гораздо больше, чем позволяло увидеть пространство между уровнями города, однако того, что оказалось на виду, было достаточно. Фантасмагорический исполин в доспехах из сотен труб, украшенный маленькими мутными окошками между ними, как изразцами в плитке, будто бы надвигался на них, как казалось Сонхва, вопреки здравому пониманию того, что это они едут на большой скорости к стоящему на месте строению.       Вдруг Сонхва разглядел и другие машины. В основном грузовые. Они направлялись к огромному входу в здание завода по переработке мусора, который располагался по центру этого металлического гиганта. Разинутый рот чудовища проглатывал одни и выплевывал другие машины. Некоторые люди поднимались туда пешком, группами и по-одному, они стояли или, если очень спешили, взбирались вверх по огромным движущимся лестницам.       — Уверен, что нам туда нужно? — робко спросил Сонхва.       Хонджун вздохнул и оставил этот вопрос без ответа. Недалеко от въезда в здание их встретила очень знакомая Сонхва картина. Досмотровая рамка с бестолково снующими туда-сюда роботами. Вот только кое-что смутило его в этой картине — рамка была единственным входом внутрь, ведь здание было обнесено забором с колючей проволокой, а рядом с ней находилась будка с как минимум тремя сотрудниками Отдела Безопасности. У каждого из которых было при себе оружие. Сонхва невольно сглотнул накопившуюся слюну.       — Тебе лучше убрать эту штуку куда подальше, — наконец заговорил Хонджун. Он кивнул в сторону блестящего значка на груди Сонхва, — а то решат, что ты пришел с проверкой, устроят переполох.       Сонхва неохотно убрал свой отличительный знак в карман брюк. Хонджун был прав, ему действительно не стоило привлекать к себе внимание. Они въехали внутрь, не вызвав у силовиков никакого интереса, и направились к огромным лестницам. Сонхва из-за всех сил пытался перестать представлять себе огромное чудовище с пылающими красным глазами, что пожирает принесенных ему в жертву людей и машин.       На внутренней парковке они оставили мусоровоз, рядом с точно такими же грузовыми машинами. Хонджун быстрым шагом направился куда-то вглубь, ничуть не заботясь о том, поспевает ли за ним Сонхва, который все время рисковал потеряться, потому что никак не мог перестать оглядываться по сторонам. Внутри было жарко, а неприятные миазмы перерабатывающего завода проникали даже сквозь защитную маску. Сонхва даже представить себе боялся, какого было бы без этого средства защиты. Куда бы они не свернули, повсюду кипела работа. Люди стояли, сидели или находились в самых разнообразных позах за громадными станками, каждый из которых что-то деформировал, сжимал или растягивал, превращал одну непонятную субстанцию в другую.       Сонхва молча следовал за Хонджуном, пока тот уверенно лавировал между разными отделениями цеха. В какой-то момент он отвлекся на занимательное зрелище — группа рабочих в защитной одежде столпилась у небольшого экрана телевизора, на котором как раз транслировали какую-то передачу, где участники группы «XSLS», одетые в ростовые костюмы ингредиентов для сэндвича, старательно укладывались друг на друга, чтобы, очевидно, собрать полное блюдо. Один из рабочих, позади этого столпотворения все еще работал на включенном станке, однако так завороженно следил за происходящим на экране, что не усмотрел за тем, что его оборудование начало опасно искрить. Сонхва опомнился и постарался уйти подальше от этого места как раз, когда около этого же станка сработала сигнализация.       Оглядевшись вокруг, он вдруг понял, что безнадежно отстал от своего спутника. Вокруг Сонхва были лишь ряды и ряды работающих механизмов. Он прошелся по пространству между конвейерами, обошел огромный пресс, заглянул еще в пару отделений и нигде не встретил Хонджуна.       — Эй, парень, — окликнул его кто-то в рабочем костюме. В руках у этого человека была планшетка с прикрепленными к ней бумагами, — ты чего без спецухи?       — Простите, что?.. — нервно переспросил Сонхва, стараясь, чтобы его голос не потерялся среди грохота работающих станков.       — Говорю, форма где? Глухомань… — не очень вежливо отозвался человек в защитной одежде. — Ты с похмелья, что ли? Приперся на работу в костюме, да еще и в рваном… Назови свой идентификационный номер, штраф тебе влеплю!       — Вообще-то… я здесь не работаю… — не слишком уверенно ответил Сонхва. Он понятия не имел, как выбраться из этой неприятной ситуации, да еще и снова разыскать Ким Хонджуна. Но что, если он уже успел сбежать? Что, если он уже был далеко отсюда? Один? Что, если Отдел Поиска уже выслал за ним отряд? Пульс Сонхва начал стремительно учащаться.       — Чего-чего ты промямлил? — Снова напал на него работник завода. — Не работаешь? Я вижу, что ты прохлаждаешься! Номер свой говори, иначе…       — Воу, спокойно, — окликнул его со спины знакомый голос, — этот недотепа — мой кузен. Он немного на голову нездоров, его никак нельзя оставлять одного, а моей тетке срочно нужно было по делам. Вот и пришлось мне взять его с собой. Не сердись, сейчас уберемся отсюда.       Сонхва обернулся и уставился на Хонджуна не в силах поверить в то, что только что услышал. Тот кинул быстрый взгляд на него, ничуть не изменившись в лице.       — Ах, это ты, Ким, — ответил человек в форме, куда более дружественным тоном, — убери тогда этого бедолагу отсюда и побыстрее! Пока его на какой-нибудь вал не намотало… — он вдруг обернулся в сторону, откуда пришел Сонхва. Вокруг того работника, что отвлекся от своего станка минутой ранее собралась целая группа людей. Рукав того несчастного застрял прямиком в механизме станка и отказывался вытаскиваться даже совместными усилиями многих рук его коллег. — …у нас здесь своих недоумков хватает, — мрачно резюмировал мужчина с планшетом.       — Уже уходим, — как-то больно радостно отозвался Хонджун. Он вдруг приобнял все еще недоумевающего Сонхва за плечи и развернул их в сторону выхода, — пойдем-пойдем, кузен Пабо. Тебе пора домой, менять подгузник и ложиться на дневной сон…       — Прекрати уже, — процедил сквозь зубы Сонхва, чтобы не выходить из образа, который Хонджун создал для него. Чтобы, вероятно, защитить его личность. Вероятно. — Это унизительно…       — Да брось, — отмахнулся тот, убрав все-таки руку с его плеча. Это обстоятельство Сонхва даже немного расстроило на каком-то подсознательном уровне, — я действую в твоих интересах между прочем.       Сонхва промолчал в ответ и вновь проследовал за Хонджунам, который снова обогнал его и двинулся вперед быстрым шагом. Только сейчас он заметил, что его спутник держит в одной руке внушительных размеров завязанный мусорный мешок. Он волочился за ним по земле так, будто имел вполне внушительный вес. Однако он не решился задавать вопросы, пока они оба не оказались вновь в кабине мусоровоза.       — Итак, раз уж ты закончил со своими делами… — начал Сонхва, пристегивая только что обнаруженный им ремень безопасности. По крайней мере так его будет сложнее вытолкнуть на дорогу, в случае чего.       — Это еще не все, я — занятой человек, — перебил его Хонджун.       — Хонджун… ты действительно не боишься просто так разъезжать по городу? — возмутился Сонхва.       — А что? Меня ведь уже арестовал сотрудник Отдела Поиска, чего еще мне бояться?       — Ты не понимаешь, они же ищут тебя… если мы будем так наглеть, то и у меня могут начаться проблемы…       — О, так значит, на этом весь твой героизм заканчивается? — хмыкнул Хонджун в ответ. — Как только проблемы начинают грозить уже тебе…       — Да не в этом же дело! — возмутился Сонхва. Он никогда и представить не мог, что разговаривать с ангелом из его снов будет настолько трудно.       Они выехали наконец из здания завода и вновь направились в город. Долгое время Сонхва не решался начать разговор снова, все раздумывая, что же им делать дальше, а главное — как уговорить Хонджуна делать так, как он придумает. Однако его мысли лишь суматошно метались в черепушке. Опасно было возвращаться в центр Города, там их могли настигнуть шпионы министерства. Но что им остается делать в таком случае? Сонхва никогда толком не думал о том, как будет действовать, когда встретит наконец человека из его снов наяву. Потому что практически до самой их встречи он все не мог до конца поверить, что этому суждено случиться. И вот он здесь, а ангел его мечты сидит на расстоянии вытянутой руки, и он совершенно не представляет, что ему нужно делать для того, чтобы его защитить.       — Слушай, нам действительно не стоит ехать туда, где нас может увидеть множество людей… — вновь начал Сонхва, однако без особой надежды на успех.       — Тогда куда же нам по-твоему нужно? — все так же саркастично спросил его Хонджун.       — Ах… да куда угодно, если честно. Главное — подальше отсюда. От Города. Куда-нибудь к лесу… или к морю. Туда, где они нас точно не найдут.       — Во первых, — со смешком отвечает он ему на это предложение, — я не поеду в какую-то глушь вместе с буйно-помешанным, — на этом месте Сонхва закатил глаза, — во-вторых, в какой лес ты собрался? Знаешь хоть один поблизости? Как туда добраться? А море ты видел вообще хоть раз в своей жизни?       — Ну… многие люди с достатком повыше иногда ездят в отпуск в такие места. Я… много слышал об этом, — не слишком уверенно ответил Сонхва.       — Ага, а дорогу у них ты не спросил?       — Да это не имеет значения… нам главное убраться куда подальше, чтобы нас не выследили, а куда — вопрос второстепенной важности…       — Хорошо, значит, доедем мы до какого-нибудь леса, допустим. Посидим там, на травке, может быть час, а потом нас съест медведь, или, ну, тигр там какой-нибудь. Я лично себе так это представляю. Да я даже не знаю, в какую сторону ехать, чтобы из города выбраться!       — Здесь обитают твари пострашнее тигров, — мрачно высказался Сонхва, — что ты сам-то собрался делать?       — Я? — будто бы удивленно переспросил его Хонджун. — Большое спасибо, что вспомнил, наконец, о том, что у меня самого есть планы. Лично я собираюсь делать все то же, что изначально планировал. Сейчас закончу все свои дела, а потом — отправлюсь домой и хорошенько отосплюсь. А завтра начну, видимо, собирать еще один пакет справок… теперь уже в свою защиту, раз Отделу Поиска не дает покоя моя персона.       Сонхва вновь уставился на своего спутника, не в силах поверить своим ушам. Их транспортное средство продолжало неумолимо подниматься вверх, на более высокие уровни города.       — Пакет справок? Отправишься домой? — переспросил он в надежде, что ослышался. — Да, ты был прав все это время. Среди нас действительно есть один сумасшедший. Вот только это точно не я! Неужели ты думаешь, что если один раз удалось провернуть невозможное, то теперь ты можешь все?!       — А что мне остается? — раздраженно спросил Хонджун, ненадолго оторвавшись от дороги, чтобы кинуть на Сонхва острый взгляд. — Сбежать, поджав хвост? Ты же видишь, что творят твои дружки с людьми, которые этого меньше всего заслуживают! Если всю жизнь убегать — тогда ничего никогда и не изменится!       — Да дело же не в справедливости! И не в храбрости, Хонджун! — почти взвыл раздосадованный Сонхва. — Ты же пытаешься играть на их территории, по их правилам, но играют-то они нечестно! На одном упрямстве тебе не победить!       — А у меня и не только упрямство при себе! — как-то больно ехидно ответил ему он. — Ты правда думаешь, что я собрался тягаться с министерством без козырей в рукаве?       Вдруг Сонхва заметил, как взгляд его спутника метнулся на секунду к мусорному мешку, что лежал почему-то в водительской кабине между их сиденьями, а не в кузове мусоровоза, где ему по-хорошему должно быть место. Пораскинув мозгами, Сонхва сложил два и два. А затем перевел полный недоверия взгляд на Хонджуна.       — Что в пакете? — гораздо тише чем раньше спросил он.       — Там? — будто издеваясь, переспросил его Хонджун. — А, ничего. Подарочки.       Сонхва еще какое-то время помолчал, обдумывая эту информацию. Логика подсказывала ему неутешительные выводы, а сердце отказывалось к ним прислушиваться.       — Что бы ты не задумал, Хонджун, пожалуйста, подумай об этом дважды… — все так же тихо сказал Сонхва.       — Ты, кажется, сам только час назад чуть из штанов своих не выпрыгнул, пытаясь доказать мне, что твоим небылицам можно доверять, — парировал Хонджун, — а теперь ты кажется не доверяешь уже мне?       — Нет-нет!.. — тут же встрепенулся Сонхва. Он поерзал на своем сидении, чтобы сесть прямее и придать себе более спокойный и уверенный вид, — все совсем не так, я доверяю тебе, честное слово. Если я хочу, чтобы ты доверял мне — мне нужно доверять тебе, все честно.       — Тогда доверься моему плану, у меня-то он хотя бы есть, — просто резюмировал Хонджун.       Сонхва повиновался. Однако, ему не удавалось успокоить поток мыслей и предположений, что уже успели образовать маленькое торнадо в его голове за последнюю пару секунд.       Постепенно они въехали в более оживленную часть города. Людей и машин вокруг становилось все больше. Через какое-то время Сонхва поймал себя на том, что вглядывается в окружающий их пейзаж, надеясь, что на пути им не встретится застава из сотрудников Отдела Безопасности. Как бы ни было это событие маловероятным, по закону подлости именно небольшая группа людей в форме встретила их за поворотом, стоило Сонхва об этом всерьез задуматься. Все они были в полной экипировке и при оружии, что явно не сулило ничего хорошего. Он лишь испустил полный усталости вздох — это было похоже на плохой сон, в котором стоит тебе заподозрить любого встречного прохожего в недобросовестности намерений, как он тут же превратится в чудовище и попытается откусить тебе голову.       — Нам стоит свернуть на ближайшем повороте, — предложил он.       — Разве это не твои друзья? — будто с издевкой спросил Хонджун. — Тем более, какое им до нас дело? Мы просто едем по делам… ах, черт, забей.       Не успел Хонджун закончить свой ответ, как один из офицеров обернулся в их сторону и махнул рукой, показывая, что им следует съехать на обочину и остановиться. Он закатил глаза и приготовился перестроиться в другой ряд, но Сонхва прервал его:       — Просто едь вперед. На следующем повороте свернем.       — Чего? Они ведь только документы проверят, наверняка, — возмутился тот, — да если мы просто уедем, у нас только проблем прибавится.       Сонхва честно старался побороть желание схватиться за руль и самому направить машину в другом направлении, только лишь бы не взаимодействовать с людьми в форме и оружием. Все, что его останавливало от этого действия — обещание не трогать Хонджуна, которое он дал ему в обмен на возможность продолжить путешествие вместе.       Хонджун же тем временем остановил машину в указанном месте и опустил стекло окна.       — Добрый день, офицер, — как ни в чем не бывало поздоровался тот. Сонхва мог только надеяться, что спокойствие и непринужденность Хонджуна помогут им избежать проблем, а потому, постарался сделаться как можно более незаметным.       — Ага, — кинул в ответ мужчина в форме. Он без особого интереса просмотрел документы на машину и водительскую лицензию, которые вручил ему Ходжун, — расскажи-ка, что такая махина делает в центре среди бела дня?       — О, у меня очень срочное задание, — тем же тоном что и раньше ответил Хонджун, — в блоке 731 АС автоматический мусоропровод засорился. Пока ремонтники чинят, мусор придется вывозить по-старинке на машине.       Сонхва немного успокоился, услышав, как уверенно тот держит себя перед лицом непредвиденных осложнений. Главное было не думать о том, как беспокойно пальцы Хонджуна теребили потрепанный край водительского сидения. По состоянию в котором находилось обивка кресла в этой конкретной его части, можно было догадаться, что нервничать ему приходилось нередко.       — Что везете с собой? — с тем же подчеркнутым равнодушием спросил сотрудник Отдела Безопасности.       — Пф, мусор, разумеется, — не раздумывая ответил Хонджун.       Человек в форме вдруг посмотрел на него с какой-то предельной внимательностью, а затем перевел изучающий взгляд на Сонхва. Тот же, в свою очередь, из-за всех сил удерживал на лице выражение легкой скуки. Гляделки затянулись, Сонхва не выдержал и вызывающе поднял бровь в ответ на пристальный взгляд офицера. Тот кивнул, будто удостоверился в чем-то своем, и отвернулся. Затем он достал из поясного кармана рацию и подчеркнуто громко, так, чтобы двое в машине точно его услышали, спросил у кого-то:       — Прием, твоя группа же недалеко от блока 731 АС? — услышав это, Сонхва вжался в сидение. — Скажи-ка, там случайно ничего странного происходит? Бригаду ремонтников не наблюдаешь?       — Чтобы человек в форме не услышал в ответ на свои вопросы, лицо его стало заметно напряженнее.       — Поезжай, — процедил Сонхва так, чтобы услышал только Хонджун.       — Дай мне минуту, — так же тихо ответил тот. Несмотря на непоколебимый тон, лицо его вновь начало стремительно терять краску, — я придумаю что-нибудь…       — Если нас поймают на лжи сотруднику Отдела Безопасности, мы проблем не оберемся, — нервным шепотом молил его Сонхва, — пока он не смотрит — просто едь.       В этот же момент силовик обернулся к ним. Остальные сотрудники отдела, которые до этого не особо обращали внимание на происходящее, вдруг подошли ближе.       — Когда я скажу тебе — дави на газ, — шепотом скомандовал Сонхва.       — Подожди же ты, я… — попытался перечить ему тот.       — Слушай, ты, — перебил его офицер с каким-то усталым раздражением, — не знаю ни о каком засоре мусоропровода, но знаю одно точно — мы тут разбираемся с положением повышенной готовности, и вы ребята…       — Едь, — скомандовал Сонхва, и, на удивление, машина тут же тронулась с места.