Прямо сейчас ты мой

      Когда Вокс не сразу согласился на его предложение, Люцифер наконец оторвал взгляд от пуловера и посмотрел на него, слегка нахмурившись. Тень неодобрения пролегла по его лицу.       — Удивлён, что ты не прыгаешь от радости. Разве не этого ты хотел с самого начала? — губа Дьявола презрительно дернулась, обнажив острые белые зубы. — О, ну конечно. Вы, грешники... я знаю, как работают ваши извращённые умишки. Мне не нужна твоя душа, Искорка, не парься об этом. Я всё равно не могу на неё претендовать, помнишь? — с тихим, полным насмешки фырканьем Люцифер снова посмотрел на подаренный свитер. — Не каждая услуга должна быть сделкой.       Сжав когти, Вокс отвернулся. Ему никогда не понять Люцифера — самого Короля Ада, верховного судью мира, построенного на эксплуатации, который отказывался участвовать в той самой системе, которой руководил. Гордыня в человеческом обличье, он открыто заявлял, что презирает души смертных, доверенных его заботе, но при этом был готов подчиниться капризам одного из этих грешников, чтобы спасти другого. И ничего не просил взамен.       Всё же он колебался. Игнорируя кричащие инстинкты самосохранения, Вокс чувствовал что-то... тревожное в мысли о том, что Аластор получит беспрепятственный доступ к Люциферу.       Даже если у него нет тех инструментов, которые использовал Вокс, чтобы привязать Дьявола к своей воле — что ж, Аластор более чем способен находить лазейки, не так ли? И, хотя он не гнушался физической боли, ему вовсе не обязательно было к ней прибегать, чтобы сломить чей-то дух.       Нет. Медиа-демон знал это слишком хорошо.       Словно в подтверждение, по антеннам Вокса снова протрещали статические помехи. Поморщившись и тщетно пытаясь уклониться от сигнала, он нехотя обратился к Люциферу.       — Конечно, было здорово получить от тебя по морде и... — его мысли невольно скользнули к воспоминанию о пальцах, зарывшихся в пушистые перья; экран нагрелся, — спорить с тобой, но мне пора.       Казалось, это застало Люцифера врасплох. Он выпрямился, и в его глазах промелькнуло что-то похожее на... разочарование?       — Ты уходишь? Что, уже? Ты же только пришёл!       — Как я уже сказал, я занятой человек. — Хотя это было не совсем правдой, не так ли? Не с тех пор, как он потерял компанию. Вокс прищурился. Смысла скрываться не было. Можно и честно. — И он продолжает, блядь, издеваться надо мной. Глушит всё своими частотами. Я хочу уйти туда, где он не будет постоянно лезть мне в голову.       Люцифер моргнул раз, другой и выдал красноречивое:       — А?       — Что значит это твоё «а»? — в лице Вокса промелькнуло отчаяние; ему нужно было, чтобы Люцифер тоже признал это постоянное вмешательство, подтвердил, что это не его воспалённое воображение. — Грёбаный Аластор и его грёбаный шум, визг в моей голове каждые несколько минут! Ты что, не слышишь?!       Но Люциферу было нечем принимать такой сигнал, у него не было антенн; он не был демоном вещания, настроенным на невидимые пути коммуникации, поэтому он просто непонимающе улыбнулся.       Вокс какое-то время смотрел на эту улыбку. Неприятное чувство в животе было настолько сильным, что отвлекало даже от скрежета помех. Люцифер, конечно, ничего не заметил. Раздражённо цыкнув, Оверлорд поднялся на ноги.       — Уйдёшь тем же путём, каким пришёл?       Вокс пожал плечами.       — А как ещё? Машину вызывать не стану. Мне не нужно, чтобы каждый любопытный хлыщ знал, что я здесь, и совал нос в мои дела.       Презрительная усмешка, в которой смешались раздражение и самоирония, промелькнула на его лице — он даже не был уверен, что лимузин вообще приедет. Вал теперь сам одобряет распределение ресурсов компании, верно? А Вал может быть мелочной сукой. Чёрт, он, небось, просто поржёт над тем, что у Вокса кончилась энергия и ему пришлось топать пешком, как какому-нибудь неандертальцу.       — Вечно ты такой колючий, — Люцифер тоже встал, легко потягиваясь. — Знаешь, я могу помочь, если ты проглотишь свою спесь и попросишь.       Вокс издал безрадостный смешок.       — Ха! Проглочу спесь? Что это вообще значит? — Он с откровенным пренебрежением оглядел Люцифера с головы до ног, пока тот потягивался (точнее, с головы и всё ниже, и ниже). Пиксели его рта скривились в гордой насмешке. — Помочь как именно? Только не говори, что у тебя в этом гадюшнике есть личный водитель. Где тачка припаркована, у тебя в заднице?       Вместо ответа Люцифер лишь улыбнулся ещё шире — приторно-сладко — и поднял руку над головой. Движение, которое он сделал — сжатые пальцы и рука, тянущаяся вниз, — очень напоминало расстёгивание молнии.       Вот только разошлись не куски ткани, а само существование.       Появилась линия сияющего золота, повторяющая траекторию руки Люцифера до колена. Каждое мгновение её формирования сопровождалось мерцанием звёзд, напоминающим божественную пыльцу из магии созидания Люцифера и его крыльев. Так же быстро, как появилась, линия разделилась надвое, расширяясь, пока не превратилась в круг, достаточно большой, чтобы Вокс мог спокойно в него шагнуть.       Снаружи круга комната Люцифера оставалась прежней: малиново-розовая и уютная под слоем уточек. Однако внутри золотой границы Вокс увидел знакомую мебель собственного пентхауса — угловатую, обтекаемую, залитую привычным успокаивающим синим светом. Он уставился в портал.       Приподняв бровь, Люцифер встал сбоку и стал ждать.       — Ты можешь просто... — откашлявшись, Вокс зажмурился и тряхнул головой, пытаясь прояснить мысли. Портал никуда не делся. — Ты это серьёзно?! Ты можешь просто продрать дыру в реальности прямо в мою грёбаную спальню?!       — Конечно, — Морнингстар ухмыльнулся, не скрывая удовольствия от того, что снова заставил медиа-демона лишиться дара речи. — Не только в твою спальню. В чью угодно, полагаю. Ну, в любое место в Аду. Это не обязательно должна быть спальня.       — Охренеть можно, — Вокс нерешительно протянул руку, вытянув указательный палец. Он осторожно коснулся кончиком когтя центра мерцающего круга, ожидая подвоха или просто проекции. Его глаза расширились ещё сильнее, когда прохладный воздух собственной комнаты без всякого сопротивления коснулся его тёмно-синей кожи. — Охренеть.       Раздражающе самодовольный, Люцифер покачивался с пятки на носок.       — Ну-у-у... пойдём?       В ответ он получил резкий взгляд.       — Ты думаешь, что пойдёшь со мной? В мою спальню?       — Конечно, — с мученическим вздохом Дьявол закатил жёлтые глаза. — Разве ты не провёл достаточно времени в моей, Искорка? Пора вернуть должок, не находишь? Хочу посмотреть, где ты живёшь.       Вокс несколько секунд пристально смотрел на Люцифера (дольше, чем было комфортно любому из них), почувствовал, как экран теплеет, и отвернулся, пожав плечами.       — Л-ладно. Делай что хочешь, я всё равно не могу тебя остановить.

***

      Поначалу Вокс гадал, будет ли путешествие через портал похоже на то, как он превращается в электричество и пульсирует по проводам. К его удивлению, это было скорее похоже на прохождение сквозь тонкую пелену тёплой воды в объятия пушистого полотенца: успокаивающе, комфортно и с лёгким покалыванием в конечностях.       Люцифер последовал за ним и закрыл портал жестом, словно застегнул вход в палатку. К тому моменту, когда Оверлорд обернулся к королю, Люцифер уже заштопал дыру в реальности и с любопытством осматривался вокруг.       — Искорка, — его взгляд задержался на огромной кровати и висящем над ней гигантском экране, затем на столе посреди комнаты и, наконец, на портрете на дальней стене. — Так вот... вот где ты живёшь?       В его тоне было что-то странное, и Вокс тут же ощетинился.       — Разумеется, и во всём этом чёртовом городе ты не найдёшь хаты круче. — И тут что-то дёрнуло его добавить, чуть агрессивнее, чем следовало: — Нравится?       Если это и была похвальба, то Люцифер от неё стал выглядеть ещё более потерянным.       — Но здесь так... пусто. Совсем ничего нет. Ни тепла, ни уюта. Ничего, за что мог бы зацепиться глаз. Одни углы и... холод. Ты правда здесь живёшь? — Большие жёлтые глаза пытливо уставились в глаза Вокса, словно умоляя его это опровергнуть. — Ты не просто здесь спишь, ты реально называешь это домом?       — Что значит «ничего»? — Вокс нахмурился, его глаза сузились в ярко светящиеся щели. — Тут полно всего.       Видимо, осознав, что его бестактность заставила Вокса ощетиниться, Люцифер неловко пожал плечами.       — Камеры, колонки... ну, та картина на стене, наверное. Но в чём тут уют? Всё такое... острое. Да, вот подходящее слово — острое. Совсем не гостеприимно. — Короткий, сокрушённый вздох. — Хотя, возможно, тебе это и правда подходит.       Вокс отпрянул, словно эти слова ужалили его физически, его глаза расширились. Цифровая линия рта приоткрылась, но он передумал что-то говорить и вместо этого отвернулся, а в центре его дисплея вспыхнула идеальная голубая полоса.       Поняв, что перегнул палку, Люцифер состроил гримасу, которую можно было бы назвать виноватой.       — ...М-да, это было лишним. Просто для меня здесь слишком пусто. Но, возможно, это потому, что моя комната слишком уж полная.       — Ещё бы, — пробормотал Оверлорд, всё ещё не глядя на него.       Сделав шаг ближе, Люцифер заглянул Воксу через плечо, пытаясь снова поймать его взгляд.       — Мог бы подогнать тебе несколько уточек. Это сделало бы место чуть более домашним.       Настойчивость окупилась; Вокс встретился взглядом со своим королём, и то, как Люцифер добивался его внимания, настолько обезоружило его, что плечи Вокса опустились, а уголки рта едва заметно дернулись вверх.       — Только попробуй, блядь.       — Можно начать прямо отсюда, — игнорируя протест, продолжал дразниться Люцифер, пока Вокс наклонялся, чтобы порыться в одном из ящиков стола. — Прямо здесь, на столе, идеальное место. Они смогут присматривать за тобой, пока ты... пока... погоди, а что ты вообще здесь делаешь?       — Бумагами иногда занимаюсь. — Найдя то, что искал, Вокс вытащил пачку сигарет, зажав одну зубами. Искра из кончика пальца зажгла её, и он сделал долгую, расслабляющую затяжку, прежде чем спокойно посмотреть на Люцифера. — Большую часть я делаю в офисе или в... — он вовремя спохватился. Ни за что на свете он не позволит Дьяволу узнать о своей комнате наблюдения, спрятанной даже от самых близких союзников, — ...в другом офисе.       Волноваться не стоило: по слегка отсутствующему выражению на бледном лице было ясно, что Люцифер не слушает. На самом деле он пялился на него, на его тело, на...       Ах, ну конечно.       Вокс снисходительно закатил глаза: дым, просачивающийся из вентиляционных отверстий на его боках, начал виться из-под рубашки. Глаза Морнингстара проследили за одним из завитков, который поднялся вверх и растаял. Это никогда не было самым приятным ощущением — запирать дым между одеждой и кожей, к тому же это портило всё, что на нём было надето. Но Аластор ещё раньше оторвал половину пуговиц, так что рубашка всё равно была погублена. Если уж звать портного, можно заодно заказать и весь костюм.       И, стоило признать, Люциферу очень шла эта потеря дара речи.       — Дымку? — С нескрываемым весельем в голосе Вокс предложил сигарету маленькому королю, который, несомненно помня историю с алкоголем, залился благородным золотым румянцем и отпрянул.       — Себе оставь. — Морнингстар замялся. — Я думал, ты говорил, что курить в рубашке больно?       Приподняв бровь и пытаясь скрыть, что он впечатлён тем, как Люцифер запомнил разговор многонедельной давности (даже если и не совсем точно), Вокс пожал плечом.       — Нет. Я сказал, что это портит мне шмотки.       Люцифер наблюдал, как ещё одно маленькое облачко дыма вырвалось из-под белой ткани, на этот раз проплыв мимо ключицы оверлорда и лизнув нижнюю часть его экрана, прежде чем исчезнуть. Удерживая сигарету зубами и больше не обращая внимания на своего зрителя, Вокс выдвинул стул и с благодарностью опустился в него. Автоматически обе ноги взлетели на стол, лодыжки скрестились в его привычной развязной манере.       Оба молчали. Видя, что Вокс устроился и не протестует, Люцифер продолжил осмотр комнаты. Цифровые глаза, притушенные и полуприкрытые, следили за маленькой фигурой, приближающейся к кровати.       — Великовата, не находишь?       Фыркнув на подколку, Вокс откинулся глубже в кресле.       — Твоя была бы не меньше, если бы не была завалена грёбаными утками. Имеешь представление, сколько раз я потягивался и случайно пинал одну из этих хреновин?       — Ты мог бы их подвинуть, — заметил Люцифер. — Уверен, они бы не возразили, если бы ты попросил вежливо.       Когда Вокс ответил лишь невнятным хмыканьем, Морнингстар продолжил осмотр. Чёрная рука потянулась к постели, коснулась простыней. Никаких лишних одеял, только туго натянутая простыня и тонкое покрывало. Функционально. Комфорт принесён в жертву эффективности — как и во всей комнате. Веки Люцифера дрогнули; затем, движением, похожим на потягивание, его рука нырнула под ближайшую подушку, пока не наткнулась на ткань. Улыбнувшись про себя, Морнингстар отодвинул подушку ровно настолько, чтобы увидеть край находки, и его взгляд смягчился при виде розового пятна.       Вернув её на место, он хотел было отвернуться, но его внимание привлекли отметины на стойке кровати. Царапины. Шрамы на поверхности — глубокие, выгрызенные...       Люцифер коснулся их пальцами, тёмные брови быстро сошлись на переносице. Те, что потолще, выглядели так, будто их оставил какой-то острый и крепкий предмет, впившийся в стойку, металл о металл. Но те, что тоньше... они были похожи на следы когтей. Не совсем свежие — блеск обнажённого металла уже потускнел, чтобы это доказать, — но края всё ещё оставались рваными, способными пустить кровь при касании, а значит, они были не такими уж старыми.       Оглянувшись на Медиа-демона, развалившегося за столом с сигаретой в зубах, Люцифер тихо вздохнул и покачал головой.       Что-то в том, как он шёл обратно к столу, привлекло внимание Вокса, и оверлорд поднял голову, с любопытством наблюдая за своим маленьким королём.       — Закончил?       Морнингстар ответил не сразу; вместо этого он остановился перед огромным окном, глядя на город внизу.       — Хороший вид у тебя здесь, да, Искорка? — Негромкое одобрительное хмыканье. — Хотя не такой масштабный, как в моём Дворце. Или в отеле моей дочурки.       — Или как твой член? — язвительно бросил Вокс, убирая ноги со стола и складывая пальцы домиком. — Не все из нас могут махнуть волшебной рукой и просто высрать здание из пустоты, Ваше Величество. Я построил эту башню сам, и, хочешь ты это признавать или нет, она, блядь, впечатляет.       — Построил сам? — Люцифер отвернулся от окна, снова встречаясь с оверлордом глазами. Поскольку Вокс сидел в кресле с высокой спинкой, их взгляды были почти на одном уровне. — Что, типа... ты ещё и в строительстве шаришь?       Вокс уставился на Люцифера, чьё лицо не выражало абсолютно ничего.       — Охренеть. Просто охренеть. Ну ты и козёл.       — Что более важно, — Морнингстар поджал губы, скрывая победную ухмылку, — здесь безопаснее?       Красные глаза дёрнулись. Вокс наклонился вперёд, уткнувшись верхней частью корпуса в свои пальцы.       — Я думаю... я... кажется, да. Он не так сильно лезет мне в голову. — Как объяснить кому-то, кто не умеет принимать волны, каково это — подвергаться постоянным атакам зернистого шума аналогового сигнала? Устаревшего, отвратительного, просачивающегося в сознание, как яд в кровь. — В любом случае, у меня есть десять дней. Он держит своё слово. — Снова подняв голову, Вокс горько рассмеялся. — До тошноты педантично.       — Ты всё ещё об этом? — Рассеянно бросил Люцифер, создавая впечатление, будто он едва слушает разговор. Он возобновил своё блуждание по пентхаусу, изучая скудную обстановку; его руки утопали в свисающих, слишком длинных рукавах свитера. — Я же сказал, что не против. Он всё равно ничего не может мне сделать, и это лучше, чем если бы ты в третий раз припёрся к моему порогу в виде жалких ошмётков.       — Я не... — Оборвав себя на полуслове и подавив машинальное желание огрызнуться, Вокс наблюдал, как Морнингстар наклонился над его рабочим столом, рассматривая несколько обрывков бумаги. О, он бы нашёл отличное применение этому гибкому тельцу, вот так склонившемуся над столом...       Люцифер снова выпрямился и взглянул на него с любопытством. Яркость дисплея Вокса притухла; он пожал плечами, хотя в его глазах промелькнула нежность, которую он вовсе не собирался показывать, смешанная с уязвимостью, которую он всегда изо всех сил старался скрыть.       — Терпеть не могу зависеть от тебя, — это было едва слышное дыхание, шепот; ему было почти плевать, услышит ли его Люцифер.       Бледный лоб снова прорезали морщины, на этот раз глубже, чем раньше.       — Если ты занимаешь пространство, ты обязан его заполнить, да? Словно все поймут, что вокруг есть вещи поинтереснее, стоит тебе дать им хоть миг передохнуть. Чем больше пространство, тем крупнее ты должен казаться. Ты поглощаешь внимание, как воду, и никто не может даже приблизиться к пьедесталу, который ты себе воздвиг. Но ты не сможешь вечно тянуть это в одиночку. Ты всего лишь смертная душа, — Люцифер издал звук, похожий на ироничный смешок. — Полагаться на кого-то — это не смертный приговор, Искорка. Ты ведь это знаешь. Правда?       Нахмуренный и молчаливый, чувствуя, как внутри всё переворачивается от незваного психоанализа, который Люцифер выдал с грёбаной хирургической точностью, Вокс затушил окурок о поверхность стола. Остался идеальный круглый след ожога, который какому-нибудь несчастному сотруднику придётся позже пытаться заполировать.       Видимо, не ожидая дальнейшего ответа, Люцифер снова зашагал по комнате, на этот раз в тишине. Даже его шаги в тапочках почти не издавали звука. Всё ещё задетый каждым едким словом, Медиа-демон не останавливал его, даже не поднимал глаз от свежего ожога на столешнице.       — Где ты это снял?       Неохотно придав лицу безразличное выражение, Вокс поднял голову. Люцифер стоял у дальней стены напротив стола и разглядывал огромный портрет Вокса и Shok.wav. Казалось, прошла целая вечность с тех пор, как Вал написал его для него, но картина всё ещё оставалась одной из любимых. Чёрт, даже взгляд на изображение его милого питомца унимал защитное раздражение, бурлившее в животе.       Растянув губы в уверенной, дерзкой улыбке, Вокс поднялся из-за стола и подошёл к маленькому королю.       — Что значит «снял»? Это не фотография и не портрет с натуры. Ты же не думаешь, что я реально оседлал свою механическую демоническую акулу посреди океана? — Тихий насмешливый звук, ровно такой громкости, чтобы Люцифер услышал. — Как думаешь, что будет, если я намочу башку?       Но Люцифер не среагировал на подколку и не оторвал взгляда от картины. Вместо этого он изучал каждую деталь: брызги воды у механического хвоста; золотистый свет, пробивающийся сквозь облака, явно списанные с земных или даже с Небес, где художник никогда не бывал; подпись, гордо выведенную в нижнем правом углу. Его глаза задержались на этих прописных буквах чуть дольше положенного, а затем снова вернулись к фигуре, сидящей верхом на акуле.       — ...Почему ты голый?       — А... — Медиа-демон мастерски скрыл гримасу. Валентино и его дурацкие фантазии. Творческая свобода, чтоб её. Ухмыльнувшись наполовину самодовольно, наполовину смущённо, Вокс указал на себя: — А разве ты бы не ходил так, будь у тебя такое тело? Ты сам не прочь покрасоваться, когда тебе удобно. Может, тебя это удивит, но мы, смиренные крестьяне, тоже любим пустить пыль в глаза.       Приподняв брови, Люцифер повернул голову и открыто оглядел Вокса с головы до ног. Вместо того чтобы неловко съёжиться под оценивающим взглядом, Вокс напрягся — под сшитой на заказ рубашкой чётко проступили линии мышц.       — Угу, — Люцифер вернул взгляд к картине с понимающей улыбкой. — А эта штука с акулой? В жизни она явно не такая огромная, как на картине, мм?       Ухмылка, которую Вокс выдал в ответ, была настолько невыносимо самодовольной, что задралась к самому верху экрана.       — Его зовут Shok.wav. Я как-нибудь вас познакомлю.       Неопределённо хмыкнув, Люцифер снова уставился на полотно. Какой бы ни была тема, написано это было с явным старанием и недюжинным талантом. Морнингстар стоял молча, полностью поглощённый увиденным. Оставив его в покое, Вокс поплёлся обратно к столу и рухнул в кресло. Скорее по привычке, чем намеренно, он вызвал несколько голографических экранов; они плавно зависли вокруг него, не показывая ничего конкретного. На одном шло какое-то земное шоу про готовку. На другом — фид с камер безопасности из коридора на нижних этажах башни, где Безымянный Сотрудник А явно пытался залезть как можно глубже в задницу Безымянному Сотруднику Б. Вокс едва взглянул на это, но лица этих гадёнышей отпечатались в его памяти. Проверит архив позже, отправит запись в студию, чтобы Вал мог использовать это...       Чтобы Вал...       Грёбаный Валентино.       Мрачно рыкнув, Вокс смахнул раздражающий экран и переключил внимание на маленький мигающий график рядом с правым глазом. Он уставился на него, сцепив пальцы перед экраном. Рейтинги — устаревшие на день или два, всё ещё паршивые, но уже лучше.       7,9%. Ад начинает забывать.       — Что смотришь?       Маленькая рука любопытно потянулась сквозь цифры; они замерцали, когда пепельные пальцы прошли сквозь них. Люцифер вытаращил глаза.       — Ого! Они не настоящие? — Он подвигал запястьем туда-сюда; голограмма заколебалась, искажаясь, как рябь на воде. — Оу, это странно, Искорка. Мне это не нравится.       Глядя на Люцифера поверх сцепленных пальцев, Вокс приподнял бровь.       — А я спрашивал?       — Пфф, — отвлечённый проекциями, Люцифер, кажется, не заметил грубости. Вместо этого он крутил головой, надув губы. — Как ты это смотришь? Они ужасные. Всё зернистое, мигает, изображение дрожит, когда я двигаюсь. — Наконец он умоляюще повернул голову к Воксу: — У тебя от этого голова не болит?       — Не особо, — усмехнувшись, Вокс выпрямился. — Не смотри, если тебя это так бесит. Не припомню, чтобы я тебя просил.       — И не просил, — нагло ответил Люцифер. Он ещё раз взглянул на экраны, задержав взгляд на рейтинге одобрения чуть дольше, а затем пожал плечами. — Уже поздно. Раз уж ты собираешься сидеть тут один и пялиться в эту чепуху, я, пожалуй, пойду.       У Медиа-демона вырвался тихий звук — нечто среднее между согласием и протестом; его плечи конвульсивно дернулись, будто он собирался встать, но в мгновение ока он взял себя в руки и снова уставился в экраны с напускным скучающим видом.       — Делай что хочешь. Я тебя сюда не звал, ты сам припёрся.       Поджав губы от такого холодного прощания, Люцифер почти машинально начертил рукой в воздухе контур портала.       — Но здесь ты в безопасности, так? Ты сказал, что Красный Парень не тронет тебя несколько дней.       Колючесть Вокса смягчилась, и когда на этот раз он посмотрел на Люцифера, за его стеклом затаилась нечитаемая эмоция.       — Да. Спа... да. — Слово «спасибо» так и не сорвалось с губ — слишком много в нём было искренности. Спасибо, что решил проверить.       Словно почувствовав, что Вокс перестал защищаться, Люцифер тоже заметно расслабился.       — Хорошо. Я рад, Искорка. И... подумай над этим, ладно? Подумай над моим предложением. Я серьёзно. Красный Парень ничего не сможет мне сделать, и уж лучше я пару раз крякну в микрофон для его тупой радиопередачи, чем буду соскребать твои ошмётки с пола.       Непроизвольный статический глюк прошил экран Вокса. Он вцепился когтями в другую руку, защитным жестом прижимая её к своей израненной груди, и замер, глядя, как сквозь портал сияют розоватые оттенки спальни Морнингстара. Он всё ещё боролся с собой, даже когда Люцифер шагнул внутрь.       — Погоди... — Но к тому времени, как Вокс наконец решился, Люцифер уже растворился в пустоте, и золотой портал исчез.